POV. Себастьян

В Сикстинской капелле Микеланджело разрисовал около тысячи квадратных метров потолка и дальних стен капеллы. Он потратил на роспись четыре года, но это, несомненно, стоило таких усилий. Гете писал: «Не повидав Сикстинской капеллы, трудно составить себе наглядное представление о том, что может сделать один человек».

Я сжимал в руках последний рукописный шедевр великого мастера.

Ученые до сих пор спорили о том, как нескольким рисункам удалось уцелеть, и потеряться на долгие столетия, а потом обрести новую жизнь в частных коллекциях. Одна из редчайших реликвий теперь принадлежала и мне. Веллингтон пропитал рисунок специальным составом, за счет чего он стал гораздо плотнее, ни таким ветхим.

Минут десять пялился в одну точку, продолжая удерживать в руках свой трофей. Пытался почувствовать хоть что-то. Хотя бы толику прежних эмоций, которые раньше вызывало во мне воровство. Но тщетно…

В этот раз все было иначе. Никакого трепета внутри и потоков адреналина по венам. Скучно и пресно. Герцог оказался слишком предсказуемым, и, конечно, ему и в голову не придет, что это я его обчистил. Он только спит и видит, чтобы наши семьи породнились.

Я прикрыл глаза, стараясь почувствовать хоть что-то будоражащее.

«Вводи!» – сказала она, сверкнув отчаянным взглядом. Ни одна другая бы не рискнула так испытывать судьбу. Моя пленница оказалась девушкой с характером и это меня позабавило.

Мне вдруг захотелось подняться к ней в спальню и повторить все то, что произошло в машине, только теперь уже в более подходящей для этого обстановке. Без спешки. Долго и медленно, а потом снова дико быстро. Член вновь стал рваться наружу, готовый разорвать брюки.

– Оххх… Проклятье! – прислонил подушечки пальцев к вискам и стал пощипывать ими кожу.

С её появлением все мои мужские инстинкты обострились. Мне так отчаянно хотелось совершенно недопустимых ранее вещей – ощущать её в своей кровати всю ночь напролет. Подчинять её тело себе вновь и вновь. Заставлять её биться в конвульсиях наслаждения. Показывать ей истинную природу отношений мужчины и женщины. Распалить её тело и терзать долгими часами, чтобы к утру, она уже даже не могла стонать, а мою спину саднило от свежих царапин…

Да, черт побери! Рядом с этой женщиной я превращался в половозрелого слюнтяя! А самое невероятное, даже после нашего сумасшедшего секса в машине, она смотрела на меня, будто королева Великобритании на своего подданного… НЕМЫСЛИМО!

Долбанул ладонью по столу, ощущая растерянность. С завтрашнего дня всё будет по-другому. Совершенно. Я поставлю Александру на место. Буду соблюдать дистанцию. Гордячка хочет ощущать тепло моего тела на своей коже – так пусть тогда играет по моим правилам…