Глава 5

Утром тридцать первого декабря в заледеневшие окна комнаты ярко било солнце. На улице заметно подморозило. Я полночи вертелась на кровати, поэтому пропустила завтрак. К счастью мне, как обладательнице золотого браслета, можно было вызвать официанта прямо в номер. Что я и сделала.

- Сегодня в двенадцать на улице начнется праздник, - сообщил мне парень, доставив запеканку, блинчики и кофе с кексами, - ярмарка будет, шоу-программа, запряжённые сани, украшение ёлки, конкурсы всякие. Идите, не пожалеете.

Понежившись ещё немного на светлых простынях, я всё-таки решила прогуляться. Пока приняла душ, накрасилась и оделась, наступил как раз полдень. Дима, по моему, обиделся после вчерашнего, и строил недотрогу. Однако мне и не очень-то хотелось мириться с ним. Почему-то в последние дни он меня крайне сильно напрягал. Поэтому не сказав ни слова, я оделась потеплее и спустилась вниз.

Большинство гостей также вышло на праздник, щурясь от солнца и пряча руки в карманы. Мои щёки сразу порозовели от мороза. Пришлось нижнюю часть лица замотать шарфом.

Я прогульнулась вдоль ярмарочных рядов, прикупив себе леденец в виде петуха, связанные варежки и миленькую заколку. А затем почувствовала колючий взгляд на своём лице. Замерев точно статуя, возле не наряженной ёлки стоял сам Ледяной Король в распахнутом пальто и пожирал меня глазами. Он был один. Но стоило мне только вспомнить его вчерашнее уединение с брюнеткой, как изнутри поднялась волна гнева. Захотелось отомстить. К счастью было с кем. Недалеко от Фатеева находились его друзья - Вадим и второй, рыжий. Они пили кофе и выбирали себе шарфы ручной вязки. Не долго думая и совершенно игнорируя Кирилла, я подошла к мужчинам.

- Привет.

- Привет, - удивился рыжий, а вот Вадим промолчал, только ожидающе уставился на меня.

- Я подумала над твоими словами, - обратилась я к шатену, - давай поговорим.

- Давай, - легко согласился он, отступая от ничего непонимающего друга.

- Пойдём на санях прокатимся, - предложила я, указывая на запряжённую двумя белыми конями повозку.

Вадим кивнул.

Всё это под ледяным взглядом Фатеева, который крепче сжал челюсти, стоило нам с Вадимом сесть в сани.

Я чувствовала холодную ярость Кирилла, но мне было этого мало. И стоило нам только покатиться по накатанной дорожке прямо в лес, как я поцеловала Вадима. Сама прикоснулась к его губам. Несильно, слегка мазнув по ним. Но и такого жеста было достаточно. Фатеев рванул за нами, однако резвые кони унесли нас прочь. Я не могла скрыть улыбки.

- Так ты согласна? - спросил Вадим, почему-то забираясь своими руками под моей пуховик.

- С чем?

- Быть моей.

Только в твоих мечтах, пронеслось в моей голове. Конечно, говорить такое разгоряченному мужчине не стоило, и я лихорадочно соображала, как выбрать из собственной ямы, когда услышала позади рёв мотора.

- Кирилл, - констатировал Вадим, хмуро посматривая через плечо на друга.

Фатеев на снегоходе сумел догнать нас. Его лицо была закрыто очками и шарфом, однако я чувствовала флюиды недовольства. Кирилл сначала поравнялся с нами, кинул на меня мимолётный взгляд, а затем обогнал сани, велел кучеру остановиться и, вырвавшись метров на десять вперёд, затормозил.

- Тпру, - натянул извозчик поводья, заставляя коней замедлить ход.

Фатеев неспешно слез со снегохода и направился к нам. Чем ближе он подходил, тем учащённее билось моё сердце. Может зря я разбудила вулкан страстей в этом Ледяном величестве.

- Вадим, верни снегоход на базу, - велел Фатеев спокойно.

