Глава 25

Город, ставший за несколько лет родным, встречает меня унылой серостью и мелкой моросью, оседающей на волосах, лице и одежде. Солнечный Капри сейчас воспринимается как недостижимая мечта, которая не идет ни в какое сравнение с дождливым Калининградом, пусть к последнему я и прикипела всей душой, живя с Денисом.

Сжимаю влажными ладонями ручку чемодана. Смотрю по сторонам. Ощущаю себя странно, словно не только брак, но и город, несмотря на сентиментальную привязанность, постепенно уплывают в прошлое, освобождая место чему-то другому — ценному и важному. Возможно, для меня было бы лучше остаться в Москве, куда я прилетела прямым рейсом из Неаполя. Но где-то на подсознательном уровне я почувствовала, что в Калининграде меня ждут незавершенные дела, которые не позволят мне ощутить настоящую свободу, пока я их не решу. И вот я снова здесь.

– Мариш, привет, – говорю я, когда лучшая подруга отвечает на мой звонок. – Как дела?

– Привет, дорогая! – радостно восклицает она. – Неужели кто-то вернулся в город?

– Да, вот только прилетела. В аэропорту еще, – спокойно отвечаю я, озираясь по сторонам. – Ты говорила, что я могу какое-то время пожить у тебя. Можно, я воспользуюсь предложением?

– Конечно, можешь. Приезжай, я дома, – произносит Марина обеспокоенно, но с расспросами по телефону временит. – Я как раз взяла недельку отпуска, приготовлю сейчас что-нибудь, поболтаем, съездим к морю.

– Спасибо, Мариш, – смаргиваю собравшиеся в уголках глаз слезы и разворачиваюсь в сторону выхода. – Скоро приеду.

К счастью, дом, в котором живет подруга, находится в двадцати минутах езды, поэтому печаль, камнем лежащая на душе, не успевает накрыть меня с головой. Но избавиться от мыслей о Стасе я оказываюсь не в состоянии. Этот мужчина вихрем ворвался в мое сердце, да так там и остался. И что же мне теперь делать?

Говорят, что лучше жалеть о том, что сделала, а не о том, на что в итоге так и не решилась. Но о том, что я провела ночь со Стасом я не жалею. Разъедающая сердце боль касается другого – того, что я уехала, хотя он давал мне возможность остаться. Но, господи, ради чего? Делить его с другими женщинами? Бороться за его внимание? Бояться, что в любой момент на горизонте появится Мари или любая другая потрясающая незнакомка?..

Отравляющая ревность, пустившая корни в сердце, заставляет меня болезненно поморщиться. Мари. Неужели он с ней? Неужели ему оказалось достаточно часа, чтобы заменить меня в своей постели привлекательной соседкой? И что бы было, если бы я осталась?

Возможно, нам нужно было поговорить. Еще раз. Возможно тогда в мыслях не было бы гонят сожаления. Но я так испугалась своих чувств, испугалась их силы и власти надо мной, что приняла решение уйти. Или сбежать? Ах, впрочем, какая разница.

Я полюбила Стаса Крестовского. Невероятно. Нелогично. Так опрометчиво. Наконец-то мне хватило смелости признаться в этом хотя бы самой себе. Чувств, подобных по силе этим, я не испытывала ни разу в жизни. И это совсем не та гамма эмоций, которая связала нас с Денисом. Да и была ли у нас любовь? Чувственность, влечение, горящие глаза молодости, а через некоторое время – лишь пустота, совершенно разные ценности и взгляды на жизнь и, как оказалось, полное отсутствие уважения. Разве уважающий, любящий человек смог бы поставить супругу на кон?

А еще с Денисом я никогда не испытывала такого бешеного желания и такого невероятного удовлетворения.. От одного только воспоминания о прикосновениях горячих пальцев Стаса к моему телу, я вспыхиваю словно спичка. Вкус его поцелуев до сих пор хранится на губах, дурманя голову. Но главное даже не это. А сердце, которое от одной только мысли о нем, начинает биться в сумасшедшем ритме, достигая критической отметки по шкале чувств.

– Приехали, – звонкий голос молодого парня, работающего в службе такси, выдергивает меня из давящих голову мыслей.

– Благодарю, – рассчитываюсь с водителем и выхожу из автомобиля.

Подруга встречает меня с распростертыми объятиями, будто мы не виделись как минимум год. Судя по ее вопросительному взгляду, она жаждет подробностей, к которым я пока не готова. Да и буду ли готова – большой вопрос.

– Что случилось, Саш? Устала? – быстро произносит Марина. — Загорелая, красивая, а лица на тебе нет!

