Глава 5. Супруг
Запах горелого мяса придал ускорение. А я ещё переживала, что заблужусь и не найду кухню!
Вбежала в комнату, полную дыма, я вовремя – на большой сковороде подсыхало мясо, слегка обугленная порция уже лежала на глиняном блюде.
Ухватившись за ощутимо нагретую деревянную ручку, я спасла еду от сожжения.
Φрост, строгавший поистине разбойничьим тесаком хлеб, молча передвинул разделочную доску на середину стола.
Поставив на нее сковороду, я быстренько перевернула мясо вилкой и вернула на печь дожариваться. Даже с нотками гари аромат казался божественным, и мой желудок выдал несколько радостных рулад.
Обернувшись, заметила, что страж смотрит на мои ноги.
– Почему босиком?
Я поморщилась – разрешения отвечать никто не давал.
Густые брови Фроста сдвинулись на переносице.
– Все-таки зелье принуждения? И запрет говорить? Позволяю говорить все, что пожелаешь.
Слава богам. Он догадался. Наконец-то…
– Твои носки слишком велики, я могла в них убиться.
Не говоря ни слова, мужчина вышел, и я выдохнула с облегчением.
Став моим временным мужем, он продолжал пугать своим ростом и шириной плеч.
Может, у него в предках снежные волоты затесались? Шутка, конечно, но это объяснило бы его рост, силу и отстраненность. Пожалуй, скупость на эмоции Фроста страшила меня сильнее бугров мышц и стальных кулаков.
Я сервировала стол и успела пожарить ещё одну порцию подготовленного мяса, прежде чем вернулся Фрост с моими сапогами и кулем одежды.
– Можешь надевать – я снял следилки.
Обувь с чулками он поставил у стола, а свадебное платье и шубу вознамерился бросить в печь.
– Стой. Не сжигай. Позже я почищу их, когда сниму уршиль.
Страж вскинул бровь, выражая удивление или скепсис. Кто разберет, что у него на лице написано?
– Шуба из меха угриков. Знаешь, какие это хитрые зверьки? Их ловила вся артель, чтобы хватило на шубу такой длины, – говорила я торопливо, объясняя свой взгляд на чужой труд. – Дороже только мех давелийского соболя. А чтобы сплести шелковое кружево для платья, местные мастерицы работали не одну неделю. Люди старались, создавая красивые вещи, и они не виноваты, что некий урод насовал туда следилок!
Кастанос поразил своей паранойей, да и вообще тем, что заинтересовался моей персоной. Дом по меркам Вьюги дорогой, а я симпатичная девушка и вдобавок магичка, но идти на преступление?.. Странно все, не вижу логики в поступках похитителя.
Или же я чего – то не знаю. Вдруг со стороны отца обнаружился родственник благородного происхождения, который решил завещать мне свое богатство и титул?
Версия смешная и невозможная, как увеселительная прогулка в аномальных зонах.
– Хорошо, – удовлетворил мою просьбу Фрост и накрыл вещи полупрозрачным щитом, который не позволит Кастаносу воспользоваться следилками и найти нас.
Завтрак протекал в неловком молчании. Хлеб невозможно черствый – как только зуб не сломала? Первая порция мяса, которое пожарил страж, оказалась несъедобной.
Та, что жарила я, – недосоленной, но тут ситуацию успешно поправила солонка.
Фрост невозмутимо жевал черствый хлеб, свои угольки и мои нормальные отбивные с одинаковым аппетитом. Закусывал сушеным горьким перцем в немереном количестве.
В душе проклюнулся суеверный страх: а человек ли сидящий напротив мужчина?
