Глава 27

— Выживу, — резко бросил мне Алекс и нетвердым шагом направился к лежащему на земле трупу одного из монстров.

Постоял над ним, что-то разглядывая.

— Идем, — доктор Варант выпрямился и бросил на меня взгляд через плечо. — Отсюда надо убираться. Ты поведешь.

И он просто пошел к машине, больше не обращая на меня никакого внимания. И вот мне бы, наверное, стоило обидеться, или высказать все, что я думаю по поводу вот такого отношения ко мне, но… чувство вины никуда не делось, потому промолчала, тяжело вздохнув.

Сбоку раздалось фырканье. Я обернулась, чтобы увидеть, как Ройс закидывает на плечо тело бессознательного Ларкина.

— Тебе сейчас лучше послушаться, — отозвался страж, весело сверкая глазами в мою сторону. — Алекс на пределе, едва сдерживается. Он второй раз за все время, что мы знакомы не смог контролировать свою силу. Поэтому лучше помалкивай и подчиняйся.

— Что значит, не смог контролировать силу? — почему-то именно это высказывание привлекло мое внимание.

— Не забывай, кто он, — пожал плечами Ройс и не стал больше ничего комментировать, просто развернулся и направился в лес.

А я вдруг вспомнила явление незабвенного Виктора Кантемиреса в участок. Тогда что-то произошло со всеми. Оборотни превратились, Ларкин так и вообще едва концы не отдал, даже мне было не очень уютно. Мамочки! Так и Алекс тоже так может? От этой мысли мне стало совсем не по себе, вот уж никак не хотелось испытать на себе ударную силу злого дракона. Нет, я не думаю, что он может причинить мне какой-либо вред, совсем нет, но… стоит лишь вспомнить, как горели его глаза после схватки с тварями…бррр…

Передернув плечами и еще раз посмотрев в сторону деревьев, за которыми уже скрылся Ройс, я побежала догонять своего дракона.

Алекс стоял, прислонившись к машине, и смотрел перед собой. Подошла ближе, ручки в замок сцепила, глазки опустила — ну чистое смирение.

— Злишься?

— Злюсь, — невозмутимо отозвался он, все также не глядя в мою сторону.

— Я… мы не думали, что здесь может быть опасно. А они появились и… — слова давались мне с трудом, выражать мысли ясно не получалось совершенно и я пошла на хитрость.

В два шага преодолела разделяющее нас расстояние и, обхватив его за талию, прижалась покрепче.

— Я испугалась, — прошептала тихо-тихо, пряча лицо у него на груди и стараясь не думать о том, в каком состоянии была рубашка.

— Сильно испугалась? — меня обняли одной рукой и притянули поближе.

— Очень, — кивнула я, улыбаясь. Кажется, пронесло.

— Выводы сделала?

— Ага, — я улыбнулась еще шире, пользуясь тем, что Алекс все равно не видит моего лица и продолжила, — в следующий раз возьму с собой оружие.

До меня долетел тихий, но довольно-таки устрашающий рык.

— Запру ведь. В Шартрене. Лет на сто. Чтобы больше не лезла, куда не положено. И во всякие сомнительные авантюры не ввязывалась, и с этим своим Ларкиным тоже…

— А Ларкин здесь, каким боком? — подняла глаза, но чертово ночное зрение мне сейчас совершенно не помогало — я видела лишь очертания лица Алекса, но совершенно не могла рассмотреть его выражения.

— Таким, — буркнул Алекс, отстраняясь. — Садись за руль, пора убираться отсюда, пока еще какая гадость из леса не выползла.

— Надо обработать твою рану, — попыталась проявить участие я, но от меня просто отмахнулись.

— Дома. Здесь все равно не то место и не те условия.

— Но… — я уперлась. Темное пятно на его рубашке говорило о том, что рана серьезная, к тому же Алекс старательно берег левую руку, — по крайней мере, кровотечение так точно надо остановить.

— Лиза, — почти простонал Алекс, прикрыв глаза — просто садись за руль и давай уберемся отсюда. Все остальное потом. Я контролирую кровотечение, пока контролирую. Но чем раньше доберемся до города, тем лучше. Садись в машину, — снова с нажимом повторил он.

