Глава 14

Об успехе эксперимента я уже знала: телесный паралич как раз и являлся исчерпывающим признаком того, что организм не смог сразу адаптироваться к возросшему магическому потенциалу. И все равно радовалась как ребенок, получив тому доказательства.

– Айса, тебе начали еще лучше удаваться заклинания! – похвалила госпожа Ренкай на кулинарной магии. – Можешь снова спорить, но теперь я абсолютно уверена, что среди твоих предков все-таки был демон.

– Наверное, вы правы, – улыбнулась я.

И на садоводстве дела пошли лучше. Да хотя бы потому, что мы начали изучать тему уничтожения паразитов. Я получила за урок высший балл! Стоило немалых трудов, чтобы не рассмеяться довольно вслух: да, нам, демонам, в уничтожении нет равных!

Конечно, демоном я не стала и никогда не стану, но мне нравилось это ощущение кардинальных изменений в себе. Я даже присмотрела себе еще несколько дисциплин, требующих вложения магической силы, но директор наотрез отказал – заявил, что вначале пошел навстречу, хоть я и опоздала к началу триместра, но записывать меня в класс в такой близости от экзаменов совершенно бессмысленно. Я могу взять хоть двадцать предметов, но с нового триместра. А пока мне лучше сосредоточиться на том, чтобы успешно сдать уже выбранные.

Самую большую похвалу я получила на уроке магической защиты. Когда разогрелась и уже прекрасно освоила новый прием, в порыве схватки все-таки смогла стряхнуть с пальцев сероватый дымок – жалкий, едва заметный, не способный причинить вреда, но вызвавший неописуемый восторг у моего напарника Сегора. После этого к нам подошел магистр Ин-Тар и некоторое время наблюдал за нашей работой. И в конце обратился к учителю нашей группы:

– Кажется, мы пропустили слабого демона. Присмотрись к этой неумехе. Если ее навыки будут соответствовать ее крови, тогда девицу лучше перевести в более сильную группу.

Для меня это был настоящий прорыв, и пусть я никогда не стану в драке равной Аштару, но мне было бы приятно приблизиться к противоположному концу зала хотя бы на шаг.

Первым делом, когда я увидела Витая и Верана, спросила, можем ли мы повторить трюк. Ведь они тоже до одури обрадовались своей победе: она была показателем, что сыновья могущественного колдуна обещают в будущем стать такими же сильными и изобретательными, как лучшие представители их рода. А я согласна полежать недвижимой еще несколько часов. Но маг-шелле в голос разубедили:

– Никак нельзя, Айса. Невозможно раскачивать каплю до бесконечности, и мы сразу об этом предупредили. Скорее всего, твой предел уже достигнут. Шутки ради, можно попробовать повторить, но не раньше, чем через несколько месяцев, чтобы на тот момент нам пришлось увеличивать не песчинку, а хотя бы пригоршню.

Я поняла их доводы. И без того была безмерно благодарна. А цель свою увидела четко – пока мне нужно самостоятельно развивать то, что я получила, и после попытаться снова. Вдруг еще раз получится? И так, тысячу повторений спустя, я сделаюсь самой могущественной волшебницей на белом свете, шутки ради.

Вот только Мариту мои удачи оставили равнодушной. Она вообще теперь постоянно ходила понурая и заплаканная, пытаясь пережить конец истории неслучившейся любви. Я пыталась ее поддержать, но нужных слов для того не знала. Не говорить же, что это даже хорошо? Хотя примерно это я и говорила:

– Марита, ты просто подумай о том, что вы все равно не могли быть вместе с Аштаром. Представь, что Зохар за тобой пришлет людей – насколько больнее было бы разлучаться с любимым, чем с молодым человеком, который только мог стать любимым?

Она хмуро глядела на меня:

– Ну да. А теперь ты представь, что твоя магия всего года на два, как было обещано. Что ж ты радуешься ей, как будто она с тобой навечно? Или просто смысл в том, чтобы быть счастливой сегодня, наплевав на то, что будет завтра?

