Глава 24

Костя

Да что ж за день такой?

Сплошные непредвиденные ситуации и сюрпризы. Все – нелепые или дурные. Ничего приятного. Если не считать ланч. Ну там я уже не рисковал и заказал пиццу.

– Что нам делать? Помогите, Константин Романович.

Стоят мои три красавицы с побледневшими лицами напротив и ждут, что я сейчас достану волшебную палочку. А ее нет. Сломалась на прошлой неделе.

– Вам – надо выдавать клиентам в тур поводок для гида, – ей богу, некоторых туристов привязывать нужно и водить паровозиком, – Идите на свои места. Мне теперь посольства на уши поднимать и объявлять о пропаже людей.

Менеджеры вышли из кабинета. И мой замечательный день продолжился.

В Италии отбившегося от стаи туриста обещали искать по всем туалетам. Он пока у нас билеты оформлял три раза бегал. Теперь думать, куда чудика с недержанием пристроить. Он же им весь Колизей обоссыт, если в Риме задержится.

Следующим по плану значился Перу. Зачем дядьку понесло в священную пещеру? Фотограф камикадзе, чтоб его. Помял жителям какую-то святыню, наступил на древние мощи. Еле полиция вырвала из рук хранителей. Уже несли дядьку на жертвоприношение своему богу для искупления греха.

Ну и на закуску молодая пара в Египте угнала верблюда. Ну ладно бы лошадь. Но верблюд-то им зачем? По моим личным подозрениям они просто слезть не смогли. Теперь служба безопасности отеля рыскает по пустыне любителей покататься на халяву.

Пока связался со всеми нужными посольствами, провел переговоры с отелями, страховщиками и гидами уже ухо отваливалось от бесконечных разговоров. Да и нервы начали сдавать от напряжения. Ладно, дядьку мы скоро вызволим из местной тюрьмы. Но пара пока так и продолжает где-то кататься, и я очень надеюсь, что так оно и есть.

– Заждался меня? – залетает торнадо по имени Лера, бегло осматривая кабинет.

Ищет следы Жанны, все ясно.

– Она в шкафу от тебя прячется, – прерываюсь от переписки с администрацией отеля и продолжаю строчить дальше.

– Угу, так я тебе и поверила, – бухтит малявка, – Только и знаешь, что меня обманывать.

Ну-ну. И я это слушаю от самой хитрющей и изворотливой девчонки.

Не поднимая головы, заканчиваю свое предложение. В тишине кабинета раздается тихий, но отчетливый звук хлопка дверцы шкафа и быстрый топот до дивана.

– Ну как она там? Не заснула еще? – подкалываю вредину, которая фиг признается, что повелась на мою наводку.

Лера делает вид, что не слышит. Еще один талант у малявки – вовремя отморозиться. Если я и делаю иногда вид, что верю, то это только вид, не более. Открыто она говорит редко и не всем. Ну я давно у нее в черном списке. Так что в число избранных не вхожу.

Заканчиваю всю важную переписку. Теперь только ждать результатов остается. При всем желании найти верблюда сидя в кабинете не смогу.

– Лера, у меня сегодня сложный день. Давай обойдемся без фокусов, – нормально предупреждаю, почти прошу, можно сказать.

– Так я как чувствовала, – подхватывается она на ноги. – Принесла тебе шикарный подарок. Порадовать тебя захотела.

Подарок от малявки?

Мой день кошмарных сюрпризов упорно заканчиваться не хочет.

Смотрю на нее. В руках сумка, рядом на диване пакет и тубус для альбомных листов. Значит, что-то небольшое.

Бомба? Змея? Еда с отравой?

– Лер, ты это… Спасибо, но может, без подарков обойдемся. День рождения у меня нескоро, Новый год тоже.

– Я знаю, что ты родился пятнадцатого ноября, – показывает свою осведомленность.

Меня удивляет, что она помнит. А быть может и не забывала…

Лера тем временем раскрывает пакет и достает оттуда горшок. Точно, бомба.

– Вот, любуйся и наслаждайся моим подарком, – подносит к столу и ставит передо мной. – Теперь ты сможешь убедиться, что я имею отношение к глиняным изделиям.

Горшок прикрывает сетчатая крышка. Первое на что я обращаю внимание. Немного оттягиваю главный процесс сюрприза и рассматриваю стенки горшка.

