Глава 46. Элина

Моё сердце, кажется, перестало биться: слишком неожиданно мучительной оказалась эта прямая просьба.

Адам стоит ко мне спиной и смотрит в окно. Мне безумно хочется подойти к нему сзади, обнять за талию и прижаться щекой с широкой спине. Господи, что бы он тогда сделал? Скорее всего, оттолкнул бы меня.

Судорожно сглотнув, пытаюсь избавиться от застрявшего комка слез.

– Тогда ты отпустишь меня?

– С чего ты это взяла? – не поворачивая головы. – Теперь ты принадлежишь мне.

Бесполезно пытаться заставить Адама поверить мне, понять и простить. Пустая трата времени. У него нет сердца. Месть – это всё, на что способен хладнокровный доминант.

Месть, наказания и пытки – вот, что он носит в душе.

– Зачем я тебе? – одёргиваю платье и сажусь на край кровати. – Не думаю, что смогу тебе чем-то помочь.

– Вот здесь ты ошибаешься, Элина.

Адам медленно оборачивается и, словно вышедший на охоту хищник, грациозной походкой возвращается к кровати. Под его пристальным взглядом я ёжусь и оттягиваю подол платья как можно ближе к коленям.

– Я начинаю склоняться к тому, что только ты и сможешь помочь мне.

– Что? Но как?

– Для начала расскажи, как ты познакомилась с Борисом.

Резкий тон, холод в голосе и неумолимое лицо яснее ясного говорят о беспощадности натуры человека, стоящего возле меня.

– Я боюсь тебя, – признаюсь честно, опуская взгляд в пол.

Адам делает тяжёлый вдох и присаживается рядом.

– Но есть кто-то или что-то, чего ты боишься больше, чем меня, поэтому и сбежала отсюда с папкой. Верно?

Киваю.

– Они шантажировали меня. Сказали, что убьют мою сестру, если я не сделаю этого.

– Как вы познакомились? – спрашивает с нажимом.

– В тот вечер, когда мы с тобой встретились на дороге, Лиза притащила меня в клуб. Мы поднялись на второй этаж в одну из закрытых комнат. Там было трое мужчин: Кирилл, этот Борис и некий Багров.

Замечаю, как Адам с силой сдавливает челюсти, и продолжаю:

– На тот момент я не знала их имён. Вообще не понимала, что происходит. Сестра, толком ничего не сказав, буквально силой заволокла меня туда. Когда Борис спросил её, являюсь ли я девственницей, я поняла, что мужчины замышляют неладное, поэтому попросила Лизку уйти, но Борис схватил её и приставил нож к горлу. С этого момента они начали меня шантажировать. Сказали, что сестра будет у них, пока я не принесу им папку, – от волнения запинаюсь на словах.

– Продолжай, – тон голоса Адама становится мягче.

– В машине я узнала Кирилла, но не стала его выдавать. Потому что боялась за сестру. Ну а дальше ты знаешь. На следующий день я пыталась выкрасть папку, но попытка была настолько жалкой, что…

– Ты трахалась с Кириллом в моём доме? – резко перебивает.

– Что? – во мне вспыхивает возмущение. – Нет! Никогда. Кирилл был очень груб со мной и постоянно угрожал мне. Однажды, когда мы ездили в город, он завёз меня домой проверить деда. Я захватила нож на всякий случай, и Кирилл, обыскав меня, нашёл его. Начал лапать меня прямо на улице. И потом сказал, что, когда всё закончится, он тоже… Я думаю, он хотел меня. Но между нами ничего не было. Это было бы омерзительно.

– Почему?

– Почему? Кирилл – подлый, гадкий человек. Он обманывал тебя. И, как выяснилось, меня тоже, – добавляю чуть слышно, – а ещё применял ко мне силу.

– Что это значит? Он тебя бил?

– Пытался несколько раз задушить.

– Почему ты не рассказала обо всём мне? Я бы помог тебе спасти сестру.

– Я хотела. Видит бог, я очень этого хотела. Но Кирилл постоянно следил за мной. И я думала, что ты тоже был в опасности. Помнишь, когда на тебя напал грабитель, я не хотела оставлять тебя? Потому что боялась, что это был заговор, что они все причинят тебе вред. Всё ради этой чёртовой папки.

– Твоя сестра на самом деле была у них в плену?

Сжимаю губы и мотаю головой.

– Лизка всегда была немного странной. Но то, что она сделала, я никогда не смогу ей простить. Тем последним утром Кирилл показал мне фото отрезанных пальцев и сказал, что они начали расправу над моей сестрой. Я не могла больше ждать. Я испугалась. Поэтому не думая воспользовалась ключом, который ты мне дал, взяла папку из сейфа и спряталась в багажнике.

– Дальше, – подгоняет меня, будто я остановилась на самом важном месте.

– Я дошла пешком до ночного клуба, потому что не знала, куда ещё идти. Охранник позвонил Багрову, тот, видимо, связался с Борисом. И только тогда я впервые услышала его имя. Клянусь тебе, я не знала, что украла папку для твоего заклятого врага.

– Ты спала с ним?

– С кем? С Борисом? Нееет!

Да что с ним такое?

– Борис хотел сразу забрать у меня папку, но я потребовала, чтобы сначала мне вернули Лизку. Она пришла к нам живая и невредимая. И вот тогда я узнала, что эта дурочка, оказывается, была с ними на одной стороне. Родная сестра подставила меня.

– Перескажи мне подробно вашу беседу с Борисом. Слово в слово, что ты помнишь.

– Конечно.

Я не понимаю, зачем ему нужны такие детальные подробности, но рассказываю всё. Адам внимательно слушает, впитывая каждое слово как губка, но на его лице не дёргается ни один мускул.

– То есть Борис знает, что я лично отдал тебе ключ от сейфа.

Киваю.

– Но вчера Лиза вернулась домой и забрала все деньги из моего тайника. Я так хотела вернуть их. Это грязные деньги, и я бы никогда не потратила ни копейки из них. А ещё я очень хотела извиниться перед тобой. Но я так боялась, что ты сделаешь мне больно, и сейчас боюсь.

– Лиза ещё что-то говорила тебе при последней встрече? – словно игнорируя мои откровения, сдержанно продолжает допрос.

– Она сказала, что Борис установил за мной слежку на случай, если ты найдёшь меня, чтобы отомстить.

– Ясно, – заключает коротко.

Только вот мне ничего не ясно.

– Ты меня нашёл, но на помощь мне никто не ринулся. Не находишь это странным?

– Нет.

Адам поднимается и идёт к двери. Неужели это всё, и он больше ничего мне не скажет?

– Почему? – кричу ему вслед.

– Потому что у Бориса совсем другая цель. Он не хочет тебя защитить, он хочет тебя убить. Жестоко и безжалостно.

– Ты ошибаешься, – резко подскакиваю. – У него была уйма возможностей это сделать, но он не стал.

– Борис проверял догадки. А сейчас, убедившись в своём предположении, начнёт доводить свой план до конца.

– Но почему?

– Потому что считает, что ты дорога мне.