Складывалось впечатление, что своими белоснежными зубами он перемелет даже камень и не заметит, что ест…
Некоторое время я рассматривала Глыбу, сменившего синюю форму на домашнюю одежду. Черные штаны обтягивали крепкие ноги. Белая безрукавка подчеркивала рельефную мускулатуру, плечи воина и сильную шею, а еще не скрывала на левом предплечье татуировку – очередной абстрактный узор. Но привлек внимание в первую очередь странный сине-зеленый артефакт. Величиной с кофейное блюдце, он висел на стальной цепочке, да такой толстой, что на ней можно и собаку держать на привязи – не оторвется. Сам медальон оказался из синего стекла со светящимся зеленым кристаллом внутри. Магию я ощущала, но странную – одно время она казалась слабой, а через секунду напоминала ураган, притаившийся за дверью: откроешь ее – и стихия, взревев, уничтожит все в доме.
– Ты сказал, что брак фиктивный, – осторожно начала я самый сложный разговор в своей жизни.
Страж медленно кивнул.
– Зафиксируем факт нарушения – и наш союз признают недействительным.
– Придется объяснить, почему ты вообще на мне женился, – заметила я, испытывая неловкость, что «тыкала» Фросту.
Но он первый начал, да и кто сохраняет официоз после поцелуя?
– Я чужой в вашем граде. Не знаком с традициями Севера: вдруг у вас принято доставлять в храм сонных невест, – страж произносил слова неторопливо, каждое напоминало камень, гулко падающий в глубокий колодец. – Да и не узнал тебя в платье сразу.
Не узнал?.. Он хочет сказать, что на работе я выгляжу плохо?
– Ты не отказалась от церемонии, когда дал тебе время, – продолжил объяснять Фрост свое видение ситуации. – Я предположил, что не можешь, и принял решение не оставлять с отцом.
– Марон мне не отец. Он – козел, гад и предатель!
Крикнула я злобно и тотчас пожалела, что утратила контроль над эмоциями. Фрост ни в чем не виноват и не обязан терпеть мою истерику.
– Прости… Марон – отчим. Папа никогда бы так со мной не поступил.
Временный муж сделал вид, что не заметил мою вспышку гнева.
– Ты чем-то интересна Кастаносу и нуждаешься в защите.
Я пришла к тому же выводу. Дом – не повод для риска получить солидный срок.
– Завтра утром пойдем к лорду-хранителю – вечером снова будем свободны. – Фрост съел кусочек засушенного мяса и закусил перцем.
Мой же аппетит сбежал, испугавшись свалившихся проблем.
Сделав глубокий вздох, я предложила невероятное:
– Давай оставим все как есть.
– Что?..
Панцирь невозмутимости стража пробило: я четко отметила удивление на его лице.
– Нам пока нельзя разрывать союз.
Боги мои, как же стыдно уговаривать мужчину не разводиться!
– Ты же сам сказал, что я в опасности и нуждаюсь в защите.
– Лорд-хранитель ее и предоставит.
Что ж, говорить правду доведется, хоть ужасно не люблю делиться семейными проблемами с посторонними людьми.
– Если пойдем к лорду Сверу, имущество отчима конфискуют, самого его посадят.
– Безусловно. Он совершил преступление.
– Ему нельзя в тюрьму!
– Он ведь козел, гад и предатель, – напомнил мои же слова Фрост.
Ух ты. Грубый, бесчувственный страж способен на иронию?
– Все так, но без мужа моя мама не справится. У сестренки зимняя лихорадка, которая лечится лишь на побережье, а жизнь там дорогая. Я не смогу им помочь, даже если буду отдавать все жалованье защитника – им попросту не хватит даже на новый дом. Сюда, где зима длится почти шесть месяцев, они вернуться не смогут.
Фрост глядел на меня изучающе.
– И что ты предлагаешь? Позволить преступникам гулять на свободе, а самим остаться в ненужном браке? Я не планирую задерживаться в граде больше года.
Ага, все с ним ясно: приехал сюда денег скопить – зарплата у стражей крепостей-градов выше, чем у столичных боевиков, служащих в полиции. К тому же на Севере можно купить меха и драгоценные камни, что бы продать в Квартене втридорога.
Вероятно, и рэйские камни приобрел у какого-то старателя подешевле.
– Год? Этого времени мне хватит. – Я попыталась улыбнуться непослушными губами.