Цветочки, бабочки – как мило и по-девичьи. Подвигаю с другой стороны – Семён во всей красе. Даже четыре глаза торчат кверху. Намекает на ответку. Это уже по-Лериному.

Что бы там ни было, меня трогают старания малявки на рисунке. Ни одна из любовниц никогда не делала мне подарки собственными руками. Некоторые вообще никаких не дарили, только доили и требовали большего. А малявка сидела, пыхтела, трудилась. Приятно, черт возьми.

– Мне очень нравится твой подарок, Лера. Забираю свои слова назад, что ты только бумагу переводишь на рисунки. – Внимательно слежу за реакцией. Вижу по ней, растерялась и покраснела от смущения. Наношу контрольный выстрел: – Прости меня за Семёна. Выполню любое твое желание, если ты забудешь об этом и не предпримешь ответку.

Сработало!

Лера задергалась. Причем в направление моего стола.

– Ой, я же тут не все расписала. Еще цветочка не хватает сбоку, дай мне его скорей, – тянет руки к горшку, но я успеваю перехватить.

– Желание должно касаться тебя. Подарок уже мой, и я тебе его не отдам. Поставлю на полочку, и всем буду показывать, хвастаться.

Что-то ее несильно радует мое счастье обладания подарком. Глазки бегают, губа закушена, пальцами теребит край футболки. Эта девочка для меня как открытая книга с зашифрованными страницами. Я вижу и чувствую, когда она скрывает и придуривается. Но распознать причину удается не сразу.

– Надо теперь подумать, что же можно хранить в таком чудесном горшочке, – нараспев принимаюсь отвлекать подступную художницу и встаю из-за стола. – Ну-ка посмотрим, как там просторно.

– Ладненько, не буду тебе мешать, – пятится к двери малявка, – Вдруг бабкам помощь понадобится, а там я…

– Стоять! Выходить тебе запрещено, – в три шага успеваю преградить ей путь, сейчас ведь сбежит и фиг потом догонишь. – Вместе посмотрим, спешить нам некуда. Сегодня мой день для провожания ненаглядной.

За капюшон на футболке притягиваю малявку к столу. Свободной рукой откидываю крышку и заглядываю внутрь.

Вижу травку с полевыми цветочками сверху. Делаю бесстрашный вид, из серии: мужики ничего не боятся. И зарываюсь пальцами вглубь растений.

Да чтоб меня!

Скользкое и влажное существо прыгает на руку, часы и в два прыжка оказывается на галстуке от Армани.

– Малявка, ты офигела?!! Зачем ты притащила жабу?

– Я кроме горшка ничего не приносила, – включает она святую невинность, – Это же та самая, которая напала на тебя возле офиса. Ну помнишь, ты мне не поверил про горы и распинался как еле сбежал от жабы. Вот она и вернулась.

С памятью у Леры всегда было все отлично. И я ей сам же и подсказал ответку, идиот.

– Нет уж, забирай. Тебе она нужнее!

Брезгливо снимаю мелкое зеленое чудище и закидываю малявке в капюшон. Он ближе просто и глубокий.

Лера не теряется. К жабам она всегда относилась нормально в отличие от меня. Терпеть не могу скользкую земноводную живность. Всегда брезговал до них дотрагиваться. И сейчас я покрыт следами слизи.

Фу-у-у…

– Жаба твоя, Костя. Я же паука не возвращала, – вытягивает из капюшона подарок малявка, и вместо вернуть ее обратно в горшок, забрасывает жабище ко мне в карман.

Прощай, пиджак от Валентино.

Ну все! Теперь меня малявка точно достала окончательно.

До ее прихода нервы сдавали, а теперь вообще от злости башню снесло. Пора заканчивать с ответками, давно пора.

Ставлю руки по обе стороны от нее на стол и с жабой в кармане прижимаюсь вплотную к нахалке.

– Раз ты все никак не успокоишься, малявка. Ответка от меня будет ужасной. Семён тебе милым котиком покажется. Бойся прямо с этой секунды. Тик-так. Отсчет пошел…

Лера нервно дергается. Но я не вижу в ней и капли страха. Скорее ненависть, злость, обида и что-то еще, отчего ее глаза начинают блестеть, проступая слезинками в уголках.