– Мариш, я хочу принять душ, переодеться, а после заняться важным делом, – заметив непонимание во взгляде подруги, поясняю, – речь о разводе. Не готова откладывать этот вопрос на "потом".

– Значит, все же развод, – заключает она с тяжелым вздохом. – Что ж, это был лишь вопрос времени. Лебедев тебя не достоин. Никогда не был и не будет. А тот мужчина?

– Все сложно. Не хочу об этом говорить.

– Конечно, понимаю. Кстати, девчата на работе говорили, что если нет детей, развод можно оформить электронно. Тебе даже видеть Дениса не придется.

– Да, знаю. Так и сделаю.

– Саш, – окликает меня подруга. – Ты все делаешь правильно. Даже не сомневайся в этом. Как устроишься и решишь все свои проблемы, я жду подробный рассказ о том, что произошло в стране твоей мечты.

Марина подбадривает меня улыбкой и скрывается на кухне, а я, поставив чемодан на пол в гостиной, первым делом топаю в душ. Включаю теплую воду и, закрыв глаза, всем своим телом ловлю падающие струи воды.

Возвращаюсь в спальню, которую на время мне выделила подруга, и подсушиваю волосы полотенцем. Взгляд вонзается в напольное зеркало, а я мгновенно застываю на месте, чувствуя в груди болезненное жжение. В память буквально впивается картинка недельной давности, когда Крестовский делал то же самое, что и я сейчас. Сушил мои волосы. Аккуратно, с трепетом и нежностью, словно я хрустальная статуэтка, которая может разбиться из-за одного неловкого движения.

Закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Мне нужно отвлечься. Я слишком много и часто думаю о нем.

– Сашуль, я стол накрыла. Идём? – голова подруги показывается в дверном проеме.

– Да, умираю с голода, – выдавливаю из себя почти естественную улыбку.

Отмечаю про себя, насколько Марина сегодня тактична. Подруга не лезет ко мне в душу и не сыпет расспросами о Стасе. Она терпеливо ждёт, когда я сама начну непростой разговор.

– Там удивительно, – неожиданно говорю я. – Как будто попадаешь в другой мир.

– Судя по твоему восхищенному взгляду, ты не прочь вернуться, – улыбается она, но, поймав мой озадаченный взгляд, меняется в лице и добавляет, – когда-нибудь.

– Да, – мечтательно произношу я, но тут же возвращаюсь в реальность. – Сомневаюсь, что это может произойти в ближайшее время.

– Что с лицом, подруга? – прищуривается Марина.

– Я в растерянности. Единственное, в чем я уверена на миллион процентов, так это развод, – тяжело вздыхаю. – Марина, у меня нет работы, нет жилья, нет денег, в конце концов. Небольшие сбережения от продажи картин, но надолго их не хватит. Я просто на распутье.

Осознание пугающей реальности обрушивается на меня словно ведро ледяной воды. Сейчас, когда я вслух говорю о своих страхах, меня охватывает паника. Как жить дальше? У меня ничего нет.

– Саш, для начала успокойся. Отсюда тебя никто не выгоняет. Живи пока у меня, – спокойно начинает подруга, а через мгновение ее лицо озаряется широкой улыбкой. – К нам в клинику требуется администратор. Пока ещё объявление о вакансии не давали. Приходи завтра на собеседование, а? Я договорюсь.

– Мариша, спасибо большое, – в груди разливается благодарность, а на глазах снова выступают слезы.

– Ну вот, одна проблема решена, – потирает ладони Марина. – Продолжим тему Италии?

– Да что тут рассказывать? Давай фотографии покажу, – предлагаю я и тянусь к своему мобильнику.

Подруга с восхищением смотрит в экран телефона, постоянно спрашивая меня о тех или иных местах. Марина забирает у меня из рук гаджет и продолжает перелистывать снимки. В какой-то момент девушка резко замолкает, внимательно всматриваясь в экран и расплываясь в хитрой улыбке.

– А как сложились твои отношения с этим красавчиком?

– Марина-а, – закатываю глаза. – Лучше не спрашивай.

– Не может быть, Лебедева! – Марина откидывается на спинку стула. – Влюбилась?

– Это громко сказано, – пытаюсь оправдаться я. – Мы с ним слишком разные. Из разных миров. У него своя жизнь, Марин, и в ней нет места мне, понимаешь?

– Нет, не понимаю. Если чувства вспыхнули у обоих, то почему бы не попробовать? Вдруг получится, – пожимает плечами подруга.

– Ладно, оставим этот разговор, – нервно произношу я. – Нет никакого смысла обсуждать то, чего быть не может.