Дурацкая ситуация: уговариваю не оставлять меня мужчину, которого не люблю…
Зелено-карие глаза Фроста смотрели прямо в душу. Пристальный, темный и безмерно спокойный взгляд – и тем неожиданней вопрос:
– А ты не думала, что у меня есть невеста?
Я заняла чужое место?.. Допустив на мгновение обидное предположение, испытала ворох неприятных ощущений: вину, злость, сожаление.
Потом опомнилась и успокоилась. Почему эта гипотетическая невеста не рядом со своим возлюбленным? Да и вообще… У такого куска льда – и невеста? Впрочем, буду справедливой: Фрост своеобразный, но надежный – сильный боевой маг с моральными принципами.
И что занятно, Глыба Льда, а целуется горячо.
– Невеста? Почему ее не вижу? Хороша же она, если не переехала вместе с любимым в град-крепость.
Фрост промолчал и оторвал от связки шестой перец. И я не выдержала – соскочила с табурета и выдрала горькую гадость у него из рук.
– Не знаю, что с твоими вкусовыми ощущениями, но столько перца сожжет желудок!
– Входишь в роль жены? – Глыба не рассердился. – Нравится?
– Нет, но я готова ее играть, лишь бы отчима не посадили. Я предлагаю тебе сделку: продлить фиктивный брак на год и развестись по причине бездетности.
Мужчина потянулся за хлебом и спокойно заметил:
– Ты получаешь выгоду, я – нет. Сделка предполагает обоюдный интерес.
Φрост со мной заигрывает? Или издевается? Или действительно так считает? Плохо выраженные эмоции сбивают с толку, не давая подсказок, а только путая.
Вернувшись за стол, я принялась перечислять свои достоинства:
– Я знаю всех старожилов Вьюги и многих стражей и артельщиков в ближайших градах. Ориентируюсь в местном лесу и горах до первых очагов аномалий. Умею охотиться, убивать некоторые виды нечисти, различать съедобные грибы и ягоды, ловить рыбу в Хрустальном озере. Могу приблизительно оценить драгоценные камни и самоцветы. Ставлю мощную защиту на жилье, но ты и так в курсе… Могу вести дом в условиях Севера, хорошо готовлю, шью, стираю. Умею петь и танцевать, как народные, так и придворные танцы.
К концу монолога я собой даже загордилась. Да я кладезь талантов и достоинств!
Сама бы на себе женилась – во акая я умница!
– Ах да. Мне принадлежит дом в центре Вьюги, я буду жить там и не стеснять своим постоянным присутствием. А готовить и убираться буду приходить к тебе дважды в неделю.
Мой примороженный страж молчал, и я заволновалась. Что ещё пообещать, не представляла.
– Хорошо.
– Что именно хорошо? Хорошо говорю? Хорошо подготовлена к роли жены северянина, и ты онемел от счастья? – Я нервничала и несла чушь. – Или хорошо – ты согласен на фиктивный брак длиной в год?
– Я согласен на сделку. Но у меня есть условия.
Насторожившись, я сжала кулачки под столом. Боги мои, пусть он потребует приемлемое!
– Жить мы будем вместе, здесь. Добытчик и защитник – я. Ты не шляешься в горах, не гоняешься за нечистью. Ведешь дом и готовишь еду.
И ни слова о моей службе? Возмутительно. Первый день замужем, а супруг уже тиранит!
– Ты ничего не забыл, добытчик? Я, вообще – то, маг-защитник, и неплохой, раз взяли в стражу Вьюги. Я не брошу работу.
Я ждала возражений и настроилась настаивать на своем до последнего. Неужели Фрост из тех мужчин, которые стараются лишить женщин независимости, запрещая им все после свадьбы?
– Ладно, – кивнул брюнет и, наколов кусочек мяса на вилку, отправил его в рот.
Ругаться не пришлось – он согласен и так?.. Какой-то подвох, не иначе.
– Брак у нас фиктивный, – напомнила я осторожно.
Прожевав, страж заявил:
– Настоящий мне не нужен.
