Глава 17
Глава 17
— Карина? Разбудил?
— Нет.
— Ты сбежала из больницы…
— Ну, если ты приехал ко мне, значит, сбежала…
— Всю ночь не спала, сидела в инете?
— Нет…
— Я тут всех обзвонил, написал твоей сестрёнке… Хотел позвонить…
— Что ты сделал?
— Ну, комп был открыт… Там последние слова были «Спасибо, сестрёнка»… Я написал, чтоб она не волновалась… Я не знал. Потом, ты произнесла имя в машине…
— Зачем? Кто тебя просил? Ты написал Лилиане…
— Да… наверное… Я потом понял, что она …
— Что ты сделал… Я писала о шантаже, а ты… Кто, ну, кто тебя просил!!! Теперь я получается сама… Господи, ну за что мне всё это?
— Кари, прости, я хотел как лучше…
— Антон, спасибо тебе за всё, но, пожалуйста, уйди…
— Кари…
— Уходи!!! Пожалуйста!!! Уходи!!! Оставь меня в покое! Все оставьте меня в покое!
— Карина…
Я заткнула уши руками. Ничего не хочу слышать. Ни-че-го! Когда я повернулась, Антона не было, только жалобно скрипнула калитка, и зло взревел стартер его машины. Вот и всё! Комп! Я открыла чат — сообщение Антона… Зачем он это сделал? Я с трудом набрала сообщение с извинениями. Вряд ли Лилиана на них обратит внимание, но… вдруг… Я не ждала ни ответа, ни возобновления переписки, я больше ничего не ждала…
Позвонили подруги, которым Антон тоже успел сообщить о том, что я в больнице. Успокоила, сказав, что всё нормально, что меня выписали, но сославшись, что надо кормить Буффа, свернула разговор. Им хватит ума дёрнуть своих мужчин и примчаться, а я никого не хочу ни видеть, не слышать. Не успела дать «отбой» — позвонила моя родная сестра. У неё всё хорошо, она прекрасно отдохнула и звонит, чтоб поставить меня в известность, а то буду названивать, а она намерена нырнуть в ванну…
Я написала сообщение в ленту, чтоб никто не волновался. Да, была тайная надежда, что Лилиана случайно увидит и примет это как извинение за своеволие Антона, но это была глупая иллюзия для собственного успокоения.
Друзья, скорее подруги, они писали, поддерживали, я же старательно изображала счастливую беззаботную и немного взбалмошную девицу… Хватит, ключ от души и сердца я выбросила за ненадобностью.
Прошло два-три-четыре дня… Я забрала машину… Жизнь текла как вода между пальцев…
— Карина, почему ты не подходишь к телефону?
— Потому что я и мобильный, и стационарный отключила. Зачем ты приехал? Я же сказала…
— Ты видела себя в зеркало? Что произошло? Что такого страшного в том, что я написал то письмо?
— Ничего…
— Ты ела что-нибудь за эти дни?
— Да…
— Врёшь! — деловито заглянув в холодильник, заявил Антон, — Всё, что я привёз в последний раз нетронуто… Ты кормила Буффа, а о себе забыла?
— Кофе…
— Кофе — не еда! Всё, с меня хватит, — Антон сжал меня, — Что ты творишь, Карина?
— Отпусти, мне больно…
— Тебе больно? А обо мне, о моих ты вспомнила?
— Оставь меня в покое! Не смей на меня кричать! Уходи!
— Ну, уж нет! Где чемодан в этом доме или большая сумка, пакет, в конце концов?
— Зачем?
— Звони друзьям, которые могут присмотреть за Буффом, или я вызову Димаса, у него с собаками прекрасное взаимопонимание…
— Что ты командуешь?
— Потому что я мужчина! И ты будешь слушаться, чёрт тебя возьми!
— Не буду!
— Будешь или поедешь в Испанию в том, что сейчас на тебе, в халате!
— Почему в Испанию?
— Не делай вид, что ты не читала того проклятого письма. Я наполовину испанец, точнее каталонец…
Да… меня тогда удивила подпись Антона — Антонио, а в скобках «для Карины Антон».
— Ты мне врал?
— А я тебя интересовал, ты меня слышала? Ты ничего не замечала вокруг… Да, о том, что ты пережила я узнал от твоих подруг. Да, я им звонил! — с вызовом бросил, гневно хмуря брови и шагая из угла в угол… — Да, можешь кричать, выгонять, но больше я не уйду. Слышишь меня — не уй-ду! Поняла?
— Поняла…
— Вот и умница, — резко сбавил тон, устало выдохнув, — Решай, что возьмёшь с собой или мы всё купим в Барселоне.
Умница… Дура! Идиотка! Надо было закрыть на замок калитку, хотя… вряд ли это остановило бы Антона или Антонио…
— Кари, я за бульоном в машину, хорошо мама подсказала. Ключи у меня, так что дверь запереть не удастся, сбежать тоже!
Он ушёл… Ой, я даже не спросила о его маме, сестре и брате… Каталонец… В голове полный сумбур…
— Буфф, кажется, твоя хозяйка влипла! Что виляешь хвостом, что делать-то?
Мои мысли ещё не успели до конца оформиться, когда вернулся Антон.
— Пей бульон, он ещё тёплый. И молчи, только молчи!
— Я молчу…
— Нет, ты очень громко думаешь!
