Глава 12

— Что ты хочешь этим сказать?

— Диспетчер не сообщил деталей, но, кажется, что это убийство напоминает дело Линды Маруанти.

— Я хотела тебя об этом спросить, — наконец-то решилась я. — Я же ничего не знаю о… — я замялась, подбирая слова. Было как-то дико вслух говорить о магии и ритуалах, как о вполне себе обыденных вещах. — Обо всем этом. И я не могу быть объективной теперь, и… много не знаю и не понимаю, как мне быть дальше.

— Но почему? — возмутилась я. — Я не для того пять лет училась, чтобы до конца жизни за вами бумажки печатать. Я хочу стать стражем. Настоящим стражем! Почему вы все так дружно решили помешать мне? Зачем вообще надо было устраивать мне эту практику, если мне ничего нельзя?!

— Я не хочу с тобой спорить, — вздохнул Ройс. — Но не забывай о том, что твоя сила, не проснулась до конца. Да и свойства твоего дара пока неизвестны для нас, я по-прежнему не могу его почувствовать, а значит… — он в очередной раз не договорил. — Лучше тебе все же быть осторожнее и пока не встревать во что-то серьезное.

— Что значит, мой дар не проснулся? И чем мне все это грозит? И что будет, когда он проснется? И почему, из-за этого «сна», — я стала засыпать Ройса вопросами, — я не могу принимать участие в расследовании?

— Эй, не так быстро, — хохотнул страж в ответ. — Во-первых, тебе ничего не грозит, пока ты ведешь себя благоразумно и слушаешься меня и Лекса. Во-вторых, — тут же продолжил Ройс, знаком давая мне понять, чтобы не перебивала и выслушала до конца, — в расследовании тебе принимать участие не рекомендуется не поэтому. А из-за того, что ты еще не страж. А всего лишь стажер. И мы всем участком несем ответственность за твою безопасность.

— Рассказывай, — безапелляционно заявила я и для пущей убедительности скрестила руки на груди. — Что это за дар такой мне достался и почему он еще спит? И поподробнее, не забывай, что мне с этим всем жить еще, — ту часть, где Ройс рассказывал о том, что я еще не доросла до настоящей работы, решила пока проигнорировать. Смысла спорить и что-то доказывать, все равно не было.

— Видишь ли, — усмехнувшись, начал страж, — на самом деле, все очень сложно и запутано. И вот так сразу, я не смогу объяснить тебе всего, наши дети познают мир с рождения, а ты… — он снова замолчал.

— А я ничего не знаю, и потому мне требуется ускоренный курс обучения. Так кто я?

— На самом деле, варианта может быть два. Ты унаследовала дар одного из своих родителей.

— Мои родители погибли в автокатастрофе, когда я была совсем маленькой. Я их даже не помню и потому… — я замолчала, когда заметила гримасу на лице Ройса. Что-то было не так. — Что?

— Маги не могут просто погибнуть, — отозвался Ройс.

— Что ты хочешь этим сказать? Их убили?

— Лиза, давай поговорим на другую тему, хорошо? — тут же попытался сбить меня с толка страж. — Твой отец происходил из очень древнего магического рода. Эльдонарры были единственными, кто имел возможность видеть.

— Что значит видеть? — тут же ухватилась за его последнее слово я. Мне все было интересно, потому что раньше я никогда не сталкивалась ни с чем подобным, жила обычной жизнью и считала себя обычным человеком. — Джинал же моя тетя, она тоже что-то такое умеет?

— Видеть — это значит видеть. Не только будущее, но и прошлое. Очень редкий дар, и Эльдонарры были единственным родом, кто обладал им. Вполне возможно, что ты унаследовала именно его.

— А их много? — осторожно спросила я. Почему-то только сейчас я подумала о том, что вполне возможно, у меня где-то есть родственники, бабушки, дедушки, кузены, тети и дяди. Может для кого-то это и несущественно, но я всю жизнь считала себя сиротой и тот факт, что окруженная заботой и любовью Джинал, я не ощущала себя в чем-то лишенной, но существование большой семьи было бы для меня подарком небес.

— Нет, — с сожалением в голосе отозвался Ройс. — На самом деле, от Эльдонарров никого не осталось. Ты — последний представитель рода.

— Оу, — выдохнула я, ощутив, как известие о потере родственников, отозвалось щемящим чувством в груди. Странно, я всю жизнь прожила, не зная никого из них, даже не предполагая того, что они существуют, а вот сейчас грущу, как будто потеряла кого-то близкого.