– Отлично, – испытывая невероятное облегчение, я широко улыбнулась. – Мне тоже и даром не надо. Можно сказать, мы нашли друг друга.
Страж быстро орудовал столовыми приборами, будто забыл о моем присутствии.
Мощные челюсти внезапно замерли, их хозяин напрягся, словно к чему-то прислушиваясь.
– Что?.. – Я вмиг вспомнила, что дом находится не просто на отшибе, а в лесу. – Звери? Нечисть?
Фрост отрицательно мотнул вилкой и продолжил мирно трапезничать.
А через одну-две минуты на кухню ввалился сухопарый старик, известный всем вьюжанам. Целитель Клим. Без верхней одежды, но в лохматой черной шапке и валенках, с мешком, набитым какими-то веточками.
Оставляя мокрые следы на полу, он торопливо прошагал к печи. Небрежно сбросив ношу возле моих вещей, с наслаждением вытянул руки над печью.
Все это он проделал, не замечая гостей на кухне, поглощенный своими мыслями, которые, несомненно, интереснее наших персон.
– Здравствуйте, целитель Клим, – нарушила я молчание.
Он резко обернулся и, как будто только увидев, скользнул взглядом по нам с Фростом.
– И вам не хворать, ребятушки.
Отряхнув шапку от капелек, в которые превратились снежинки, и повесив ее на гвоздь в деревянной стене, целитель добродушно полюбопытствовал:
– Изольда, ты никак в тягости? На первый осмотр пришла?
Я обалдела от подобного предположения, хотя оно, естественно, закономерно, учитывая специализацию мага.
– Нет, я…
– Ага, вижу, – перебил Клим нетерпеливо, – ты ещё с невинностью не распрощалась.
Тогда что у меня забыла?
Лицо обдало жаром стыда. Я готова под землю провалиться, только бы не сидеть сейчас напротив Фроста!..
– Она жена моя теперь, – без капли эмоций произнес страж.
Клим хмыкнул и обернулся к печи.
Целителей обижать нельзя, но этого я бы с наслаждением стукнула черствым калачом. Мимоходом раскрыть личное – это уметь надо. Талантище!
Клим всегда поражал странностями, импульсивными поступками и бесцеремонностью.
Но при этом лучшего целителя, специализирующегося на беременности и родах, в граде не найти. Вот и шли к нему будущие мамочки не только со всей Вьюги, но и соседних градов.
– Клим, посмотри Изольду – она под зельем подчинения, – попросил Фрост. – Можно ускорить его вывод из организма?
– Девушка не хотела за тебя замуж, Эйден, и ты ее опоил? Ай-ай, как нехорошо ради любви преступать закон!
Целитель явно подкалывал толстокожего постояльца, но тот и не думал реагировать, оставаясь все той же глыбой льда. Невозмутимой, непробиваемой.
Клим приблизился. Несколько пасов – и худые крепкие пальцы, схватив за подбородок, повернули мою голову в необходимую целителю сторону.
Зачем ненужные телодвижения при банальной диагностике, оставалось только гадать.
Порой складывалось впечатление, что в теле пожилого мужчины заперта веселая душа подростка, которая фонтанировала энергией.
– Нет, чуда не ждите. – Целитель сожалеюще развел руками. – Знатно тебя, девочка, зельем накачали, концентрированным, да ещё уршиль мешает твоему дару начать самоочищение.
– А если избавиться от уршиля? – спросил Фрост о невероятном.
Браслет, блокирующий магию, легко мог снять лишь тот, кто его надел. Остальным же приходилось долго возиться, что бы сломать защиту артефакта.
Я планировала завтра пойти на службу и, объяснив ситуацию, попросить о помощи лорда-хранителя. Вот только если к утру зелье будет действовать, я могу нарваться на Йохана… И что тогда? Страшно представить, что я натворю, если он пристанет с извечным: «Поцелуй меня, Изи…»
– Снимай, – махнул легкомысленно рукой целитель, – а я ей особый отварчик сейчас дам. У меня как раз свеженький есть.