– Да почему, ты можешь объяснить по-человечески? – взрывается Марина.

– Потому что в его жизни полно женщин, и я никогда не буду единственной. А лишь одной из, – заканчиваю разговор, после чего встаю со стула. – Спасибо, Мариш. Извини, мне нужно немного отдохнуть.

***

Дни летят один за другим, складываясь в недели, и я потихоньку адаптируюсь к новой жизни. Жизни, в которой я сама за себя.

Во многом благодаря Марине должность администратора клиники досталась именно мне, поэтому без дела я не сижу и большую часть времени пропадаю на работе. Пусть это небольшой доход по меркам некоторых, зато постоянный и только мой – распоряжаться этими деньгами я могу по своему усмотрению. Часть я отдаю Марине – за крышу над головой и в счет оплаты коммунальных услуг, часть откладываю на туманное будущее. Будущее, которое я пока не только не планирую, но даже не представляю.

Несколько недель назад я в чемодане нашла визитку Аличе, с которой меня познакомила мама Крестовского. Повертела ее в руках, но написать хозяйке миланской галереи так и не решилась — взяла паузу, чтобы все обдумать. Тем более, что сейчас вдохновение на творчество испарилось, и за все эти недели я ни разу даже не взяла в руки кисть.

Из-за плотного графика и нервов я сильно сбросила вес, а однажды даже свалилась в голодный обморок. Разумеется, Марине говорить не стала, она и без этого чересчур опекает и беспокоится обо мне.

Развод с Денисом выходит на финишную прямую. Если честно, я ожидала, что он будет всячески затягивать процесс, но этого не произошло. Он безропотно со всем согласился, лишь попросил меня еще раз подумать, прежде чем рушить семью. Так странно – неужели, он все еще считает, что у нас есть, что рушить?

Как бы то ни было, через десять дней я стану свободной женщиной, и этот факт греет душу все сильнее.

Этим утром я поднимаюсь раньше, чем обычно. На работе сегодня проверка и мне хочется прийти пораньше – еще раз убедиться, что я к ней готова. До выхода остается еще пара минут, поэтому я, следуя зову желудка, бегу на кухню. Хочется есть. Вчера за ужином я с трудом затолкала в себя кусочек индейки, а сейчас, кажется, готова съесть слона.

– Марин, у нас что-то испортилось в холодильнике? – морщусь от неприятного запаха, резко захлопывая дверцу. – У меня уже нет времени искать, я сильно опаздываю.

Подруга подходит к холодильнику и снова открывает его.

– Здесь ничем плохим не пахнет, – возражает она. – Мы же в воскресенье с тобой все продукты перебрали.

– Может это сыр пропал? – предполагаю я, хватая со стола сладкий сухарик.

– Вкусы твои меня настораживают, – заявляет Марина. – Ты точно нормально себя чувствуешь?

– Да!

– А месячные когда были?

– Что? – смотрю на подругу, непонимающе хлопая глазами, будто она говорит на другом языке.

– Ты слышала.

Потрясенно охнув, лихорадочно вспоминаю даты последней близости с мужем до злополучного похода в казино и сопоставляю их со своим циклом.

– Мы же с ним столько раз пытались, ты знаешь, как я хотела ребенка, – выдыхаю растерянно. – Не может быть, чтобы в тот последний раз…

– А давай гадать не будем, – предлагает Марина.

Подруга выдвигает ящик, в котором организована аптечка, и достает оттуда плоскую коробку с тестом на беременность.

– Иди, я подожду.

Молча забираю коробку из рук Марины и в полной прострации иду в туалет. По телу пробегает озноб, потому что все признаки – резкое снижение веса, странные вкусовые предпочтения, обостренное обоняние – указывают на положительный результат. Страх, смешанный с волнением, разливается внутри, отзываясь болезненным трепетом где-то глубоко в душе.

Несколько лет неудачных попыток, а теперь в самый неподходящий момент… Смотрю на плотный кусочек картона, на котором отображаются две полоски, и не понимаю, как реагировать. В прошлом месяце я высчитывала благоприятные дни, под руководством Марины делала специальные тесты, чтобы забеременеть. И вот, наконец, чудо свершилось, но только радости от этого я не испытываю. Лишь смятение.

– Саш, ну, что там? – Марина стучит в дверь.

– Положительный, – пересохшими губами лепечу я и протягиваю ей тест. – После стольких лет у нас получилось, представляешь?

– Саш, – подруга обнимает меня. – Это же чудо? Правда?

