Глава 31
Рэнд ходил вокруг меня, не сводя взгляда. Словно голодный хищник, рядом с птичкой в крепкой клетке – и не сожрать, и не оставить в покое.
– Приставал к тебе?
– Что?
Я растерянно подняла на него взгляд, решив, что мне показалось.
Но Рэнд снова спросил то же самое.
– Тот имперец, он трогал тебя?
– Нет, никогда! Пусть бы только попробовал!
Я почувствовала, что горю до самых кончиков ушей. Что значит, трогал? Я? Спать с имперцем?! Да за кого он меня принимает?!
Рэнд прошёлся от стены до стены бункера, задумчиво почёсывая короткую щетину на подбородке.
– Хм… может быть… говорил, что ты красивая? Делал какие-нибудь комплементы?
– Нет.
Резко ответила я, готовая до последнего отстаивать свою честь перед его грязными предположениями. А у самой тем временем в голове бархатно и вязко зазвучали слова Альма, которые он сказал мне в день, когда Эггер впервые застал нас вместе:
…Гордая такая? Неужели не хочется иногда опереться на сильное мужское плечо? Маленькая сестра, большая мастерская, и всё одна тянешь… Ты же красивая. Стоит тебе только захотеть, и всё станет совсем по-другому…
– Может быть, подарками заваливал? – Предположил Рэнд, вырвав меня из яркого воспоминания.
– Нет! Не было такого! – Прокричала ему я, а у самой голос Альма прямо над ухом томно прошептал:
…Не ври хотя бы себе, упрямая маленькая лгунья…
По моим плечам и спине от этого томного шёпота побежали мурашки.
Я сильно зажмурилась и сжала кулаки.
Нет. Он такого никогда мне не говорил… и тем более не шептал мне ничего на ухо! И всю эту волнительную недосказанность между нами, я тоже себе придумала!
Я и имперец? Нищая ремонтница с захваченной планеты и мутант-убийца из личной гвардии Императора? Что за чушь?! Между нами не может быть ничего, кроме ненависти и презрения!
Рэнд внимательно наблюдал за мной. Конечно же, он ничего не мог знать о том, что в этот самый момент творилось в моей душе и мыслях. Но я всё равно постаралась успокоиться, чтобы не выдавать себя.
– Скверно… – Пробормотал он, словно бы самому себе. – Значит, он знает. Хотя… скорее только догадывается. Иначе мы бы болтали с тобой не здесь, а в какой-нибудь камере, подвешенные за рёбра на соседних крюках.
– О чём ты говоришь?
Мужчина прислонился к стене и, сложив руки в замок, задумчиво поднял глаза к потолку.
– У внимания имперца его уровня… Скажем так, к женщине вроде тебя, может быть только два мотива: либо ему наскучили ласковые, на все согласные прислужницы, и она нужна ему для более изощрённых утех, либо для дела.
Он с явным интересом поймал мой взгляд, но я никак не среагировала. Чего он ожидал от меня добиться такими словами? Что снова брошусь защищать себя? Или, может быть… оправдывать Альма?
– Что ж… исходя из этого, мы имеем следующее: если он как на работу ходил сюда не для того, чтобы затащить тебя в постель, то нужна ему была вовсе не ты. Вот что скверно, Мора.
Я с достоинством выдержала его тяжёлый, без ножа вскрывающий взгляд, но внутри вся горела и билась в конвульсиях. Мои чувства вышли из-под контроля!
Я одновременно испытывала ярость, смятение, любопытство, томное предвкушение и отвращение. Я отрицала и в то же время соглашалась с тем, что Альм Вар Аттра приходил в мою мастерскую… из-за меня? Ведь была абсолютно уверена в том, что он ничего не знал о Рэнде.
– Он видел тебя без платка? – Вдруг поинтересовался мужчина.
Я растерялась. Мне было сложно угадать направление его мысли, но почему он спросил про мой платок? Именно сегодня, когда о нём спрашивал Альм?
– Без платка?
– Мора, прекрати переспрашивать. Не заставляй меня разочаровываться в твоих умственных способностях. Пожалуйста, только не сейчас.
– Нет. Он не знает, что я рыжая, если ты об этом.
Рэнд поскрёб в затылке и снова принялся расхаживать от одной к другой стене бункера.