Старик забормотал что – то невнятное и затарахтел склянками и чашками, а я с надеждой посмотрела на Фроста.
Увы, убирать уршиль он не спешил.
– Пей, девочка.
Клим бухнул передо мной большую чашку с мутным варевом. Морщась, я послушно выпила его до последней горькой капли.
– Спасибо. А теперь снимем блокиратор?
Фрост качнул головой и велел:
– Спи.
Я тотчас обмякла, но на пол не свалилась – сильные руки не позволили.
* * *
Отнеся девушку в спальню, теперь ее спальню, Фрост вернулся на кухню.
Клим сидел на месте Изольды и с наслаждением ел мясо, которое она пожарила.
– Неплохо. Сочное, как в моем любимом трактире. Ты гораздо хуже готовишь.
– Я воин, а не повар.
– Даже отдаленно не повар! – захихикал целитель. – Ты палач продуктов, Эйден.
Еще мгновение – и улыбка исчезла на лице старика без следа.
– И что ты учудил? Зачем женился на девочке? Ты же похож на застывшую лавину, которая в любой момент может среагировать даже на треск сухой ветки и ринуться с горы?
– Настолько слабое акустическое воздействие лавины не создает.
Целитель недовольно отмахнулся:
– Ай. Не цепляйся к словам… Лучше скажи, что делает тут девушка? Забыл, почему живешь в лесу?
– Память у меня хорошая.
– Тогда чем думал, приближая к себе Изольду? – Клим сощурил серые глаза. – Она может пострадать.
Молча встав из-за стола, Фрост покинул кухню.
Хмыкнув, целитель продолжил преспокойно завтракать. К моменту возвращения стража он умял все нормальное мясо, выкинув сожженное в мусор.
Поставив на дубовую столешницу каменный круг, Фрост принялся точить метательный топор.
– В храм вашей богини я шел за подсказкой. Обещал дары за помощь, дал обет помочь тому, кому понадобится моя защита. И в храм принесли спящую Эйк. Я не мог остановить свадьбу, но сорвал планы, женившись на ней сам. Я еще не разобрался, чего от нее хотят, но все выясню.
– Утверждаешь, что иначе не мог? Ладно, ответ принимается.
Отодвинув пустую тарелку, Клим потянулся за чаем в большой чашке с белым орнаментом – вязь защитных символов вперемешку со снежинками.
– Знаешь, а ведь женитьба на ней – воистину ответ богини. Это она, ты нашел ее.
– Нет. Я прикасался к ней, поцеловал – нужного ответа нет. Выходит, отреагировал на другую девушку, осталось ее разыскать.
– Может, плохо целовал? – иронично поинтересовался Клим. – Ты попробуй ещё разок-другой.
Фрост проигнорировал предложение.
– Девушка, которая вызвала у меня первые эмоции, не Изольда Эйк. Но ее я точно увидел в день нашей первой встречи с Эйк.
– Ты меня запутал! – Целитель задумчиво барабанил пальцами по гладкому подбородку. – Точно не Изольда?
– Говорят, встреча с избранницей похожа на выныривание из омута: вновь дышишь свободно, эмоции возвращаются, холод отступает…
Фрост резко замолчал – и Клим жадно поддался вперед, боясь пропустить хоть слово из откровений постояльца.
– Этого не было, когда я увидел Изольду Эйк.
– Но что-то ты почувствовал, раз встал между ней и Йоханом, – справедливо заметил Клим.
Φрост упрямо качнул головой.
– Значит, свою избранницу я встретил где – то в городе, но из-за расстояния прошел мимо.
С минуту слышался раздраженный звук соприкосновения лезвия топора с точильным камнем.
– А если незнакомки нет вовсе? – осторожно заметил целитель. – И тебе изменения привиделись? Выдаешь желаемое за действительность? Так порой бывает.
Страж с силой опустил топор на стол.
– Для Вьюги лучше, чтобы ты ошибался, Клим.