— Лиза, — нерешительно отозвался Ройс, — давай пока отложим этот разговор, хорошо? Я понимаю, что тебе хочется узнать о своем роде, но сейчас не самое подходящее время и место тоже не располагает к подобным известиям. Я расскажу тебе все, что захочешь, но в другой раз.

— Хорошо, — кивнул я, ощущая разочарование, но стараясь подавить недовольство. Ройс прав, мы вроде как на место преступления едем, думать надо о деле.

— Расскажи мне об убийстве Линды. Ну, то, что не попало в отчет. И про ритуал тоже, — попоросила я, когда страж бросил на меня вопросительный взгляд.

— Я не думаю, что… — начал было Ройс, но тут же исправился. — Ладно. Пусть так. Хочешь принимать участие в расследовании, я тебе это обеспечу, но чтобы слушалась меня беспрекословно. Это понятно? — Ройс на мгновение бросил на меня предупреждающий взгляд и снова отвернулся.

Я закивала, соглашаясь со всем.

— А почему Антон так коряво вел дело? — тут же задала следующий вопрос.

— Это не Антон вел дело коряво, — усмехнулся Ройс. — Это семья Линды настояла на том, чтобы все выглядело именно так.

— Но почему? — я действительно была удивлена сверх меры.

— Видишь ли. Про существование сверхъестественного никто не знает. Эта тайна хранится и за этим строго следят. Наш участок был создан для того, чтобы отслеживать преступления, совершенные такими же, как мы. Но думаю, тебя не это сейчас интересует.

Я грустно вздохнула. Это меня тоже интересовало. И даже очень интересовало, но если уж я сама решила, что первым делом надо разобраться с преступлением, то так тому и быть. А Ройс вероятно прочел все эти мысли по моему лицу, потому что усмехнулся и продолжил:

— Со временем все узнаешь. Но сейчас о другом. Так вот, Маруанти, они обычные. Совсем. Нет в них ничего сверхъестественного, совершенно. А когда нашли тело Линды, там сразу же было ясно, что убили ее не просто так, проводили ритуал. Вот Антон и… выдал тайну, случайно.

— То есть как это? — не поняла я.

— Винс предположил, что Линда была магом или еще кем-то и ритуал был необходим для каких-то магических целей. А Антон спросил у ее отца об этом, причем спросил не очень корректно. Вот господин Маруанти и поднял на ноги все свои связи, чтобы отобрать у нас дело об убийстве его дочери, по причине того, что мы хотим запятнать его честное имя связью со всякими неадекватными личностями, как он выразился.

— То есть, Линда магом не была? — уточнила я.

— В том-то и дело, что была. Вчера, после того, как вернулся в участок, пересказал Винсу тот ритуал, что ты мне описала. Он всю ночь искал его по книгам. Нашел что-то похожее и утром был сильно взволнован. После того, как закончим на новом месте, надо будет выспросить у него, что он там разыскал такого интересного. А то наш гений по телефону не захотел мне рассказывать.

— А Винс, — решила я обозначить для себя происхождение молоденького психолога восьмого участка, — он кто? Ну, ты понимаешь?

— Винс принадлежит к очень древнему уважаемому роду, — ответил Ройс. — Он очень сильный маг. Правда, совсем еще зеленый и неопытный, но это дело наживное. А еще он много знает. И о ритуалах, и о заклинаниях, и вообще о магии, и книги любит. Он ходячий источник информации для нас.

— Мне тяжело поверить, что этот мальчик-одуванчик на самом деле сильный и опасный. Мне он всегда представлялся этаким маменькиным сынком, который всего боится и стесняется, — пробубнила я.

— Внешность обманчива, — философски заметил Ройс.

— Хорошо. А дальше что? Если Линду убили при проведении ритуала, — ну не могла я вслух произнести слово «магия». — Подожди, а это нормально, что в обычной семье родился маг? — спросила я.

— Магом Линда была, только очень слабым, скорее всего она — полукровка. Подозреваю, что она и сама не знала о своем даре. И это не нормально. Вполне возможно, что у нее в роду все-таки затесались маги, но возможно, информация об этом утеряна. Вот никто и не знает о том, что дар и сила сохранились.

— Хорошо, допустим. А эта ваша сила она только по наследству передается? — не удержалась я от вопроса. Мне было интересно все, что связано со всем этим сверхъестественным миром.

— Да. Причем, если оба родителя принадлежат к разным родам, то ребенок унаследует только один дар. А вот если один из родителей будет обычным человеком, то возможны варианты. Ребенок или унаследует дар или родится обычным человеком, — пустился в пояснения Ройс.