– Ну и что ты со мной сделаешь? – выкрикивает она с вызовом, – Дай угадаю. Ах да, точно! Запрешь меня в подвале. На сколько ты меня там оставишь в этот раз? На ночь? День? Два?

Вижу – еще немного и у нее начнется истерика.

А у меня закипят мозги.

Почему я спрашивается должен запирать ее в подвале?

У меня и подвала-то нет!

Я ведь живу на десятом этаже квартирного комплекса.

Да и пригрозил малявке, чтоб она заканчивала изводить меня детскими разборками и притихла надолго.

– При чем здесь подвал, Лера? – повторяю для нее свой вопрос.

Хочу понять, отчего она орет на меня со слезами на глазах, и сама же предлагает варианты.

– А ты забыл причину первой ответки? – смотрю в непонимании на нее. Я и первую ответку не помню, не то, что причину. – Ты… ты меня обманул, напугал и оставил в темном сыром подвале на вилле страдать и мучиться.

Зашибись! Вот оно что.

Кажется, я сейчас ближе к причине превращения миленькой девочки во вредную стерву как никогда.

Подвожу ее к дивану, игнорируя сопротивление, и усаживаю рядом с собой.

– Лер, ну я помню, был какой-то прикол с подвалом, – стараюсь говорить спокойно, видеть ее слезы мне тяжело, – Но мы же тебя почти сразу выпустили. Это ведь детские игры, разве они имеют значение? Я и не вспомнил бы о таком пустяке.

– Ты не помнил, а я никогда не забуду, – бурчит она, шмыгая носом, – Если бы ты знал, как я испугалась, может и не считал приколом. В своем доме я ни разу не спустилась ниже первого этажа и в метро боюсь ездить. Всё – по твоей вине.

Мне действительно мало, о чем говорят ее обвинения. Малявка нам тогда мешала. Чем, уж точно не вспомню. И совсем ненадолго мы со Святом решили ее устранить. Закрыл Леру я, пока Свят отвлекал родителей. Потом он же ее и выпустил вскоре. Всё. Семья Леры уехала от нас домой. И дальше…

Дальше проблемы начали сыпаться мне на голову.

– А раньше ты не могла сказать, в чем причина твоих обид?!! – вот тут уже я реально сорвался, даже больше, чем при виде жабы.

– Зачем? Чтобы ты поржал надо мной вместе с братом?

Открываю рот наорать, успокоить, добиться понимания. Захлопываю обратно. Не выбрав ничего подходящего в данный момент. Все не то, не то…

Передо мной под видом сильной и умеющей за себя всегда постоять повзрослевшей малявки, сидит ранимая и очень чувствительная к насмешкам маленькая девочка.

– Лер, послушай, – просто теряюсь как никогда и опять перед ней. Ни один форс мажор на работе не выбивает так из седла как эти небесные блестящие глаза с мокрыми ресницами, – Если бы я мог вернуть время назад, то не стал бы закрывать тебя там. Но ведь прошлое нам не изменить. Понимаешь?

– Да, Костя, понимаю, – бодро кивает, и даже тянет губы в улыбку. Опять закрывается и храбрится.

– Может, простишь меня?

Сам не замечаю, как обнимаю ее за плечи, и наклоняюсь лбом ко лбу в попытке стать еще ближе или приблизиться к манящим вопреки всему губам.

– Подожди, мне нужно еще с Агатой посоветоваться, – резко отклоняет она голову назад, лишая шанса на поцелуй.

Такой вот облом.

Стоп. С какой еще Агатой?!

– Да не дергайся ты. Агата смотрит на нас и думает прощать тебя или нет.

Опускаю глаза. Фу-ты, чудище!

Жаба вылезла из кармана и поглядывает на меня круглыми глазищами, приглушенно квакая.

– Лера, ты уверена, что это Агата, а не Агат или Игнат какой-нибудь?

– Так же как то, что у меня Семён, – поясняет она, вроде как очевидные вещи не досягаемые моим умом.

Жаба, тем временем, вылезла, помогая задними лапами. Перебралась на мою ногу, и продолжила прогуливаться по костюму. Нужно ли уточнять, что она оставляет везде влажные сопливые следы?

– Забери свою Агату от меня, – брать в руки невыносимо противно, – Куда хочешь пристрой, только чтоб у меня ее не было.