– Что ж. Возможно, мы сможем это использовать. Кто знает, может, у таких, как он, не всё там отмирает во время обучения. Ведь что им только не вкалывают, чтобы добиться нужного результата.
Я напряглась. О том, что Альм – ультра, я Рэнду тоже не говорила. Значит, он не просто знал его имя…
– Кто он такой, что ты так много о нём знаешь?
– А сама не догадалась?
Я отрицательно помотала головой, а Рэнд зло осклабился.
– Он – бледная тень Императора.
– Я не понимаю, что это значит.
Мужчина обречённо вздохнул и, подойдя ко мне ближе, присел на край железного стола.
– Слышала ли ты когда-нибудь о Кровавом призраке Кальфангара?
Наверно, если бы в эту самую секунду потолок бункера со всеми тремя кадмами земли над ним, обрушился мне на голову, я бы чувствовала себя лучше.
После самого громкого покушения на Императора, совершённого цифией приближённого к трону военачальника, мало кто не слышал громкого прозвища того, кто не позволил истории пойти по другому пути. Если бы не призрак Кальфангара, все бы мы сейчас жили в совсем другом, куда менее безнадёжном мире!
– Я слышал, что Император лично наблюдал за тем, как он заживо сдирал кожу с Каэры. С той цифии, которая не побоялась пожертвовать собой, ради свободы целого мира. А когда всё было кончено, повелел ему набить татуировки с её кровью в составе. После этого Кровавый призрак целую неделю восседал по правую руку от Императора на всех его аудиенциях и пирах. Как тебе такое знакомство с легендой, Мора?
Дрожь сковала моё тело. Меня начало мутить, и помещение поплыло у меня перед глазами.
– Нет… нет… не может быть…
Если правда… если всё это правда, то как же я могла даже находиться с ним в одном помещении?! Как могла… касаться его руки без содрогания? Слушать его голос, отвечать ему, смеяться вместе с ним, и думать… о нём, когда никого не было рядом, чтобы меня осудить? Вспоминать его глаза, губы, руки и плечи… Как мне было теперь жить с этим?!
– Что? Неужели понравился тебе?
Рэнд зло рассмеялся, пробив мою защиту, и, наконец, прочтя мои мысли. Думаю, сейчас они были написаны на моём лице яркими красками, и было просто глупо что-то отрицать.
– Ха-ха-ха! Дай-ка угадаю, ты до последнего надеялась, что этот невероятный двухметровый блондин на службе у Императора бабочек разводил и рыбок в аквариуме подкармливал?
В одно мгновение он оказался так близко ко мне, как только было возможно, и до боли вцепился своими жёсткими пальцами в мои незащищённые плечи. Прижал к стулу так, что я не могла даже вздохнуть, не то что пошевелиться!
А потом навис надо мной и, обжигая дыханием, прошептал мне прямо в губы:
– Ты серьёзно, Мора? Из абсолютно всех мужчин, которые вьются вокруг тебя, ты решила выбрать именно его?
– Отпусти!
Я попыталась его оттолкнуть, но Рэнд жёсткой рукой поймал меня за подбородок и развернул к себе.
– Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! – Зло крикнул он мне прямо в лицо.
А потом снова заговорил тихо, но возбуждённо и сбивчиво, словно прямо на моих глазах терял рассудок.
– Мы живём в жестоком мире, Мора. Мы ходим по краю. Можешь этого не признавать, но у нас с тобой так много общего. Да, очень-очень много… Мы оба несём ответственность за чьи-то жизни. Только в зоне твоей ответственности лишь сестра, да пара друзей, а мои ошибки стоят жизней сотням людей. Могла бы ты по-прежнему прощать себе ошибки, если бы ценой каждой из них была чья-то жизнь?
Он поднёс другую руку к моей голове и громко щёлкнул пальцами. Я зажмурилась от неожиданности, но Рэнд снова с силой сжал мою челюсть, заставив открыть глаза.
– Ты попросила Калеопу достать тебе афтонную кислоту. – Оглушительный щелчок его пальцев у самого моего уха. – Раз! И нет Калеопы. Скончалась от травм и увечий, после пыток в подвалах цитадели.
