Глава 11

Несколько дней прошли спокойно.

Походы по магазинам, окончательный переезд, регулярный секс и никаких ссор.

Алина не строила иллюзий. Не дискутируют они по той причине, что она идет на уступки. Вернее, не гнет свою линию. Что будет дальше – непонятно.

Их затишье – это затишье перед бурей.

Он – Страж. Стражи не меняются. В них с детства закладывали определенные ценности, воспитывали жесткость, даже жестокость, учили убивать врагов и ни во что не ставить женщин. Женщины – лишь для подпитки энергии. Все. Не отнять, ни прибавить.

Поэтому Алина продолжала присматриваться. Не сказать, что она полностью приняла новый расклад жизни, ее по-прежнему не устраивали многие моменты, но нарушать идиллию не хотелось. Пусть идет своим чередом.

Девушка заметила, что Герман регулярно уезжал по утрам. Куда – не говорил. Ей, хоть и было любопытно, но она не спрашивала. Если спросит – поведет себя, как настоящая пара. Мол, куда, милый, ты отлучаешься. Не порядок. Я-то не знаю, не ведаю.

Молчала, кусая губы от любопытства.

Сегодня, когда он в очередной раз куда-то стартанул, Алина тоже решила не засиживаться в квартире. Прикинула, что раз вынашивать ребенка она будет пять месяцев вместо положенных девяти, то очень скоро у нее животик порядком округлится, и надо будет задуматься о смене гардероба. Алина всегда была склонна к полноте, да и сейчас имелись лишние килограммы, с беременностью вес будет только расти.

Вызвав такси, она решила пройтись по магазинам, специализирующимся на одежде для беременных. Пока присмотрит, может, даже, что и купит.

- Вот. На траты. — Накануне Герман протянул ей дебетовую карточку.

Алина взяла ее без лишних слов. Чего уж теперь-то сопротивляться и разыгрывать из себя гордячку.

Такси прибыло через десять минут. Что-то мурлыча себе под нос, даже не осознавая, что настроение хорошее, девушка спустилась вниз. Таксистом оказалась приятная женщина сорока лет.

- Добрый день, - поздоровалась Алина.

- Добрый. Куда едем?

Алина назвала адрес любимого торгового центра.

- Отлично, - улыбнулась водитель такси.

Алина моргнула. Один раз. Второй. И поспешно отвернулась к окну, опасаясь, что на ее лице отразятся недоумение и испуг.

У нее галлюцинация? У женщины были гнилые акульи зубы ржаво-серого цвета.

Нет, не может быть…

Сердце екнуло.

Может.

Кому, как ни ей это знать?

Алина прикрыла глаза и приказала себе дышать ровно. Ни взглядом, ни словом, ни жестом нельзя выдавать то, что она увидела. Пусть таксистка думает, что пассажирка в плохом расположении духа.

Прибыли они быстро. Алина считала каждую минуту пути. Ей еще пару раз показалось, что женщина слишком шумно принюхивается, и когда та остановила машину и назвала сумму по счетчику, Алина выдохнула с облегчением. Вышла из такси, заметив, как водитель хмуро провожает ее взглядом.

Вот же, гадство.

Позвонить Герману? Алина неспешно приближалась к торговому центру. Нет, пожалуй, не стоит. Вечером при случае поделится своими невеселыми доводами. Если он, конечно, захочет ее слушать.

В этом торговом центре было несколько специализированных магазинов для будущих мамочек. Алина с полгода назад ходила по ним с двоюродной сестрой, поэтому точно знала, куда идти.

Встав на эскалатор, Алина, чтобы отвлечься от пугающих мыслей, лениво принялась оглядываться по сторонам.

И через минуту поняла – зря.

Все - зря.

У охранника было снесено топором одна сторона лица. У милой цветочницы – черные волосы, где вились змеи. У парня за стойкой кафе быстрого питания и вовсе на спине имелось три горба, а нос отсутствовал, вместо него зияла пустота.