* * *
Я открыла глаза посреди ночи – выпитое утром зелье разбудило. Собираясь в уборную, машинально щелкнула пальцами – любимая «стрекоза», деморализующее противника заклинание и одновременно летающий светильник, получилась крупнее обычного.
И я осознала потрясающую вещь: ко мне вернулась магия. Уршиль больше не холодил запястье – каким-то чудом Фрост его снял.
Искать уборную в чужом доме – еще та задачка. Возле спальни я ее не нашла, значит, доведется спуститься на первый этаж. Пока шла по коридору к лестнице, наступил босой ногой на какую – то липкую гадость. Фу!.. Кто – то по ночам трескает варенье? Или Клим пролил зелье?
Дом спал. Ступени слегка поскрипывали. Где-то успокаивающе тикали настенные часы. В окна заглядывал холодный свет звезд.
Найдя заветную комнатку на первом этаже, я порадовалась своему везению – искать и будить Фроста по столь деликатному поводу совсем не хотелось.
Возвращаясь обратно в спальню и уже коснувшись ногой первой ступеньки, услышала странный звук. Слабый вой?.. Волосы на голове от страха зашевелились, верно подсказывая, что мне не послышалось. Опасность рядом.
Иногда хочется вновь стать маленькой девочкой и спрятаться от ужасов ночи под кроватью. Но я давно выросла и обязана смотреть своему страху в лицо. Как маг-защитник, я не имею права прятаться.
Пришлось погасить «стрекозу» – ее яркий голубой свет легко заметить сквозь незашторенное окно.
Бесшумно пересекла прихожую.
Мороз не заткал вычурными узорами стекла, похоже, они зачарованы, и я как на ладони видела наполовину расчищенную площадку перед фасадом дома. Ближе к террасе – поленница, чуть дальше – несколько сосновых стволов с не отрубленными ветками. Возле них стоял Фрост с топором в руках. Бессонница? И решил поколоть дрова? Тогда почему смотрит в глубь леса, начинающегося шагах в ста от дома?.. И что за странный артефакт прикручен к воткнутой в снег палке? Чуть больше моего кулака хрустальный шар размеренно мерцал алыми всполохами.
Сердце забилось быстрее, будто чуя беду.
С помощью заклинания остроты органов чувств, я смогла рассмотреть стража лучше и услышать странный звук, который издавал артефакт: «Бап… бап… бап…» До отвращения раздражающий звук, хотелось выйти из дома и шмякнуть шар о дерево.
Ох, да это же манок. Спросонья сразу не сообразила. Только кого Фрост собрался приманивать в темном и страшном лесу?
Страж стоял неподвижно на леденящем ветру без шапки, в штанах и безрукавке, сапоги на четверть погрузились в пушистый снег. Неужели не холодно? Глыба, а не человек…
Жалобный вой зазвучал ближе.
Я вздрогнула – тень метнулась к Φросту. Он приподнял свободную руку, и темная громадина, оказавшаяся ньйором, разок ткнулась в широкую ладонь носом. Ох, это всего лишь Свин!..
Я выдохнула, испытывая непередаваемое облегчение.
Фрост выгуливал свою зверюгу по ночам? Неразумно, особенно когда в лесу кто-то подозрительный шляется…
Они появились внезапно – я сразу и не заметила.
Увидела лишь, как покатилась по снегу косматая голова, отрубленная стражем.
Второй волколак оказался увертливей – ушел с траектории удара и набросился вновь. Фрост снова взмахнул топором – прицельней.
Третью нечисть придавил ньйор, который и не думал сбегать, как обычно делают его сородичи. Да Свин у нас боевой!..
Две твари атаковали одновременно. Пинок сапога со стальной набойкой – и один волколак отлетел в сосну, где секунды спустя ньйор сломал ему хребет. Второй лишился лап, следующим ударом Фрост его добил.
Волколаки – резвая нечисть, редко какой боевик осилит всю стаю в одиночку. И я переживала за Фроста, одновременно отмечая его мастерское обращение с обычным топором. Движения скупые, выверенные, почти каждый удар находил цель. Истинный воин, умеющий превратить даже хозяйственный инструмент в грозное оружие.
