26
Роман
– Спасибо за обед! – донесся до меня вежливый голос Нади и только сейчас я осознал, насколько ушел в себя. Время, которое планировал наслаждаться ее обществом, буквально растворилось. – Мне уже пора.
Слегка улыбнувшись, она поднялась из-за стола и направилась к вешалке. Надевая пальто, не увидела, что я тоже встал с дивана, поэтому вздрогнула от неожиданности, когда оказался рядом.
Ничего не говоря, я притянул мышонка к себе и протолкнулся языком в ее приоткрытые губы. Она мгновенно откликнулась, тронула ладонями мою шею, начала часто дышать. Моя медовая девочка… Как же она заводила. Воспламеняла меня изнутри, провоцируя неконтролируемое возбуждение. И сама горела в страсти, вся трепетала в моих руках, не в силах сопротивляться власти химии.
Я отвечал за нас двоих. Несмотря на то, что безумно хотел продолжения, непоколебимо оставался трезвее. Потому вчера и велел Леше отвезти Надю домой, чтобы она восстановила силы. Ведь на своей территории я бы не дал девочке ни покоя, ни сна.
– Ничего не бойся, поняла? – прохрипел ей в губы, прервав поцелуй.
Она покорно кивнула, глядя на меня из-под полуприкрытых век. Выпустив мышонка из объятий, я шагнул к двери и открыл ее, отпуская свою страсть. Как только она скрылась из поля зрения, закрылся, на ходу доставая телефон.
Разговор с Тимиревым – предводителем службы безопасности, продлился меньше пяти минут. Я быстро ввел Пашу в курс дела и услышал именно то, что хотел. Ублюдский недоносок-программист нарвался на личную встречу со мной. Надеюсь, к тому моменту мне удастся более-менее остыть, потому что сейчас я жаждал просто разорвать его! Мало того, что этот дятел не понял, какой шанс ему подарили, так он еще вздумал права качать. И, разумеется, действовать через самое слабое звено, за которое, по его мнению, некому заступиться.
Будто сегодня мне было мало гемора, едва я вышел из ресторана, как на телефон пришло сообщение:
«Я сейчас еду в «Версаль». Если будешь проезжать мимо, буду ждать за нашим столиком. Знаю, ты очень занят, но… пожалуйста, Рома! Я не займу у тебя много времени. Позволь мне одну эту встречу и больше я не побеспокою»
За последние сутки она сделала столько попыток добиться встречи со мной, что даже мое выдержанное хладнокровие начинало подводить. Захотелось резко покончить с этим фарсом. Игнор Ольгу не успокоит, а только даст почву для пустых надежд. Она решит, что это наказание, когда на самом деле я элементарно не хотел тратить время на бывшую жену.
«Через пятнадцать минут, в VIP-зоне» – отправил и недовольно поджал губы. Потому что ничего хорошего не ждал от этого пересечения.
Ресторан Версаль был когда-то нашим местом. Пафосное заведение с живописным интерьером и первоклассным обслуживанием. Сейчас же оно не вызывало никаких приятных ассоциаций или эмоций, кроме равнодушия.
Ольга ждала меня в уединенной светлой комнате с винтажным интерьером, застыв у большого окна, словно видела там что-то важное. Она была одета в элегантный брючный костюм оливкового цвета, подчеркивающий стройную, худощавую фигуру. Распущенные русые волосы стали светлее и глянцевым водопадом тянулись по спине до талии.
Когда бывшая жена обернулась, я отметил, что жизнь в Европе пошла ей на пользу. Она выглядела посвежевшей, привлекательной и едва ли напоминала сорокалетнюю женщину.
– Здравствуй!
Ольга нервничала, ее пальцы сплелись, взгляд был растерянным, а губы подрагивали, словно она хотела улыбнуться, но не решалась. Ведь мой вид совсем не располагал к теплому приветствию.
– У меня мало времени, – сухо осведомил я, приблизившись к столу на котором стояла чайная пара и заварник с травяным чаем. – Присаживайся.
Выдвинув стул, занял его, а через несколько секунд Ольга села напротив.
– Спасибо, что приехал… Я очень рада видеть тебя!
– О чем ты хотела поговорить? – без церемоний поинтересовался я.
Она опустила взгляд и едва заметно кивнула. Взяв черную сумку с соседнего стула, вытащила оттуда файл с какими-то документами. Положила его на стол и придвинула в мою сторону.
Я глянул на бывшую жену исподлобья.
– Что это?
