Глава 2

Карлыгаш, нервничая, прошлась по прихожей, а Амайя, поймав мой взгляд, просто пожала плечами, и встала, поймав Кайку в объятья.

Я тоже встал, и шагнув к женам, обнял их обеих. Сердечко Карлыгаш билось, как у воробышка, девчонка изрядно расчувствовалась, видимо, это далось ей явно непросто.

— Так, малышки, успокоились. Я ценю ваше доверие, и постараюсь его оправдать, отбиваясь от коварных сослуживиц правдами и неправдами. — Чмокнул вскинувшую на меня удивленные глаза Кайку в макушку, и засмеялся. — Таких как вы, попробуй, найди еще. А второй сорт меня теперь не устраивает, жены мои. Все, успокоились, и начинаем финишную проверку. И Амайя, принеси «затычки».

Мероприятие награждения торжественное, длится долго, потому стоит выпить специальное зелье, именуемое в просторечии «затычки». Пара капсул, и сутки ни на горшок, ни пописать, пока антидот не съешь. Здорово помогает, но потом час с горшка не слезешь. Побочный эффект.

Индианочка убежала, повиляв попой, а казашка затихла у меня в объятиях. И уже потом, проглотив капсулы и запив их холодной минералкой, стукнула меня по груди кулаком.

— Ты непробиваемый, Аким. Вернемся, буду рассказывать тебе, какая я плохая девчонка. А вы будете слушать, ясно? — На меня глянула пара красивых почти вишневых глазок, в которых до сих пор плещется какая-то глубокая боль.

Так что снова притянул к себе казашку, поймал и притянул индианочку, и застыли на пару минут довольно красивой композицией, мне наше отражение в зеркале понравилось.

Настолько, что я потихоньку вытащил Кайкин смарт, и сфоткал нас в зеркале, заставив подпрыгнуть от неожиданности девчонок.

— Ай, Аким, ну нельзя ж так! — меня с двух сторон стукнули кулачками, и вырвались. Отобрали «Самсунг», и долго в него смотрелись.

— А красиво вышло. Но домовой прав, Аким. Погляди. — Карлыгаш протянула мне свой телефон.

Да, наша троица в зеркале смотрится очень круто. Но кроме просто отражений прихожки, в зеркале чуть просвечивают какие-то контуры. Такое бывает, если фоткаешься в таких зеркалах, как наше. Ничего страшного или необычного в этом нет, просто отблески иных миров. Такое бывает.

И да, мы красивые и смотримся круто.

— Надо распечатать фотку, и в зале повесить. И пару копий в альбом. И вообще, Кайка, Майка, купите пару хороших фотоальбомов, под большой формат. А то семья, и ни одной фотки.

— Купим. — согласно кивнула Амайя, и Карлыгаш тоже задумчиво кивнула, и после Майки продолжила. — Надо будет свадебные фотографии побольше сделать, а то на электронке это одно, а на бумаге другое. И да, эту распечатаем, и в рамку. И формат минимум шестьдесят на восемьдесят. Мы здесь здорово вышли.

— Еще бы мои красавицы и вышли не очень. — Хмыкнул я, вынимая свой смарт, и вызывая машину. Я награждаемый, потому за нами заедет ЗИМ из гаража обисполкома. И обратно отвезет тоже. Положено. Всех три дюжины награждаемых привозят ЗИМы, «Волги», «Чайки» Горсовета и Исполкома.

Девчонки еще чуть почухались, последние штрихи и тому подобное, и мы вышли в подъезд, провожаемые домовым.

И я вскинул щиты, все, какие при мне есть. Ибо напротив появилось какое существо под скрытом и щитами.

— Простите, я пришел с миром. — Щиты с пришельца спали, и пред нами голография взрослого нага. Именно голография, межмировая проекция. — Я пришел сказать спасибо. Дети нашего мира останутся у вас, об этом известили ваших правителей. Но вам спасибо за их спасение. Нам жаль, что вы не смогли спасти всех, потому в качестве награды примите пакет данных. И да, вашим женам это тоже понравится, когда освоите качественно.

Наг усмехнулся, на плитку пола опустился небольшой кристалл размером с желудь. И голография расселась.

— Мамочки. — Кайка выдохнула, как и Амайя. Ну а я подождал, и опустил щиты только через пару минут. После чего позвал домового, и приказал убрать нежданный подарок в одну из шкатулок с высшей защитой. Таких у меня несколько накопилось, кроме тех кофров, что я сам сделал. Но те у меня почти все забиты кристаллами с духами, или с заготовками. А старой работы шкатулки почти все пустые, уж так вышло.

— Если дядь Проша знал об этом наге, и мне не сказал, я ему многое выскажу. — Я коротко вздохнул-выдохнул, и вызвал лифт. Ибо наги нагами, а нам надо на торжественное мероприятие. И никто его не отменял, а не прийти значит показать слабость. И такое у магов не принято.

Девчонки уже пришли в себя, разве Амайя все еще шепчет молитвы своим индуистким богам. Для неё появление нага есть явление младшего бога, она к такому относится очень серьёзно. И правильно желает, потому как постоянная бдительность!