Дорога до города прошла большей частью в полном молчании. Лишь в самом начале, стоило мне усесться за руль и включить зажигание, я поняла, насколько все-таки неудобная штука, это ночное зрение. Алекс пытался рассказать мне, как оно «выключается», но в результате просто сдался и, приложив пальцы к моему виску, справился с этим сам. На какое-то время мне показалось, что я ослепла или на нас снова опустилась тьма, как на той поляне, но уже через несколько минут глаза привыкли, и я смогла вести машину.

Следуя четким указанием, спустя полчаса, я въезжала во двор особняка Александра Варанта. Машину мы оставили прямо во дворе, Алекс просто отмахнулся от моего предложения поставить ее в гараж, выбрался из салона и нетвердой походкой направился к крыльцу.

— Просто закрой ее и пойдем, — донеслось до меня. — Все равно здесь вся территория под охраной.

С тревогой наблюдая за его скупыми движениями, я выбралась из автомобиля и поспешила оказаться поближе. Алекса штормило, движения были резкими и явно вызывали болезненные ощущения — он то и дело морщился, однако весьма старался мне этого не показывать.

— Ты помнишь, где находится спальня? — спросил он, когда мы оказались в огромном холле, и после моего неуверенного кивка, продолжил раздавать указания, — там, в ванной стоит аптечка. Принеси ее, пожалуйста.

Неодобрительно покачав головой, я отправилась на поиски спальни. Нет, теоретически, я помнила расположение комнат, но вот на деле, память почему-то весьма неохотно отзывалась, все-таки в тот раз, я была несколько невменяема, что не способствовало быстрому ориентированию на местности.

Спальня отыскалась довольно быстро. Стараясь особо не заострять внимание на огромной кровати, которая итак уже однажды фигурировала в моих видениях, я направилась в смежную ванную. Приличного размера зеленая аптечка, нашлась быстро. Стащив ее с верхней полки и, прижимая к груди увесистый ящик, я решительно направилась обратно вниз.

Алекса пришлось поискать. В холле его не обнаружилось, в гостиной тоже, хорошо еще, что он включал свет по всему пути своего следования, так что мне не пришлось долго блуждать по коридорам в незнакомом доме. Стоит признать, что посмотреть здесь было на что, но я решила оставить экскурсию на потом, сейчас передо мной стояла несколько иная задача. И думаю, что слукавлю, если не признаюсь в том, что разыскивала Алекса я с тревогой, каждую минуту ожидая, что натолкнусь на бесчувственное тело. За время нашей поездки ему определенно стало хуже, он на ногах едва держался.

Обнаружился хозяин всего этого громадного здания, как ни странно, в кухне. Он сидел на столе и пил что-то алкогольное прямо из бутылки. Увидев меня он, едва заметно кивнул, и снова приложился к горлышку.

— Нашла? — хрипло спросил он. Дождавшись моего кивка и сделав еще один глоток, он отставил бутылку на стол. — Поставь поближе и… тебе лучше пойти пока погулять где-нибудь. Или, давай я тебе такси вызову?

— Зачем? — ожидаемо удивилась я и приблизилась к Алексу, устраивая тяжеленную аптечку рядом с ним. — Я могу помочь.

— Не стоит, — слишком категорично отказался он.

— И все же, — я тоже могу быть упрямой. — Может быть, лучше вызвать врача?

— Издеваешься? — он окинул меня слегка замутненным взглядом.

— Нет, — я помотала головой и направилась к раковине, вымыть руки, бросив через плечо. — Снимай рубашку.

— Хм… неожиданно. И как бы мне не было приятно, давай все-таки завтра, а?

Я вздохнула. Все-таки, мужчины — странные существа независимо от того, драконы они или нет. Вот и этот тоже…ему плохо, нужна помощь, но он сейчас будет хохмить, и язвить, лишь бы спровадить меня подальше. Только вот, я никуда уходить не собираюсь.

— Сейчас, — уверенно произнесла в ответ и, вымыв руки, смело шагнула к нему.