- Почему? - напрягся всем телом шатенчик. Ему явно стало не по себе, но так просто он не собирался сдаваться. Я вросла в сидение, прикидываясь глухонемой.

- Я сказал, отгони снегоход, - сквозь зубы процедил Фатеев, снимая очки и вонзаясь ледяным взглядом в друга. Вадим поёжился, бросил на меня неприятный взгляд и с видом оскорблённой гордости спрыгнул вниз.

Пришла моя очередь трястись от страха.

Фатеев сел напротив, приказал кучеру отправляться в путь и уставился на меня немигающими глазами, чёрными от злости и блестящими от желания.

- Ну и? - обрывисто начал он.

- Что ну и? - проблеяла я неповоротливым языком.

- Что за сцену ты устроила с поцелуем? - спросил он, кровожадно рассматривая мои губы, - я с трудом сдержался, чтобы не выбить вам обоим зубы.

Он не шутил и не угрожал, просто говорил ровным голосом, отчего было в два раза страшнее.

Стряхнув бегущие мурашки, я выпрямила спину и задрала подбородок:

- А с какой стати я должна перед тобой отчитываться? - бравировала я, избегая смотреть ему в глаза. - с кем хочу, с тем и целуюсь.

Фатеев резко подался вперёд и схватил меня за подбородок, с силой нажимая на скулы и притягивая к себе.

- Что ты сказала? Повтори, пожалуйста, - попросил он предельно вежливо.

Я дёрнула головой, но освободить лицо из захвата не удалось.

- Я сказала, что целуюсь, с кем хочу ... Ай!

Не успела я толком договорить, как Фатеев хлёстко ударил меня по губам. А затем моим собственным же шарфом с презрением на лице вытер их.

- Если ты только подумаешь о поцелуе с кем-то другим, - хрипел он мне прямо в лицо, - я зашью твой прекрасный ротик. Раз и навсегда.

Я в немом изумлении смотрела на мужчину, чувствуя одновременно страх и возбуждение. Его слова шокировали меня, но внутри медленно разгоралось желание.

- А почему тебе можно целоваться со всеми подряд, а мне нет? - не удержалась я от вопроса, - я по крайней мере в свой номер никого не приводила.

- О чём это ты? - прищурил Фатеев глаза.

- О Станиславе и вашем вчерашнем уединение, - прошипела я, наконец освобождаясь из плена цепких пальцев.

- Это ты была в красном платье, - поздно дошло до Фатеева, - ты всё-таки пришла на маскарад. Между мной и Станиславой давно всё кончилось.

- А Вадим сказал, что вы собираетесь пожениться.

Кирилл мигом ощетинился:

- Меньше слушай Вадима. Хотя нет, вообще к нему не приближайся. Увижу, ближе чем на десять метров, привяжу тебя к батарее, а ему ноги сломаю. И язык в одно место засуну, чтобы меньше врал. Нас с ней ничего не связывает, кроме её больных фантазий. И ничего между нами вчера не было. Я специально завёл Славу в номер, чтобы концерт не устраивать при всех, потому что она чересчур импульсивна.

- Я не верю, - отвернулась я от собеседника и невидящим взглядом заскользила по заснеженным деревьям. А внутри загорелся лучик надежды. Вдруг, он не лжёт.

Неожиданно Фатеев схватил меня за край шарфа и потянул на себя, усаживая на колени.

- Хочешь - верь, хочешь - не верь, - опалял моё лицо он своим жарким дыхание, - главное, целуйся только со мной.

И страстно впился в распухшие губы, сминая их и нагло раздвигая. Я почувствовала головокружение от глубины поцелуя. Он, не стесняясь, посасывал кончик моего языка, заставляя меня стонать и думать совершенно о другом. Холодные руки расстегнули пуховик и залезли мне под свитер, вынуждая вздрагивать от прикосновений к разгорячённой коже. а затем с силой сжали грудь.

- Вези нас обратно, - велел Фатеев кучеру, на секунду оторвавшись от меня, - я хочу получше изучить свой новогодний подарок.