– Агата, между прочим, просила не злиться на тебя, хоть ты индюк, – радует малявка комплиментом от жабы. Кто б за меня еще попросил, – Семёна я оставила у себя. Поэтому, если ты хочешь моего прощения – жабка останется с тобой.

Ничего себе условие!

Шутит?

Не-а. Это же Лера. От нее и не такого можно дождаться. И она же, правда, притащила домой паука. Даже в этом подчеркивая свою храбрость в моих глазах.

– Лера, где она будет жить? Что есть? Как есть?

Паника! У меня нервная паника.

Лучше бы я бегал сейчас по пустыне верблюда искал.

– Вот об этом вообще не переживай, – беспечно отмахивается повеселевшая малявка. Ее радует видеть мою растерянность. – По дороге домой мы заедем в магазин и заберем все, что я для Агаты подготовила. Ну не стала я сразу забирать, тянуть аквариум не так уж и удобно.

Я уже и сам не знаю, радоваться мне или нет тому, что Лера наконец-то сняла с моего колена притихшую жабу и вернула в горшок.

Меня отвлекает звонок из посольства с сообщением о найденной парочке на верблюде. Малявка из моего стакана добавляет Агате воды, засовывает травинки. В трубке продолжаются разъяснения монотонным голосом, но у меня полностью теряется нить разговора при виде улюлюкающей с жабой Леры.

С мыслью, кому бы пристроить свой подарок, выхожу из кабинета. Отдаю поручения менеджерам и разворачиваюсь к двери. За спиной улавливаю непонятный разговор.

– Вы там так орали. Моя сработала?

– Нетушки. Обойдешься.

Что там, у Юли не сработало и в чем она обойдется со слов малявки, не понял. Но меня сейчас это мало волнует. В моих руках горшок с самой настоящей жабой – вот это я влип.

В зоомагазине нам словоохотливый консультант отдает заранее подобранный набор для жабьего комфорта. Предпринимаю спасительные попытки избавиться от подарка. И пока Лера отвлекается прошу консультанта забрать у меня мерзкую Агату. Но он сбегает от меня, тут же вспомнив о каком-то важном деле, скрываясь из поля зрения.

– Даже не мечтай Агату сплавить, – шипит уже в машине малявка, теперь она и мысли читать научилась. – Пока Агата у тебя, новых ответок обещаю не делать. Только для этого жду по утрам сообщения с фоткой твоего питомца.

Да она издевается!

Я и себя особо не фоткаю, а для жабы фотосессию должен устраивать.

Если бы не Семён, которого малявка боится больше, чем я брезгую жабой, то и раздумывать бы не стал. Связался с малолеткой на свою голову.

– Постоянной жизни питомцу у себя не обещаю. Недельку поживет от силы, – а там и меньше, думаю про себя. Ну может же она ускакать на болото. И предупреждаю ее в свою очередь: – Ты мне дала слово прекратить ответки. Но я тебе такого обещать не буду. Поэтому ты тоже не расслабляйся, малявка.

Так-то. Последнее слово за мной.

* * *

В выходной день я приехал с друзьями помочь Святу для приготовления сюрприза его будущей невесте на аллею мастеров.

Там мое последнее слово в очередной раз угодило в задницу.

Под общий смех и выкрики с убийственными комментариями смотрю на свой портрет. При этом понимаю, что идея принадлежит Лере. Да что там, я сам же видел, как она нашептывала карикатурщику как меня нужно изображать.

И вот он я – индюк на троне.

Перья торчат в разные стороны. Хоть бы пригладили, тоже мне.

Клюв слишком длинный. Цвет, вроде меня уже сварили и подали на широком блюде. Три курицы внизу копошатся. В общем, фигня полная.

Простила меня за подвал малявка или нет – неизвестно. Но то, что опозорила в очередной раз понятно всем и каждому.

Когда я присел на стул к карикатурщику, по просьбе Свята, даже не думал, что все закончится очередным розыгрышем.

– Малявка, где у меня курицы? Что ты выдумала? – хочу уже хоть что-то прояснить для себя в дебильном портрете.

– Да везде они у тебя! Бегают стаями!!! – язвит вредина под общий хохот, и сама веселится над моим позором от души.

Что ж курицы, так курицы…

Забираю свой теперь уже полезный портрет с одним очень важным обещанием:

– Ты станешь одной из них!