Глава 5. Двойное проникновение

Новость о том, что Миронова теперь заняла пост генерального директора распространилась по коллективу ещё до того, как она провела большое совещание по данному вопросу, представив себя с новой стороны, которая, впрочем, делала то же самое, что и старая три года до этого. Ничего в её рабочих обязанностях не изменилось. Оскар Чернов тоже получил высокую должность и даже зарплату, кабинет Оладушкина и никаких обязанностей, кроме как давать Мироновой указания время от времени. Секретарша бывшего директора, которая теперь перешла к Назару уже несколько дней страдала от безделья, без конца подпиливая ногти в приёмной. Эта секс-помощница была по факту не нужна ни Назару, который сказал, что в офисе появляться не будет, ни Алесе. Миронова заявилась в приёмную бывшего директора за кое-какими документами и застала картину, как фигуристая Наденька откровенно подслушивала под дверью, прикусывая надутые губёшки.

— Надя, что там интересного? — похлопала её по плечу Алеся.

Девушка чуть не упала от страха перед Стервой, отскочила от двери и Алеся услышала — за дверью кто-то стонал, более того, Миронова узнала Милану, главную конкурентку Наденьки. Умел всё-таки Оладушкин вокруг своей неважной персоны создать ажиотаж из баб, не ахти каких, конечно, но отверстия рабочие, личико приличное. Милана ублажала его по вечерам в съёмной квартире, а вот хорошая девочка Надя жила с родителями и приходила к Оладушкину на рандеву только в обеденный перерыв. Обе получали на карманные расходы и не жаловались вслух, но терпеть друг друга не могли.

Алеся усмехнулась, как интересно Назар будет разруливать этот гарем? Оказалось, очень просто — он явился в кабинет Мироновой через полчаса после того, как она ушла из его приёмной.

Миронова подняла на него взгляд от экрана ноутбука — удовлетворённый, размякший и довольный он сел в кресло рядом с её столом, широко раздвинув ноги. От него пахло недавним сексом и потом, Алеся старалась лишний раз не дышать.

— Уволь Милану и эту, как её? — лениво протянул Назар, даже не поздоровавшись.

— Наденьку?

— Да.

— А что так? Сашуля не жаловался, всегда просил добавки.

— Слишком жирные обе, уволь. — твёрдо сказал Назар, с прищуром глядя на Алесю.

— Хорошо. Какие-то ещё распоряжения?

— Нет. Всё делаешь, как обычно. Напомню, когда что-то от тебя будет нужно, ты сделаешь это, не возражая, даже, если это действие принесет убытки. Всё понятно?

— У меня в договоре прописан процент от прибыли. — напомнила ему Алеся. — Убытки означают минус моя личная прибыль.

— Заплачу сверху. Просто делай и молчи. — бросил ей Назар, поднимаясь с кресла.

Он ушёл и Алесе стало как-то немного грустно, когда они переругивались было даже весело, а теперь что-то не очень. Она одернула сама себя, вспомнив, как недавно этот Бандерлог с ней поступил. Наверное, отчасти он был прав тогда, мужчины физическую силу к ней никогда не применяли. К тому же она всегда прекрасно чувствовала своей красивой попой, с кем разговаривать по-хамски можно, а с кем хвост змеи надо в зубы подобрать и клыки спрятать. С Назаром её пятая точка подвела, подставив саму себя под удар. Однако, Алеся решила эту тему не развивать, чтобы не получить ещё. Главное не путать его имена.

Жизнь Алеси вернулась на круги своя, работа-дом-работа. По меркам нынешней жизни её можно было смело назвать затворницей трудоголичкой. Так уж сложилось, что её хобби и досуг не предполагали выхода из дома.

В своей просторной трёшке на сто пятьдесят квадратов, за которую Алеся давным-давно погасила ипотеку, она устроила себе отличную зону комфорта, из которой можно было не выходить. Шикарная спальня с большими гардеробными шкафами, гостиная с огромным экраном телевизора, где Алеся строго раз в неделю смотрела фильм, который тщательно подбирала для просмотра, и даже почти ни разу не ошиблась в выборе качественного кино. В просторной гостиной она выделила зону для занятия спортом — кардиотренажер, коврик для йоги, несколько пар гантелей. Алеся каждое свое утро начинала одинаково, делала комплекс упражнений, сначала кардио потом силовые. Во время кардио ещё два года назад она делала одно и тоже — звонила бабушке и дедушке, делилась новостями, слушала их старческое брюзжание с улыбкой на губах, а потом они ушли, один за другим, тихо и без тяжёлых болезней. Просто время пришло, им было под восемьдесят. Так Алеся осталась одна и почти перестала улыбаться. Некому…