Это как? Фраза ввела меня в ступор… Хорошо, что Антон не знает, что я пишу книги… в стол, если, конечно, Маринка с Наташкой не проговорились… Они могли.
— Тебе тоже надо собраться…
— Додумалась, — невесело хохотнул Антон, — Всё уже в машине. Завтра приедет Димас и отвезёт в аэропорт, поэтому даже не мечтай от меня избавиться.
У моего главнокомандующего зазвонил мобильный. Вот зараза, говорит по-испански, каталонски, ну, вобщем не по-русски. Это он специально, чтоб я ничего не поняла!
— Тебе привет от отца. Он нас встретит или пришлёт машину… Вещи будем собирать позже, переодевайся, тебе необходимо проветриться, а то папа сразу по прилёту уложит тебя к себе в клинику…
Спорить при таком напоре было бесполезно, и я поплелась в спальню. А что надеть-то? Куда он собирается меня везти?
Танго — моё лекарство от проблем. Антон привёз меня в знакомый ресторан. Спасибо, что в последний момент подсказал, что мне на себя нацепить. Лангетку я уже сняла, хотя, похоже, что надзирателю это не очень понравилось, но, поскрипев зубами, промолчал.
Меня заставили снова есть, как я ни упиралась. Потом начался вечер танго и мы танцевали. Антонио потрясающий партнёр, хотя я отметила это ещё тогда, в первый раз…
— Как рука?
— Нормально.
— Невыносимая женщина!
— Так поставь, где взял, нечего меня выносить…
— Ого! Вернулось чувство юмора и острый язычок на месте — хорошие признаки!
Не удержалась и показала этому командиру язык… Даа, со стороны это смотрелось весьма странно, ну и плевать!
— Будешь дразнить…
— И что?..
— Кари, лучше тебе даже не представлять, что за этим последует, — пригрозил этот непонятный для меня мужчина, — Но краснеть можешь начинать уже сейчас… Потрясающая женщина! Она умеет краснеть!
— Прекрати…
— Я ещё и не начинал… Для начала придётся учить тебя целоваться…
— Что? Мы…
— …целовались! Но это скорее поцелуй дружественный или робкий ответ целомудренной девочки… Кари, ты покраснела до кончиков пальцев на ногах…
— Прекрати, на нас обращают внимание…
— Плевать! Пусть завидуют! — с этими словами Антон поцеловал меня, — Я же говорил…
— Что… — как в тумане выдохнула.
— Я первый и единственный в твоей жизни.
— Нет…
— Не спорь! Если б рядом с тобой был настоящий мужчина, то он никогда б не выпустил тебя из своих рук.
— Ненормальный.
— Рядом с тобой? Да!
Мы вернулись довольно-таки рано, даже жаль — вечер был в самом разгаре.
— Антон, но как же виза…
— Глупышка, я же нашёл твой паспорт, ну который попался мне на глаза первым, потом искал другие документы… Я видел, что виза действующая… Ты ведь хотела куда-то поехать в отпуск?
— Да, была такая идея, но…
— Вот и поедешь…
— Антон, что ты сказал вначале? Что означает…?
— Глупышка…
— Так ты меня дурой назвал?
— Нет, глупышкой…
— Какая разница!
— Огромная, единственная…
— А сейчас как обозвал?
— Ну, напрягись…
— Фаворитс… Фаворит — первый…
— Ну, а если ещё чуточку подумать, — издевался, улыбаясь.
— Не знаю.
— Не вздумай дуться, хотя я передумал — дуйся, потому что есть повод тебя поцеловать…
— Антон!
— Да, единственная?..
— Ты специально!..
— Конечно! Единственная…
Этот… специально издевался!
— Марш спать!
— А вещи?
— Тебе долго собираться?
— Неет…
— Тогда не искушай меня, женщина! — шлёпнув меня легонько по пятой точке, нарочито грозно, прорычал, — Мне предстоит спать на диване, поэтому…марш в спальню, пока я не передумал.
— В смысле?
— Господи, пошли мне терпения*! Кари, если ты сейчас же не уйдёшь, то Димас долго будет нас ждать… моя искусительница**
— Ты специально!
— Кари, я не железный!!!
И что я такого сказала?
Мне не спалось, Антон тоже не спал, потому что было слышно, как он вставал, несколько раз подходил к спальне, что-то втолковывал Буффу…
— Просыпайся, малышка… Самолёт ждать не будет, а надо ещё вещи собрать…
— Не хочу, — зарываясь в одеяло, пробормотала я. Мне снился замечательный сон и просыпаться совсем не хотелось — во сне я летела в Барселону…
— Ты и святого искусишь… ***
— Опять? — высунула я нос и приоткрыла один глаз, — Я же не понимаю, что ты говоришь…
— Придётся учить язык! А сейчас быстро вставай, иначе… я расположусь рядом!
— Это угроза?
— Предупреждение! Причём сто первое и последнее! Считаю до трёх?
— Почему до трёх?
— Больше не выдержу!
Завтрак я, как ни старалась, проглотить не смогла.
— Понятно, волнуешься перед полётом… Ничего, перекусим или в аэропорту, либо в самолёте…
Димас приехал минута в минуту. Моментально нашёл общий язык с Буффом — это у них, видно, семейное…
*Господи, дай мне терпения
**моя искусительница
*** ты и святого искусишь…