Глава 31

Правящий шейх Дубая Шериф Макдиси сидел за своим внушительного размера рабочим столом из красного дерева, как всегда поглощенный чтением каких – то документов. В традиционной белой кандуре (араб. – традиционное белое платье арабских мужчин), которую носил исключительно в стране, как всегда надменный и спокойный, он не сразу поднял голову на Корсана, но как поднял, растянулся в любящей доброй улыбке, даже немного, казалось, несвойственной для его хищно – пронзительного, острого лица… Встал, подходя к мужчине и распахивая объятия, на что тот ответил лишь сдержанным кивком…

– Сынок, как я рад тебя видеть! – играл свою роль, как про себя заметил Нур, мужчина, – все такой же неулыбчивый и серьезный…

– Здравствуй, самахату – аш – шейх (араб. – Ваше высочество, шейх). Вы звали меня?

Макдиси все – таки пару раз похлопал Корсана по спине, приглашая присесть. Тут же принесли огромный поднос с несколькими видами напитков. Видимо, шейх не удосуживался расспросами у гостя, что тот хочет… Предлагал все и сразу…

– И когда я смогу стать по – настоящему счастливым человеком? Когда же ты назовешь меня отцом? – сказал с улыбкой на лице, пристально вглядываясь в глаза Корсана…

– Думаю, тебя и так много чего делает счастливым, шейх. Не прибедняйся.

Молчание в ответ. Пристальный взгляд…

– Как дела, Нур?

– Все хорошо. Зачем ты позвал меня? Срочное дело…

– Нет, что ты… Просто соскучился… Я так редко вижу тебя, сынок, в отличие от всех остальных своих детей…

Корсан невольно усмехнулся…

– Давай к делу, шейх Шериф… Я как – то тяжело перенес перелет, может быть, перепады давления или эта ваша влажность. На острове погода лучше… Хотел бы быстрее вернуться к себе…

Тот понимающе улыбнулся в ответ.

– Не терпится в объятия своей белокурой красавицы?

Корсан напрягся… Откинулся на кресле, пристально вглядываясь в глаза отца.

– С каких пор вас всех стало так сильно волновать, в объятиях кого я провожу свое время?

Макдиси снова улыбнулся. Сделал манерную паузу, кашлянул.

– Послушай, сынок… Ты ведь знаешь… Я люблю женщин… У меня всегда было много женщин… Я мог делать ошибки, увлекаться, играться с ними и сам играть в разные роли… Но мое железное правило… Правило, которое я с самого детства старался привить вам всем, моим сыновьям – женщина должна приносить только удовольствие. Она не должна быть ни источником проблем, ни источником головных болей… Понимаешь, что все иначе – измени ситуацию в свою пользу… Подчини, обмани, уговори… Не можешь – отступись и найди себе более удобный аналог… И знаешь, мне кажется, до последнего ты был как раз из тех, кто придерживался этого правила… А сейчас… Сейчас у меня все больше складывается ощущение, что у тебя все выходит из – под контроля… Ты стал чудить… Совершать сумасшествия… И это неожиданно от тебя, Нур… Ты ведь другой, мой мальчик… ты надежный… Ты и Фахд, не Али… Именно вас двоих я вижу своей опорой, своей надеждой…

Корсан злобно – насмешливо фыркнул.

– Не нужно пытаться «мягко стелить», шейх… Не сравнивай меня с твоими сыновьями… Все мы прекрасно знаем, каково мое место, и каково их… Я люблю Фахда, он мой брат и замечательный человек. И он твой нареченный наследник престола… А Али… Али любимый папенькин и маменькин сынок под крылом у родителей, которому спускают все, поэтому он так отвратительно и ведет себя… А кто же я? Я просто пират… Изгой, стигматизированный всем миром, человек, который должен делать за вас грязную работу… Пока вы наслаждаетесь почестями и уважением, меня клянут на всех континентах, меня боятся и ненавидят… И это не я выбрал такую роль… тебе ли не знать…

Снова пауза… Снова этот острый, проницательный взгляд мужчины, которого Нур никогда в жизни так и не смог назвать отцом… Ни вслух, ради конъюнктуры, ни про себя… даже в минуты отчаяния и одиночества, когда смотрел на небо и понимал, насколько он бесконечно одинок в этом мире… Насколько чудовищно мал на фоне этой бескрайней вселенной, без любви, без заботы, без тепла… Все это у него отобрали еще тогда, когда он даже себя не помнил… Отобрали, попытавшись заменить холодным золотом…