— Уверена, что хочешь именно этого? — прошептал он, склонившись к моему уху. Предполагалось, что я сейчас испугаюсь и убегу подальше?

Он был так близко, я чувствовала его запах, хриплое дыхание на своей щеке и так не вовремя в голове стали зарождаться совершенно несвоевременные мысли. Но тут в помутненное сознание вклинился крик разума. И что мне оставалось делать? Я подняла руки, провела ладонями по его груди, стараясь не задеть рану, обняла за шею.

— Издеваешься? — спросила, в том же тоне и что и он совсем недавно. — У меня был тяжелый день, я перенервничала, устала, меня пытались похоронить в заброшенном доме, затем едва не съели неопознанные монстры. Я не намерена сейчас препираться с тобой. Раздевайся!

Алекс хмыкнул, коснулся губами моего виска и отстранился.

— Не отстанешь?

— Неа… — покачала головой я.

— И не уйдешь?

— Нет.

Страдальчески вздохнув, доктор Варант отстранился и принялся снимать с себя рубашку. Я судорожно вздохнула, заметив, что он действует только одной рукой. Что-то тихо ворча себе под нос, Алекс спрыгнул со стола, пошатнулся, но вовремя ухватился рукой за столешницу и на ногах таки устоял. Затем уселся на табурет, все еще пытаясь стянуть пострадавшую рубашку одной рукой.

Представшая передо мной картина вызывала дрожь по всему телу и слабость в ногах. И это я никогда не боялась вида крови и даже пару раз присутствовала на вскрытии в морге. Но то, во что превратилось плечо Алекса, заставило меня замереть на месте.

С левой стороны, чуть пониже ключицы было сплошное кровавое месиво. Кровоточащая рваная рана уходила вниз и вбок, а на руке были видны следы зубов. У меня вообще сложилось впечатление, что его хорошенько пожевали, так отвратительно это все выглядело.

— Лиза, иди наверх! — резко произнес Алекс.

— Не..

— Бегом! — рявкнул он. Но я осталась стоять на месте. Сделала несколько судорожных вдохов-выдохов и решительно приблизилась к столу, отобрала у Алекса аптечку и зарылась в нее.

— Будешь говорить, что делать надо, — старалась пока не смотреть на рану, но действовала решительно.

— Уверена? Ты отвратно выглядишь, — недоверчиво произнес доктор Варант, пристально вглядываясь в мое лицо.

— Спасибо.

— Я серьезно. Ты белее изначального цвета моей рубашки.

Я проследила взглядом за лежащим в стороне на полу вышеозначенным предметом гардероба и, еще раз глубоко вдохнув, решительно повернулась к Алексу.

— Все в порядке. Что делать надо?

И он принялся методично рассказывать, что куда макать и как обрабатывать рану. Честно говоря, я старалась не дышать и изо всех сил сдерживала дрожь в руках.

— Все не так плохо, — сквозь стиснутые зубы прошипел Алекс. — К утру и следа не останется. Если бы твой приятель не ступил по крупному, истратив весь свой резерв, то регенерация бы уже началась.

Я непроизвольно дернулась после этих слов, хорошо еще, что в тот момент просто готовилась достать из раны кусочек чего-то инородного.

— Помолчи, а? — жалобно посмотрела на него. — А то я и так едва сдерживаюсь.

— Надо было вызывать такси и ехать домой, — недовольно буркнул он.

Я не ответила, но сделала себе мысленную зарубку узнать потом, какая связь между Ларкиным, его резервом и собственно регенерацией самого Алекса. Но это все потом, сейчас передо мной стояла совершенно иная задача, и мне приходилось сжимать зубы, чтобы справиться с ней.

— Слышала про роман Камиллы? — вдруг спросил Алекс.

Я снова дернулась от неожиданности.

— Мммм… не помню, — я замерла с медицинским пинцетом. — А что там?

— Она нашла себе смертного стража, — мне стало казаться, что Алекс специально отвлекает меня, заговаривает зубы, потому что боится моих медицинских навыков. И в чем-то я его, конечно, понимала, сама бы ни за что не доверила свое плечо настолько далекому от медицины человеку.

