6

Завтрак прошел странно. Шамиль чуть посмеивался над робеющей Лилей, будто случайно прикасался к ней – то к ладони, то к плечу. Девушка неизменно вздрагивала и озадаченно косилась на мужчину. Она не до конца понимала, что происходит – на соблазнение не очень похоже. Да и зачем ее соблазнять, она же ясно дала понять, что готова? Невероятно, но Лиля впервые в жизни чувствовала себя беспомощной в вопросе отношений с противоположным полом. Что нужно Шамилю? Почему он так себя ведет? Мыслей о том, что сможет прогнуть его под себя, уже не было в ее голове. Теперь ее занимали совсем другие проблемы. Например, как выйти из всего этого без потерь для себя. Магомедов манил девушку своей загадочностью и внезапно обнаружившейся недоступностью. Но Лиля понимала, что еще одно фиаско в личной жизни будет дорого ей стоить, поэтому никак не могла решить – бросаться ли в омут с головой или напротив самоустраниться от всего этого и хорошо провести время в дружеской компании. Хотя где-то в глубине души она уже чувствовала, что ни о какой дружбе между ней и Шамилем речи больше не идет. И признавала, что это ее вина – она сама его спровоцировала. И в отличие от других мужчин, которыми она вертела или пыталась вертеть, на этот раз ей придется ответить за свое опрометчивое поведение. Именно осознание этого делало ее робкой, застенчивой, потерянной и даже чуть испуганной. Подспудно она ощущала себя кроликом перед удавом, и это было очень ново для нее. – Чем хочешь заняться? – спросил Шамиль, лениво отставляя чашку. – Пляж? Шоппинг? – Не знаю. Удиви меня. – Хорошо. Тогда рыбалка, – Лиля на это действительно удивленно округлила глаза, но сказать ничего не успела. – Ну а как ты думала, Лэйли? У нас, у стариков, свои развлечения. Шамиль хохотнул и игриво подмигнул девушке. Она закатила глаза и снова смолчала. Рыбалка, так рыбалка. Сама она наверняка и позагорать и искупаться сможет, пока Магомедов будет над удочками сидеть. Полежит, полюбуется на океан, послушает бриз – что еще нужно, чтобы успокоить сердце и мысли? – Мне что-то понадобится кроме купальника? – поинтересовалась Лиля и, получив отрицательный ответ, ушла собираться. Когда она вернулась, около бунгало уже покачивалась лодка, готовая доставить их на небольшую комфортабельную яхту. Всю дорогу до места рыбалки Лиля была предоставлена сама себе – шезлонг, солнечные ванны, удивительные тропические коктейли. Голос Шамиля она слышала постоянно, он обсуждал детали предстоящего вылова рыбы с командой. Иногда она ловила на себе его внимательные взгляды, но предпочитала никак не реагировать – пусть развлекается. Ей самой было абсолютно все равно, где загорать. Через какое-то время яхта остановилась в очень живописном месте. Вдалеке виднелись острова с белоснежным песком и ярко-зелеными пальмами, а вокруг только небо и океан. – Лэйли, пойдем искупаемся, пока не слишком жарко. Шамиль протянул ей руку и помог встать. Лиля радостно пошла за мужчиной – кажется, она даже ждала его внимания к своей персоне. И Магомедов не обманул ожидания – помогая спуститься по лестнице, не стал теряться и смущаться. Прошелся ладонями по манящим изгибам девушки, которая оказалась совсем не готовой к ответной реакции собственного тела. Хорошо, что вода сразу же остудила ее жар. Но вот прекратить думать об этом ей удалось пусть и быстро, но с трудом. Накупавшись вдоволь, туристы вернулись на яхту. Лиля снова прочувствовала всю силу своего трепета перед прикосновениями Шамиля. А мужчина будто понимал это и старался изо всех сил – помог подняться, подал полотенце. И на этот раз не оставил спутницу загорать одну. Сдвинул два шезлонга и устроился рядом. Какое-то время они проговорили спокойно и беззаботно. Лиле казалось, будто Магомедова она знает давным-давно – так просто ей было с ним, когда он не пытался давить на нее. Яхта тем временем бросила якорь в водах, где рыбалка разрешена, и команда начала подготавливать снасти и наживку. Вскоре Шамиль все же покинул девушку, но ей было отлично видно, что происходит. А посмотреть оказалось очень интересно – Магомедов в плавательных плавках со спиннингом наперевес. Лиля не ожидала, что этот спокойный, холодный мужчина может быть столь азартным и эмоциональным. Его настрой был полностью поддержан командой, и получилась очень забавная мальчишеская компания с криками, гомоном, подначиваниями. Через десять минут девушка не выдержала и подошла поближе – интересно же, что собственно вызывает столь бурный восторг у присутствующих мужчин. Подкравшись к рыбакам, она осторожно выглянула за борт и увидела блестящий серебристый бок рыбины. Черный марлин, попавшийся на крючок Шамиля, сопротивлялся изо всех сил, но рыбак не собирался сдаваться. Магомедов совершал какие-то манипуляции, в которых Лиля ничего не понимала, но вскоре голова рыбины с острым мечеподобным наростом на голове показалась над поверхностью воды. Еще несколько минут и добыча уже бьется на палубе. А девушка не может отвести от нее восторженного и чуть испуганного взгляда – в прошлые посещения островов ей и в голову не приходило, что рыбалка может быть столь увлекательной. – Хочешь попробовать сама? – Шамиль все это время, оказывается, рассматривал Лилю, а