Глава 20

Глава двадцатая.

Пока вычищал пистолеты и пулемет (потому как баба любит ласку, а оружие смазку), мне коротко сказали, что я должен завтра делать.

- То есть варганом треньк-брень, бубном бам-бам. Главное, сидишь между нами и не пытаешься встать. – Сорока выхлебал еще стакан водки, закинул в пасть пирожок, и лениво зажевал.

- Тут до сих пор бродит толпа наших и японцев. Степь, драка, заблудиться можно между мирами запросто. Вы, некросы, поштучно души вылавливаете, а мы можем сразу много народа проводить. Ну, и ты тоже. – Аю-Аю завалился на кошме, и ковыряет в зубах какой-то травинкой.

Народ постепенно разбредается по юртам, на улице холодает. Конец сентября, не хухры-мухры. Да еще с севера затягивает тучки, порой хлещет резкий дождик.

- Что-то нездоровое с этими дождями. Хорошо хоть, уборочная практически завершилась. Остались только южные регионы, туда непогода не достает. Как будто блазит кто-то. – Сорока недовольно прищурился на тучу, что загнала нас под навес юрты. Я молча распаковываю спальник, на циновке дрыхнуть неохота, ковры забрали наглые старшие товарищи. Наткнулся на пузырь «Талмор-Дью», вытащил его, разлил вискарь по мятым люменивым кружкам. Литровый пузырь вискаря уместился в трёх кружках, и демонам чутка налили в пластиковые чашки.

Нарезал твердую как камень казы на крупные куски, наломал лепешку. Поставил пару полторашек ташкентской.

- О, есть толк от твоего ученичка. – Заржал Сорока. Ну да, я погуглил, было время. Глава круга шаманов Среднерусской возвышенности. То есть от Калуги до Краматорска с севера на юг, и от Гомеля до Воронежа с запада на восток. – ну, за победу!

- За нашу и вашу победу! – нормальный тост, в любой момент пригодный.

Выпили-закусили, и завалились спать. И вырубило меня мгновенно. Намотался.

Утром растолкали ни свет ни заря. Как оказалось, толпа пьяных шаманов умеет вполне себе в удобства. Да, туалет типа массовый сортир, но с отдельными кабинками, из реки в длиннющую трубу с отверстиями качает воду насос, умывайся не хочу. Кстати, на трубу нанесены серьезные рунные цепочки, убивающие всю активную биотику в воде, так что ни холеры, ни какой-либо еще заразы не подцепишь. Везде электрическое освещение, мерно гудят генераторы.

В отличии от вчерашнего, все трезвые, серьезные. Часть серьезно выряжена, в перьях и морды лица разрисовали. Часть на это забила, просто в свежей повседневке. Как и я, например. Кстати, разоружаться я не стал, так и брожу по лагерю с четырьмя пистолетами, двумя атамами, размером с пехотный тесак, и палочкой с жезлом. Про перстни и накопители уже не говорю.

- Пошли. Камлают на голодный желудок обычно, ну, если серьезный ритуал. Так-то пофиг. – Аю-Аю пару раз стукнул в разрисованный разноцветными фломастерами какими-то каляками-маляками бубен, прислушался к гудению. – Не я рисовал, внуки дорвались. Ладно, пошли.

Круг был нарисован прямо на сухой осенней траве, кто-то просто шел и сыпал мел из пакета, и так же освещен фонарями. Народ садился кто где, без особого плана. Меняя посадили промеж Сороки и Аю-Аю, и сказали ждать. Мол, скоро восход. Погасли фонари, замолкли генераторы. Только степные жаворонки уже поют, и цикады стрекочут.

Какой-то старик вышел в середку круга, и поднял бубен с колотушкой, вслушиваясь в что-то, неслышное мне.

- Бам. – я ждал, но первый удар прошел неожиданно. Бам, бам, бам…

Слева пристукнул трещоткой Сорока. Ну да, у него нет ни бубна, ни варгана. Просто трещотка из липовых плашек. Справа отозвался казах своей дойрой. Ну, такой бубен с множеством стальных звонких колечек.

Кстати, у народа чего только нет. Бубны, варганы, трещотки, джембе, губные гармошки, даже скрипку одну видел. Правда, с одной струной и мужик тренькает по ней пальцем.

Постепенно я тоже уловил ритм, и пристукнул бубном в такт. Потом еще и еще. Потом брякнул варганом. Спрятавшийся было росомаха заинтересовано выглянул.

Через полчаса я уже не совсем понимал, где я, а где не я. Росомаха плясал где-то среди множества подобных ему. На это Аю-Аю не возразил, его медведь тоже танцевал в кругу. Но меня, когда что-то потянуло в круг, резки прижал с двух сторон. Хотя я и не собирался никуда идти, откровенно говоря. Мало ли что меня куда-то тянет? Всякое бывало, всякое будет, но лезть куда-то в ебеня? Хотя, лазил, чего уж там.