Наверное, Марита просто не понимает, каково это – обладать силой, которой нет у людей, каково ощущать магию на кончиках пальцев или вложенную в простые заклинания. Это намного более волнующе, чем глупые поцелуи и ласковые слова на ушко, произнесенные за корпусом общежития. Но в самой сути она полностью права. Мне оставалось только согласиться и обнять ее, уже вовремя прикусив язык.

Вечерами мы по-прежнему чаще всего собирались в покоях Элвина. Я стала уже очень сильным игроком в мац-хе – и легко обыгрывала Майера, когда тот соглашался на партию. Так когда-нибудь и самого Элвина смогу победить. Мы обычно сидели за доской, а остальные обсуждали какие-то университетские дела и события.

Сегодня речь зашла о бале в честь начала зимы – такая традиция здесь водилась. И на праздник лучше всего приходить парами, хотя и без пары не возбраняется. Понятное дело, что Элвин с Хинандой идут вместе, но когда они заговорили о подготовке, я многозначительно уставилась на Майера, словно пыталась мысленно его вдохновить на решение. Да, Марита раньше думала об Аштаре, сейчас она раздавлена потерей Аштара и все еще даже не пытается хотя бы выглядеть очаровательной собеседницей. Но самой красивой девушкой учебного заведения она ведь быть не перестала! Какая ему разница, если у него все равно нет подруги? А на балу уже Марита сможет всех поразить в танцах – она и эту науку осваивает все успешнее.

Но драк-шелле Сао, поймав мой взгляд, свел брови и задумчиво выдал:

– Ладно, Айса, уговорила. Пойдешь со мной на бал?

– Что?

– На бал, говорю, пойдешь со мной? Твой жених все равно отсюда далеко, так лучше вплыть в зал со мной под руку, чем в одиночестве.

Я вообще не то ему мысленно посылала! А по улыбке догадалась – Майер прекрасно понял, что именно я ему посылала, и решил надо мной в очередной раз повеселиться. Хинанда хмыкнула. Марита вообще не расслышала – она сидела в отдалении, погруженная в свои тяжелые мысли. Такая отстраненность вряд ли пришлась бы по душе любому мужчине, а уж дракон, избалованный всеобщим вниманием и женскими восторженными вздохами, точно не будет терпеть роль второочередного интереса. Вот Майер и повернул мой взгляд вспять. Но не мечтает ли втайне Марита о том, что Аштар забудет всех своих любовниц и решит пригласить ее? Это была бы настоящая беда.

К счастью, последовав нашему примеру, Мариту позвали Витай и Веран – сразу оба. И она обоим неопределенно кивнула, то есть на бал они отправятся втроем, тем и подчеркнув дружескую ноту, не подразумевающую ничего большего. Магов это устраивало. Как я поняла по их предыдущему разговору, они все равно не горели желанием приглашать каких-то своих сокурсниц.

Роскошные платья для нас с Маритой найдутся в моем гардеробе. И они, на мой вкус, будут смотреться куда изящнее вечернего наряда Хинанды. Демоница заявила, что уже выбрала себе платье, сшитое целиком из черного шелка. Похоже, она не любит балы и танцы, а заодно цветы, рюшечки и идиотские музыкальные инструменты. Хинанда вообще не любит ничего из того, что обычно принято любить благородным дамам. Разулыбавшись ее эпитетам по поводу всяких глупых балов, я вернулась к игре.

– Ты опять на меня искоса глядишь, княжна, – тихо сказал Элвин, заметив. – Думаешь о чем-то и опасаешься спросить прямо?

– Да нет, милорд. Я просто с каждым днем понимаю все больше, почему вы из всех возможных претенденток выбрали именно Хинанду. Она неповторима в своей целостности!

