52. Эмма

Я покинула стены следственного изолятора и подняла голову к небу. На лицо упала первая капля дождя, словно, погода решила составить мне компанию в моем депрессивном настроении.

Прошло уже несколько недель с тех пор, как Стервятника задержали, а я временно перебралась жить к Светлане. Девушка почти все ночи проводила со своим Петей. Впрочем, днями она тоже была занята. Светка все-таки решилась и приняла предложение своего мужчины стать его женой. Теперь занималась подготовкой к свадьбе. Петр был готов оплатить ей свадебного организатора, но подружка все предпочитала делать сама. Поэтому часто мы с Аллой Леонидовной оставались одни. Мне очень повезло, что тетя Алла относилась ко мне, как к дочери. А я с удовольствием вспоминала то время, когда моя мама была жива, и наслаждалась ее заботой.

Я вернулась на учебу в ВУЗ, где на меня теперь косо смотрели. Нет, обо мне не писали в газетах, что странно. Ведь для нашего городка арест криминального авторитета, который кошмарил весь местный бизнес, стал настоящим событием. Я ведь была любовницей Назара Мерехова не один день, он не прятал меня и водил по дорогим ресторанам. Мне снова пришлось сменить стиль в одежде. Теперь от дорогих вещей, когда-то купленных на деньги Стервятника, остались лишь жалкие воспоминания. Большая часть моей собственной одежды осталась в опечатанной полицейскими квартире. Светка со мной, конечно, поделилась… но ее стиль я бы могла назвать вульгарным. Но мне ничего не оставалось и приходилось носить то, что было в наличии.

Про самого Назара удалось выяснить немногое. Его обвиняли в шантаже и каком-то мошенничестве. Я точно не знала. Сведения в газетах разнились день ото дня, а достоверного источника информации у меня по-прежнему не было.

У меня было желание прогуляться до местного отделения полиции, куда меня привезли в момент задержания Стервятника, и вызнать подробности, но Светка отговорила.

— Ты что, совсем, дура? — орала на меня подруга. — Сейчас тебя не трогают! А ты хочешь, чтобы тебе что-нибудь пришили? Вспомни о ребенке, Эмма! Хочешь, чтобы не только отец-уголовник у него был, но и мамаша на нары загремела?

— За что? — ошарашено спросила.

— Понятия не имею! Но захотят — найдут! Лучше сиди тихо и не высовывайся!

С логикой подруги была согласна, поэтому сидела «тихо и не высовывалась», как она посоветовала.

Мне удалось найти работу с подходящим графиком. Работала я три ночи в неделю. С пятницы на субботу, с субботы на воскресенье и с воскресенья на понедельник с восьми вечера до восьми утра. Устроилась продавцом в круглосуточный цветочный магазин. Работа была отличная. Покупателей почти не было, а у меня была возможность поспать или поготовиться к экзаменам. Ведь на носу была сессия.

Живота у меня еще не было видно. Возможно, еще месяца два, а то и три его удастся скрывать. Поэтому я решила искать кроме подработки в цветочном магазине, постоянную работу на лето. Возможно, если работа окажется хорошей, то уйду в академический отпуск в университете уже с сентября. Предварительный срок родов у меня был намечен на самый конец декабря.

Вот так и жила последние недели. Утром университет, вечером помогала тете Алле по хозяйству, а ночью рыдала в подушку. Не понимала, за что мне все это.

Отец так и не появился, хотя я очень надеялась, что после ареста Стервятника он вернется или хотя бы попытается связаться со мной. Ведь теперь папе было нечего бояться. Назар был арестован, а долги отца как бы выплачены.

Я не понимала, как мне жить дальше. Временно меня приютила семья Осиповых, но я не могла вечно пользоваться их добротой. Не представляла, что буду делать, когда родится ребенок. Алле Леонидовне в силу проблем со здоровьем требовался отдых и спокойствие, а какие отдых и спокойствие, когда у тебя за стенкой плачет новорожденный ребенок? Я понимала, что меня никто не выгонит, не такие люди тетя Алла и Светка, но то, что их будет напрягать мое присутствие, это однозначно. Вот и искала варианты. Пока что единственным вариантом видела — вселиться обратно в собственную квартиру. Плевать, что она находилась в собственности Мерехова, я была там прописана. Но узнавала. Подобные вопросы решались только через суд.

Олег Яковлевич появился внезапно. Он представился адвокатом Назара Мерехова и передал мне документы на новую квартиру. Я обалдела, узнав, что Стервятник оформил на меня какую-то собственность. Но мне было столь радостно, что я вцепилась в Олега Яковлевича и не отпускала, пока он не рассказал хоть что-то о Назаре. Оказалось, Стервятника давно нет в нашем городе. Его перевели в соседний, где был следственный изолятор. По словам адвоката, выходило, что сидеть там Назару, пока идет следствие и вплоть до вынесения приговора. Олег Яковлевич отказался обсуждать со мной дело Мерехова, лишь сообщив, что существует большая вероятность для Стервятника получить тюремный срок до десяти лет.

Десять лет, конечно, лучше чем озвученный Светкой в пятнадцать. Но десять лет — огромный срок. Почти целая жизнь. Наш ребенок уже успеет окончить два-три класса. Я была вовсе не уверена, что смогла бы прождать даже три-пять лет, похоронив свою молодость.

Тем не менее, я очень хотела увидеть Стервятника. Поговорить. Ведь расстались мы, мягко говоря, ужасно.

Олег Яковлевич выполнил мою просьбу, договорился со Стервятником и все устроил. Прогуляв сегодня университет, на первой электричке поехала в другой город, в следственный изолятор.

Теперь, после общения с Назаром, действительно, поняла, что между нами все кончено. Он так и так собирался меня бросить, а подаренная квартира была чем-то в виде откупных.

Я так и не сказала ему, что беременна.