В её квартире была ещё одна комната — кабинет с рабочим столом, небольшой библиотекой и мягкими стенами со звукопоглощающими панелями. По вечерам Алеся заходила туда, доставала свою скрипку, ставила планшет с нотами на пюпитр и музицировала. Она играла на скрипке с пяти лет, и для неё не было лучшего отдыха душой от стресса, чем час со скрипкой наедине. Каждый раз, выходя из кабинета, она оборачивалась и прикрывала глаза, представляя себе, как в один прекрасный день сделает здесь ремонт. Из-за чёртового Назара ей пришлось отложить этот вопрос на неопределенный срок, а Алеся ненавидела, когда её планы нарушали и очень на него злилась. Она успокоила себя тем, что скоро Назара в её жизни не будет, Филин сказал, что скорее всего он продаст компанию где-то через год, может, вместе с Алесей, может без, для неё было не важно. Её жизнь от этого никак не изменится.

*****

Назару тоже было абсолютно всё равно, что будет с компанией потом, лишь бы сейчас она выполняла свою функцию незаменимого винтика в машине смерти, которая похоронит компании, принадлежащие его заклятому врагу. Бизнес Бахтияровых местами прямо, местами косвенно зависел от поставок алкоголя из-за границы. Бахтияровы должны лишиться всех благ, которые они получили, отняв у Назара. Десять лет он ждал своего часа, а потом еще три года к нему готовился, и этот час даже ещё не наступил. Остались последние приготовления весной и жаркое лето, когда Назар собирался отжарить отца и сына Бахтияровых в аду.

Сынок-мажор как будто бы уже начал жариться там самой судьбой — его жена с осени скиталась по больницам — чуть не умерла от ковида. Впрочем, Теймур Бахтияров не унывал, занимая себя дамами легкого поведения. Назар собрал столько доказательств его измен жене, что уже перестал за ним записывать. Да, Назар собирался сравнять с землей обе оставшиеся семьи Бахтияровых, любыми способами, даже самыми грязными. Но это должно случиться чуть позже, а пока утопал в грязи сам, предаваясь низменным порокам.

В клубе, где он был в последний раз со Стервой, отправив её в пешее эротическое шлепком под зад, Назар склеил двух девочек приятной наружности и без крепких моральных устоев и они провели у него дома два дня. Через неделю девочки попросились на добавку, Назар радушно их принял в особняке у Оладушкина, где теперь жил. После первого двойного захода, Назар спустился вниз попить водички, как ему в дверь кто-то настойчиво начал звонить.

— Извини, стервозина, на тебя я не рассчитывал, завтра приходи. — вздохнул Назар, глядя в её горящие гневом глаза.

— Какого чёрта, Оскар Назарович? — прошипела гадюка, вползая в дом, куда её не приглашали. — Почему мы отдаём одного из самых жирных наших клиентов Салагаеву? Он там в своем Питере рулит, на хера ему Москва?! Я почти год ходила вокруг да около Кирсанова и его пабов, он всю кровь мне выпил! Почему?!

Стерва в запале ярости дошла до кухни, прямо в обуви, разнося весеннюю грязь по полу. Назар шёл по пятам за ней, рассматривая её задницу, обтянутую тёмными брюками. За годы жизни на свободе Назар понял одно — сейчас было принято среди баб, если тебе есть, что показать — показывай. Фигурка у Стервы была зачётная, но она упорно её прятала, особенно свои сиськи берегла. Рубашки не носила, ходила в каких-то свитерах, пиджаках, штанах. Один раз он видел её в юбке и та по колено, а ножки то у неё были красивые. Цену себе набивает? Корчит из себя «я не такая»?

Пока Назара думал о её теле под одеждой, Алеся налила себе стакан воды из фильтра и повернулась к нему, опустила взгляд ниже, чуть приподняв бровь.

— Ну, так? Почему мы отдаём Кирсанова Салагаеву? — перевела она любопытный взгляд намного выше.

— Потому что я так сказал!

— Почему ты так сказал? — всё никак не успокаивалась Стерва.

— Сварганишь что-нибудь поесть, может, и отвечу, в холодильнике еда, вон плита, вперёд, блесни чем-то кроме своей сучности. — усмехнулся Назар.

