Эпилог
Спустя две недели…
В его кабинете, как всегда, идеальный порядок. Каждая вещь, каждая мелочь на своем месте. Мне кажется, что даже пыль здесь ложиться строго после получения согласия от владельца этого помещения.
На столе две чашки кофе в кипельно — белых чашках. Вазочка с печеньем, к которой никто из присутствующих не торопиться притрагиваться. Макс смотрит на меня своими пронзительными карими глазами. На полированной поверхности дорогой мебели лежит обычный белый конверт с печатью клиники нашего общего друга и человека, которому я обязан жизнью. Мы не спешим его вскрывать, молча думая каждый о своем. Что в голове у Шевцова, не представляю, мне все равно.
Я думаю о том, что мне плевать на информацию, таящуюся за слоем бумаги. Решение принято давно и вне зависимости от результата оно не изменится. Но крохотная надежда в ожившей душе все же трепещет. А вдруг?
— Открывай, — усмехнулся Макс.
— Предоставлю эту честь тебе. Ты же все это затеял, — отправляю ему такую же усмешку в ответ.
— Не боишься? — приподнимает он бровь беря в руки конверт. Проводит по его краю пальцем и следит за моей реакцией
— Нет, — я совершенно расслаблен. Откинулся на спинку удобного кресла чуть расставив ноги. Взял в руку чашку, вдохнул аромат бодрящего напитка. — Мне давно не было так спокойно, — говорю другу.
Да. Несмотря на все, что произошло, Максим остался для меня другом. Когда-нибудь, когда мы вместе нажремся, я обязательно дам ему в морду, но вспоминая те события, осознаю, что он не так уж и виноват. Леся пришла сама. Позже согласилась тоже сама. Малышка не рассчитала силы, но у нее не было выбора. А Макс… Он не стал разбираться. Пришла и пришла. Считал ее такой же, как все. Мелочной, продажной девчонкой. Но позже, когда вскрылась правдивая причина Лесиного поступка он нереально помог. Связи, деньги, помощь с переправкой ее брата за границу, когда у них не было всех нужных документов, а время шло на дни.
— Я расскажу ей, — говорю мужчине, сидящему напротив и все так же крутящему в руках этот чертов конверт.
— Не стоит, — Макс тоже откидывается на спинку кресла понимая, про что именно я сейчас говорю. — Денис, я остался для нее сволочью, извращенцем, который поломал девочке психику. Пусть так и будет. Не люблю быть хорошим, ты же знаешь. Потом бывает очень больно.
— Я расскажу, — улыбаюсь ему. — Макс, она должна знать, что ты для нее сделал.
— Как хочешь, — он равнодушно пожал плечами. — Сделал то, что посчитал правильным. И вообще, — он усмехается своей ледяной, отгораживающей его от внешних раздражителей, улыбкой. — Я тебе помогал. Не ей.
— Угу, — тихо посмеиваюсь. — Вот я так и скажу.
— Я уже ответил, Дэн. Как хочешь. Олеся — твоя жена, тебе и решать, что с ней делать, — чиркнул канцелярским ножом по бумаге. Я дернулся всего на секунду, но тут же расслабился, напоминая себе, что мне плевать на результат.
Максим развернул конверт, внимательно вчитался, хмыкнул и передал мне пристально следя за реакцией. Принял развернутый лист, тоже вчитался в результаты теста ДНК, что мы все же сделали в тайне от моей девочки. Кивнул другу сворачивая его обратно. Достал из кармана зажигалку и поджег с одного из краев.
Пламя быстро захватило власть над нашей маленькой тайной. Бросил остатки в пепельницу. Пусть догорает.
— Ну, я погнал? — поднимаюсь с кресла и протягиваю руку Шевцову.
— Увидимся, — он крепко сжал мою ладонь. — Лесе привет.
— Передам, — подмигнул другу и свалил в надежде, что это будет моя последняя тайна от любимой женщины.