– Результаты последнего обследования у врача-репродуктолога, – ответила она, расправив плечи. – Если коротко – у меня есть все шансы забеременеть. Но если я не решусь на это сейчас... больше возможности завести ребенка не будет, Рома.
Не спуская глаз с ее лица, я дернул головой и не удержался:
– Да ты, блять, издеваешься.
Ольга подобралась, отвела взгляд, как будто не ожидала от меня такой грубости. Да только я плевать хотел на ее чувства. Даже не посмотрев на документы, молча поднялся из-за стола, намереваясь уйти.
– Рома… Постой! – спохватилась она, кинувшись за мной. – Ты даже не дашь мне объяснить?!
– Нет.
– Почему?..
Я резко обернулся, заставляя ее замереть на месте.
– По-твоему я не догадался, к чему ты ведешь? – прорычал, начиная заводиться сильнее. – План прозрачнее некуда, только я тебя сразу разочарую, дорогая, – ты просчиталась! Сделала крайне неудачную ставку, надеясь возродить нашу историю из гребаного пепла!
– Нашу историю не возродить, – возразила Ольга, учащенно дыша. – Я вовсе не надеялась…
– Ложь!
Я видел ее насквозь как рентген. Слишком хорошо знал и поэтому не проявлял снисхождения.
Бывшая жена прикрыла глаза, сжимая руки в кулаки. Словно стараясь изо всех сил контролировать себя.
– Рома, этот шанс для меня, – неожиданно выдала твердым тоном. – Ты не знаешь, насколько все изменилось, с тех пор как мы расстались! Как перевернулось мое сознание, даже не представляешь себе… Я многое переосмыслила и поняла, что… что ничего не значу. Совсем. Полный ноль! После меня ничего не останется, кроме пустоты! И вдруг эта новость, словно дар свыше. Словно чудо!..
– Рад за тебя, – сухо оборвал. – Причем же здесь я?
Она выдержала паузу, глядя мне в глаза.
– Если я могу выносить новую жизнь… Если судьба дарит мне шанс оставить частичку себя в этом мире, то я сделаю это только с одним мужчиной! Самым достойным – кому я навеки отдала свое сердце…
– Нет, ты шутишь, твою мать! – Из меня вырвался неадекватный смех.
– Рома, умоляю, послушай! Это ни к чему тебя не обяжет!.. Если только ты сам не захочешь взаимодействовать с нашим малышом...
– С нашим?!
Я резко шагнул к Ольге и неосторожно взял ее за плечи.
– Нет никаких нас, – отчеканил, сжимая челюсти. – Запомни, нет, и не будет! Не будет ничего, чтобы нас связывало, кроме Адриана!
Губы бывшей жены задрожали, в глазах блеснули слезы. Жалость все-таки пробралась в сердце ядом, заставляя сбавить пыл.
– Это моя вина… – пролепетала она. – Только моя – столько времени упущено, столько ошибок совершено и за это я теперь расплачиваюсь! Но все же никто не знает тебя лучше, чем я, Рома. Адриан – наш любимый сын, но не наш… Поэтому ты хотел… всегда хотел своего наследника! А я недооценивала твои желания.
– Что ты творишь? – вытолкнул я серьезно, качая головой. – Зачем эти бессмысленные попытки ко мне подобраться?! Тебе не нужно это, Оля. Никогда не было нужно, а сейчас тем более!
– Рома…
– Нет! Выкинь из головы свои фантазии! За пятнадцать лет брака в нашем доме был только один ребенок, и на него тебе было плевать! Карьера, развлечения, подружки, светские тусовки, блять… Ты уже показала всем, чего стоишь. Отмываться поздно, дорогая!
– Никогда не поздно начать все с чистого листа, – упрямо возразила неугомонная.
– Не со мной, Ольга. Ты зря вернулась в Россию. И зря устроила эту встречу!
– Адриан так не считает!
Она отступила под моим острым взглядом.
– Что ты сказала? – угрожающе спросил.
– Да! Он уже взрослый мальчик. Я разговаривала с ним о своих планах и чувствах! – с вызовом ответила бывшая жена. – Он верит в меня. И поддерживает, Рома! Я сделала работу над ошибками и доказала ему это. Мы стали очень близки… Адриан счастлив, что все так изменилось! Если бы ты только перестал меня отталкивать… Ты бы тоже удивился. Я знаю, что часть тебя хочет довериться, но боится! И знаю, что часть тебя еще любит…
Смело глядя мне в глаза, она плавно подошла ближе. Подняла руку и кончиками пальцев коснулась моего лица, очерчивая линию подбородка.