– Я не хочу, чтобы Денис знал о ребенке. По крайней мере, сейчас, – говорю я, пытаясь прийти в себя. – Тогда он не даст мне развод. А я не уверена, что смогу остаться с ним даже ради малыша. Мне надо подумать, Марин.

– Да, твой муженек может использовать это против тебя, – соглашается подруга. – Но и не говорить ему – это тоже как-то неправильно. Он отец. Как бы я к нему не относилась, он имеет право знать. И помощь, хотя бы финансовая, тебе точно не повредит.

– Я скажу. Позже. Скрывать не буду. Только не сейчас. Мне самой нужно осмыслить то, что произошло, – инстинктивно кладу ладони на все еще абсолютно плоский живот.

– Конечно. Вы столько лет к этому шли.

– Я шла, – уточняю я. – Одна.

– Да, ты. Чего ты только не делала, – Марина снова крепко прижимает меня к себе. – Я тебя поздравляю, дорогая моя.

– Спасибо, – на автомате киваю я. – Мне надо решить, как быть дальше.

– Решишь, Саш, – убежденно говорит подруга. – У тебя есть время. Не торопись, ладно? И давай-ка сегодня заглядывай ко мне в кабинет – я назначу тебе анализы, чтобы избавиться от всех сомнений.

– Хорошо, – я киваю механически. Осознание того, что случилось, пока не приходит, несмотря на то, что я чувствую, что все это – не ошибка. Мое тело функционирует иначе, и организм ведь каждый день посылал сигналы о переменах, которые я намеренно игнорировала.

– Что будешь делать? Уедешь к маме? – Марина озвучивает мои мысли раньше, чем я успеваю это сделать. – Ты можешь остаться со мной, ты же знаешь?

– Думаю, что уехать в Москву – это сейчас лучший вариант для меня. Мама будет рада.

***

Мама полностью поддерживает мое решение вернуться в столицу, поэтому сразу же после разговора с ней я покупаю билет на самолет. К тому моменту, как он взлетит, я уже буду свободной разведенной женщиной, а дальше — будь что будет. Теперь я, кажется, ко всему готова, ведь больше я не одна. Нас двое — я и мой ребенок. И осознание этой простой истины вселяет в меня огонек надежды на лучшее.

День развода — вторник. Такой же, как другие, но для меня особенный. С привкусом свободы, без какого-либо намека на горечь. Я ведь была так несчастна в браке, а зачем-то так долго его терпела. Зачем? Вопрос, который, наверное, задают себе все разведенные женщины.

Денис не опаздывает. Муж, рядом с которым скоро появится приставка бывший, встречает меня у ЗАГСА. Скорее всего, хочет продемонстрировать мне изменения, которые произошли в нем, но только это уже не имеет никакого смысла. Мне кажется, сегодня он, наконец, тоже это понял.

Бывает в отношениях точка невозврата. Наша была поставлена, когда он потащил меня в казино и согласился на оскорбительное предложение Стаса Крестовского сыграть на меня. Это был конец.

Сам бракоразводный процесс длится не более пятнадцати минут. Я ожидаю, что сердце в груди болезненно заноет, когда я поставлю подпись, но и этого не случается. Я не чувствую ничего. За каких-то полтора месяца мы с Денисом стали чужими людьми.

– Саш, – окликает меня бывший супруг, когда мы выходим из административного здания. – Ты торопишься?

– Что ты хотел? – я кидаю беглый взгляд на наручные часы. У меня в запасе есть еще пара часов.

– Давай выпьем кофе? Как друзья, – он поднимает руки в примирительном жесте. – Я ни на что не рассчитываю. Просто выпьем кофе в «Панчо». Возьмем твои любимые пирожные.

– Ну, хорошо, – соглашаюсь я, по бо́льшей части из-за того, что испытываю чувство перманентного голода. А еще немного из-за того, что Дениса мне жаль.

В уютном кафе мы занимаем дальний столик возле окна и сразу же озвучиваем свой заказ подошедшему официанту. Как только парень удаляется, Денис как ни в чем не бывало начинает рассказывать о своих делах и бизнесе, который за прошедший месяц стал набирать обороты. Я молча киваю, изредка улыбаясь, и даже после его рассказа вставляю пару слов для поддержания беседы. В этом и заключается моя ошибка — бывший муж воспринимает мое поведение, как поощрение, потому что в порыве чувств берет меня за руку.

Это простое прикосновение пальцев. Он так делал несчетное количество раз, но сейчас все иначе: мне неуютно, неприятно, мне как-то неправильно. Складывается ощущение, что на нас все смотрят, на меня уж точно — я ощущаю неприятный холодок, скользящий змейкой вдоль позвоночника. И все вокруг нас будто приходит в движение. Где-то на кухне бьется посуда, в помещение кафе с шумом вваливается стайка студентов, а из окна я вижу, как от тротуара резко отъезжает черный седан с тонированными стеклами.

