Глава 19
Выйдя из ванны в одних свежих трусиках и вытирая мокрые волосы полотенцем, меньше всего я ожидала услышать задумчивое “кхм”, отчего тут же замерла и, сдернув полотенце с головы на грудь, с возмущением уставилась на Стужева, замершего в дверях.
– Какого?!. - У меня аж все слова от возмущения растерялись и я могла только негодующе смотреть на этого наглеца.
– Я ядро хотел забрать.
Судя по тому, как он смущенно отводил взгляд и тер лоб, совесть у Стужева где-то ещё имелась.
– Там, - буркнула, тыкая пальцем на кресло у окна. - И вообще, стучаться надо.
– Я стучал.
– И если не говорят “войдите”, то значит нельзя, - буркнула снова, когда мужчина уже проходил мимо меня к окну, чтобы забрать свою вещь.
– Перестань, - поморщился. - Ты знаешь, я не специально.
Всё я знаю… Но я же не просто так Зараза!
Стужев дошел до кресла и подхватил сумку, после чего обернулся и снова посмотрел на меня, но в лицо. Он был уже без брони, в обычной одежде, и выглядел уставшим. Стало даже немного стыдно.
– Я сегодня буду занят допоздна, перенесем тренировку на десять утра. Подходи сразу в спортзал, хорошо?
– Хорошо, - поспешила кивнуть.
– И ещё… - Он подошел ближе, продолжая смотреть мне в лицо. - Помнишь про услугу?
– Конечно, - я немного нервно улыбнулась. - Придумал?
– Да. У отца день рождения через две недели. Юбилей. Я прошу тебя стать моей спутницей на этом мероприятии.
– О…
Не знаю, что меня удивило больше: то, что он хочет пойти на день рождения к князю или то, что хочет пойти со мной, потратив на это услугу… Но кивнула сразу, хотя и несколько недоуменно спросила:
– Ты в хороших отношениях с князем?
– При чем тут князь? - озадачился Стужев.
– В смысле? - растерялась. - Ну как же… Он же твой отец.
– О, нет. - Егор иронично хмыкнул. - Я сейчас про Романа Стужева говорю. Для меня отец он, а Долгорукий - так… - хмыкнул снова, причем без особой приязни, - генетический родственник.
Как всё сложно…
– Ясно. Я согласна. Хорошо. Когда точно, где и что дарить?
– С подарком я разберусь сам. Мероприятие состоится через две недели в субботу. У них дом под Питером, но праздновать будут в ресторане. Думаю, придется остаться с ночевой там, у меня своя комната и гостевых хватает. Поедем в субботу утром на моей машине, вернемся в воскресенье. Не против?
Становилось уже немного нервно, но я всё равно кивнула. Услуга. Это всего лишь услуга. И вообще - гостевая комната. А не то, что я уже себе надумала!
– Спасибо.
А потом он просто ушел.
Дождавшись, когда за Егором закроется дверь, я на непослушных ногах дошла до кровати, села и протяжно выдохнула. Фу-у-ух! И почему я не могу реагировать на него спокойно? Пять минут общения, а сердце колотится, как сумасшедшее!
Отдышавшись, я выключила свет и легла, но ещё долго бестолково ворочалась в кровати, зачем-то пытаясь представить, что будет, если я дам себе ещё один шанс. Себе. Именно себе. Ведь в случае чего страдать буду я…
В итоге я так ничего и не решила, уснув лишь под утро, и искренне ненавидя будильник, когда он сработал. Увы, было уже девять часов утра, тянуть дальше просто некуда.
Понятное дело, можно нагло сделать вид, что мне нездоровится и вообще, сегодня выходной, но в том-то и дело, что так можно было делать постоянно. Сегодня выходной, завтра дела, послезавтра лень… И потом откроется какой-нибудь мегапортал десятого уровня и всем нам придет маленький пушистый звездец.
А всё потому, что в своё время было лень немножечко оторвать жопу от матраса и позаниматься.
Так что нет!
Силу воли в кулак и подъем!
Правда, чтобы сделать это не только мысленно, но и физически, пришлось вмешаться в процессы в своём организме, ликвидировав лишнюю сонливость, взамен неё придав себе заряд бодрости, зато потом я довольно шустро встала, размялась-оделась, умылась и ровно в десять вошла в спортзал.
А там никого.