Оставшиеся члены стаи взяли опасного человека в кольцо, которое постепенно сужалось. Похожие на худых волков с округлыми головами медведей твари припадали животами к земле – они так всегда делали перед прыжком.
Я заволновалась: Фрост прикончил нескольких волколаков сталью. Почему не использовал боевые заклинания? Ведь магией намного быстрее!..
Самая крупная особь взвилась в воздух – страж швырнул в нее топор. Вожак волколаков растянулся в снегу. С топором в башке.
Фрост теперь безоружен.
Спросонок реакция не та – я не успевала создать щит-купол… но он и не понадобился.
В руках мужчины из ниоткуда возникли топоры – небольшие, для метания.
Пятерка волколаков толком наброситься не успела, как легкое оружие нашло свою цель. Черные топорики будто вырастали в руках стража – и я долго не могла поверить собственным глазам.
А когда разум принял невообразимое – у Фроста оружие из тьмы! – в животе похолодело от пугающего открытия.
Нет, нет… Мне показалось. Просто страж очень быстр… просто метательные топоры были заткнуты спереди за ремень, а я их не заметила…
Все элементарно, объяснение нашлось!
Я почти успокоилась, но Фрост тряхнул руками – и на снег упали черные сгустки.
Тьма… Затянув, словно плотный туман, землю вокруг мужчины, она уничтожила трупы волколаков. Сожрала без следа, даже кровь не забыла.
Растирая покрывшиеся мурашками страха предплечья, я на шаг отступила от окна, стараясь не выпускать стража из поля зрения. Он не должен знать, что за сражением наблюдали.
Я бы ушла незамеченной. Все испортил Свин – радостно мяукнув, он поднял довольную морду вверх.
Фрост тоже посмотрел в мою сторону – и я увидела его глаза. Без белков, совершенно черные… Из-за заклинания я рассмотрела их до ужаса четко.
Тьма владела стражем.
Шмырь. Вот же шмырь!..
Угораздило же связаться с воином, которому подчиняется Тьма!
Чудом разорвав путы оцепенения, я ринулась со всех ног на второй этаж.
Боги мои!.. Фрост – кромешник!
За секунды в голове промелькнули все, что знала о воинах из ордена Кромешной Тьмы. Обрывки летописей, страшные сказки, жуткие байки. Пугающе сильные бойцы…
Маги, владеющие оружием из тьмы и в бою шагающие по колено в крови врагов…
Длительное время страшные слухи поощрялись королем, что и неудивительно.
Тринадцать лет назад между Латорией и Давелией вспыхнула война, которая завершилась за считанные дни благодаря кромешникам. Величайшим злом воспринимался протекторат темного императора, а потом его сын женился на обычной выпускнице нашего магического университета, орден раскрыл заговор и заодно спас наследного принца Латории – и отношения между странами потеплели.
Спрашивается, чего я испугалась? Я же практику проходила в отряде, который возглавляли кромешники. И пристрастием бродить по колено в крови никто из них не отличался. Наоборот, они уничтожали безжалостно только нечисть, а разбойников и магов-ренегатов старались взять живыми.
Своевременно вспомнила – испуг притупился. Но одно дело пересекаться с кромешником по службе, другое – подловить его ночью за странным занятием.
Скрип входной двери показался громом. И я побежала быстрее, отменяя заклинание остроты чувств. Сделаю вид, что сплю, не хочу сейчас объясняться с Фростом.
Легко преодолев лестницу, у самой спальни поскользнулась на липком пятне и шлепнулась на зад. Чуть не взвыла, как недавно убиенные волколаки – копчик вспыхнул болью.
Ну,и чего я бежала?.. А все глупые детские страхи!
– Ушиблась? – глухо спросил Фрост, вырастая из темноты передо мной.
Как?.. Как обошел меня, что не заметила? Тьма скрыла? Или на несколько секунд от боли я отключилась?
