Глава 17

Ставр

Желание облизать пальцы превышает все допустимые нормы, но я сдерживаюсь, просто протягивая руку за третьим куском грушевого пирога.

Даже подумать не мог, что обычная выпечка может быть настолько вкусной.

Или Климова все же пользуется своими профессиональными навыками, пуская в ход что-то воздействующее на сознание.

Раскусываю зубами карамелизированную грушу, которая смешивается с несладким, рассыпчатым тестом и просто тает во рту.

- Ставр, - жестко выталкивает меня из гастрономической нирваны напряжённый голос Лены. - Я практически все подготовила. Потом покажу, что сможете использовать вы. Но у меня ещё одна просьба.

- Лен, присядь и успокойся. Ты носишься туда-сюда уже два часа. И ты не пробовала пирог. Вкусный. Очень.

- Спасибо, - дежурно бросает она мне, явно оставаясь мыслями со своей проблемой, - но мне очень важно подготовить все сейчас, пока схватки терпимые и нерегулярные, - выхватывает она десертную тарелку у меня из-под руки, пользуясь тем, что половина куска пирога зажата в моих пальцах, и сразу же принимается за ее мытье.

- Хорошо. Что за просьба? - откусываю я ещё часть пирога, забивая на все проблемы.

Черт! Да почему так вкусно?!!

- Было бы просто прекрасно, если бы удалось раздобыть фитбол. Здесь же наверняка есть тренажерный зал, - убирает Лена тарелку на незаметную полочку в боковом шкафу так, как будто это уже ее дом, где она знает каждый угол.

- Есть, - с сожалением ускоряю работу челюстями, вынужденно сокращая наслаждение вкусом, - но фитбола там точно нет.

- А почему вы так уверены? Ведь это классный спортивный снаряд. Ваш друг с таким основательным подходом к оснащению всего дома не мог его проигнорировать, - заявляет Климова, видимо, ещё и эксперт по спортивным товарам.

- Почему? - отправляю в рот последний кусок пирога, давая ей возможность ещё поболтать, пока я спокойно дожую свой честно заслуженный десерт.

- Потому что только в упражнениях с этим мячом участвуют одновременно вестибулярный, двигательный, тактильный и зрительный анализаторы, а это многократно усиливает тренировочный эффект, - Лене остаётся только многозначительно задрать палец вверх, закрепляя озвученное.

- Первое, что сделаю, как отсюда выйдем, заставлю своего тренера составить тренировки с фитболом, - ухмыляюсь я.

- И не пожалеете, - напрочь игнорирует она мою иронию. - Так вы проверите? Пожалуйста, мне он очень помог бы расслабить мышцы и… ещё…

- Что? - понимаю, что проще согласиться, чем бесконечно смотреть, как она нервно наворачивает круги вокруг меня.

- Подушка, но пообъемнее. Ни в одной из комнат такой не было. Что-то типа валика. Это, конечно, необязательно… - поспешно отводит взгляд, явно стесняясь своих запросов.

- Что-то еще?

- Нет. Все, - отвечает, резко подступив к столу, уперев в него руки и начиная глубоко и шумно дышать.

- Ле-е-ен, ты как?

- Все еще рожаю, - на выдохе отчитывается она. - Вы прямо мастерски создаете иллюзию навязчивых родственников со своими звонками, - с усмешкой делает глубокий вдох, а потом внезапно серьезным голосом добавляет: - Спасибо вам, мне такое точно не светило бы.

- Не за что. Что они там еще должны делать?

- Атаковать палату, пытаясь накормить меня поплотнее, чтобы на все хватило сил.

- Здравая мысль.

- Нет. Хотела бы я вам сказать, вот когда будете на моем месте, поймете, но прозвучит странно. Есть - это последнее, что мне сейчас хочется.

- Ну сама виновата, пирог весь мой.

- Я себе потом испеку смородиновый, - мечтательно улыбается жадина.

- Почему только себе? - не врубаюсь я в такое наглое исключение меня из дегустаторов.

- Так это только летом, но зато уже из свежей. Мне так больше нравится, - отталкивается от стола Лена. - Проверим мяч? - возвращается она к прежней теме.