Он рассказывал мне об этом так естественно, как будто о погоде говорил, или лекцию по криминалистике читал, смотрел на дорогу и говорил. Мне стало жутковато от всего этого. Это же и я теперь не совсем нормальная. Но, вернемся к Линде, не хочу пока про это все думать, голова заболит.

— Значит, кто-то разыскал слабого мага-полукровку, и провел над ней ритуал. И из этого следует… — я не успела договорить, Ройс меня перебил.

— А из этого следует, что кто-то разыскивает молодых слабых магов-полукровок и убивает их. А вот что это за ритуал нам сегодня расскажет Винс, — подвел итог страж.

— А каким боком сюда вписывается Брокен? Он что забыл в этом мотеле и почему был весь в крови Линды и с ножом?

— Брокен был под очень сильным внушением. Ему просто стерли память и поставили сильный блок. Когда он пытается вспомнить, что было в тот день, у него начинаются жуткие головные боли. Все списали это на наркотики, но…

— Но в отчете доктора Варанта не было, ни слова о том, что в крови Линды или Брокена присутствовали запрещенные вещества! И как вы собирались все это провернуть? — удивилась я.

— У Алекса большие связи, он сам со всем этим разбирается. Но в любом случае, никто и не думал серьезно обвинять Брокена в убийстве, — поспешил заверить меня страж, заметив, что я нахмурилась при его последних словах, — но пока ему лучше сидеть под присмотром. И как показали последние события, это ему же на пользу.

— Я думала над убийством администратора, — произнесла немного нерешительно, но потом тряхнула волосами и выложила все, до чего додумалась сегодня утром. Ройс кивал, соглашаясь ровно до того момента, как я стала говорить, про вампиров. Он ошеломленно глянул на меня и вдруг засмеялся, заливисто так, даже можно было бы предположить, что заразительно, если бы я поняла, что его так рассмешило?

— Что не так? — попыталась уточнить я, но мне не ответили, Ройс все еще смеялся.

И как при этом он умудрился еще и вести машину, я не понимала. Но, к счастью виновниками аварии мы не стали.

Пока страж заходился от хохота, я недоумевала, что из моих слов могло вызвать подобный приступ веселья. Прокручивала в голове все свои умозаключения и не могла найти в них ничего смешного, если конечно не считать, что большая часть всего этого была построена на существовании вампиров, магов. Ведьм и… о чем там еще я не знаю?

— Ты где всю эту чушь взяла? — отсмеявшись, наконец, произнес страж, — Ой, не могу, насмешила, так насмешила, — и он демонстративно одной рукой утер слезы, выступившие на глазах от смеха.

— Какую чушь? — я действительно не понимала, почему мои, в принципе, вполне логичные выводы вызвали у стража такое веселье.

— Про вампиров.

— И что с ними не так? Доктор Варант вчера же сказал, что Ярын обескровлен, и я у него на шее заметила следы от…

Ройс снова засмеялся и поднял руку, призывая меня к молчанию. Я насупилась. Ну вот, опять. Сам веселится, и потешается надо мной, а я так и сижу тут, не понимая, что сказала не так.

— Вот вместо того, что бы ржать здесь, лучше бы сказал, что не так-то? — обиженно произнесла я.

— Вампиров не существует, — всхлипывая от смеха, выдавил из себя Ройс.

— А… — вот теперь и я не нашлась, что ответить.

— По крайней мере, таких, каких в кино снимают. Кровь через укусы в шею точно никто не пьет.

— А кто тогда убил Ярына?

— Скорее всего, те же маги, что и разделались с Линдой, — уже спокойно произнес Ройс. — Там вся квартира была под заклинанием. Ни запаха, ничего не осталось. А смерть от укуса вампира — это просто ход такой, ну чтобы страху нагнать или запутать. А кровь, особенно, человеческая, очень часто используется в различных ритуалах, так что тут тоже все объяснимо.

Я от такого объяснения передернулась всем телом. Логично ему, как же. А мне, откуда было про все это знать? Но, известие о том, что вампиров не существует, меня немного порадовало. Как-то страшно было, особенно, зная, что в ночи могут притаиться такие жуткие хищники. Хотя, их может быть в этой самой ночи намного больше, и они будут во стократ страшнее выдуманных киношниками вампиров.