не марлина. – Да, наверное, – неуверенно кивнула Лэйли, с трудом отводя глаза от раздувающей жабры рыбы. Магомедов тут же вручил ей свой спиннинг, а сам встал за спиной. Ладони он положил чуть ниже Лилиных, и довольно тесно прижался к девушке. Помощник тут же нанизал приманку, и рыбаки закинули ее в воду. Долго ждать не пришлось – Лиля не успела перестать краснеть от близости Шамиля, а спиннинг уже завибрировал под ее пальцами. – Чувствуешь? – интимно прошептал Шамиль ей в ухо, прижавшись еще ближе. Прозвучало не совсем понятно – что именно она должна чувствовать? Движения рыбы на крючке или его крепкое мускулистое тело позади себя? Лиля прекрасно чувствовала и то, и другое. Поэтому молча кивнула и нервно сглотнула. Вскоре, впрочем, рыбалка полностью захватила ее внимание – она кричала и прыгала наравне с мужчинами, беспокоясь о том, что добыча может сорваться. Вторая рыбина оказалась меньше, но гораздо решительнее. Она пыталась освободиться до последнего, но в итоге под радостные вопли все же была поднята на палубу. Лиля после этого не сразу поняла, как сильно она устала за это время, несмотря на существенную поддержку Шамиля. А вспомнив, как они прижимались друг к другу, и вовсе смутилась и сбежала к шезлонгам, пока мужчины рассматривали рыбу и решали, что с ней делать. Минут через десять Магомедов присоединился к девушке. – Проголодалась? – спросил с улыбкой, рассматривая длинные ноги спутницы. – Очень. Лиля не смогла не улыбнуться в ответ – где-то внутри начинало шевелиться недовольство от того, что Шамиль не рядом каждую секунду. – Я сам приготовлю рыбу на гриле. Это быстро. Команда яхты действительно приступила к установке переносного гриля. А девушке оставалось только наслаждаться видом суетящихся мужчин. Правда долго оставаться безучастной ей не удалось – самопровозглашенные повара приступили к разделке добычи и ее маринованию. Чистить рыбу самой Лиле никогда не доводилось. Зачем? Есть ведь готовое филе в магазинах. Но сейчас она неожиданно для самой себя заинтересовалась процессом. Не выдержала, надела тунику и присоединилась к мужчинам. Персонал с готовностью принял ее в свою команду, рыбаки активно объясняли и показывали девушке все хитрости. Магомедов откровенно посмеивался над Лилиными изысканиями – действительно, что это с ней? Зачем бы ей вникать в чистку и разделку рыбы на филе? Но когда она принесла ему собственноручно сделанные куски красноватого мяса, похвалил и поблагодарил. Хотя справедливости ради филе выглядело не слишком презентабельно. Сама Лиля была в полном восторге от собственных успехов и от добрых улыбок Шамиля в свой адрес. Это оказалось очень приятно – готовить еду вместе. Постепенно команда покинула палубу и оставила туристов наедине. Лиля потягивала фруктовый коктейль, полулежа в шезлонге, и любовалась подтянутой фигурой спутника. Шамиль переворачивал рыбу и овощи на решетке и напевал что-то себе под нос. Умопомрачительные ароматы распространялись вокруг, будя аппетит и обещая отличный обед. Минут через двадцать оставалось только разложить розовые поджаристые куски по тарелкам. Шамиль разлил минералку по стаканам и задорно улыбнулся девушке. – За нас? – поднял он свой стакан. – Мне кажется, к рыбе подходит белое вино, – Лиля тоже приподняла стакан с водой. – Не всегда. Тебе стоит пить меньше. Прозвучало строго, грубовато и безапелляционно. От неожиданности девушка растерялась и замерла, глядя на Шамиля. Наверное, впервые в жизни она не знала, что сказать и как защитить себя. А защитить очень хотелось – опровергнуть мнение мужчины, которое вдруг стало слишком важным для нее. – У меня нет проблем с алкоголем, – наконец ответила и опустила глаза. – С алкоголем нет, согласен. Есть проблемы с поведением после употребления. И я в курсе, что ты сама страдаешь от этого. – И откуда такая информация? – Лиля начала злиться. – У меня свои источники, – Шамиль в очередной раз спокойно подтвердил, что слишком осведомлен о ее жизни. – Думаешь, я не в курсе, как часто ты сбегаешь от случайных мужчин, подцепленных на пьяную голову в клубах? Почему же? Трезвеешь не вовремя? Магомедов тоже быстро завелся – он уже не улыбался и не пытался быть мягче с собеседницей. Мысли о том, как Лиля частенько изворачивается, чтобы вырваться из лап очередного сладострастного клубного мачо, не доставляли ему удовольствия. Именно поэтому он и приставил к ней соглядатаев – подобные способы прекращения случайных знакомств и последующее возвращение домой по ночной Москве не могли быть безопасными. – Не твое дело, – вяло огрызнулась Лиля. Скандалить она категорически не хотела. Что ужасного в бокале вина? Она ведь сейчас здесь, с ним, а не в клубе. Кое-как неловкость удалось замять. Кулинарные таланты Шамиля переключили беседу в безопасное русло, и вскоре спутники уже делали вид, что ничего не произошло. А Лиля уяснила хорошо одну вещь – если секс у них с Магомедовым и случится, то произойдет это однозначно в трезвом состоянии. А значит, придется принять, что это будет взвешенное обдуманное решение, а не нелепая случайность. Внезапно девушка оказалась перед необходимостью нести ответственность за выбор партнера, за собственные поступки и их последствия.