Глава 10 · Братишка

Ошибки быть не могло. Талантливый композитор и музыкант Дориан Мори являлся оболочкой, куда заточили Кровавого Бога.

Что ж, это многое объясняло. Например, почему родители были против увлечения парня музыкой. Почему требовали от него глотать пыль от фолиантов о стратегии и тактике боёв. Почему заставляли нескладного паренька вести практически аскетический образ жизни в соответствии с полевыми условиями и драться… И всё против его собственного желания.

Знали ли родители Дориана, что он оболочка? Безусловно.

Кто ещё мог знать? Кто его знает… Точно творившие заклинания, а дальше…

И что делать ей? Неке? Дориан же живой человек. Очаровательный, прекрасный юноша, который точно ни о чём не подозревает.

Что делать ей?

Рассказать Бриану? И чем это всё закончится для Дориана? Точно ничем хорошим.

Пустить всё на самотёк?

А если у этих уродов получится пробудить сущность Кровавого Бога? Что тогда?

Рассказать всё самому Дориану и ждать его решение?

Тоже не выход… Это значит просто переложить ответственность на чужие плечи.

Если он решит открыться, будет обречён.

Решит оставить всё в тайне, будет всю оставшуюся жизнь боятся и мучатся кошмарами. А Нека сама прошла эту агонию, и парню точно такое не желала.

Боги, как это трудно. Принять решение…

Хотелось что-то разбить, сломать, закричать. Да, хотелось орать во всю глотку!

Но Нека просто сидела на своей кровати в темноте, сжавшись и поджав ноги.

Внезапно девушка встрепенулась и поднялась.

— Все проблемы от недостатка информации. Вот потрясу Бриана, тогда и будет всё ясно.

На этом промежуточном решении девушка и отключилась.

— Де Мирт, хватит разлёживаться. Подъём! — ментально заорал Бриан.

— Что? — подскочила девушка.

— У нас всего два дня осталось. И за эти два дня ты должна найти эту демонову оболочку.

— А если у меня не получится, что тогда делать будем? — начала вести расспросы Нека.

— Я отдам приказ о полном устранении всех, кто хоть каким-то образом относился к Кроваму культу, а также их родственников.

— Но ты сам говорил, что эта вся верхушка! — ужаснулась Нека. — Все у кого есть реальная власть. Тут же такие беспорядки начнутся! Такие жертвы будут.

— А что поделать? Либо мы топим в крови только провинцию Каро, либо под угрозой вся Империя.

— Ладно, а что ты сделаешь с оболочкой, если я её найду? — просто немыслимо, как девушка заставила себя успокоиться.

— Уничтожу, а духа отпущу.

— А культ?

— Будет реализован тот вариант, о котором я тебе ещё говорил на корабле.

— Но почему такая разница? — удивилась девушка.

— Для того, чтобы пробудить дух, хватит и одного посредственного мага, правда, владеющего нужной формулой, а чтобы заточить, создать оболочку там такая мощь нужна… В общем, не одно поколение должно магию собирать.

— А оболочка может быть живой? — задала следующий вопрос Нека.

— С чего бы тебя это интересует.

— Вспомнился Бог и его первое тело. — соврала девушка.

— Может. Но так бы рисковать они не стали, если у них нету формулы.

И эта фраза решило всё, но, боги, как же жутко, мерзко, отвратительно… Сейчас Нека Дести подпишет смертный приговор человеку, виновному только в том, что он оказался в не нужном месте и в ненужный час… Проще говоря, родился в не той семье…

— Зайди, пожалуйста, ко мне в комнату. У нас будет серьёзный разговор. Ментально я не могу.

Скрипнула дверь — принц вошёл.

— Можешь говорить, я наложил полог тишины… — сказал и осекся. Такой Неки Бриан ещё не видел.

Девушка сидела на полу, спиной оперевшись на остов кровати, и беззвучно плакала. Слёзы лились ручьями, а она их не утирала, лишь покусывала нижнюю губу.

— Я тебя напугал? — ласково спросил принц, тоже присев на пол, чтобы их лица были на одном уровне. — Мне самому всё это не нравится, но ничего не поделаешь…

— Нет. — всхлипнула Нека. — Дело в другом.

— В чём же? — поинтересовался Бриан, пытаясь понять, как ему успокоить девушку.

— Оболочка живая! Я это на балу поняла. Неужели нет других ходов?

— Кто это? — воскликнул принц.

— Абсолютно невинный человек. Жертва обстоятельств. Неужели нет другого выхода?

— Кто он? — грозно прорычал мужчина.

— Дориан Мори. — слабо пропищала девушка.