***

К отелю, мы подъехали спустя несколько минут. Ройс остановил машину на стоянке, у парадного входа нас уже ждали. И как все эти швейцары с первого взгляда различают, кто есть кто? Никогда не могла этого понять.

Это заведение хоть и не являлось элитным и дорогим, но выглядело раз в сто приличнее печально известной "Серебряной черепахи". Вполне себе миленько и уютно. В холле паркет был натерт до блеска, всюду расставлены фикусы в огромных кадках, кондиционер работает, да и персонал тоже приятно радует глаз. По крайней мере, девушка за стойкой выглядела вполне прилично в строгом костюме и с аккуратной прической. Там же нас встретил администратор, невысокий, довольно еще молодой, человечек в костюме-тройке и очках. По его лицу ничего нельзя было предположить, но я заметила, как нервно подрагивают его руки. Оно и понятно, убийство не лучшая реклама.

— Мы никому ничего не сообщали, — тут же начал рассказывать господин Берунов, провожая нас к лифту. — Как только я увидел, что произошло, то тут же позвонил в стражу.

— Кто обнаружил труп? — спросил Ройс.

— Горничная. Она убирала номера и обнаружила там… это, — администратор достал из кармана платок и промокнул испарину на лбу. Сейчас он уже не сдерживался и, было видно, что сильно волнуется. — Она тоже шума не поднимала и сразу же сообщила мне, ну а я уже вам.

— Мне нужны все записи камер видеонаблюдения и регистрационного журнала, — продолжал Ройс. — И необходимо побеседовать с теми, кто дежурил ночью и с горничной, обнаружившей тело, — он продолжал раздавать инструкции, пока мы поднимались на лифте до третьего, последнего этажа. — Вы уже смотрели, кто останавливался в этом номере?

Я заметила, как на лице администратора сменялись выражения одно за другим.

— В этом-то все и дело. Этот номер снял на сутки некий господин Бини, — я вздрогнула, когда он произнес это имя, и покосилась на стража. Ройс был суров, молчалив, серьезен и сверлил администратора глазами. — Но вскоре после полуночи он покинул отель. А так как наплыва постояльцев не ожидалось, горничные оставили уборку дневной смене.

— А камеры? Они зафиксировали, как этот господин покидал отель?

Администратор замялся и принялся теребить в руках платок.

— В том-то все и дело. Камеры не работали всю ночь, — наконец виновато произнес он.

— Что? — голос Ройса эхом отразился от стен лифта. — Как такое возможно? У вас в отеле черте что происходит, а вы даже камеры видеонаблюдения включить не удосужились?

— Так они-то были включены. По крайней мере, ночной администратор мне так сказал. Но потом, около полуночи, произошел какой-то сбой, и они перестали работать. Постояльцев не так много, а штатный техник у нас сейчас в отпуске. Да и владелец радеет за сокращение расходов. А вызывать мастера среди ночи — это довольно дорого. Вот они и не стали этого делать. Решили дождаться утра и оставить заявку в сервисном центре.

— Мастер приходил? — не удержалась от вопроса я.

— Нет. Не понадобилось. Наверное, скачок напряжения. Они сами включились около шести утра.

Я задумалась. В "Серебряной черепахе" никаких камер не было. То есть, обманки-то висели, но толку с них не было. А здесь все-таки место поприличнее, камеры работают. Так что или наши преступники обнаглели от безнаказанности, или они смогли сами вывести технику из строя. Я покосилась на Ройса. Он стоял в коридоре, потирая подбородок, и о чем-то размышлял. Заметив мой взгляд, кивнул и произнес:

— Надо сказать Антону. Пусть проверит.

У меня тут же возник вопрос относительно того, кто такой Антон и он будет проверять камеры, но я вовремя спохватилась. Не хватало еще заговорить об этом в присутствии посторонних. А вот интересно, а как все эти сверхъестественные существа узнают, кто «свой», а кто нет? Вздохнула тяжело и мысленно занесла этот вопрос в список тех, что надо обязательно задать Ройсу.

Номер, в котором произошло убийство, располагался в самом конце коридора и был угловым. Администратор подвел нас к нему, достал из кармана карточку-ключ, открыл дверь и посторонился, давая нам пройти. Ройс шел первым, но на пороге остановился и повернулся ко мне:

— Может, подождешь здесь? — он внимательно смотрел на меня своими желтыми глазами, вероятно, вспомнил, как я отреагировала вчера.

Я задумалась на мгновение. Пока ничего не предвещает, что я снова что-то почувствую, но ведь я и не знаю, что там должно быть. Я нерешительно посмотрела на стража и указала глазами на администратора.