Ждать ЗИМ не пришлось, он подъехал практически сразу, как только мы вышли из подъезда. Придержав девчонкам заднюю дверь, я подождал пока они усядутся, захлопнул дверцу и сам уселся на передний диван. Машина старомодная, но весьма и весьма удобная. Мой ЗИМ не хуже, но не такой богатый. Позолоты на панели точно нет, но в остальном не хуже. Не зря до сих пор выпускают эту модель, пусть и серией в пятьсот машин в год. Все равно разлетаются.

Дороги в Ташкенте, в Новом Городе, спроектированы с умом. Широченные, удобные развязки, грамотные светофоры, переходы, перекрестки. А уж когда выехали на проспект Дружбы Народов, то исполкомовский водятел вообще чуть притопил, но сбросил скорость под моим строгим взглядом. Я на тот свет не тороплюсь, и девчонок своих не тороплю. А то, что приедем на пять-десять минут позже — то нестрашно. Все едино с запасом едем.

Около дворца Дружбы Народов нас высадили без помпы и почетного караула, среди подобных же нам участников действа. Кого привозили исполкомовские машины, кого министерские, а кого и простые такси. Но народу немало, что не удивительно.

Из шестиколесного гелендвагена вылез заместитель Силантьева по хозяйственной части, полный и лысый татарин, Ахмед Фаргатович Зигшаншин. Добродушнейший дядька, пока дело не касается фондов Управления. Там он резво превращается в хомяка-оборотня, и мало никому не кажется, даже самому Силантьеву. Но в честь ему, никогда не жмет то, что реально необходимо.

Ко мне дядька относится с легким снисхождением, как к своему. Ахмед Фаргатович сам армейский старшина, прошел дорогами тех сражений Второй Мировой, и считает меня за своего. В принципе, я так же почитаю его за себе подобного, потому с удовольствием поручкался со старым татарином, а Карлыгаш и Амайя расцеловали его в щеки, что тот воспринял с явным удовольствием.

— Ай, молодцы, хорошо смотритесь. Просто замечательно! Аким, у тебя просто замечательные жены. Смотри, уведут! — И татарин засмеялся, после чего с нами на пока распрощался, и ушел к группе ташкентских министерских, которые стояли метрах в полусотне.

Ну а мы с девчонками, Кайка справа, Амайя слева под ручками, неторопливо пошли ко входу. Торопиться пока некуда, но и медлить не стоит, регламент мероприятия нам доведен, не стоит его нарушать.

Показав на входе пригласительные, мы через помпезный холл прошли в зал дворца. Вот любят у нас понтовости, честное слово. Богачество, торжественность, и весьма неплохой вкус архитекторов и дизайнеров дворца тут в каждом сантиметре, дворец прекрасен, и вряд ли уступит московскому Дворцу Съездов.

Пока шли к своим местам, успели перездороваться с немалым количеством людей. Кого-то знаем неплохо, кого-то мельком, кого-то вообще едва-едва, но знакомых немало. Видели моих папу с мамой, но далековато, потому просто помахали руками.

Ну а сами сели на втором ряде. Я награждаемый, девчонки мои гостьи, потому места около подиума.

В зале легкий гул, как и всегда, когда немалое количество людей о чем-то негромко переговаривается. Силантьев внезапно подошел в компании с Министром Легкой Промышленности нашего региона, поздоровался, и исчез в тумане. Точней, просто потерялся в толпе, у него это лихо выходит. Ну а министр уселся на соседнее кресло, и с интересом уставился на мои ордена и медали.

— Так это вы новый смотритель аральских доменов? Приятно познакомиться. Будем взаимодействовать, у нашего министерства в зоне ответственности ваших доменов есть несколько месторождений, ну и каракуль и пара страусиных ферм опять же. Как познакомитесь с председателями, я тоже подскочу на денек, обкашляем нюансы. С вашим предшественником сложно было, очень мутный товарищ. Нет, особых претензий к его службе не было, но все равно, работать с ним было сложно. — министр поерзал, устраиваясь поудобней, и представился, наконец-то. — Я Михаил Иванович Шушпановский, приятно познакомиться.

В ответ я представился сам, и представил моих жен. К моему удивлению, Карлыгаш министр знал, точней, хорошо знал её отца, а саму девчонку пару раз видал на каких-то совместных мероприятиях.

Потихоньку зал заполнился, и на сцену вышли Мирзиёев и ведущая ташкентского телевидения, красивая узбечка лет тридцати пяти. Хотя, может и больше, дама магичка, и неслабая. На место ведущих охотно берут магов-менталистов, потому как овладеть умами и сердцами аудитории значит многое.

— Итак, товарищи, здравствуйте. — Хорошо поставленным контральто заявила ведущая. — Позвольте приветствовать вас в зале прекрасного дворца Дружбы Народов нашего прекрасного города, в преддверии великого праздника — девяносто первой годовщине Великой Октябрьской Социалистической Революции.