Глава 9

– Куда мы едем?

В другое время меня бы полностью устроило молчание Крестовского, но сейчас пронзительный гул собственных мрачных мыслей так изматывает, что я готова заглушить его чем угодно, даже разговором с этим мужчиной.

– Мой близкий друг устраивает презентацию для партнеров, – отвечает он сухо. – Мы едем его поддержать.

– А чем именно он занимается? – уточняю вежливо, чтобы поддержать диалог.

– Технологиями и строительством, – односложный ответ красноречиво демонстрирует нежелание Крестовского общаться.

Ну, и ладно! Можно подумать, я горю желанием вести с ним светскую беседу. Стоило мне спросить его о цели нашей поездки и наткнуться на пронизывающий взгляд голубых глаз, как я пожалела, что открыла рот. Лучше уж и дальше молчать, потому что в разговоре с Крестовским всегда столько подводных камней, – боюсь, не выплыву, если беседа свернет не туда.

— Как интересно, — все же говорю я, чтобы поставить точку в скупом обмене информацией.

Тишину автомобильного салона внезапно нарушает хрипловатый смешок.

– Дааааа, – замечает Крестовский иронично. – Интерес так и написан на твоем лице. Хотела бы поехать в другое место?

– Это неважно, – равнодушно пожимаю плечами и отворачиваюсь к окну, стараясь сосредоточиться на проносящихся перед глазами улицах любимого города. Да, именно любимого. Я родилась в Москве, здесь осталась моя семья и близкие друзья, и я бы ни за что не покинула столицу, если бы не работа Дениса, которая в одночасье перебазировалась на запад. Пришлось выбирать. Видимо, в то время своего мужа я любила сильнее, чем родной город, раз так легко позволила ему увезти себя отсюда.

С немым восторгом смотрю на величественные постройки исторического центра, мелькающие за тонированными окнами черного внедорожника, и с щемящей тоской вспоминаю свое детство и студенческие годы. Прогулки с мамой и папой, школьные экскурсии в Кремль, первые свидания под луной… Непроизвольно касаюсь кончиками пальцев губ, когда мы проезжаем место, где Денис впервые меня поцеловал. Вся горечь настоящего оказывается не в состоянии стереть из памяти теплоту тех эмоций — несмотря на то, что сердце в груди болезненно сжимается, уголки моих губ, дрогнув, слегка приподнимаются.

– Приятные воспоминания? – голос Крестовского возвращает меня к реальности, стирая улыбку с моего лица и оставляя после себя лишь щемящую тоску.

– Угу, – неопределенно мычу в ответ. – Что-то вроде того.

Мысленно призываю себя быть более сдержанной в выражении собственных чувств. Ничего плохого лично мне Крестовский пока не сделал, но показывать ему свои эмоции, пускать глубже красивого фасада, — непозволительная роскошь. Этот человек – расчетливый и холодный делец. Кто знает, как он может использовать полученную информацию в будущем.

Тяжело вздохнув, я поворачиваю голову в сторону своего спутника, сталкиваясь с задумчивым взглядом бездонных глаз, в которых отражаются огоньки вечернего города. От неясного волнения перехватывает дыхание, сердце обрывается, а потом начинает биться быстро-быстро, разгоняя по венам кровь и адреналин. Черт! Природный магнетизм этого мужчины действует на меня чересчур остро, завораживает до такой степени, что стоит на нем задержаться, как перевести внимание на что-то другое оказывается уже невозможно.

Сейчас Крестовский выглядит расслабленным и спокойным, даже дружелюбным — располагает к себе. Скорее всего, это обманчивое ощущение, но я почему-то поддаюсь ему.

– Вы сказали, ваш друг занимается технологиями и строительством, – неуверенно произношу я, прикасаясь к волосам.

– Да, – коротко отвечает он, так пристально наблюдая за моими движениями, будто не хочет упустить нечто важное.

– А вы с этим как-то связаны?

– Мы с Марком вместе учились в университете, – произносит он, растягивая губы в ленивой улыбке. – Но делить сферы влияния после выпуска не стали: я сосредоточился на строительстве объектов здесь, а он перебазировался за границу и погрузился в изучение высоких технологий. Теперь у Зимина крупное производство материалов и комплектующих, которые продаются по всему миру. На презентации он покажет новые разработки своей команды для российского рынка.

– Звучит интересно, – снова поправляю идеально уложенные волосы, пытаясь совладать с нервным напряжением, которое не отпускает меня несмотря на безопасную тему беседы. – Значит, казино – это не основной ваш профиль?

– Конечно, нет, Саша, – в его глазах вспыхивает незнакомый мне огонек. – Казино – это плата за прошлое.

– Что это значит? – приподнимаю брови в недоумении, ощущая, что за короткой фразой Крестовского скрыт особый смысл.

