Глава 3

Глава третья.

Сижу в автосервисе, пью кофе и жую горячую лепешку с маслом. Мои демонята все-таки спровоцировали три аварии, хорошо, что хоть без травм и жертв. Ну, по городу у нас особо не погоняешь, гайцы отберут права мгновенно. Но железо помяли основательно, и стекла побили.

Исфаханский губер, вальяжный такой грузный дядька годов под семьдесят, оплатил всем пострадавшим ремонт, ну и я тут тоже, помогаю восстанавливать. Заодно договорился об использовании накопителей при ремонте своего доджа-три четверти, и армейского харлея. Три дня помогал с битыми тачками, заодно их изрядно подновили, губер ведь просто отсыпал денег в сервис, не разбираясь и чинясь, на эти деньги реально обновить тачки можно. Ну, впрочем, люди основательно испугались и попсиховали, так что компенсация.

Я с местными мастерами до этого был не знаком, оказались отменные мастера, знатоки своего дела. Сразу спелись, приятно работать в такой компании. Сейчас забрали последнюю из битых машин, хозяин все охал от восхищения. Ну, практически до заводского состояния обновили, как новенькая Лада стала.

- Ну как, когда начнем с Доджем? – отставляя кружку в сторону, поинтересовался Славка, парень двадцати шести годов, рукастый жестянщик. Чутье у парня по железу фантастическое, пусть и силенок маловато. Из училища выпустился стажером, отработал обязаловку на Севере, ремонтируя буровую технику, и вернулся домой. Сейчас один из совладельцев сервиса, нэпман, так сказать. С такими нэпманами у меня ну просто полное понимание, сам такой же. Работаем своими руками и своей головой. На собственном оборудовании, своим инструментом. За такое и деньги брать не стыдно.

- Завтра и начнем. – основной пайщик, Михалыч, дед Славки, вытер руки ветошью, и бросил ее в стальной ящик. – А пока, Аким, может глянешь? Сегодня утром привезли со стоянки ГАИ, побились на союзной трассе основательно мотоциклистки-туристки в том месяце. Три насмерть, одна в коме, но вроде как откачают. Дурные девки, ой дурные. Соплюшки малолетние. Разве можно под две сотни лететь не на гоночном корте? Мажорки московские, глупенькие, думали, мамы-папы и с того света вытащат. У тебя руки верные, и с железом на «ты», кроме тебя там разве в переплавку.

- Угу, а тачки жалко. Новенькие «Кавасаки» и «Хонды» для шоссейных гонок. И шведская «Хускварна», даже не думал, что северяне такую тачку могут сделать. – Славик тоже кивнул. Для него мотоциклы больше жаль, чем мажористых дурёх, похоже. Хотя, мажоров никто не любит, даже сами мажоры. Такова жизнь.

- Ну, пошли. Поглядим. – я допил кофе, и встал. Почему бы и не посмотреть. Сто пудов, мотоциклы купили по цене лома, плюс чуть погрели лапу гайцам. Это как раз нормально, нэпманы попытаются заработать, гайцам меньше проблем с утилизацией. А то в Бекабад вези, сдавай, сплошь морока.

- Да уж… - в этих перекореженных кусках железа стройные и подтянутые силуэты гоночных мотоциклов узнать было невозможно. – Во что они влепились? И где это было?

- Да в полусотне километров отсюда, в сторону Волгограда. На союзной трассе там пустынный участок, чистый. Одна скала в полусотне метров от поворота, вот в нее и влетели. Пьяненькие были, в крови превышение промилле, дело закрыли и с концами. Тела и живая уже в Москве, у родителей. – Михалыч держит руку на пульсе. Все, что связано с авто и мототранспортом, в округе в полста километров он знает. Живет с этого, что поделать.

- Покажешь потом на карте, хорошо? – Зацепило меня это, что участок чистый. Да, девчонки вдатые, но на аппаратах, на всех, стояли артефакты определения препятствий. Сейчас мертвые, потому как хрупкие, и такого столкновения не пережили. Но они за километр должны были вопить в наушники шлема.

Ладно, пока посмотрю железяки, тем более что… тем более, что к паре остовов, по-другому не скажешь, привязались духи, остаточные эманации девчонок. Тени душ, по-другому. Ментовские некросы на такое внимание не обращают, в переплавку, и там сгорит. Огонь великий очиститель, так и есть. А мне такое интересно.

В общем, договорился, я себе забираю под восстановление остовы, а мужикам восстанавливаю как раз артефакты обнаружения препятствий. Они стоят весьма недешево, прямо скажем, но и мотоциклы были до катастрофы дорогие. Из них можно наковырять всяких деталей, при разборке-разделке. Михалыч возиться не хочет, он суеверен. С железом, на которое пролилась кровь, смотрит с немалой опаской. Хотя, в последнее время такого развелось немало.

