Глава 5

Из-за ремонта в тот день их отпустили пораньше. И Дашка вполне ожидаемо упорхнула к своему «староватому» ухажеру. Соня любила прогулки в любую погоду. А гулять в одиночку – особенно! Но в тот день набежавшие тучи лишили её удовольствия. Без зонта под холодным осенним дождем можно скитаться, когда ты страдаешь. А когда ты доволен жизнью, то в такую погоду поспешишь в теплый дом. Чтоб, нырнув под одеяло, выпить чашку горячего чая…

Игнорируя лифт, она бежала по ступеням вверх, повинуясь ритму навязчивой мелодии. Той самой, что играла в его машине, когда он настиг её на обочине. Отросшие кончики темных волос терялись в складках объемного шарфа. Закинутый на спину рюкзачок ритмично позвякивал в такт шагам. Светло-синие джинсы облегали изящные бедра. А под тремя слоями одежды, в нежной выемке пупка, дремала позолоченная стрекоза.

Еще не добравшись до двери, в пролете между этажами Соня услышала крики.

«Да мало ли кто это», – решила она. Однако ускорилась! В их приличном подъезде скандалы случались не часто. И стать свидетелем одного из них было и любопытно и страшно одновременно.

Преодолев оставшиеся ступени бегом, она оказалась у двери. Крик повторился, и Соня застыла, ступив на резиновый коврик. Сомнений не было! Голоса доносились изнутри. Из их квартиры!

«Неужели родители», – испугалась она. Невозможно! Ведь в их семье не дрались, не кричали и даже редко ругались плохими словами. Повернув ключ замка, аккуратно, словно домушник, она скользнула в дверную щель. Не успела Соня разуться, как жуткая лавина звуков накрыла её с головой. Треск, скрежет и грохот – как будто дом вот-вот рухнет!

От неожиданности она присела. Лавина промчалась мимо неё, не задев! Но отголоски происходящего в недрах квартиры теперь звучали намного разборчивее.

– Тебе ясно, сука? – прорычал чей-то голос. Так похожий на папин!

«Но папин, обычно был мягкий и ласковый», – в ужасе думала Соня. Непогода смешала карты. И казалось, что солнце зашло раньше срока. Соня медлила, затаившись во тьме коридора. Было ясно заранее, что увиденное на кухне разделит её жизнь пополам.

«Не ходи. Не нужно туда ходить», – шептала она себе, но все равно продолжала идти. Возможно, сейчас маме нужна её помощь! Но поверить в то, что отец мог ударить…

– Я люблю её! – прохрипел… мужской голос.

Не папин. Нет! Этот голос она бы узнала из тысячи.

Он повторил:

– Люблю, понял? С-сука!

Сердце забилось на сотню ударов быстрее. Ослабев, она прислонилась к стене. Как такое возможно? Злой рок? И хотя здравый смысл говорил – оставаться в тени! Только слышать ей показалось мало. Потребность увидеть своими глазами заставила Соню шагнуть на порог развороченной кухни.

– Ты…, – осекся отец.

Он держал за грудки Никиту, смяв в кулак его черный пуловер. Тот сидел на полу, опираясь спиной о кухонный стол. Точнее… То, что от него осталось.

При виде её Никита сделал попытку подняться на ноги. Но тяжелый, словно кувалда, отцовский кулак, угодил ему прямо в глаз.

– Папа! – вскрикнула Соня.

Какая-то сила нагрянула сзади, толкая в спину. Она бросилась на отца, вцепилась в него мертвой хваткой.

– Уйди! – он стряхнул её, как собачонку. И снова занёс для удара руку…

«Бил вполсилы», – скажет после Никита. Но тогда… Но тогда ей казалось, что это конец!

«Дерись же!», – отчаянно думала Соня. Но Никита не дрался. Он просто сидел, как боксерская груша, позволяя себя мутузить. Она зажмурилась, зажала ладонями уши. Не видеть! Не слышать! Не знать!

Сколько времени минуло. Пару секунд, или пару часов? На улице слышался зов. «Тёп, тёп, тёп», – кричала соседка. И где-то внизу, лениво перебирая лапами, соседский кот Стёпа шёл с прогулки домой.

О том, чем закончится «битва Титанов», Соня старалась не думать. Их силы примерно равны. И то, что она увидела – эти всего лишь разминка. Реши они драться всерьез – от квартиры не останется «мокрого места». Возможно, Никита дал сдачи? И папа лежит на полу. А что, если сам Никита уже никогда не поднимется с пола?

– Идем, – прошептал он, беря ёе за руку.

На фоне его пуловера кровь была не видна, но бросалась в глаза на руках.

– София! – позвал её папин голос.

Не боясь перепачкаться, Соня сжала костяшки его длинных пальцев.

– Вернись! – прозвучал он им в спину.

Сквозь темноту коридора они устремились наружу. Соня шла, как во сне, наступая на ощупь. Просто зная, что нужно идти! Но здесь, наяву она ощущала тепло его рук. И поэтому не обернулась.

Даже когда все «глазки» соседских дверей опустели. И вслед донеслось громогласное:

– Сукин сын!

Чтоб выкрикнуть это им вслед, папа выбежал на площадку.

«Теперь все соседи узнают», – подумала Соня. И станут коситься…