– Мы приехали, – коротко отвечает он и отворачивается, вызывая во мне стойкое ощущение, что тема казино — под запретом и делиться ее подробностями со мной у него намерения нет.

Сбросив скорость, автомобиль останавливается на парковке возле старинного многоэтажного здания. Крестовский снова отказывается от помощи водителя: сам открывает для меня дверь и галантно подает руку как герой мелодраматического романа, которые пачками читает Маринка. Только он ведь совсем не герой… Усмехаюсь собственным глупым мыслям, невольно привлекая к себе внимание мужчины. Но на этот раз его взгляд не блуждает по моему лицу и телу, нет, сейчас он целенаправленно смотрит на мои губы, и даже когда я ступаю на асфальт и выпрямляюсь, не отводит глаз и продолжает удерживать мою ладонь в своей.

Я вспыхиваю словно спичка, но, к своему стыду, не от возмущения. Нет, по телу медленным бурлящим потоком распространяется не ярость, а жар совсем другого характера. И губы начинает покалывать.

– Крестовский! Сколько лет, сколько зим! – грохочет низкий баритон за моей спиной.

Вмешательство постороннего человека приводит нас обоих в чувство. Крестовский отводит взгляд и недовольно поджимает губы, а я, на мгновение прикрыв глаза, чтобы перевести дыхание, стремительно выдергиваю свою ладонь из цепкого захвата его пальцев.

– Рад, что ты смог вырваться, – продолжает басить незнакомый голос.

Я разворачиваюсь и отстраненно наблюдаю, как потрясающе красивый мужчина сбегает к нам по ступенькам. Остановившись, он захватывает в крепкие мужские объятия моего спутника и хлопает его по спине. Судя по всему, это и есть Марк — лучший друг и организатор сегодняшнего мероприятия. Такой же высокий как Крестовский, может быть, чуть уже в плечах, но такой же мускулистый и подтянутый, упакованный в дорогой костюм-тройку стального цвета и черную рубашку, с копной непослушных каштановых волос и двухдневной щетиной на подбородке и щеках, придающих ему бунтарский вид, этот человек — наглядный образец успеха и богатства. Пока мужчины обмениваются приветствиями, я невольно думаю, что эти двое выглядят так, будто только что сошли с обложки глянцевого журнала об автомобилях и часах.

– Познакомься, это мой лучший друг Марк Зимин. Хозяин вечера, – растягивая губы в улыбке, подтверждает мою догадку Крестовский. – А это Александра.

Вот так просто? Александра. Интересно, если Марк по дружески спросит, кто я такая и какое место занимаю в его жизни, как будет выкручиваться мой спутник? Или просто скажет правду? Тогда я сгорю от стыда и больше никогда не буду с ним разговаривать. Да что разговаривать, даже взглянуть на него будет сложно, иначе придется бороться с искушением накинуться на него с кулаками! И вдруг другая мысль пронзает меня, лишая равновесия: что если Зимин уже в курсе, кем я прихожусь Крестовскому? Они же друзья, может быть делятся подобными вещами друг с другом!

– Вечер добрый, Александра! – произносит Зимин, окидывая меня любопытным взглядом. – Рассчитываю, что вам понравится сегодняшний вечер.

– И я на это рассчитываю, – отвечаю вежливо. – Правда, должна вас предупредить, я не разбираюсь ни в строительстве, ни в технологиях.

– Нужно иметь определенное мужество, чтобы сказать подобное в лицо организатору. Надеюсь, мы вас не разочаруем, – весело усмехается Марк, а я, неожиданно для себя, смеюсь в ответ.

Не могу не отметить, что несмотря на определенные сходства, Зимин и Крестовский — полные противоположности. Первый своей легкостью и обаянием разряжает обстановку и успокаивает, тогда как второй, угрюмый и мрачный, вызывает необъяснимый трепет и волнение.

– Проходите в зал, – произносит Марк, обмениваясь с Крестовским многозначительным взглядом, смысл которого мне недоступен. – Я встречу Гаврилова из «Стримстроя» и присоединюсь к вам.

Ощущая на пояснице горячую мужскую ладонь, поднимаюсь по ступенькам, вздрагивая, когда у самого входа меня ослепляет яркая вспышка фотоаппарата. Господи, не хватает только, чтобы мои фотографии в компании Крестовского попали на глаза кому-то из знакомых! Беспомощно смотрю на мужчину рядом со мной, рассчитывая, что он попросит фотографа удалить снимки, но он делает вид, что не замечает моего беспокойства, и спокойно идет дальше, увлекая меня за собой.