– Верно, – он тоже улыбнулся, бросив взгляд в сторону невесты. – Она и меня заодно вырядит в черный. Даже серой ниточки не допустит, чтобы я, не приведи боги, не стал выглядеть праздничнее, чем положено. Это далеко не первый наш с ней бал, но каждый раз выходит все забавнее. Кажется, я счастливый человек.

– Вы не человек, милорд, а дракон.

Он подтвердил, что от игры мысленно не отвлекался даже во время разговоров:

– О, неплохой ход, княжна, вообще активнее двигай кавалерию! Ладно, я счастливый дракон. Как думаешь, драконье счастье чем-то существенным отличается от человеческого? Ну, кроме того, что оно длится намного дольше.

– Не волнуйтесь, милорд, этого отличия вполне достаточно. Сколько вы знакомы со своей невестой? Лет сто?

– Около двадцати, – вспомнил он. – Видимо, она намного моложе, чем ты о ней думала.

Я рассмеялась:

– Да, мне все еще непонятны сроки, которыми вы оперируете. Но что же вы делали до знакомства с ней? Кроме того, что тренировались играть в мац-хе так, как будто этим умением заполучите корону императора.

– Сначала неспешно взрослел, потом еще неспешнее перебирал не тех самых. А затем в нашу дружбу с Майером влетел демоненок по имени Хин, который в ту пору даже не очень походил на девочку и грозил разнести весь дворец. Кажется, я уже тогда обрек себя носить черное на всех будущих балах. Это было потрясение с первого взгляда. Княжна, а ты веришь в потрясение с первого взгляда?

– Конечно! У меня такое случилось, когда я ваш перстень в коробке из-под обуви нашла, до сих пор вздрагиваю, как вспомню.

Он передвинул императрицу и следом за ней императора, завершая партию победой.

– В этот раз ты могла бы выиграть, если бы не отвлекалась на болтовню. Еще поговорим под новую партию?

Кажется, именно этого мне будет больше всего не хватать, когда я стану десятой великой княгиней Седьмой Окраины. Пустых, но веселых разговоров под мац-хе.

* * *

Но до бала меня поджидал еще один разговор, намного более серьезный. После урока меня задержал Аштар:

– У тебя на сегодня дела закончены, Айса? Не уделишь мне время? Хочу на балу произвести фурор, а для этого мне не помешает повторение менуэта и гальярды.

Я глянула на демона искоса, но потом перевела взгляд на большую дверь, в которую утекала вся толпа после занятия магической защиты, уже этим давая свое согласие. Однако выставила условие:

– Только если ты на балу не собираешься приглашать Мариту.

– Уж определенно она последняя, кого я буду там приглашать, – заверил Аштар и взял меня за руку.

Я очень сомневаюсь, что сын великого князя нуждается в моих уроках – пусть он всего лишь семнадцатый, но с ним должны были заниматься учителя не хуже моих. А если так, то он просто выдумал предлог, чтобы со мной поговорить. Демон сразу же подтвердил догадку, начав уверенно шагать в сторону с плавным поднятием наших рук.

– Мне считать вслух или обойдемся без такта? – уточнил он.

– Думаю, можно обойтись вообще без предисловий, Аштар, и сразу перейти к тому, что у тебя на уме.

Он сделал резкий поворот, перехватил теперь меня за левое запястье. Этак я у него еще уроки спрашивать начну, поскольку его движения отработаны безупречно. К счастью, Аштар решил не юлить:

– Хорошо, у меня несколько тем, а тебя стало слишком сложно теперь застать в одиночестве, Айса. Во-первых, я слышал разговор магистра Ин-Тара с учителями. Ты нашла какой-то способ увеличить свою недолгую магию? Не расскажешь зачем, если она все равно пропадет, а в замужестве с моим отцом твои потуги ничем тебе не помогут?