– Я тоже все еще принадлежу тебе, Рома… Я была так глупа и потеряла тебя, но до сих пор считаю, что мы созданы друг для друга, – посмела сказать Ольга тихим голосом. – Мы столько всего прошли… Если бы ты позволил мне снова стать ближе, я бы сделала тебя счастливым! Я бы не подвела. Я приехала ради этого!
Опустив хмурый взгляд, накрыл ее руку своей, выпуская из легких дыхание.
– Думаю, тебе стоит ещё поработать с психотерапевтом. То, что ты перестала стрелять в людей, Оля, не делать себя психически здоровой! – беспощадно озвучил, отстраняясь от бывшей жены.
Ее лицо вытянулось, в глазах пронеслась тотальная растерянность.
– Ты… так и не простил меня? – выдохнула ошарашено. – Спустя столько слез и молитв?.. Это… Рома, это было состояние аффекта, я же сотню раз говорила! Нельзя быть таким жестоким… Нельзя так наказывать за любовь, даже если она довела до безумия!
– Я простил. Но урок усвоен, дорогая, – вытолкнул сухо. – Ты никогда не изменишься. Ты как паразит, который высасывает жизнь и готова на всё, лишь бы добиться своего. Даже манипулировать нашим сыном! Он слишком любит тебя, поэтому будет поддерживать во всем. Хотя ты вовсе не заслужила любви этого мальчика, но другой матери он просто не знает. Не удивлюсь, если ты втерла ему в голову мысль о нашем воссоединении. – Нервная попытка Ольги обнять себя руками подтвердила, что – да. Бестолковая дрянь. – Только зачем все это, Оля? Неужели ты никогда не успокоишься?! Или пока не добьёшься моей смерти.
Она затряслась от плача. Наверное, ей действительно было очень больно слышать такое, но во мне выработался стойкий иммунитет к слезам бывшей жены.
– Я н-не заслужила такого…
Стук сердца начал к чертям выбивать ребра. Поджав губы, я предостерегающим тоном напомнил:
– Ты просила о встрече – она свершилась. Теперь будь добра, выполни обещание о том, что больше меня не побеспокоишь. Хочешь мои желания исполнить? Возвращайся в Европу! И не смей больше вмешивать в наши дела Адриана! Ты не будешь его использовать.
С этими словами я развернулся, и зашагал прочь, оставляя Ольгу наедине с собой и своими неадекватными идеями.
Иногда мне, кажется, что я тоже сошел с ума вместе с ней, пока длился наш брак. Заразился как чумой, иначе не объяснить, почему так долго оправдывал все, что бывшая жена творила? Хотя и себя я не мог назвать идеальным мужем.
Воспоминания неизбежной болью закрутились в голове.
Может быть, наш брак держался только на этом? На качелях сумасшествия. Больных, созависимых отношениях, в которых мы прошли все. Взаимные измены, мои проблемы с алкоголем, ее увлечение наркотиками, мои увлечения новыми проектами в бизнесе, ее постоянные шляния по светским вечеринкам, ее равнодушие к Адриану, ее истерики на почве ревности, ее аборты... Она хорошо скрывала свои грязные тайны, зная, как я желал нашего общего ребенка.
В какой-то момент я словно очнулся и понял, в каком аду живу. Имея власть и деньги, не знал, что такое счастье и спокойствие! Хотя мне казалось я любил Ольгу. Очень сильно был привязан к ней, но эта привязанность держалась на регулярных, но коротких периодах, когда она вела себя как хорошая, уравновешенная жена. Это давало иллюзию, скользкую надежду, что она может быть другой! Понадобилось много лет, чтобы осознать жестокую правду.
Разрыв оказался болезненным. Попытка расставания была далеко не первой, но в этот раз последней. И почувствовав это, бывшая жена окончательно потеряла голову. Она поняла, что я больше не стану с ней нянчится. И напугалась так, что чуть не прикончила меня, взявшись за пистолет в очередной истерике.
Да, Ольга тогда была под кайфом, и не соображала, что делает, но меня это мало утешает. Прицелься она чуть левее и настал бы конец. Или если бы она не догадалась скорую вызвать.
Врачи хорошо меня зашили – шрама даже не осталось. Лишь прощупав пальцами грудь можно ощутить дыру в районе солнечного сплетения. И это дыра не зарастёт никогда, как и травма в памяти. Я был невероятно зол на нее, на себя за то, что недооценивал серьезность ситуации. Только ради Адриана не засадил бывшую жену в психушку. Губить ее жизнь тюрьмой рука не поднялась… Да и не тянула она на преступницу. На дуру – да. А так эта ситуация не прошла для Ольги бесследно – она знатно напугалась. И, наконец, оставила меня в покое, больше не смела приближаться. До этого момента…
Зря я встретился с ней. Крепость, ведущая переговоры – уже наполовину взята.