Вот что хорошо в этом страже, он как будто мысли мои читает.

— Господин Берунов, скоро должны подъехать эксперты и криминалисты. Будьте любезны, встретить их и проводить сюда. И помалкивайте. Весь персонал, дежуривший ночью, соберите в каком-нибудь помещении и проследите, чтобы они тоже не распространялись о произошедшем. Не хватало еще, чтобы журналисты пронюхали обо всем этом и раструбили на всю страну.

Администратор побледнел, видимо, представил, что будет, если об этом событии начнут кричать на каждом углу и скоренько ретировался. Можно было не сомневаться, что он выполнит все указания в точности — подобная реклама отелю не нужна, это очевидно.

Я вздохнула с облегчением, когда он скрылся за дверями лифта.

— Может не стоит? — снова повторил свой вопрос Ройс.

— А если у меня опять будет какое-то видение? И я смогу рассмотреть лицо кого из убийц? — неуверенно произнесла я.

— Ну, как хочешь, — вздохнул Ройс, но было видно, что ему понравилось мое предположение, относительно видения.

Я глубоко вдохнула и перешагнула порог номера. Ничего не произошло. Вот совсем ничего. Я даже разочарованно огляделась по сторонам. При виде уже знакомой картины меня передернуло.

В центре комнаты, на полу чем-то красным снова была нарисована пентаграмма. Вокруг нее стояли уже потухшие свечи, а в центре. Я задохнулась от ужаса — там лежал человек. То, что это мужчина, было очевидно, но все то, что поразило меня при рассматривании фотографий с места убийства Линды Маруанти, теперь я могла рассмотреть вживую. Мужчина был полностью обнажен. Он лежал на спине, раскинув в стороны руки и ноги, но при этом, не пересекая границ круга, который как я теперь поняла, был нарисован кровью. Сколько же ее здесь было? Все тело было покрыто странными узорами, напоминающими руны или какие-то письмена. И кровь! Крови было очень много.

Меня затошнило, и я отвернулась, стараясь дышать ртом, а Ройс осторожно приблизился к пентаграмме.

— Очень молод, — хрипло произнес он. — Студент или вчерашний выпускник. И запахов нет. Никаких. Я даже запах крови не чувствую и твой тоже.

— Как это можно провернуть? — спросила я, чтобы прервать его монолог.

— Заклинания. Сейчас много всяких магических штук продается, возможно, какой аэрозоль. Я не знаю. Впервые с таким сталкиваюсь, и меня это бесит.

— В смысле, продаются аэрозоли? — не поняла я. — В магазинах?

— Ну не в обычных, конечно, но есть специализированные.

Я сглотнула и поразилась тому, что я вполне возможно каждый день могу встречаться с каким-нибудь сверхъестественным существом и не знать этого. Все-таки, стоит узнать, как определяются все эти маги-оборотни.

В коридоре раздался шум шагов, и в дверном проеме показалась Камилла. Она оглядела номер, кивнула Ройсу и улыбнулась мне. А вот потом увидела труп, и я отчетливо заметила, как ее зрачки расширились и вдруг стали серебристыми. На мгновение всего, но мне хватило, чтобы это рассмотреть.

— Так, все, — немного хрипловато сказала она, обращаясь первым делом к Ройсу. — Теперь я тут главная. Вы все осмотрели?

— Еще нет. Подожди пока минуту, потом расскажешь свои впечатления.

Она кивнула, и прошла внутрь, по ходу похлопав меня по плечу.

— Зачем ты ее сюда приволок? — донесся до меня ее шепот. — Совсем рехнулся? Она же ребенок еще. К тому же не стабильный.

Не знаю, что ответил бы Ройс, но я не смолчала:

— Я слышу и считаю признаком дурного тона шептаться обо мне за моей спиной!

А в ответ тишина. Я обернулась и наткнулась на два совершенно ошарашенных взгляда.

— Что? — спросила, все больше раздражаясь.

— Как ты услышала? — вопрос исходил от Камиллы.

— Что значит как? Как все слышат.

— Но… но… — Камилла не могла найти слов и растерялась.

— Дар пробуждается, — констатировал Ройс.

Помощница доктора Варанта удивленно перевела взгляд на стража, потом снова посмотрела на меня.

— Она знает? — она это почти выкрикнула. — А какого тогда Трик мне читал лекцию, что я не должна ей ничего рассказывать и в ее присутствии вести себя, как смертная?! — кажется, этот факт ее раздражал больше всего.