Глава 45

Жуткая, обнаженная правда. Я отсюда не выберусь. Человек, который стоит передо мной, – убийца. – Нет, Фил неплохо платит. Но только неплохо. Знаешь, все эти богатенькие ублюдки… Они ведь ничем не лучше меня. Какой-нибудь пузатый магнат, без перерыва жующий сигару, провонявший дымом до самых костей, а рядом с ним – красотка с ногами от ушей. Она и не посмотрит в твою сторону, если у тебя мало нулей в сумме на счете. Я слушала эту исповедь и холодела. Вряд ли он рассказывает мне это потому, что его психотерапевт уехал на недельку в отпуск. Он может говорить такое только по одной причине: он точно знает, что я уже никому не расскажу его историю. Не успею рассказать. И скотч у меня на лице и запястьях явно свидетельствовал о том, что выпускать меня он отсюда не собирается. – Это была несложная схема. Мой человек не выигрывал постоянно, не срывал больших кушей, иногда даже проигрывал все, что у него было с собой. И все же, за несколько месяцев я смог купить домик, о котором давно мечтал, раздать долги и даже начал собирать на то, чтобы открыть свое дело. Все шло отлично, мы были очень осторожны и очень умны. Он ненадолго замолчал, словно вспоминая те времена. – А Глорис оказалась слишком ушлой. Но не особенно умной, я тебе скажу. Вместо того, чтобы сразу сдать меня Филу, она затеяла воспитательную беседу. Сказала вернуть деньги и самому уволиться. Она дала мне на это пару дней. Сэм недобро усмехнулся. – Разумеется, ничего возвращать я не собирался. Фил не идиот, он бы понял, что я его обманывал, и тогда мне было бы несдобровать… Я не хотел убивать. Я заехал к ней, чтобы поговорить. Предложить денег, взять ее в долю. Но она рассмеялась мне в лицо, сказала, что Фил собирается сделать ее партнером. Этого слизняка, ее женишка, как раз не было. Она отослала его, чтобы мы могли поговорить без лишних ушей. И я понял, что другой возможности не будет. Кто знает, может сейчас он вернется с бутылочкой вина, они сядут поужинать, она будет хмуриться, он спросит: «Что-то на работе?». И она скажет: «Да так, проблемы с одним из менеджеров». И так, слово за слово, Питер узнает то, что ему знать необязательно. И через очень короткое время эта история дойдет до Фила – я даже не успею смыться из города. Все это промелькнуло перед глазами в какую-то минуту. А еще нож. Я не знаю, что он делал в гостиной. Там вроде стояла ваза с фруктами. Наверное, Глорис хотела нарезать их к вину. Теперь уже мы не узнаем. Нож словно сам собой лег в руку. Я бил ее раз за разом, боясь остановиться, как будто бы я загляну ей в глаза – и окажется, что она все еще жива и смотрит с укором. Она ведь совсем молоденькая девчонка, глупая, хоть и умная. Она мне до сих пор снится. И смотрит. Сэм сидел и разглядывал свои руки, будто до сих пор не мог поверить, что они сделали что-то подобное. Он словно разговаривал сам с собой. Я боялась шелохнуться и напомнить о своем существовании. – Я выскочил из дома, сел в машину, нож бросил просто под сиденье, ехал, не разбирая дороги. Если бы меня тогда остановили – все было бы ясно. Но мне повезло. Странная штука, но иногда вот так везет. Я проехал через весь город в рубашке, залитой кровью, и всем было на это плевать. Я сжег одежду, утопил нож в реке, отдал машину в мойку, потом нарочно заляпал все сиденья грязью и для верности отвез на другую мойку… А после продал. Он снова сделал паузу, будто вспоминая. – Пока искали убийцу, на меня никто и не подумал. Полиция подозревала сначала ее дружка Питера, ходила кругами вокруг Фила, но так никого и не нашла. Я думал, с этой историей покончено, она забыта. Но чертов Фил не забывает ничего. Когда он выдернул тебя из питомника, я понял, что что-то пойдет не так. За время этого его спича мои руки затекли. Я шевельнулась, чтобы сменить положение, и Сэм, словно вспомнив о том, что я все еще здесь, поднял на меня глаза. – Это было неспроста. Я даже не сомневался. Особенно когда началась вся эта ерунда с Майком и украденными деньгами. А уж когда ты сказала, что встречаешься с Филом… Стало ясно, что врешь. Ты, конечно, симпатичная и все такое, но не для Фила. Почему-то сердце болезненно сжалось. Глупость какая! Я лежу связанная, на какой-то жуткой окраине, где меня никто не будет искать, да меня вообще, возможно, скоро не станет. И при всем при этом я на полном серьезе расстраиваюсь из-за того, что какой-то левый мужик считает, что я не пара Филу? Сэм! Тоже мне, великий специалист по личным отношениям! Нет, я определенно не в порядке. – Я сразу понял, что от тебя будут неприятности. И