Его Императорское Высочество, принц Бриан медленно поднялся и оставил девушку в одиночестве.

— Так не должно было быть. Не должно. — шептала Нека. — Не должно! Так, не может быть. Просто не может.

А потом в голову пришла шальная мысль:

— Он не ответил! Он не сказал, что нет другого варианта!

Почему-то эта идея полностью овладела девушкой и придала сил. Она поднялась, отпустила себя и заставила чувствовать, искать… Она должна была узнать, куда направился принц, чтобы выведать все варианты.

* * *

— Я в жизни так не спешила. Я в жизни так не волновалась. — грустно улыбнулась Камилла Дорсэ. И это было правдой… Ведь за маму, за Крейнц переживать не было смысла. В обеих ситуациях Камилла изменить ничего не могла, но здесь была возможность. Нет, надежда на эту возможность.

* * *

Нека бежала. Оказалось, что Бриан направлялся к Дориану. И он был близко.

— Я не могу опоздать. Не имею права. — Девушка остановилась на мгновение, но только для того, чтобы раздвинуть нити, чтобы максимально освободить себе путь. И у неё получилось: в музыкальной комнате, где находился Дориан, она оказалась на пару секунд раньше, чем появился принц.

Достаточно, чтобы заслонить собой ничего непонимающего парня.

— Де Мирт, быстро отошла! — орал Бриан.

Нека лишь отрицательно покачала головой и произнесла уже давно набившую оскомину фразу:

— Должен быть другой выход.

— Назови хоть одну стоящую причину его искать? Почему я должен рисковать и терять здесь время? — зло, очень зло твердил его высочество.

Причины? Да, нет таких причин. Вернее, они есть, но Бриану их не понять. Ведь для тех, кто мыслит масштабами, что значит одна жизнь по сравнению с десятком? Да, ничего… Да и против это его любимых законов логики.

Вот только Неке было плевать и на здравый смысл, и на логику. Плевать! Давно плевать с чувством и расстановкой.

И нужно было срочно что-то придумать. Придумать то, что могло задеть и этого принца императорской крови.

Что?

Слова сорвались сами:

— Я люблю его. — может и грязный приём, но Нека произнесла именно это. Почему? Она бы не ответила бы и сама, просто сорвалось.

Девушка боялась смотреть в глаза принца. Боялась, поэтому так и стояла с опущенной головой, пока не услышала звук захлопнувшейся двери.

Потом несколько мгновений было молчание, а затем…

— Это правда? — Нека услышала срывающийся голос Дориана.

— Правда. Ты для меня как младший братишка. — ответила девушка и поняла: она ни словом не согрешила против истины.

— Это хорошо. — засмеялся юноша. — Потому что ты для меня как сестрёнка.

Потом снова было молчание — и новый вопрос:

— А что это было?

И Неке пришлось объяснять…

Долгая работа, муторная и неблагодарная. Ведь видеть, как от каждого твоего слова появляется всё большое отчаяние в глазах дорогого тебе человека больно… А видеть, как его мир рушится, и вовсе невыносимо… Но Нека говорила, рассказывала обо всём, что знала. Честно, непредвзято, так как делала это всегда.

— Всё ложь! — восклицал молодой человек. — Всё ложь! Обман!

— Не всё, но многое.

— Но зачем тогда жить? Почему ты не позволила ему меня убить сразу.

— Чтобы жить. — вздохнула Нека и, понимая, что истерики, кажется, не избежать, погрузила «пострадавшего» в сон.

На что она надеялась? На здравый смысл Дориана. Надеялась, что небольшая передышка немного ослабит эмоции…

Всё время, пока Дориан спал, Нека сидела рядом, боясь, что как только она покинет его, с ним обязательно что-нибудь случится.

Со стороны это бы выглядело забавно, если бы не было так грустно.

Девушка, сидящая на полу в музыкальной комнате, и рыжий паренёк, страдающий от беспокойных сновидений и лежащий на этом же полу.

Спал Дориан всего два часа, но за это время его лицо искривляли самые разные эмоции, но в какой-то момент он успокоился, а через пару мгновений открыл глаза и хриплым от сна голосом спросил:

— Значит, мои сновидения реальность?

— Скорей всего. — тихо ответила Нека.

— И эта девушка. Рейна, кажется, тоже?

— Да. Рейна была реальной фигурой.

— Это хорошо. — слабо улыбнулся Дориан. А потом встал подошёл к фортепиано и заиграл.

Что ж, кажется, кое-кто снова нашёл смысл жизни. Правда, осталось найти способ её сохранить. Но это мелочь, ведь решимость уже есть…