Ага…
Не поленилась и сходила в гостиную правого крыла. Там тоже никого не нашла. Дошла до комнаты Стужева и, постучав, не услышала ответа, а когда прислушалась, то не почуяла и никого живого.
Становилось уже немного тревожно, так что я дошла до Дока. К счастью, он оказался на месте, причем не один, а в компании аж трех пациентов, которые ещё спали. Или это не сон?
– Доброе утро, Полиночка, - откровенно устало улыбнулся мне Савелий, даже не поднимаясь из кресла у окна, где сидел в полудреме. - Как ваши дела?
– Нормально, - кивнула ему. - Егора ищу. Не знаете, где он?
– Командование вызвало, отлучился. Случилось что?
– Нет, - отмахнулась, понимая, что мои проблемы - вообще не проблемы. - Мы насчет тренировки договаривались. А не знаете, когда вернется?
Док молча покачал головой, а я, перехватив его хмурый взгляд на ребят, не удержалась и спросила:
– А это нормально, что они так долго не приходят в сознание?
– Нет. - Савелий вздохнул. - Ментал - штука… опасная. Очень. И трогать его без нужды не стоит. Я сам больше целитель, ментала во мне едва ли пара процентов, хватает буквально на затирку воспоминаний, причем желательно свежих. Развивал по мере сил, но… - Он покачал головой. - Лечить менталом не возьмусь. Человеческий мозг - слишком сложный и хрупкий орган. Ломать, как говорится, не строить. А строитель из меня не очень.
– А если регенерацией помочь? - предложила то, что было для меня очевидно. - Или…
Я нервно облизнула губы и точно помня, что обещала Стужеву не дурить, всё же предложила:
– Я могу стать менталистом. Понимаете, о чем я?
– Понимаю, Полина. Всё понимаю. И уже думал об этом, - удивил меня Док, причем не своим признанием, а грустным выражением лица. - И честно сказать, не хочу рисковать. Потому что если ваши мозги откажут, то проживу я четко до возвращения командира. Да и сам себе не прощу.
– Это так опасно? - нахмурилась.
– Очень.
– А если… - Я снова облизнула губы, но говорить ничего в итоге не стала.
Не время.
– Я просканирую, хорошо? - спросила совсем не то, что хотела изначально, подходя в Айдару.
И, не дожидаясь ответа Дока, прикоснулась пальцами к голове “Витязя”. Он был в броне, так что следующие десять минут я только скользила пальцами по плотному материалу магического происхождения, который отлично заменял (точнее дополнял) личную энергетическую броню мага, серьезно затрудняя проникновение. Но всё же… Всё же микрощели были, ведь как-то же он дышал и слышал, и я проникла сквозь них.
Я вообще баба настырная, так что отступать и сдаваться - это не ко мне.
Стоило пробраться в организм Хана, как я поспешила изучить его мозг, чувствуя, что только на проникновение ушла тьма сил и отвлечься даже не просьбу об энергетике нельзя - выкинет. Сама я с мозгом так плотно никогда не работала, особенно с чужим, ограничиваясь сосудами и крайне редко нарушением нейронной проводимости, но именно сейчас она меня и интересовала, ведь в сознание мужчины не возвращались именно по этой причине - из-за нарушения нейронных связей.
И сейчас требовалось понять, в каком именно отделе мозга и произошли эти нарушения. Не тут… И не тут… Тут тоже на первый взгляд всё стандартно…
Ага!
Добравшись до крохотного участка в глубине белого вещества, который назывался клауструм, я обнаружила, что он застыл в шоковом состоянии и самые крупные нервные пучки ни на что не реагируют, хотя соседние с ними функционируют в штатном режиме. Ага!
Прикусив губу и не представляя, как “завести” их вновь, чтобы не навредить, я присмотрелась ещё внимательнее… И увидела микроразрывы. Даже скорее почувствовала. Есть!
Микрохирург из меня был аховый, но дар регенерации на то и дар, чтобы работать там, где сломано, порвано и нарушено. И я пустила импульс именно в это место. Крошечное местечко…
И упала.
К счастью, довольно мягко, на Айдара, причем мужчина умудрился инстинктивно вскинуть руки, ловя меня поперек тела, а потом и Док подскочил, кладя меня ровнее и рядышком, потому что Айдар хоть и пришел в себя, но, судя по всему, ещё не окончательно, и поэтому вцепился слишком крепко - Док просто не смог меня у него отобрать.