– Н-нет, все хорошо. – Накатил стыд, что повела себя глупо и сбежала, когда он меня обнаружил. – Я просто уборную искала.
– Нашла? – Фрост подал руку, помогая подняться.
Ладонь прохладная, крепкая, мастерски владеющая топором, поддержала, пробуждая странные ощущения. Это как встречаешь ожившую легенду, а потом и вовсе прикасаешься к ней… До сих пор в голове не укладывается, что видела настолько страшный и одновременно восхитительный бой!
– Да, на первом этаже нашла.
Света звезд, проникающего в окно, мало, чтобы рассмотреть собеседника, но я пыталась. Пыталась отыскать характерные черты для темных: острые скулы и подбородок. И не видела их – отвлекала борода, которую я так и не потрогала.
– Вторая уборная напротив твоей спальни, – будто ничего не произошло, объяснил безмятежный страж. – А купальня сразу за кухней.
– Хорошо, с-спасибо. – Голос мой вновь сорвался, выдавая волнение.
Отведя в спальню, Фрост внезапно обхватил мое лицо ладонями и мягко, вкрадчиво произнес:
– Изольда, тебе приснились волколаки, которых я победил ледяными «иглами» и «копьями». Сон, Изольда, все, что ты видела – сон.
Ага, как же… такой бой я ни за что не забуду.
Помолчав мгновение, Фрост добавил:
– И это тоже приснилось.
Его губы накрыли мои.
Я оцепенела, ошалела от шквала чувств. Удивление, испуг, удовольствие, восторг – все смешалось.
Кромешник сомнениями не мучился – целовал уверенно, ненасытно, требовательно убеждая мои губы открыться. И я поддалась, позволяя себе и ему делать, что хочется.
Одна рука Фроста запуталась в моих волосах, вторая без спешки путешествовала, лаская, по спине.
Прижимаясь к мускулистому торсу, я затерялась во времени. Мир сузился до теплых объятий. Поцелуй отправил разум в отключку. И я жила чувствами и ощущениями.
Ощущениями мягких губ, прохладных ладоней…
Все испортил мой стон – Фрост резко отшатнулся, тряхнул головой.
– До утра спи крепко, – хрипло велел он.
И в голосе его я четко расслышала неподдельное сожаление.
Изо всех сил противясь обидному приказу, я закрыла глаза. Мир вокруг поплыл.
Положив меня на кровать и укутав одеялом, страж погладил по щеке и ушел.
А дальше – тьма. Не Кромешная, которой он служил. Обыкновенная…
* * *
Наваждение… Наваждение, которому удалось противостоять.
Он поступил низко, целуя ту, что ему не принадлежала, но находилась под его защитой.
Что на него нашло? Хотел бы знать, что побудило к безумству. Еще кипевшая после боя кровь в жилах? Пробуждающиеся чувства случайно вылились на фиктивную жену, раз незнакомка далеко? Или пора уходить?
Φрост подошел к зеркалу и внимательно вгляделся в угрюмое лицо.
Что-то странное творилось с ним. Вместо эйфории испытывал злость на себя.
Значит, это не пробуждение, но и на превращение в безумного монстра не похоже.
Да и артефакт не позволил бы сорваться во тьму. Еще рано.
Наваждение… На кого или на что грешить за свою несдержанность?
Может, виновата картинка, намертво отпечатавшаяся в памяти? Видение Изольды, явившейся на кухню босиком.
Когда избавлял ее от следилок и маячков, сосредоточился на их поиске и привлекательность стройного тела отметил отстраненно. А вот когда девушка спустилась на кухню…
Чувства и желания давно заледенели, но он оценил длину ног, притягательность крутых бедер, стройность точеных лодыжек, изящество щиколоток. И пальчики с розовыми ноготками. Нежные ступни, и хозяйка их тоже оказалась нежной, хоть пыталась скрыться за колючками вспыльчивого характера.
Изольда… Девочка-весна, случайно выросшая на Севере. Ей бы цвести под ярким солнцем, а не в краю, где утром можно не проснуться.
И ей точно не место рядом с обреченным смертником.