- Да, и подушку.

- Думаете, здесь где-то может такая быть?

- В гостиной. Возьмем с дивана, - вспоминаю я, свое любимое место в доме Таира. На том диване я мог бы жить.

Лена увязывается хвостом, аргументируя, что хождение идет ей на пользу, а смена мест даже в пределах одного дома после сидения в одиночной камере, все равно что приключение.

Ага, а в случае с кабинетом и гаражом еще и экстремальное.

Повторяю уже привычную фразу перед входом в гостиную, дверь открывается, а из-за спины я слышу восторженный возглас Лены.

Алиев, да ты уже задрал! Идеальный хозяин, твою мать...

Освещение при нашем входе включается лишь частично и двухуровневое пространство гостиной, совмещённой с библиотекой заполняет теплым, согревающим мерцанием новогодней иллюминации.

- Как красиво! - проскальзывает Лена вперед, смешно вращая головой. - И очень уютно! Никогда бы не подумала, что в большом помещении можно создать такую атмосферу. А-а-а! Елка! - переходит она на радостный визг. - Настоящая? - чуть ли не вприпрыжку подлетает она к почти четырехметровой красавице, искрящейся миллионом разноцветных огней. - Настоящая! Это же праздник! - счастливо втягивает Лена носом запах хвои, но сразу следом ее голос затухает: - Ваш друг… Он должен был... вернуться. А иначе зачем заморачиваться с такой прелестью?

Молчание, в течение которого, она, видимо соотносит ещё раз все пусть и малочисленные факты и громко всхлипывает.

- Лен, прекрати.

Стараюсь абстрагироваться от давящей реальности, потому что именно Таир в этом году обещал позаботиться о том, чтобы праздник удался… Готовил сюрприз…

Легкие сдавливает, скручивая их в тугой, плотный узел, не оставляя возможности для полноценного вдоха.

Шесть дней. Шесть долбанных дней и я использую все доступные мне ресурсы, чтобы ни один из причастных к этому дерьму не ушел от возмездия.

- О-о-о... - раздается восхищенное уже из другого угла гостиной, в то время как я, по запросу Лены, вытаскиваю подушку из дивана.

- Что? - медленно оборачиваюсь, пытаясь восстановить в памяти, что там могло настолько привлечь её внимание.

Ещё одна картина?

- Ваш друг еще и играет? - ведет она пальцами по глянцевой поверхности… рояля?..

- На гитаре.

Подхожу ближе, рассматривая довольно редкий и безусловно шикарный инструмент, которого в мой прошлый визит здесь еще не было.

- Если умеешь играть, не проблема освоить, - воодушевленно заявляет Лена, уже безоговорочно веря, что у Таира все получится. - Мне очень нравится звучание фортепиано. Если все будет хорошо, - закусывает она нижнюю губу, с трудом сдерживая волнение, - я обязательно научусь! Это такая нереальная медитация, когда ты не просто слушаешь музыку, но и сам ее создаешь, - оборачивается она ко мне сверкая глазами одержимого фанатика.

- Это хорошо, Лен, когда есть цель. Промежуточные этапы в таком случае проходить всегда легче. Вот как сейчас - родишь и уже на шаг ближе к мечте, - мотивирую ее я.

Осуждающий взгляд, явно говорящий, где она видела мои комментарии.

- Спасибо, - тянет руки к подушке наконец-то оценивая мою добычу. - Идеальная форма! Как же здорово, что вы про нее вспомнили.

- Ты хорошо описала, какие ощущения тебе от нее нужны. Я вспомнил, где их здесь испытывал.

- Люблю такие совпадения! Как будто судьба сама подбрасывает нам бонусы, чтобы легче было пережить трудные времена.

Угу, но при таком раскладе трудные времена - это ведь тоже ее рук дело, не так ли? Но у меня хватает ума, чтобы не озвучить свои мысли и не омрачить ещё больше и так не слишком радужное настроение Лены.

- Думаешь, она подкинет тебе и мяч? - скептически приподнимаю я бровь.