Я отступила на шаг, поклонилась, снова двинулась к нему, вскидывая уже обе ладони. Улыбнулась:

– Просто разгоняю скуку, Аштар. Этого мне, кажется, твой отец не успел запретить? В чем причина твоего беспокойства?

– В том, что твоего беспокойства я не вижу. – Теперь поклонился мне он, а на следующем шаге положил руку на талию и немного притянул к себе. – Итак, ты зачем-то осваиваешь магию и постоянно трешься у шелле. Я правильно понимаю, что у тебя уже созрел план, как расторгнуть помолвку?

Я немного испугалась такого разговора, но виду не подала. До сих пор как-то по умолчанию считалось, что Аштар на нашей с Маритой стороне, и мы с ним были достаточно откровенны. Но что если он отправляет в отцовский замок доносы обо всех наших маневрах? Притом строить из себя дуру и изображать непонимание было бы совсем лишним:

– Плана пока нет, но ведь и время еще не на исходе. Аштар, ты не можешь винить меня или Мариту в том, что мы не мечтаем вернуться в Седьмую Окраину. Или что? Твоя забота о ней не предполагает такой пункт, где она найдет счастливую возможность без твоего участия?

Очередной поворот, соприкосновение открытыми ладонями.

– Нет, Айса. Я буду рад, если она спасется. В доме моего отца тебя ничего хорошего не ждет, но ей будет еще хуже. И если какой-нибудь драконишка решит на ней жениться – я постараюсь улыбаться, когда буду ее поздравлять. Потом пойду и от злости перережу каких-нибудь первых попавшихся бедолаг, но для нее я буду улыбаться. Вот только драконы не женятся на крестьянках. Они даже не женятся на княжнах. Не делаете ли вы с ней ту ставку, которая ни при каких обстоятельствах не выгорит? Сейчас во мне говорит здравый смысл, а не ревность.

– Возможно, ты прав. Но надеяться нам никто не запретит. К тому же у нас впереди много времени, лучше провести его в надежде, чем в унынии.

– Или все гораздо проще, Айса. – Аштар внезапно остановился и удержал за плечо меня. – Вы собираетесь сбежать. Именно для этого тебе пригодится магия демонов, умение драться и связи с шелле, которые тайно могут помочь с документами или устройством где-нибудь в дальнем конце империи.

Красные дымки перед его глазами замерли, растворились в воздухе. Мне такой серьезный допрос не нравился, и я не могла понять, что у сына жениха на уме. Но ответить было необходимо, чтобы демон не придумал объяснения за меня:

– Я совру, если скажу, что никогда не думала о побеге. Думала, Аштар. Но слишком многие пострадают в этом случае. Марита не сможет подписать смертный приговор своим мамусе и папусе, которых так обожает. И я не смогу. В Имельском княжестве живет много невинных людей, на которых твой отец отыграется. Я почти с рождения знаю, что значит ощущать себя заложницей, а в последние месяцы я научилась чувствовать себя зайцем в капкане. Но я не представляю себя в роли убийцы. Потому нет – всякий раз, когда я мечтаю о побеге, я заканчиваю мечту словом «нет». Теперь ты спокоен?

– Спокоен, – размеренно произнес Аштар. – Хорошо, раз твои планы обсудили, перейдем к обсуждению планов твоего княжества.

– Ты о чем? – я нахмурилась.

– Неужели тебе еще не написали? – он заломил черную бровь.

Дома что-то происходит или уже произошло… И только он может мне об этом рассказать! Я забыла о том, что передо мной может быть возможный враг или доносчик, заглянула ему в глаза и бегло объяснила:

– Я не переписываюсь ни с кем из родных, Аштар! Вот такова цена моей жертвы – я собираюсь пострадать за них, но не выслала им даже привета с тех пор, как очутилась здесь, потому что им не нужны мои письма и приветы. Что случилось?

Его глаза внимательно наблюдали за моим лицом, как если бы демон ставил под сомнения все мои реакции:

– Да ничего особенного. Люди моего отца перехватили торговую делегацию из Имельского княжества в Шестую Окраину.