Много стало автомобилей, буквально рывком. Когда я уходил в армию, в стране было двадцать три, что ли, миллиона авто. Сейчас – сто тридцать. Почти как в Штатах, там двести с лишним. По половине авто на человека, включая детей. В нас выходит почти так. В Китае машин больше количественно, но на человека выходит одна пятая автомобиля. Ну, по полтора миллиарда итак выходит всего навсего триста миллионов машин.

Резкий скачек количества автомобилей привел к такому же резкому скачку аварийности. Сейчас она снизилась, в лет семь назад была около тридцати тысяч погибших в год. Причем погибших в основном из-за человеческого фактора. Излишне крутые нэпманы, пьяные селяне или горожане, неумелые новички на сложной дороге. Судя по всему, это надо было пережить и суметь исправить. Сейчас ситуевина на дорогах много лучше, но все равно, дороги забирают плату кровью. И опять же, из-за дураков.

И эти девочки прекрасно вписываются в эту толпу не самых умных водятлов.

Но свербит чего-то. Потому звоню Юхаю, рассказываю ему про подозрение. Тот хмыкнул, но к сведению принял. И пообещал прислать стажера к вечеру. Ну а что, такие вещи надо проверять ночью.

- Дядь Аким, а для чего тебе битое железо? Не, я понимаю, что ты его сможешь восстановить, но оно же в хлам, пока разберешься, куча времени пройдет. А оно у тебя стоит столько, что ты шабашками просто по мелочи себе на три-четыре таких байка новенький, в заводских ящиках заработаешь? – Славка не зря нэпман, зрит в корень.

- В этих двух зацепились духи девчонок. Не души, те ушли, а остаточные эманации. Чуть подшаманить, подселить или таких же, или слабенькие духи ветра, например, и можно их использовать как основу управляющего модуля для гравибайка. Глайдер без псевдоразумного центра строить бесполезно, это не скайрайдер и не ковер-самолет.

- О. – похоже, паренёк завис. А потом с неожиданным энтузиазмом попросил. – А мне поможешь сделать глайдер? У меня дерево уже есть, пошли покажу. – И потащил меня в дальний гараж.

Тот был забит всяким хламом, которого в любом автохозяйстве копится годами до черта. И выкинуть жалко, может пригодиться, и вот совершенно не требуется в данный момент времени. И этот момент тянется годами, а эта хрень лежит на полке и покрывается слоем пыли.

- Вот, смотри, дядь Аким. – мой новый неродной племянничек с натугой выволок из дальнего угла здоровенную, опаленную молнией корягу. Ну да, чувствуется сила Перуна, реально есть.

- Из этой можно. Саксаул? Где такой здоровенный рос? И как пилил, у них же древесина как стальная. – я провел руками по корявому стволу и погляжел на идеально ровный срез. В принципе, вполне можно основу для глайдера сработать.

- Тут километрах в полусотне, гоняли с пацанами на питбайках по пустыне. Смотрю, еще дымиться. Ну, и спилил, точней… - тут паренек замялся. Но продолжил. – У меня есть старый «пробойник», дед с войны привёз. Порой вожу с собой в пустыню, на шашлыки дрова рубим.

- «Пробойник»? Ты бы поосторожней с ним, тем более со старым. Хотя, знаешь, покажи. Если нормальный, то оставишь, если коррозия контура пошла, то сдашь в ментуру. Не стоит шутить с подобным.

«Пробойник» это противотанковый артефакт. Оружие последнего шанса, для хотя бы слабого одаренного если свести фокус, то не расстоянии в пять метров пробьет броню толщиной сто тридцать миллиметров. Тем, кто за броней, не поздоровится, убьет резким повышением давления. Примерно как кумулятивный снаряд. Но танки обычно сами по себе не ходят, потому эта штука и считается самоубийственной. Но уж лучше так, чем никак, тут не спорю. Но артефакт капризный, со временем управляющий контур идет в разнос, и оторвать руки пользователю может запросто. Да и у простых гражданских такая штука радости у властей не вызывает. Осталось их на местах боев в Европах множество, пошли по рукам, хорошо хоть без способностей к магии управлять им невозможно. Зато им можно рубить деревья на дров, например. Расфокусированный ударный луч срубает толстенное дерево одним ударом. И понятно, чего парень замялся. Саксаул краснокнижный считается, хотя его дохренища. Наверное, на шашлыки рубят как раз саксаулины, его угли плавя дает ровное, жаркое. Но я не егерь, пусть его лесники ловят.

- Хорошо. А ты долго его будешь делать, дядь Аким? И сколько мне это будет стоить? – Славка метнулся дальше, погремел железом и притащил артефакт.