- Не знаю, - превращается она в совсем маленькую девчонку, нетерпеливо ожидающую обещанного подарка. - Проверим? - тихо, словно боясь вспугнуть удачу, предлагает она.

Проверяем, спустившись в тренажерный зал и обнаружив, что наша судьба та еще жмотка, а Таир точно не в курсе всех профитов от наличия фитбола в доме.

Зато он в курсе о пользе плавания, и мы зависаем еще на полчаса у бассейна.

- Эх, если бы воды не отошли, я бы поплавала, - с сожалением делится неосуществленными планами Лена.

- Если бы не простреленная рука, я бы тоже, - поддерживаю беседу, глядя на безупречную, голубую гладь, подсвеченную снизу.

- Один-один, - признает она и, не думая сдвигаться с места, подложив подушку под спину на и без того удобный шезлонг.

- Так может тут и останемся? - с ухмылкой предлагаю я. - Волны. Средние, - произношу и сам с удовольствием наблюдаю, как начинает оживать поверхность воды, идеально имитируя морской прибой. - Чайки.

И к шуму волн сразу же добавляются крики птиц и заливистый смех Лены.

- Полное погружение!

- Закрой глаза и представь, что ты на пляже.

- Уже! Но что-то мне тревожно. И это на подсознательном уровне.

- Почему?

- Генетическая память? Не зря же говорят, что в родах важно соблюдение правила трех "Т".

- Что за "Т"?

- Тишина, тепло, темнота.

- Так они много для чего хороши!

- Но в родах особенно, - не желает подыгрывать она моей шутке.

- Тогда в спальню? - продолжаю провоцировать ее я.

- Вы да, а я, наверное, уже в ванную, не будете же вы сидеть со мной в темноте.

- Ну это зависит от того, чем мы с тобой будем заниматься.

- Ну насчет вас, Ставр, не знаю, а я то точно рожать, - встает Лена с шезлонга и с внезапным стоном склоняется вперед, обхватывая живот. - Ого… Точно... рожать, - поднимает она на меня глаза полные испуга.

- Не знаю, куда ты там пристроила меня в своем воображении, Лен, но я вообще-то с тобой, - придаю голосу железобетонную уверенность, при этом вспоминая ее же рассказ о первой активной фазе родов, я понимаю, что все веселье только начинается.

И длится, длится, длится…

Наш путь до спальни занимает в три раза больше времени из-за того, что схватки Лены становятся длиннее и чаще.

Меня выставляют из ванной с напутствием отдохнуть и набраться сил перед тем, когда я реально понадоблюсь.

- А-а-а!

Просыпаюсь от громкого протяжного воя. Уточняю время, понимая, что отрубился на целых три часа.

Встаю, подхожу к ванной. Дверь открывается, и я вижу Лену, стоящую на коленях, упирающую локти в подушку и вовсю демонстрирующую мне свою задницу, обтянутую футболкой Таира.

- Ста-а-авр! Вы... проснулись... Хорошо... - с большими паузами между словами говорит Лена. - Можете присесть? Мне... нужно... вам кое-что сказать... Если... я умру...

- С чего это ты вдруг умрешь, Климова? - на даю ей договорить. - Уверена, что твои три "Т" точно для родов? Как-то они на тебя неправильно влияют. Может все-таки для зачатия? Хотя с парой из них я все равно бы поспорил. Активация - ярче, пятьдесят процентов! - требую я у дома, чувствуя себя чуть ли не повелителем стихий. - Рассказывай, где ты сейчас?

Присаживаюсь, скрестив ноги, прямо на пол перед шумно сопящей Леной.

- Ну... как вам сказать?.. - секунд через двадцать со стоном выдает она мне. - Периодичность пятнадцать минут, сама схватка две с половиной. И если это еще не самые активные, а они не самые активные! - со всхлипом подтверждает она. - То дальше я просто не выдержу.

Глубокий вдох и ее стон переходит в плач.