— И что? — я все еще старалась держать все свои эмоции под контролем, получалось, правда, не то чтобы уж совсем хорошо, но…лучше, чем ничего.

— Мне не нравится это ее увлечение смертным. Ничего хорошего из этого не выйдет.

— Почему? — искренне удивилась я, вытаскивая из раны что-то очень сильно похожее на клык. — А если там настоящие чувства?

— У двухсотлетнего суккуба и смертного? Не смеши меня. Она слишком….- он зашипел от боли, потому что моя рука непроизвольно дернулась. Зато клык я достала. И теперь смотрела на него широко открытыми глазами.

— Это зашивать надо? — с опаской покосилась на Алекса я.

— Нет. Само регенерирует. Главное было рану очистить. Теперь только забинтовать и все. Возьми там бинты, — он кивнул на стерильную упаковку и откинулся на спинку стула. А я лишь сейчас заметила необычную бледность и бисеринки пота, выступившие на висках. За то время, что я пыталась оказать ему первую помощь, он ни разу не дернулся и ни коим образом не дал понять, что испытывает боль или дискомфорт. И это с такой-то раной. Мне остается только позавидовать подобной выдержке.

— И как ты собирались самостоятельно справиться с раной?

— Сон в моем случае лучшее лекарство.

Я пожала плечами и закрепила концы повязки. Отошла на шаг и залюбовалась своим творением. Еще немного в том же духе и мне можно будет сдавать экзамен по оказанию первой помощи. Помнится в академии, у меня его с третьего раза только засчитали, но там не было настолько хороших учителей.

Алекс хмыкнул и поднялся со стула.

— Одежду и использованные бинты необходимо сжечь. Оставь все здесь, завтра сам разберусь, — бросил он через плечо, направляясь на выход из кухни.

Я вымыла руки, убрала все медикаменты и неиспользованные бинты обратно в аптечку и поспешила следом.

Алекс уже успел добраться до гостиной и теперь лежал на низком диване лицом вниз.

— Что за черт? — я подскочила к нему, потрясла за здоровое плечо и, не дождавшись никакой реакции, упала рядом с диваном на колени. — Алекс, твою…

Что делать дальше, я реально не могла себе представить. Вызывать скорую? И что я им скажу? Как объясню погрызенную руку? На подумать у меня больше не оставалась времени, и я принялась шарить по карманам Алекса в поисках телефона.

По закону подлости, для того чтобы вытащить телефон требовалось перевернуть его хозяина, но сделать это было практически нереально. Я пыталась, честно пыталась, но сдвинуть с места тушку доктора Варанта мне не удалось.

— Да из чего же ты сделан?! — кажется, вот сейчас как раз то самое время, когда у меня начнется все-таки истерика. Основательная такая истерика, потому как я оказалась наедине с умирающим Александром Варантом и сделать ничего не могу.

Руки тряслись, слезы застилали глаза, рыдания рвались из горла. Я действительно не могла представить, что мне делать? Куда бежать? Где искать помощи?

В конце концов, мне удалось взять себя в руки ненадолго и вытащить злосчастный телефон из кармана Алекса, дрожащими пальцами набрать знакомый номер и, закусив губу ждать и молиться, чтобы абонент взял трубку. А он не торопился отвечать. Я считала длинные гудки, и мое сердце все сильнее и сильнее сжималось от страха и безысходности. Кожа Алекса была холодной, словно лед, дыхание едва ощутимо и пульс совсем слабый. Мне казалось, что еще немного и у меня на руках останется труп наследника славной династии Кантемиресов. Вот тогда Виктор меня точно прибьет, даже теней на этот раз призывать не будет, лично придушит.

Наконец, в трубке раздался такой долгожданный голос, правда хриплый, как со сна и злой до невозможности, но мне захотелось запищать от радости, что со мной хоть кто-то поговорит.

— Я, конечно, все понимаю, — почти рычал Ройс, — мы друзья и все такое, но совесть у тебя есть? Я только уснул.

— Это я, — прохрипела в трубку.