Но вот мы отлежались, отдышались, я слабым голосом попросила пить и витаминок (и побольше!), Айдар немного заторможено ответил на главные вопросы Савелия, которыми тот сыпал, словно из пулемета, меня перенесли на соседнюю кровать и минут двадцать спустя я честно рассказала, что нашла и что сделала.
Следующие полчаса Док велел мне лежать и приходить в себя, проводя глубокую диагностику Айдару, проверяя все до единого рефлексы и отзывчивость магии. Когда стало ясно, что мои манипуляции нигде не навредили и дело было именно в нарушении нервной проводимости крошечного участка мозга, меня “подложили” к Денису, чтобы не рисковать новым падением, и я повторила то же самое.
Сначала проникла под доспех, затратив на это уйму сил и времени. Затем, уже не тратя ни то, ни другое, сразу обратила внимание на тот же самый участок и с облегчением выдохнула - повреждение были те же самые. Снова импульс регенерации - и снова мгновенная реакция мужчины, ведь я практически на нём лежала, обнимая пальцами за виски с обеих сторон, чтобы проникнуть в его ауру.
– По… -лина? - оторопело пробормотал Денис, зачем-то начав ощупывать мою задницу. - А… вы… зачем?
– Затем, боец! - вмешался в его растерянный лепет Док. - Спать меньше на посту надо! А ну, отпустил свою спасительницу, пока командир не увидел!
– Да я ничего…
Пока мужчины разбирались, кто “чего”, а кто “ничего”, я аккуратно скатилась сама на бочок и прикрыла глаза. В целом это было нетрудно, разве что энергетически затратно. Да и у Щена защита была попроще, чем у Айдара, проникнуть под неё оказалось не так сложно. Боюсь, с Олегом так не получится…
Но надо!
Отдохнув ещё немного и нагло потребовав новую порцию энергетика, я улеглась на третьего “Витязя” и полезла уже под его “кожу”. На этот раз не получалось найти нужное количество микрощелей намного дольше, его энергия текла, как вода, и ни в какую не позволяла закрепиться, так что я уже начала уставать, по спине и вискам тек пот от напряжения, и даже начали дрожать пальцы, но сдаваться я не собиралась, и в какой-то момент всё же сумела закрепиться сознанием именно в районе головы бойца, а там, действуя нагло и стремительно, просто пустила нужный импульс…
И отключилась.
***
– Можете бить меня тапками, но это не Зараза, это Заноза.
– Или Зазноба?
– Ну тебя…
– А может Забава?
– А в глаз?
– Парни, хватит, - прервал вялую перепалку пациентов хозяин комнаты, которая с поразительной регулярностью превращалась в лазарет. Намного чаще, чем хотелось бы! - Она просто медик от бога и это не лечится, поверьте моему опыту. И не важны методы, важен результат. А вот вам надо становиться сильнее, факт. Кому витаминок?
Лес рук вырос моментально и Савелий добродушно усмехнулся, радуясь, что уже давно лысый. Если бы не это, поседел бы сегодня окончательно. А потом всё равно бы облысел.
Эх, Поля, Полечка, Полина… Что же ты за самородок такой, уникальный?
И ладно бы просто уникальный, так ещё и капризный. Своенравный.
Но всё равно хороший.
И покосился на кровать, где под капельницей лежала то ли Зараза, то ли Заноза…
То ли их единственная надежда на “долго” и “счастливо”.
И не только их.
А потом набрал Стужева.
– Егор, отбой. Парни в порядке. Возвращайся. Нет, не сами. Да. А ты сомневался? Зря. По гроб жизни, ага. Лучше не нашей. Всё, давай. И цветы. Цветы обязательно!
***
Проснувшись на рассвете, причем именно проснувшись, а не очнувшись, я с легким недоумением осмотрелась, обнаружив себя в своей кровати на втором этаже. Ни Дока, ни других “Витязей”, ни одежды помимо плавок…
Задумчиво хмыкнув, прислушалась к своему организму, с приятным удивлением констатируя, что чувствую себя прекрасно: ни следа усталости, нервного и магического истощения, словно побывала в профилактории.
Это сколько же я спала?!
Даже разволновалась, но потом нашла на тумбочке телефон, у которого был выключен звук и будильник, и выяснила, что сегодня всего лишь понедельник. То есть в отключке я пробыла меньше суток.