В просторном зале приглушен свет, часы на огромном экране отсчитывают время до начала презентации, официанты в форме разносят шампанское и легкие закуски. Когда мы ехали сюда, я и представить не могла, что на вечере будет присутствовать такое количество людей и сейчас потрясенно рассматриваю пеструю толпу, разбитую на небольшие группы по интересам. Мужчины в костюмах с поблескивающими на запястьях часами, стоимость которых, вероятно, равняется стоимости квартиры в Калининграде, изучают рекламные буклеты и обмениваются новостями, женщины в шикарных платьях со скучающим видом потягивают шампанское, позируя для светских фотографов. В своей жизни я была на многих мероприятиях, но на таком роскошном – еще никогда. Здесь все настолько продуманно и стильно – нет сомнения, организацией занимались профессионалы, а счет, который оплатил Зимин был минимум с шестью нулями.

– Станислав Крестовский! – раздается женский голос с неприятными визгливыми нотами, а через мгновение меня окутывает навязчивый запах приторно-сладких духов. – Рада тебя видеть!

По спине ползет неприятный холодок: эти интонации и блестящие рыжие волосы, попадающие в поле моего зрения, кажутся мне подозрительно знакомыми. Поравнявшись с нами, девушка жеманно улыбается и протягивает Крестовскому ладонь с ярко-красным маникюром. На меня внимания не обращает – и это замечательно, потому что я в это время отчаянно стараюсь прийти в себя от шока. Успеваю лишь судорожно выдохнуть, как вдруг девушка обращается ко мне.

– Саша? – изумленно вскидывает красиво очерченные брови, переводя настороженный взгляд с меня на Крестовского и обратно. – Ты что, разошлась с Дэном?

Неуместный вопрос, заданный в лоб, вгоняет меня в краску. С Валерией Савельевой я училась на одном курсе в университете, и, хотя мы никогда не были с ней близкими подругами, она была осведомлена о моем романе с Денисом и нашей свадьбе.

– Здравствуй, Лера, – натужно растягиваю губы в вежливой улыбке. – Как дела?

– Извини, привет! – извиняющимся тоном бормочет она, с опаской поглядывая в сторону Крестовского. – Просто не ожидала тебя здесь увидеть, еще и в такой компании. Так неловко вышло.

– Ничего страшного. Я здесь одна, у Дениса дела, – демонстрирую золотое кольцо на безымянном пальце, ощущая на себе жгучий взгляд голубых глаз. – Как ты?

– Все отлично, – Лера кивает в сторону двух мужчин, в одном из которых я узнаю Зимина. – В белой рубашке рядом с Марком мой супруг, крупный застройщик. Мы собирались улететь на Сейшелы, но не могли пропустить такое мероприятие.

Рассеянно смотрю на крупного мужчину лет сорока, который в этот момент сосредоточенно слушает хозяина вечера. Возвращаю взгляд на Леру. В ее зеленых глазах — полнейшее безразличие к этому человеку. Деньги дают возможности, но не всегда делают людей счастливыми. И эта история как раз про Савельеву.

– Саш, а ты здесь какими судьбами? Вы же, кажется, переехали, – интересуется она, прищуривая глаза. – Со Стасом у вас?..

Она делает демонстративную паузу, предлагая мне продолжить. Навязчивое внимание Савельевой мне неприятно, а подтекст ее поведения настолько очевиден, что в голове даже мелькает безумная мысль сказать правду — будет занятно посмотреть на ее вытянувшееся лицо, когда она узнает, что ее ненаглядный Стас забрал меня за долги мужа. Но я этого, конечно, не делаю. Лихорадочно прокручиваю в голове варианты ответов, но из-за волнения не нахожу подходящих слов. Незаметно вытираю вспотевшие ладони о плотную ткань платья и открываю рот, чтобы сказать хоть что-то, опасаясь, что длительная заминка вызовет ненужные вопросы.

– Александра со мной, – вмешивается в наш диалог Крестовский, – по работе.

– Правда, Саш? – губы Леры растягиваются в ухмылке. – Денису, кажется, не нравилось, что ты работаешь.

– Почему бы и нет? – пожимаю плечами. – Надоело сидеть целыми днями дома.

– А как же твое творчество? – стрелой летит очередной вопрос.

– С творчеством все замечательно. Спасибо, что спросила, – натягиваю на губы дежурную улыбку, мечтая, чтобы Савельева поскорее отвязалась от меня.

– Валерия, прошу прощения, нам с Александрой нужно поздороваться с другими гостями, – без тени улыбки произносит Крестовский и холодно подчёркивает: – Мы же здесь по работе.

Мысленно благодарю его за вмешательство. Возможно, встреться мы при других обстоятельствах я была бы не прочь поболтать с Лерой, но сейчас никакого желания продолжать изматывающую пикировку у меня нет.

Отойдя от моей бывшей сокурсницы, Крестовский ловит официанта и предлагает мне выбрать напиток. Вновь отмечаю, что он не пихает мне в руку шампанское, как сделал бы Денис, и беру с подноса воду. Как только делаю глоток, смачивая пересохшее горло, на сцену поднимается ведущий и приглашает гостей собраться у сцены. Свет гаснет, экран вспыхивает. Презентация начинается.