— Лиза?! — я не видела лица Ройса, но по характерным звукам, могла представить, как он резко подскочил на кровати. — Что случилось? Где Лекс?

— Он… он… тут лежит, — меня душили рыдания, — холодный весь, пульс слабый, ни на что не реагирует… я…

— И ты мне только поэтому позвонила среди ночи? Донел, у тебя вообще никакой совести нет, точно так же, как и у твоего дракона. Теперь я понимаю, почему вы пара!

Я подавилась рыданиями. Это как понимать?

— Хватит на меня орать! — нет, я не повышала голос, просто… ну, просто, не могла понять такое поведение, да и обидно было, если честно. Я тут сижу, волнуюсь, а этот оборотень как будто издевается надо мной. — Что мне делать?

— Лиза, я не спал двое суток, мотался по всему городу, ввязался в драку с эграш, меня знатно потрепали, потом пришлось еще час объясняться с мамашей этого малолетнего недоумка, который умудрился израсходовать почти весь свой внутренний резерв, возвращаться обратно на болота, обследовать территорию, ругаться с Триком. И вот только я уснул, как тут, зрасьте пожалуйста, ты звонишь по дурацкому поводу! — в конце своего прочувственного монолога, Ройс уже не сдерживал ярость и почти перешел на крик, вопреки моей просьбе не повышать на меня голос.

— Не кричи на меня, — всхлипнула я в ответ. — Что мне делать? Что с Лексом?

— А что с Лексом? — словно впервые услышав о странном состоянии друга, переспросил Ройс. — Он сегодня вгрохал в этого идиота-Ларкина столько энергии, что я вообще удивляюсь, как еще на ногах стоял! — и тут же добавил немного спокойнее. — Регенерация началась, потому он и не реагирует ни на что. Он дракон, Лиза! — последнюю фразу Ройс произнес таким тоном, как будто вот после этих слов, я должна все сразу понять и успокоиться.

— И что с того, что он дракон? Он поэтому тут полумертвым прикидывается? Ройс, ты нормально можешь мне объяснить?

— Да ничего он не прикидывается. Организм требует свое, проспится до завтра и будет, как новенький, — вздохнул оборотень в трубку. — Укрой его чем-нибудь и пусть спит. И сама тоже выспись. Можешь как раз рядом с Лексом пристроиться, будет ему приятный сюрприз с утра, — хохотнул Ройс.

— Шутник, — отозвалась я в трубку. — Ладно, если ты говоришь, что все нормально… — я шмыгнула носом.

— Нормально. И про завтра я серьезно, Лиза, — уже совершенно иным тоном произнес страж. — У нас новый труп. Все, как и в двух других случаях.

— Как?! — я как раз вставала с колен, чтобы поискать какое-нибудь одеяло, но после сообщения Ройса, снова плюхнулась на пол, в желудке, словно что-то оборвалось.

— Вот так, — буркнул страж, — Трик рвет и мечет. Труп был обнаружен смертными стражами из другого участка. Мы вообще случайно об этом узнали, Антон в базу влез по какому-то своему вопросу и натолкнулся на последнюю сводку. А так, все как и раньше. Молодая девушка, блондинка. Ее, кстати, опознали. Так что завтра нас ждет очень трудный день. Я не шутил, когда говорил, что тебе тоже надо поспать. Все, до завтра, — и он сбросил вызов, а я осталась сидеть на полу, пытаясь переварить услышанное.

Как это? Это что же? Маньяк снова вышел на охоту, а я… я ничего не видела? Почему? Оба прошлых раза, у меня были видения, последнее так и вообще, кажется в «прямом эфире»? А в этот раз — совсем ничего. Может быть, дело в расстоянии? Или усадьба Кавальских как-нибудь защищена? Хотя, нет, у меня же было видение про Елену прямо на крыльце, значит, все дело не в этом. А в чем тогда? В нестабильном даре и том, что я не умею им пользоваться? Возможно.

Я тяжело вздохнула и все-таки поднялась на ноги. Надо было найти что-нибудь, чтобы укрыть Алекса, принять душ и… нет, спать, как советовал Ройс, я, наверное, пока не смогу, но подумать, мне необходимо.