Чувствуя, как горлу подкатила тошнота, а ноги стали ватными, Алина кое-как добралась до туалета и дрожащими руками открыла сумочку. Нащупала телефон, достала его, и некоторое время обессилено смотрела на черный сенсорный экран.

Выдохнула, вошла в меню и нажала на вызов абонента Герман.

Ответили мгновенно. Словно ждали звонка.

- Да, девочка.

Неожиданно от этого ласкового «девочка» слезы выступили на глаза.

Сглотнув, Алина, судорожно сжимая телефон, выдавила из себя:

- Герман, я ИХ вижу… Здесь…

Уточнять кого «их» не пришлось.

- Где ты?

- В торговом центре.

- Каком?

Она назвала.

- Где именно находишься в торговом центре?

- В туалете.

Послышалось ругательство на непонятном языке. Что ругательство – понятно по интонации.

- Иди в людное место. Открытое кафе или ресторан. Где постоянно снуют люди. Закажи себе что-нибудь, – говорил, как рубил. – Пирожное или мороженное. Поешь что-нибудь вкусное, - послышались сторонние голоса, и Алине показалось, что Герман выскочил на улицу. Не ошиблась – пикнула сигнализация на машине. Сорвался… Едет к ней… Уже. – Веди себя непринужденно. Поняла меня? Непринужденно. И ни на ком не задерживай взгляда. Кого бы ты ни увидела.

Алина кивнула, хотя он ее и не мог видеть.

- Хорошо. Я поняла.

- Алина…

- Да?

- Не бойся. Я скоро буду.

Алина посмотрела на потухший экран и прикрыла глаза.

Вот почему он такой… Страж? Почему она не встретила аналогичного мужчину без этих деспотичных замашек, но в своем мире? Чтобы внимательный. Чтобы без лишних разговоров. Чтобы наперед дело.

И ведь ни разу не соврал. Ни разу не подвел.

Слеза все же выкатилась из одного глаза, пришлось размазать ее по щеке.

Алина в точности выполнила указание Германа. На третьем этажа находилась сеть кафешек перед кинотеатром, там она и разместилась. Заказала себе молочный коктейль.

И принялась ждать.

Чтобы не глазеть по сторонам, открыла телефон и тупо стала пролистывать новостные сводки.

Прошло семнадцать минут, пока перед ее столиком резко не отодвинули стул.

Герман.

Лицо взволнованное, брови нахмуренны.

Порывисто накрыл ее руку своей и негромко бросил:

- Все, расслабься. Никто к тебе не осмелится подойти.

Как все просто…

И как все очень, очень сложно.

- Герман, я вижу нелюдей, - негромко проговорила Алина, всматриваясь в лицо мужчины и отчетливо осознавая, что все его слова правдивы.

Абсолютно все.

- Я это уже понял.

- Но почему?

- Ты – моя Спутница. Мать моего ребенка. Все логично.

В чем логика – непонятно.

- Мне страшно, - Алина сейчас находилась в таком состоянии, что, не задумываясь, открывалась перед ним. И не находила в этом ничего предосудительного. Напротив, все шло естественным путем. – Я думала - схожу с ума.

- Ты была в Пограничье, - наверное, эти слова ей должны были что-то объяснить.

Не объяснили.

Алина деланно улыбнулась, и Герман с недоумением заметил в ее глазах слезы.

Девочка, что держалась в куда более жестких условиях, сейчас готова была расплакаться.

И мужчина с удивлением отметил, что от одной мысли, что его Алину кто-то смог напугать до слез, в груди зарождалось нестерпимое желание разнести этот долбанный торговый центр со всеми его обитателями к чертям собачьим. Снести до основания, со всеми ублюдками, что проскочили через портал.

Герман, пока поднимался к Алине, отметил изрядное количество «знакомых» по Пограничью. Прорвались, суки. Даже обосновались. И что дальше?

Но эти вопросы подождут. Среди «знакомых» не было никого важного, одна шушера. Если сравнивать с миром людей, то Герман прорвавшихся приравнял бы к ничего не значащим букашкам.