– Послушай, Нур… тебе ведь почти тридцать шесть лет… Ты так взросел и рассудителен… А сейчас… Сейчас у меня ощущение, что я говорю с трудным подростком в переходном возрасте, который что – то пытается доказать своему родителю… Не разочаровывай меня… ты ведь гораздо глубже этого… И, как мне казалось, всегда зришь в корень… Все, что ты сейчас говоришь – это поверхность… Лишь временная оболочка… Нам же важна суть… Суть в том, что ты выполняешь работу, которая другим была бы не под силу… Ты хранишь наши внешние рубежи, ты контролируешь все те теневые стороны бизнеса, которые могли бы потопить нашу страну… Ты помогаешь сохранить ее геостратегическую непогрешимость и безопасность в регионе, который то и дело взрывается, словно это пороховая бочка… Да, ты прав… Я хочу видеть Фахда внутренним хранителем созданного нами государства, но его внешним хранителем еще при моей жизни был назначен ты… Ты должен осознавать степень доверия, моего безграничного доверия тебе…

– Суть, говоришь? Суть, шейх, в том, что я убийца, контрабандист и разбойник… Я пират, отец… Недопринц…

– Мне казалось, что ты и сам предпочел сбежать от всех нас на остров… там ты чувствуешь себя намного комфортнее, чем в Дубае… Это при том, что тебя никто не гонит… Ты можешь решать почти все вопросы отсюда… А что касается пиратства… Мальчик мой, ты ведь хорошо учился… Ты знаешь, что слово «пират» для нашей династии не зазорно… Наши предки были пиратами, бороздя просторы морей, в которых теперь ты безраздельный правитель… Это наша гордость, а не клеймо…

Снова пауза, снова напряженное молчание в кабинете. Шейх закуривает свою сигару… Корсан стискивает челюсть, смотря в пол… У них две правды… И этим правдам никогда не сойтись…

– Суть и поверхность… – продолжает шейх… – Смотри, как оно получается… Ты смотришь на свою золотоволосую пленницу и видишь то, что, видимо, не видел в других женщинах… А я смотрю на поверхность – и вижу обычную шлюху, которая продает свое тело, пусть и ради спасения мужа, так еще и наслаждается этим…

– Ни слова больше о ней, Шериф… – цедит злобно Корсан сквозь зубы…

– А то что, мальчик мой? – с вызовом отвечает отец, – накинешься на меня с кулаками, как на Али?

– Али заслужил…

– Али заслужил быть избитым… Балкис заслужила быть изгнанной… Шпион – вредитель заслужил выжить и быть освобожденным… Посмотри на все это со стороны… Попытайся быть объективным… Не думаешь, что все это как минимум нелогичные поступки с твоей стороны? Это то, о чем я говорю, мальчик… Она делает из тебя глупца… Не ты ее подчиняешь, а она меняет тебя… Не в лучшую сторону…

– Ты преувеличиваешь ее власть надо мной, шейх, – отрезает Корсан, – все то, что ты назвал, не имеет к ней прямого отношения… Али я давно хотел врезать, про шпиона я, кажется, все давно вам разъяснил. Выгоднее всем, чтобы он предоставил удобную нам информацию, чем пал невинной героизированной жертвой… А Балкис… Балкис перешла все границы дозволенного… Она осмелилась ставить под сомнение мои власть и авторитет… Я не потерплю такого… Ты ведь наверняка знаешь, что сегодня утром она снова пыталась избавиться от Валерии…

– Пыталась ли? – задумчиво хитро посмотрел на Корсана отец, – кому, как ней ей знать, что ты слишком умен и наблюдателен, чтобы дать девчонке умереть от очевидной вещи… Не забывай, Нур, вы с Балкис нечто большее, чем просто любовники… Вашу связь не разорвать… Не стоит ее недооценивать, потому что она слишком похожа на тебя самого… Она просто играла с тобой… Просто лишний раз показала и тебе, и нам всем, насколько ты нелогичен рядом с этой девчонкой… Что ты сделал? Притащил ее с собой… Словно если ее и правда захотят убить, это сможет ее защитить…

– Что ты хочешь этим сказать?

– Хочу сказать, малыш, что ты попался на уловку Балкис, как неопытный мальчишка… Она обвела тебя вокруг пальца, а ты так ослеплен чужой женщиной, что даже не увидел этого, до сих пор не видишь… Что ж, тогда пришло время мне тебе показать…

Корсан неотрывно смотрел на, казалось, торжествующего отца… А тот молча, но тенденциозно взял в руки лежавший на столе пульт и нажал на кнопку пуска, направив его на висящий на стене телевизор…

– Что ж, Нур, давай посмотрим, насколько женщина, сумевшая поработить твой мозг и волю, искренна с тобой…

Пират резко переводит взгляд на экран и видит свой дубайский дом… Камера внутри, в спальне, в которой он оставил Златовласку… А вот и сама девушка… Стоит одиноко, ежится… А потом резко оборачивается на дверь, потому что на пороге появляется какой – то мужчина, которого Корсан узнает не сразу, но как только вглядывается повнимательнее , грубо ругается…