***
Нужно было сосредоточиться на делах, но неугомонные мысли не давали покоя. То эта проклятая встреча с женушкой крутилась в голове, то яростные идеи насчет ублюдка, посмевшего приблизиться к Наде, так еще до кучи прибавилось беспокойство о сыне.
Ольга как всегда эгоистично наломала дров, а мне расхлебывать! В своем гребаном репертуаре создала ситуацию, не заботясь о последствиях, тогда как я делал все, чтобы уберечь Адриана от боли. Ему итак досталось испытаний от судьбы…
Хотя мой приемный сын родился в обеспеченной семье, это не уберегло его от несчастий. Ему было три, когда родная мать – двоюродная сестра Ольги – и ее муж уехали за границу на отдых. Назад они не вернулись, и по сей день считаются без вести пропавшими. Им не повезло оказаться в эпицентре наводнения, случившегося из-за цунами, которое спровоцировало землетрясение.
К счастью, в этот раз они не взяли Адриана – оставили с бабушкой, что, по сути, спасло ему жизнь. И логично было бы предположить, что после пропажи родителей она стала опекуном мальчика, но увы. У Агнии Михайловны случился инсульт, и его судьба оказалась под большим вопросом. При том, он имел немало богатых родственников, однако спасать сироту никто не спешил.
Сложно поверить, но тогда именно Ольга неожиданно проявила инициативу. Она поговорила со мной о том, чтобы забрать племянника и стать его опекунами. Не имея опыта общения с детьми, но осознавая тяжесть ответственности, я согласился без особого воодушевления. Хотя поступок жены более чем оценил и был горд. Она показалась мне настоящей матерью Терезой! Ведь, несмотря на дружбу с сестрой, Ольга никогда не проявляла особого интереса к племяннику. Да и вообще, к каким-либо детям.
Лишь спустя время стало ясно, ради чего был этот благородный, самоотверженный жест.
На тот момент мы жили в браке уже два года, однако жена не торопилась беременеть. Сначала были отговорки, вроде того, что нужно насладиться друг другом вдоволь, затем новости о лечении по женской части, каких-то обследованиях и патологиях, из-за которых не получалось. При этом Ольга сердечно и бессовестно уверяла, что хочет ребенка! И как ей жаль, что ничего не выходит.
Гнилая ложь. Она даже не думала о материнстве, только пыль пускала, глядя мне в глаза. А Адриан оказался пешкой в ее коварной игре. Циничным средством для моего успокоения и способом заглушить мысли о ребенке. Точнее об идее ее беременности.
В целом сработало. Я действительно уже не так болел этой идеей – все внимание сосредоточилось на пятилетнем мальчике, которому пришлось привыкать к новому дому и семье. Адриан был замкнутым. Оля не справлялась с ним, да и ничего особо не делала, чтобы справиться, только вид создавала. Все заботы о его психологическом комфорте легли на мои плечи.
Я нашел лучшего специалиста, который практически учил меня общаться с приемным сыном, позволял ему оставаться у родной бабушки, потихоньку знакомил со своими увлечениями, которые могли ему понравиться. Этот период был очень долгим и трудным. Почти два года Адриан привыкал к нам. И лишь со смертью Агнии Михайловны осознал, что кроме нас у него больше никого нет.
Единственное, чего я никак не могу понять – как Ольга смогла очаровать племянника? В какой момент он проникся к ней? Возможно в подростковом возрасте, когда детские темы начали отходить на второй план, ей стало интереснее общаться с Адрианом, и они сблизились. Хотя справедливости ради, какой-то жестокости или вреда, кроме невнимания, она ему, в общем-то, не наносила за время опекунства. Но и этой попыткой манипулировать нашим сыном было достаточно, чтобы заставить меня нервничать.
Хотелось поговорить с ним как можно скорее. Выяснить из первых уст, что нагородила ему мать и грамотно увести из иллюзий. Адриан вырос крепким мальчиком, но все же у него, как и у каждого человека, имелись уязвимые места.
– Ты заходил в квартиру? – строго поинтересовался я, не отводя уставших глаз от монитора компьютера.