Мое сердце сжимается от неприятного предчувствия. Не позволяя Денису продлить это неуместное рукопожатие, я высвобождаю ладонь из его захвата.

— Саш, — начинает он неуверенно.

Скольжу взглядом по залу, чтобы позвать официанта.

– Хотите что-нибудь еще? – молодой парень в два счета оказывается около нашего столика.

– Счет, пожалуйста, – говорю твёрдо.

– Саш, давай еще посидим, – умоляющим тоном просит Денис.

– Извини, у меня есть еще дела. Как-нибудь в другой раз, – спокойно отвечаю я, искренне надеясь, что следующего раза не будет, а известие о ребенке через какое-то время он воспримет с большей мужественностью, чем наш развод.

Я ведь сомневалась, стоит ли откладывать признание о моей беременности, но сейчас понимаю, что пока говорить ничего не буду. Денис воспримет все болезненно, а к противостоянию с ним я не готова. Всем нам нужно время — ему, чтобы свыкнуться с разводом, мне — чтобы научиться отстаивать собственные границы.

— Брось, Саш, я заплачу, — упавшим тоном произносит бывший муж, когда я тянусь за кошельком.

Оставляю на столе купюру, отодвигаю стул и, не чувствуя за собой ни капли вины, покидаю лучшее кафе в городе. Однажды Денис узнает, что стал отцом, а пока между нами поставлена жирная точка. Без права на возврат.

Сегодня Марина работает допоздна, поэтому я самостоятельно добираюсь до аэропорта. Утром мы успели попрощаться, поплакать, даже посидеть на чемодане. Да и лишние слезы мне ни к чему.

В очередной раз за день к горлу подкатывает приступ тошноты, и я бегу в туалет, едва сдерживая свой порыв. Когда там заканчивается токсикоз? Сколько нужно потерпеть, чтоб можно было вдоволь насладиться этим прекрасным временем?

– Ничего, мы справимся, – прижимаю руки к животу, и, к моему глубокому удивлению, меня мгновенно перестает тошнить.

С улыбкой на лице я выхожу из уборной и направляюсь к стойкам регистрации, как вдруг застываю на месте. Ноги деревенеют, а сердце пропускает удар. Вдалеке возвышается широкоплечая фигура в деловом костюме, которая через мгновение скрывается в вип-зале.

Перевожу дыхание и сокрушенно качаю головой. С нашей последней встречи с Крестовским прошел месяц, а я все никак не могу перестать видеть его в проходящих мимо мужчинах. Кое-что я рассказала о нем Марине, не все, но многое, что позволило ей сделать один неутешительный для меня вывод — теперь я всех мужчин буду невольно сравнивать с ним, с значит и полного освобождения от него у меня никогда не наступит. Таких как Стас просто нельзя забыть. Остается лишь надеяться, что с рождением ребенка у меня не останется времени горевать о неудавшемся романе с этим мужчиной.

Стоит самолёту взлететь, как меня резко отпускает. Я чувствую внутри себя небывалую лёгкость, будто у меня за спиной выросли крылья. Смотрю в стекло иллюминатора и наконец-то в полной мере осознаю колоссальные изменения в своей жизни. Прикрыв глаза, облегченно вздыхаю, после чего ныряю в сумку и достаю тетрадь и несколько карандашей. Рисую. С чувством и вдохновением. Почти как раньше.

Как только самолёт касается земли, я сразу же включаю мобильный, чтобы сообщить маме о своем прилете. Телефон оповещает о нескольких звонках и сообщениях от моей подруги. Марина просит срочно ей перезвонить, что я и делаю.

– Мариш, привет! Я долетела. Ещё в самолёте, – радостным голосом произношу я. — Все в порядке.

– Саша, ты спала с Крестовским? – требовательно спрашивает подруга.

– Марина, я…

– Спала или нет? – взволнованно перебивает она.

– Да, но почему ты…

– Отец твоего ребенка он, – голос девушки дрожит, и это мне совсем не нравится. Значит, подруга не шутит.

– Кто он?

– Этот мужчина! – восклицает она.

– Но как… не понимаю, Марина. Бред какой-то, – я начинаю заводиться.

– Я перепроверила анализы Дениса, которые ты заставила сдать его пару месяцев назад. У твоего бывшего мужа не может быть детей, Саша. Он бесплоден.

_____

Продолжение истории Саши и Стаса “Ставка на тебя. Второй шанс”