Я снова попыталась вывернуться, но всё было тщетно. Он смотрел на меня своими безумными голубыми глазами, и я видела своё испуганное лицо в его расширенных чёрных зрачках.
– Не надо, Рэнд!
– Ты продала слиток рутения, привлекла к себе внимание рубил… – Щелчок у уха вновь заставил меня дёрнуться. – Два! И Эггера нашли в твоей мастерской, забитого до смерти. А ведь он всего-то хотел за тебя заступиться…
– Хватит, пожалуйста, остановись!
Но он, казалось, только разогревался…
– Ты впустила в свой дом Альма Вар Аттру, Мора, и решила с ним немного пофлиртовать. – Щёлк! – Три! Посмотри мне в глаза и скажи, что ты не видишь, как твоя сестра, вся в крови, задыхается на твоих руках! Как она с выражением ужаса на лице медленно испускает дух, потому что он выпотрошил её и бросил тебе, словно кость собаке!
– НЕ-ЕТ! Умоляю!
Щёлк!
Щёлк!
Щёлк!
Он разжал пальцы на моей челюсти, а я свалилась со стула на холодный бетонный пол, словно только они меня и держали.
Я рыдала. Так громко и надрывно, как никогда в жизни.
Я не плакала так даже тогда, когда мы с сестрой получили похоронки на родителей…
Без сил прижавшись к бетону, я кричала, не имея возможности даже пошевелиться. Всё что от меня осталось – это только эти животные крики и слёзы.
Рэнд почти бесшумно опустился на пол возле моей головы. А потом начал гладить меня по волосам. Медленно, никуда не торопясь. Не уговаривая меня успокоиться, не говоря вообще ничего.
Он делал это до тех пор, пока рыдания и крики не иссякли в моей груди, а слёзы не высохли.
Я снова услышала его голос, только когда тесное замкнутое пространство вокруг нас наполнила оглушительная тишина.
– Я был на их корабле, когда они уничтожили Нарвиби. Я своими глазами видел смерть целой планеты, Мора. Со всеми детьми, стариками, женщинами, экосистемой и животными! Я хотел умереть вместе с ними, потому что это была моя вина. Все эти жизни… Но мне не позволили. Я надеялся, что ослепну от слёз и потеряю слух от собственных криков, но мне и здесь не повезло. Судьба вообще ко мне несправедлива. Зачем-то снова и снова даёт шансы, оставляет меня в живых. А в моей голове все продолжают и продолжают раздаваться эти проклятые щелчки. Я просыпаюсь с ними и засыпаю… Представляешь, каково это? Они преследуют меня даже во снах. И всё, что мне нужно в жизни, это то, чтобы проклятые щелчки, наконец, прекратились.
Я почувствовала, что силы вновь стали ко мне возвращаться, и поднялась с ледяного бетона. Посмотрела Рэнду в глаза. В них, как и в моих, стояли слёзы. Настоящие, нефальшивые, я не смогла бы их спутать.
Всё, что он только что рассказал мне, было на самом деле. И боль, которую он заставил меня испытать несколько минут назад, тоже была настоящей. Это была его боль. Только в тысячи раз уменьшенная. Потому что ту, что вынес он, я бы пережить была не в состоянии.
– Кто ты? – Хрипло спросила я.
– Меня зовут Рэнд Роу. Я последний адмирал корпуса Кри и хранитель клятв.
Моё горло было словно набито острыми осколками стекла. Они впивались, причиняя боль даже от дыхания, но мне нужно было спросить.
– Рэнд Роу? Но разве… это не Рэнда Роу несколько недель назад казнили на площади?
– Это был мой отец. Он пожертвовал собой, чтобы я мог продолжить сражаться за нашу свободу. Они ошиблись Рэндом… – Сказал мужчина и горько усмехнулся.
Я отстранилась от него и замолчала. Мне было нечего сказать. У меня в голове сейчас взрывались звёзды и планеты сходили со своих орбит…
Я укрывала под полом своей мастерской восставшую из мёртвых легенду повстанческого движения. Последнего человека, способного объединить остатки свободных миров, чтобы спасти триллиарды жизней от истребления.
Его холодная дрожащая рука накрыла мою руку, заставив снова посмотреть ему в глаза.
– Скажи, Мора, ты поможешь мне отрезать пальцы, которые издают эти проклятые щелчки?