Интермедия

Академия Магических Наук, в одной из пустых аудиторий

— Итак, уважаемые магистры, все в сборе. Из хороших новостей: никого из вас до сих пор не поймали. Из плохих… вы — криворукие имбецилы! Так феерически облажаться!

— Мы сделали все, что в человеческих силах!

— Они подозревают Курта, мы практически добились цели!

— Никто бы не смог большего!

— Вот именно поэтому вы сидите здесь, как трусливые крысы, и ждете, пока вас всех переловят поодиночке! От вас требовалось сделать элементарнейшее дело — вовремя нажать на спусковой крючок. И что мы видим? Вы, магистры и доктора наук, мнетесь и мекаете, словно последние двоечники! Вот вы, да, вы. Клялись, что в стрельбе дадите сто очков вперед любому чемпиону?

— Вы не понимаете, это же совершенно иное! Стресс! Темнота! Для настоящего ученого совершенно неприемлемо…

Не дослушав, она взяла со стола пистоль и выстрелила страдальцу под ноги. Тот подскочил, едва не намочив брюки.

— Что вы делаете? Это… это недопустимо! Я буду жаловаться…

— В Ученый совет, уважаемый? Ну-ну, — ухмыльнулась она, щелчком пальцев убирая след от пули в деревянном полу. — Вперед. Жалуйтесь лично доктору Курту.

— Магистры, магистры! Не нужно ссориться! — встрял еще один неудачник. — Эксперимент не удался, но это не беда, мы продолжим и непременно добьемся успеха! Давайте обсудим план мероприятий. У кого есть идеи?

Она скривилась в отвращении. План мероприятий, это же надо! С кем приходится работать, ужас! Тихий.

— Да. У кого есть идеи, магистры? — с еще более злой ухмылкой подхватила она и, щелкнув пальцами, прикурила тонкую сигарету в мундштуке. — Наверняка — гениальные.

Гениальных идей оказалось — на симпозиум хватит. Выслушав штук пять, она постучала мундштуком по кафедре.

— Неудивительно, что вы так и не получили своей лаборатории, магистр. С вашей-то решительностью.

— Вы решительно зарубили мне финансирование…

— Не вы ли нажаловались в комиссию…

— Хватит ябедничать! Вы не на ученом совете!

— Эксперименты продолжительностью полгода, вы серьезно? Не проще ли подождать, пока Бастельеро угробит свой спецкурс сам?

— Отличная идея. Предлагаю слегка ему помочь, и организовать несчастный случай непосредственно во время практических занятий. Доктор Курт одобрил первому курсу отработку в городском морге.

— Наконец-то хоть одна здравая мысль! — один из неудачников зааплодировал. — Браво, магистра…

— Без имен, коллега, — прервала она, и тут же загомонили остальные:

— Как, не посоветовавшись с нами, без…

— Вот не надо тут изображать Курта! Этот соглашатель, этот предатель истинной науки! Знаете ли вы, уважаемые коллеги, что…

— Ма-алчать! — у нее в руках снова возник пистоль. — Я вам не доктор Курт. Рассуждать будете потом, когда сделаем наше общее дело. На кон поставлено будущее науки! Прогресс! Вы забыли, что от вас ждут результата, и от этого результата будет зависеть, получим ли мы новейшие иномирные технологии или так и будем отставать от развитых миров на десяток веков? И вместо того, чтобы действовать, вы тут…

Ее прервал стук в окно, хотя аудитория находилась на седьмом этаже.

Магистры в панике повскакали с мест. Кто-то тут же поставил портал, кто-то закрылся всеми возможными щитами, кто-то побежал к запертой двери.

Она одна осталась на месте, за кафедрой. И расхохоталась.

— Да успокойтесь уже, уважаемые магистры. Это не облава. Из вас нарушители закона хуже, чем из ваших же студентов.

— Что происходит?

— Я так и знал, что добром это не кончится.

— Где мои капли? В моем возрасте такие потрясения…

— Так. Отвечаю на вопрос уважаемого магистра Хоф… ладно-ладно, никаких фамилий. Конспирация и еще раз конспирация. Так вот. Только что вы слышали, как вон там, — она ткнула сигаретой в мундштуке в окно, — прибыло обычное магическое послание. Откройте окно, магистр, возьмите почту.

На несколько секунд в аудитории повисла тишина: пока один из молодых магистров открывал окно и впускал спецвыпуск «Беспристрастного трибуна».

— Почта-шмочта! — раздался склочный голос, едва закрылось окно. — Сколько можно! В прошлый раз вы обещали, что возьмете дело в свои руки, и что? Погибла люстра, историческое наследие нашей Академии, между прочим, произведение самого Даэли! А эти темные выродки как позорили нашу альма-матер, так и позорят!