— Я не умею готовить. — равнодушно пожала плечами Алеся, рассматривая своего нового босса.

Крепкий, плечистый, сильные мышцы ног, задница накаченная, даже кубики пресса можно разглядеть. Справа под сердцем два шрама, как будто от ножевых. Алеся нахмурилась, его что, пытались убить в тюрьме или после? Когда Назар повернулся к чайнику, чтобы налить себе чай, Алеся сделала однозначный вывод — пытались, и не один раз, три шрама от колото-резаных в разных местах были и там.

— На следующей неделе едем в Петербург, договариваться с Салагаевым и ещё кое с кем. Едем недели на две, бери побольше вещей. И давай как-то начинай уже нормально выглядеть! Как баба! Я тебя для чего по-твоему на встречи таскал, чтобы ты своими сиськами пыль в глаза им пускала и помалкивала.

Алеся слегка приподняла брови, пренебрежительно окинув взглядом мужчину в трусах, застрявшего мозгами как будто в девяностых, а скорее всего все сидельцы там застряли.

— Для этого теперь есть служба эскорта, я генеральный директор серьёзной компании, сиськи не обязательный атрибут моей рабочей комплектации. Я контракт с Кирсановым не сосками добыла!

— А сняла бы лифчик, может, добыла бы быстрее. — усмехнулся Назар.

Только Алеся хотела сказать что-нибудь язвительное, как в дверь кухни вошла девушка в своей полной рабочей комплектации — только в трусиках. Она скользнула взглядом по Алесе, игриво подразнила ладошкой по груди Назара, который проводил её виляющую задницу довольным взглядом, и направилась к холодильнику.

— Детка, приготовь пожрать что-нибудь. — лениво кивнул ей на плиту Назар.

— Я не умею готовить, есть доставка. — фыркнула девушка с рыжими волосами и откинула их назад. — Я предпочитаю уделять время себе, а не хозяйству.

— А под словом «хозяйство», вы, что понимаете, если не секрет? — усмехнулась Алеся и кивнула в сторону мужчины. — Его хозяйство?

— Милый, это что твоя жена? — противно заголосила девушка, оглядывая Алесю. — Вот пусть она у плиты и стоит, жёны там должны быть.

— Ну, и наглые же шалашовки пошли. — цокнула острым язычком Алеся. — Была бы я его женой, ты бы уже рожей в унитазе булькала.

— Была бы ты моей женой, я бы уже повесился. — не остался в стороне Назар. — Так, девочка, твоя вторая подружка тоже только хозяйства полировать языком умеет или всё же мамка готовить научила?

— Я не знаю, и она не моя подружка. Пойду в джакузи полежу, приходи, буду ждать, без подружки. — проворковала напоследок девушка и исчезла с кухни.

— Ты не помнишь, как её зовут, да? Детка, девочка. — покачала головой Алеся, с насмешкой глядя на Назара.

— Скажи спасибо, что я помню, как тебя зовут, Алеська.

Миронова покачала головой, поправила полы пиджака и подошла к Назару, который немного напрягся, будто от её близости. Она подняла свой носик повыше, с насмешкой глядя ему в глаза:

— Вот таких вот на переговоры не бери — не умеют себя вести. Я пришлю тебе контакт элитного эскорт агентства, они предоставляют сопровождение с сиськами и без для любого случая. Девочки молчат, слушают и не мешают, потом встают на колени. Я, как ты понял, с этими подстилками ничего общего не имею. Насчёт Кирсанова, я пришлю сумму моего гонорара, ты ведь сказал мне компенсируешь потери? За слова свои отвечаешь?

— Да. — процедил сквозь зубы Назар.

— Тогда жду от тебя перевод, Оскар Назарович. — фальшиво улыбнулась ему Алеся.

Прежде чем уйти, она также как и прошмандель до этого, провела ладошкой по его груди и расхохоталась.

Пока она шла до двери, Назар смотрел вслед её уходящей заднице. Он тяжело вздохнул, поправил привставший на неё член и направился в джакузи немного расслабиться. Когда Стерва прислала ему сайт с продажными шлюхами, Назар в который раз за три года свободы удивился — с каких пор трахаться стало так дорого? Но когда она прислала ему сумму своей компенсации за потерянного клиента, Назар присвистнул — Алеська, которую он даже ещё не поимел, обошлась ему ещё дороже и даже сиськи не показала.