когда ты приволокла фотографию, надо было просто забрать ее у тебя. Я! Я сделал тот снимок! Питер не знал, что мы с Глорис уже не ладим, поэтому просто сунул мне камеру в руки. Да и что такого в том, что кто-то кривит лицо? Что ты прицепилась к той фотографии? Теперь он смотрел на меня зло. Забавно, а ведь совсем недавно я думала то же самое. Штрих, который показался мне подозрительным. Я уцепилась за то фото, потому что больше ничего, совсем ничего не было. – Питер позвонил мне ночью. Он был под кайфом, как всегда. Он помнил, кто фотографировал. А еще помнил, что в тот вечер, когда сворачивал на свою улицу, видел мою машину. Нет, это конечно ничего не доказывает. Он же не видел ее возле дома. Просто в том же районе. Но он стал задавать вопросы, кричать, говорить, что выведет меня на чистую воду. Я не мог этого допустить, понимаешь? Я пообещал ему все объяснить и договорился о встрече. Питер был слишком обдолбанным, чтобы что-то заподозрить. Впустил меня, как будто я его старинный приятель, хотя только что кричал, что я убийца… В общем, это было нетрудно. Я сказал «покажи фотографию, и ты все увидишь». Он протянул мне ее. А больше ничего и не надо было. И знаешь, Питера даже не жалко. Ну что была у него за жизнь? Он до сих пор не выбросил из дому шмотки бывшей подружки. Я задыхалась. Слезы катились из глаз. А Сэм продолжал свой жуткий рассказ. – Клюшку для гольфа я взял с собой. Будешь смеяться, но она из того комплекта, что раньше стоял в кабинете Фила. Семерка погнулась, и он купил себе новый комплект. А этот велел выбросить. Ну, то ли кто-то пожалел, то ли думал, что еще починит – в общем, набор остался в подсобке в казино. Удачно, правда? Думаю, у полицейских будут вопросы к нему. Впрочем, возможно, все решат, что это ты приложила парня клюшкой и смылась. Причин найдут тысячу. Ты так похожа на его бывшую подружку, и в последнее время крутилась рядом. А к тому же сбежала сразу после убийства. Прихватив с собой мешок драгоценностей. Не сомневайся – побрякушки Глорис горничная опишет в лучшем виде – она несколько лет с них пыль стирала. Я чуть не взвыла от отчаяния. Еще секунду назад я надеялась, что Сэм – просто спятивший идиот. С идиотом можно договориться, его можно обмануть. Но нет. Он все продумал. И мое исчезновение точно будет похоже на бегство. В это легко и запросто поверят все – может быть, кроме Фила. Но что это мне даст? – Твое тело не найдут скоро. У меня есть приятель в муниципалитете, он недавно жаловался, что средства, которые были выделены для сноса здесь зданий пошли на какие-то другие нужды. Вроде как тут собирались строить целый городок для богатых, с фонтанчиками и бутиками. Но – опа! – и нашлись какие-то мать их грунтовые воды, которые текут то ли не оттуда, то ли не туда. И превратили в пыль деньги тех, кто вложился здесь в землю. И теперь непонятно что с этим делать. Строить что-то серьезное тут точно нельзя, разве что разбить парк, который не принесет денег. Это я все к чему… В ближайшие несколько лет сюда точно не сунутся, а если и сунутся, то глубоко рыть не будут. Сравняют все с землей, засеют травкой. Так что… Совершеннейшая безопасность. Если бы тогда, несколько лет назад, я мог сделать что-то похожее с Глорис – проблем бы не возникло. Он приблизился ко мне и уселся на диване почти вплотную. Откинул волосы с моего лица. Я отчаянно замотала головой. – А ведь ты мне нравилась, Магда. С самого начала. Я поражался, как так: настолько похожа на чертову суку Глорис внешне – и совсем другая, мягкая, тихая, пугливая. Когда ты смотрела на меня этими своими перепуганными глазищами, волосы на затылке дыбом вставали. Рука Сэма двигалась дальше, ниже, по шее. Странно… Его пальцы были горячими, но мне казалось, что по моему телу ползет змея. Холодная, скользкая, отвратительная. – Я ведь хотел пригласить тебя куда-нибудь. Уже почти собрался, когда появился Фил и вытащил тебя из питомника. И что же? – его глаза наливались злобой, стекленели. Я отползла подальше, забиваясь в самый угол. – Ты оказалась такой же, как все. Зачем тебе обычный Сэм, если на горизонте появляется такой лощеный сытый Питер, или Фил, способный скупить полгорода? В мертвенном лунном свете его перекошенное лицо с темными провалами глаз и кривящимся ртом казалось не просто страшным. Оно внушало ужас. Рядом со мной сидел не Сэм. Вернее, не тот Сэм, которого я знала, который терпеливо исправлял мои промахи, ворчал, давал советы. Рядом со мной сидел убийца. Он уже перешагнул черту, из-за которой нет возврата. Теперь он не остановится.