- Я думала, будет помягче. И не так долго. А тут как будто… бесконечная пы-ы-ытка… Может со мной что-то не так?.. Ставр, пожалуйста… Я не оставлю своего малыша до конца, у него все должно быть хорошо! Но если я не выдержу, вам придется позаботиться о нем эти дни самому. Он будет очень маленьким, - Лена переваливается на бок, меняя положение, и придвигаясь ко мне поближе. - Но вы не переживайте, ему нужно будет совсем немного заботы. Проследить, чтобы было тепло, чисто и сытно.

На последнем слове плач Лены переходит в настоящие рыдания, что, как ни странно не мешает ей выдавать мне четкие указания по поводу того, как нужно действовать.

- В холодильнике есть козье молоко, пожалуйста, не перепутайте с коровьим, там есть этикетка. Нужно будет его разбавить не меньше чем в три раза. Хоть это и не очень хорошо, но позволит Темочке продержаться до того, как дом откроется, - смахивает Лена с лица льющиеся ручьем слезы,- а потом уже детское питание и…

- Хватит, Лена! - не выдерживаю я, перехватывая ее за руку, разворачивая и усаживая перед собой. - Ты же сама говорила, что это все из-за гормонов адреналиновой группы, вызывающих состояние паники.

- Вы запомнили? - с таким удивлением смотрит она на меня, как будто до этого считала полным идиотом.

- Ты умеешь очень эффектно подавать информацию, да и обстановка... способствует… Поэтому давай лучше сконцентрируемся на правильном дыхании и расслаблении, так?

- Так, - соглашается Лена, позволяя взять ее ладони в свои.

- Представь, что ты на работе.

- Уже пыталась, - горестно отвечает она. - Меня хватает на первые тридцать секунд схватки, потом мозг словно отключается.

- Отлично, значит, дышишь сама сколько можешь, все остальное время слушаешь мой голос. Хорошо?

- Да.

И два часа мы отрабатываем это чертово дыхание так, что на последней схватке, я уже сам готов рожать, лишь бы поскорее.

Компрессы, массаж, опять дыхание.

- Можно мне попреребирать их еще? - умоляюще смотрит Лена, требуя мои пальцы на здоровой руке. - Это меня успокаивает.

Протягиваю ей руку, вместе со смоченным полотенцем.

Быстро протирает потное после только что перенесенной схватки лицо, оставляя его у себя на лбу, и принимаясь за перебор моих пальцев.

- У вас красивые руки, вы бы тоже могли научиться играть. Но у вас, наверное, другие интересы. Ставр, а у вас есть семья? - внезапно переводит тему Лена.

- Уже нет, - с неохотой, но все же отвечаю на ее вопрос.

- Мои соболезнования, - искренне отзывается она.

- Ну разве что по поводу того, что все их проблемы стали моими. То, да, спасибо. Мы никогда не были особо близки.

- Да? - печальный вздох Лены. - А я всегда надеялась и загадывала желание, чтобы родители бросили пить. Мечтала и придумывала миллион совместных занятий, когда все наладится… А оно все не исполнялось и не исполнялось. А потом их просто не стало. Угорели в бане. Но меня так и не оставляет мысль, какая бы у них была жизнь, если бы все было по-другому, и они не пили.

- Лен, прекращай, - фиксирую я ее запястье, не позволяя двигать рукой, и походя отмечая взлетевший пульс.

- Я не специально, правда. Очень хочется, чтобы у моего сыночка было не так, - шмыгает носом она, продолжая скатываться в истерику. - Чтобы не пришлось жалеть о неправильном выборе. Моем… Вашем… Или вообще... Елизаветы Андреевны.

- Вот о ней можешь точно не беспокоиться.

- Почему? - успевает спросить Лена за секунду до того, как ее опять ведёт от боли. - М-м-м… - поднимается она на четвереньки, упираясь мне головой в грудь. - Ставр! Почему-у-у?! - громкий вдох-выдох-стон.

- Потому что тебя обманули. Рубина - моя мать, и она давно умерла. Никаких претензий с этой стороны к тебе быть не может.

- То есть… - поднимает Лена взгляд полный страха, - Демьян…

- Мой родной брат.

Ее резкий рывок от меня, несмотря на активную фазу схватки, но я не позволяю ей сдвинуться с места, наоборот плотно притягиваю к себе, касаюсь губами ее уха и произношу всего три слова.