Ага…
Ну, уже хорошо. Плохо только, что вчера пропустила сеанс капельниц и уколов для своих пациенток. Очень плохо!
Но не смертельно.
Поспешив умыться и одеться, я вышла из спальни и первое, что увидела в гостиной, был роскошный букет то ли роз, то ли очень похожих на них цветов, но только более махровых и удивительно нежных оттенков: розовые, сиреневые, с малиновым подтоном и даже кремово-желтые. Они были разбавлены веточками с мелкими белыми цветочками и по краям дополнены чем-то пальмовым, ярко-зеленым, что в итоге смотрелось невероятно нарядно и просто роскошно.
А запах, м-м!
Не удержавшись и подойдя ближе, я сунула нос в самый центр этого великолепного букета, прикрыла глаза и какое-то время простояла так, чувствуя, что абсолютно глупо улыбаюсь. И нет, я не хочу знать, от кого они. Мне просто приятно.
Хотя нет, вру. Хочу. Но так боюсь…
Нервно хмыкнув, я отправилась дальше. Время близилось к восьми, так что сначала я заглянула к Доку, но его дверь хоть и оказалась не заперта, внутри никого не было. Постучала к Стужеву… И он открыл мне сам.
В одних штанах. Без футболки. Правда, с полотенцем на шее, видимо, собирался в душ, а может просто умываться, но я уставилась на него так, словно ни разу мужиков без футболки не видела.
Да куда там, я натурально в ступор впала!
– Полина? Всё в порядке?
Судя по обеспокоенности тона Стужева, вид у меня был максимально неадекватный, потому что он сделал торопливый шаг вперед, приобнял меня за талию и привлек к себе, словно боялся, что я сейчас упаду. А я…
И рада бы упасть, да и так уже дно пробила своей неадекватностью.
Потому что вместо того, чтобы отпрянуть, я уткнулась носом в его обнаженную грудь и жадно вдохнула, чувствуя, как начинает кружиться голова от восторга.
Тепленький. Вкусненький. Настоящий!
– Полина?
– Я… в порядке… - пробормотала, чувствуя, что не просто краснею, а становлюсь малиновой от дикого смущения и просто стыда.
Ну почему я радом с ним такая клуша, а?
– Присядешь?
Угукнув что-то невнятное, я как сомнамбула вошла в комнату к мужчине, всё ещё придерживаемая за талию, и села в кресло, к которому меня подвели.
– Воды?
– Воздуха, - хмыкнула, не сумев удержать истеричный смешок и сама начала обмахиваться ладонью, прикрыв глаза.
Боже мой, я уже сквозь землю провалиться готова!
– Голова кружится? - напрягся командир “Витязей”. - Может, приляжешь?
Разве что с тобой…
Подумала и поняла, что щеки снова становятся малиновыми, а мне уже настолько не по себе, что можно только сбежать, чтобы не опозориться окончательно.
– Сиди, я за Доком, - в итоге поспешил заявить Стужев, наверняка видя, какого цвета я стала.
Господи, пусть он решит, что я заболела!
Судя по тому, что Док ворвался в комнату только спустя минут семь, когда я уже почти сумела успокоиться, он был чем-то сильно занят, но ко мне подошел стремительно, с самым что ни на есть сосредоточенным выражением лица, и начал проводить диагностику, попутно интересуясь моим самочувствием.
И рада бы отвечать честно, без утайки, но Стужев словно специально вернулся вместе с ним, даже не подумав прикрыться, и мне снова стало жарко.
И как я могла забыть, что он такой красивый? Нельзя мужикам быть красивыми! Просто нельзя! Надо запретить это на законодательном уровне!
– Кажется, я перестарался, - с досадой констатировал Савелий, завершив диагностику. - Витаминок тоже бывает много. Полиночка, простите идиота. Денечка два ещё будут нервишки шалить. Чрезмерная возбудимость центральной нервной системы, все дела.
Возбудимость? О, да…
– Рекомендую часика два-три жестко позаниматься на тренажерах до изнеможения, а затем баньку. А?
Жестко? До изнеможения? Я б с радостью…
– Командир, поможешь?
– Конечно.
А мне? Мне кто поможет?
Прекрасно понимая, о чем говорит Савелий, но в то же время мысленно комментируя чуть ли не каждое его предложение, извращая и тем самым превращая свои желания в фарс, я даже сумела улыбнуться и первая поспешила на выход.
Без завтрака, без чая.