– И что? – я удивилась еще сильнее. – Мало ли для чего они туда поехали? Ты же сам сказал – «торговую»!

– Может, – он холодно улыбнулся. – И все несчастные торговцы казнены по приказу моего отца, который на подобные сделки разрешения не давал. Так почему же Имельский князь пошел на подобный риск, если у него ничего дурного на уме нет?

– Понятия не имею! – я выкрикнула нервно. – Я даже толком не знаю, с кем и чем именно мы торгуем! Жаль бедных людей – еще одна монетка в черную копилку Зохара Рокка. Но ты как будто к чему-то клонишь?

Аштар хмыкнул и наконец-то оторвал от меня цепкий взгляд, отступил, вздохнул и проговорил на грани слышимости:

– Похоже, ты действительно ни о чем не знаешь, Айса. И я представления не имею, хорошо это или плохо для моей Мариты… Ладно, просто будьте обе осторожны. Я сообщу тебе, если получу другие новости.

– Мы и так живем под защитой шелле! Аштар, чего же нам опасаться?

Он пошел от меня к выходу, пришлось несколько раз позвать по имени, но демон решил остановиться уже перед самой дверью. Чуть развернулся, подумал и все-таки ответил:

– Если это действительно просто глупая торговая сделка, тогда ничего. Но если мой отец заподозрит под ней что-то большее, то готовься к тому, что все вспомнят о твоей роли заложницы.

У меня в груди все заледенело:

– Аштар… твой отец из-за этих подозрений может меня отсюда забрать?

– Не думаю, – немного успокоил он. – Хотя мой отец непредсказуем. И клянусь своей кровью, что меня не особенно беспокоит, в какую беду ты угодишь, Айса. Я боюсь, что в ту же беду ты можешь за собой утянуть и Мариту. Кажется, ты очень щепетильный человек, потому просто прошу – если ты провалишься в болото, не убей заодно и свою лучшую подругу. Тогда лично я буду за это благодарен.

Мне его благодарность была без надобности, но опять в душе заскребло. Что же у них за влюбленность такая, ведь видно, как Аштара она гложет? Он так заботится о рыжей красавице, но не приближается к ней – и такие поступки достойны сострадания.

– Подожди, Аштар! – я выкрикнула снова, пока он не ушел. – Именно по этой причине я так хочу, чтобы кто-то из шелле взял Мариту под свое крыло! Потому уйми свою ревность и пожелай ей того же. Оттолкни ее снова, если потребуется, скажи ей что-нибудь, чтобы она навсегда о тебе позабыла. Вы в любом случае не были бы счастливы, ведь ты ей изменяешь даже тогда, когда в нее по уши влюблен!

– Я уже объяснял, это демонская кровь, она не дает выбора… – он зачем-то решил передо мной оправдаться. Хотя на самом деле он бездумно хотел оправдаться только перед Маритой.

Но его участие мне импонировало, он даже эти разговоры со мной не был обязан вести, потому я решила закончить на шутливой ноте:

– Придумывай больше, Аштар! Хинанда любит Элвина и не перебирает десятки любовников! Наверное, ты какой-то самый страстный из демонов? Весь в отца?

Он вдруг громко расхохотался, вогнав меня тем в ступор:

– Хинанда? До какой же степени ты наивная дура, Айса! Университет содрогнулся бы от буйного характера морт-шелле, если бы она пыталась сдержаться. Я по сравнению с ней выглядел бы сдержанным паинькой.

Аштар с этим же смехом все-таки пошел дальше, решив, что сказал все нужное. А я так до конца и не поняла, всерьез ли он это заявил, есть ли у него какие-то доказательства, или он просто вылил свои домыслы? В том, что Хинанда обожает своего жениха, я не сомневалась ни на секунду. Но означает ли это, что она ему верна? А меня это вообще каким боком касается?