Часы показывали начало седьмого, на линии по громкой связи отчитывался Алексей:
– Да, Роман Давидович, напросился чай попить. Старался вести себя непринужденно, не нагнетать обстановку, но боюсь, Надежда Сергеевна все равно догадалась о моих намерениях.
Разумеется. Она – умная девочка.
– Охрана была в зоне видимости?
– Да, и это положительно сказалось на состоянии девушки. Она заметно приободрилась и выглядела спокойной, когда я уходил.
– Хорошо. Будь на связи. Парни пусть сканируют каждого, кто подходит к подъезду, услышал?
– Конечно! Все будет под контролем, Роман Давидович.
Все уже было под контролем. Выродка-программиста безопасники перехватили еще днем, но я решил исключить сюрпризы наверняка.
Я раскидался с делами только к восьми часам. На улице уже давно стемнело, так что когда подъехал к месту встречи с Тимиревым, в полной мере оценил атмосферу локации, которую он выбрал. Обычно такие показывают в сводках криминальных новостей: густой лес с высокими елями, небо затянутое темно-серыми облаками, белое полотно заледеневшего озера, простирающего вдаль, несколько внедорожников, припаркованных полукругом и черный фургон.
Поздоровавшись с Павлом, я без промедления направился к автомобилю. Дверь отъехала и сгорбившаяся мужская фигура, сидевшая там под контролем крепких ребят, дернулась от испуга. Руки программиста были связны сзади, на голове – мешок, а рот заклеен, судя по бессвязному мычанию.
Несмотря на эти варварские меры, внутри меня не пробудилось ни капли жалости. Парни выпрыгнули из салона вместе с пленником, я сдернул мешок, неосторожно убрал скотч с его поганого рта и дождался, пока ублюдок увидит, кто перед ним.
– В-вы?.. – вытолкнул он ошалело.
– Мне передали твою просьбу, Игорь. Похоже, я действительно был несправедлив к тебе, раз ты дошел до такого отчаяния. Но главное вовремя исправить ошибки, верно?
С этими бесстрастными словами, я сделал движение головой, развернулся и уверенно зашагал в направлении озера. Охрана последовала со мной, волоча программиста, который сразу принялся кричать и сопротивляться. Разумеется, тщетно.
Ступив на толстый, заснеженный лед, я оценил взглядом прямоугольную прорубь впереди. Ее уже обступили люди Тимирева, мелькая фонарями. Приблизившись к ближайшему краю темного бездонного углубления, я сухо велел:
– На колени.
Удар по лодыжкам и программист упал на лед рядом со мной.
– Ч-что вы делает?.. Пустите! Пустите меня!
– Будем отмывать грешки, Игорь! – сухо констатировал я.
– Я… не понимаю, о чем вы?! За что?!
Я наклонился, одновременно обхватывая его шею рукой.
– Сейчас освежу тебе память.
Резко опустившись на одно колено, я нагнул ублюдка, и окунул по лопатки в ледяную воду. Он тут же задергался, будто обожженный, распластался на льду, рискуя нырнуть глубже, но я хорошо держал его за шею. Выдержал около десяти секунд и вытянул назад.
Хватая ртом воздух, парень беспомощно пытался вывернуться, содрогаясь от холода.
– Ну что, теперь вспомнил?!
– Я в-все понял! П-понял! – выкрикнул он.
– Не-ет, нужно, чтобы ты усвоил наверняка! – рявкнул я. – Что будет, если приходить к беззащитной девушке, которой ты, сука, ноги должен целовать за милосердие, что-то требовать от нее и угрожать!
Вновь рывком погрузил его в воду. В этот раз продержал недоноска дольше, яростно стискивая челюсти.
– Все! П-прошу… Все!!! Отпустите!..
– Ты же хотел, чтобы я принял меры насчет тебя? – хладнокровно напомнил. – Так мы еще в процессе, Игорь! Бог любит троицу.
И снова нырок. Моя рука уже начала болезненно неметь, но я игнорировал это. От ярости кровь обжигала вены лавой, затмевая все остальное.
Чувствуя, что программист все меньше дергается, я, наконец, решил тормозить. Опрокинул его на лед и возвысился над дрожащим, измотанным телом.
– Это было предупреждение. Если ты попробуешь приблизиться к ней или вздумаешь действовать через кого-то… Это озеро станет твоей могилой. Понял меня?
Издавая надсадные стоны, он отрывисто закивал.
– Не слышу! – грозно выдал я.
– П-понял! П-понял…
Мой взгляд остановился на Тимиреве.
– Позаботьтесь о парне. Через сутки его не должно быть в черте города.
– Есть.