Ну, да, старый уже. Сестросецкого оружейного завода. Но сделан качественно, управляющий контур в идеальном порядке. Послужит еще.

- Ну, раз триста-четыреста еще использовать можно. Но столько лучше не надо, после пары сотен снова тащи на проверку. И Слав, делать будешь ты. Пойдешь к Артамоновым, договоришься, они тебе помогут обработать дерево. Вместе сгоняем на штрафстоянку. Наверно, лучше в Ташкент, там хлама битого больше. Найдем тебе битый байк, подберем духов и сделаем вместе контур управления, кристалл контура. Ну а остальное будешь делать сам. Я тебе помогу с чертежами и расчетами, и буду учить строить артефакты. Ты парень умный, упертый, получится. Заключишь со мной краткий ученический контракт, и твой глайдер будет его шедевром. Сделаем, получишь младшего подмастерье артефактора. Понял? – я прихлопнул растерявшегося парня, тот сел на задницу. Хм, да, аккуратней с людями надо, аккуратнее.

Ближе к темноте к сервису подлетел ковер-самолет с одним из тех пареньков-стажеров, что были с Юхаем, когда мы призрака провожали.

- Зыков, верно? Имя и позывной есть? – я подошел к байку, и уселся на стоящий как литой аппарат. Все-таки у меня исключительно удачный комплекс гироскоп-антиграв получился, я же почти двести кил вешу. Карлыгаш смеялась, что кроме как щекоткой не подвинешь. Меня обычно и щекоткой не проймешь, а у нее получается.

- Папа с мамой Ильей назвали, позывной пока не заслужил, пока просто стажёр. – Паренек пожал плечами.

- Ничего, бывает. – я кивнул. Вытащил из седельного хольстера Булаву, погладил и брал за спину. Привезли позавчера, наконец-то. Пришлось звонить и напоминать, бюрократы хреновы. Делай для них подвиги. Но зато посох привел в частично рабочий вариант, потому тоже вожу с собой, креплю вертикально сзади, как копье у монгольских всадников. Взял с рулевой вилки и надел шлем. – На рации держи третий канал, идем вдоль трассы, на двадцати метрах и держим скорость сорок километров час. Погнали.

И мы полетели вдоль трассы. Уже стемнело, Илья ориентировался на бортовые огни глайдера, по трассе шли фуры, мощными фарами разгоняя тьму перед собой. Красные габариты у машин с правой стороны трассы уходили вперед, и исчезали за холмами. Ну а мы неторопливо, ибо еще не хватало мне сверзившегося в темноте с ковра стажёра, рулили к той самой скале.

Мда, вот и скала. И тут не парой-тройкой смертей веет, а гораздо больше.

- Что скажешь, Илья? – повернулся я к стажеру.

- Оcuir loreat! – надо же, какой понятливый молодой человек. И чего Юхай их бездельниками обзывает? Парень молча провернулся вокруг своей оси, держа стандартный жезл как указательную палочку. – Там есть отклик!

- Ну, есть. А что дальше? – поинтересовался я.

Парень нахмурился, потом засиял. Вытащил радийку, и вопросительно посмотрел на меня.

- Почти правильно. Но далековато, скорее всего не добьет. Мобильной связи тоже нет. Поэтому давай, медитируй, и выходи в астрал. Шар тебе в помощь. – для работы за городом всегда берут хрустальные шары. Ну, или бриллиантовые сферы, как у меня в байке вмонтирована, если есть у кого. Сфера компактнее и много мощнее.

Илья сначала попробовал дозвониться с мобилы, но смарт не взял, связи реально нет. Скорей бы пять джи запускали со спутников, тогда по всей планете без проблем свяжемся. Но до этого еще лет десять как минимум, мне так объяснили знающие дяди.

Парень вытащил из кофра в багажном отделении ковра шар, установил треногу и положил на нее шар, расположился поудобней на земле, и уселся в позу сукхасана, и какое-то время молча сидел. Забавно вот так наблюдать за новичками, такие сосредоточенные, брови хмурят, губами шевелят.

Наконец Илья встал, и повернулся ко мне.

- Я доложил дежурному. Велели выставить предупредительные знаки вдоль дороги на расстоянии в километр туда и обратно, установить маячок и возвращаться.

- Ну так делай. – Я уселся на теплый еще камень, и посмотрел на звездное небо. Красиво, все-таки.

- И всё? – явно удивился парень.

- А ты жаждешь подвигов? Запомни, на твою жизнь их хватит с избытком. Самое хреновое, что они случаются внезапно. Потому, давай, ставь знаки вдоль трассы, маячок здесь, и погнали обратно. А то я не ужинал.