Главное – Алина.

- Да, была. И между тем…

- Алина, посмотри на меня, – он не мог позволить ей раскиснуть. Говорил жестко. – И услышь меня. Тебя никто не обидит. Никто. Большинство из этих тварей даже не в состоянии понять, что ты их видишь. Они затерялись среди людей. И чем дольше они живут в вашем мире, тем быстрее слабеют, теряют те крохи магии, что обладали.

Алина медленно покачала головой, не спеша одернуть руку из-под его большой теплой ладони.

- Мне все равно кто они или что они… Герман, я говорю тебе про то, что напугана самим фактом, что могу их видеть. Эти лица…Не, не лица, морды – они же омерзительны.

Девушку передернуло.

- Никто и не спорит. В тварях нет ничего прекрасного, – саркастическая ухмылка послужила продолжением его слов. Радовало уже то, что девочка говорила, не впадая в истерику.

И все же…

Ее страх и растерянность, что застыли в огромных глазах, продолжали угнетать Германа. И если раньше страх женщины раздражал его, а слезы и истерика вынуждали применить радикальные меры, вплоть до оплеухи, то с Алиной все выходило иначе. Хотелось сграбастать ее в объятия и усадить к себе на колени. Или насадить на себя. Что угодно – лишь бы дать понять, что она под защитой.

Под ЕГО защитой.

- И я теперь всегда буду их видеть? - голос Алины дрогнул. Она смотрела на Германа другими глазами. Если раньше, когда он говорил, что мир Пограничья медленно перекочевывает к ним, она скептически относилась к его словам. Да, есть там где-то угроза. Да и фиг с ней. В данный момент все тихо и мирно, да и ладно. По такому принципу живут девяносто девять процентов людей и нелюдей. Пока угроза не коснется их лично, они остаются равнодушными.

Герман не сомневался – сейчас Алина перебирает в памяти все то, что он ей рассказывал про прорывы, про угрозу для их мирного на первый взгляд существования. Жалкие крохи. Больше и не надо. Увидела зомби и уже бледная. Не создана она для войны.

Для плотской любви – да.

И только ли для плотской…

Герман мысленно шикнул на себя. И ему в голову бред лезет. Стражи не умеют любить. Всю их «любовь» выбивают в училищах палками, розгами и заклятиями. Без жалости, без раскаяния.

- Ты привыкнешь их не замечать, – он старался говорить ровно. Не стоит своим очередным рыком еще больше ее пугать.

- Привыкну? - выдохнула Алина и подалась назад.

Не пустил.

Не отдал руку.

- Да, привыкнешь, – вот здесь требовалась жесткость. Чтобы поняла. Осознала. – Сможешь привыкнуть. Ты – моя Спутница. Природа не ошибается.

Видимо, последними заявлениями он хотел сказать нечто большее.

Алина замерла. Притихла. Перевела дыхание.

- Еще хочу коктейля.

Ее заявление прозвучало наивно и очень доверительно, словно от наличия еще одного коктейля зависела ее способность дальше адекватно воспринимать окружающий мир.

Коктейль он принес самолично.

- Что ты вообще забыла в торговом центре? – чуть позже буркнул недовольно. Без него… куда-то пошла… Одна.

- Мне одежду купить надо. Скоро животик расти будет.

Взгляд черных глаз метнулся к округлому от природы животу, в данный момент спрятанному за платьем и теплым плащом. Пробраться бы под эти чертовы тряпки, да прикоснуться к теплой мягкой коже.

- Пошли.

- Куда?

- Покупать тебе вещи. (3303c)

- С тобой? – Алина немного опешила.

- Кухонную утварь покупали – нормально. А покупка комбеза для беременных вызывает ступор? – фыркнул Герман, и его глаза предвкушающе блеснули.

Да, он с удовольствием проведет с ней время в примерочной. Заодно отвлечет ее от мыслей о новом восприятии окружающих.