— Губить уникальные произведения искусства недопустимо!

— Мы так не договаривались, историческая ценность…

— Ваши шкуры — вот где историческая ценность, пни вы замшелые! — рявкнула она, снова постучав пистолем по кафедре. — От вас ни малейшего толку! Нужно было всего лишь добить пару совершенно беспомощных, обессиленных первокурсников, и что?

Она обвела взглядом толпу склочных бездельников, остановившись на одном из самых молодых.

— Едва не пострадал один из Д`Амарьяков. — Бестрепетно встретил ее взгляд он. — Не хотелось бы вовлекать в это дело еще и Черного Карлика.

— Так это был страх, а не непреодолимые обстоятельства?

По всей аудитории послышались ехидные шепотки: профессора не любили. Взаимно. Но стоило отдать ему должное, он был единственным в этой толпе, кто действительно пытался хоть что-то сделать.

— Я еще не настолько сошел с ума, чтобы устраивать массовое убийство. Оба гэльских герцога, оба младших Д`Амарьяка, Волкова и Хоббстен — это гарантия, что они объединятся, а не рассорятся. Или вы хотите, чтобы в наши внутренние дела сунули нос спецслужбы половины континента?

— Вы правы, магистр, — нехотя кивнула она. — Ваша импровизация оправдалась. Что ж, по крайней мере, как я и говорила, никого из вас еще не поймали. Но! — Она многозначительно подняла палец. — Время не ждет. У нас нет полугода не предварительные ласки. Нужно действовать, и у нас есть по крайней мере один отличный вариант. Морг. Ну-с, кто из вас достаточно умен и заинтересован в успехе, чтобы взяться?

Она многозначительно глянула на профессора, но тот лишь усмехнулся и не ответил. Фыркнув и не обращая внимания на очередные трусливые переглядывания и перешептывания, она развернула газету, пахнущую свежей типографской краской. Глянула на передовицу — и довольно выдохнула. Вот оно! Темные маги сами по себе — хаос и разрушение, что в очередной раз подтвердилось. Саморазрушением.

— Так-так, коллеги! Смотрите-ка, Единый в самом деле благоволит нашему делу! Вот послушайте, что пишет «Трибун».

— «Трибун»? — оживились магистры, всегда падкие на сплетни. — Как это касается нашего дела?

— Непосредственно, — довольно кивнула она, показывая зернистую магографию Д`Амарьяка, проклинающего какого-то лощеного идиота.

— Кто это? Причем тут? Почему? — тут же посыпались вопросы.

— Наш первокурсник изволил показаться во всей красе прямо на Банковской площади. Как мы все знаем, в каждом темном маге прорастают семена саморазрушения. Этот мальчишка уродлив не только снаружи, но и изнутри…

— И он — любимый сын Черного Карлика… — вполголоса прокомментировал один из магистров.

Его она проигнорировала и зачитала особо яркие фразы из статьи:

— Темный маг напал на беззащитного прохожего. Герцог Бастельеро покрывает убийц. Опасные маньяки бродят по городу, жители в опасности. Глава Академии пригрел разносчиков чумы. Невинным детям угрожает эпидемия. Так-так… а вот еще: протеже ректора Курта оскверняют памятник просветителя и мецената Мориса Золотого. Ходят слухи, что будущая королева учится на темном факультете. Каких друзей она приведет с собой? Тьму, чуму и проклятия? Не пора ли храму Единого воспротивиться мракобесию главы Академии и закрыть рассадник нечистой тьмы?

— Закрыть?! Как это закрыть? — тут же возмутились магистры. — Это уже слишком!

— Нам же могут сократить финансирование!

— Тихо! Тихо, я сказала!

Магистры замолкли, а она едва сдержалась, чтобы не обозвать их идиотами вслух.

— Никто не сократить нам финансирование, глупости. АМН необходима всем. Но — без доктора Курта, вы согласны?

— Само собой! Курт — предатель! Курт — жадный мерзавец!

Пару десятков высказываний о наболевшем она пропустила мимо ушей. А дав магистрам высказаться, продолжила:

— Итак. Скандал нам на руку. Кажется, вы утверждали, что имеете знакомства в прессе, дорогой коллега? Вот и прекрасно, позаботитесь, чтобы волна поднялась повыше. Пусть Курта смоет той грязью, что он здесь развел.

Волну поношений в адрес Курта, а заодно и десятка-другого не присутствующих на собрании коллег она снова пропустила мимо ушей. Вместо этого она обдумывала, кому бы поручить… ага. Пожалуй…

— Уважаемый коллега, — вкрадчиво сказала она, поймав взгляд нужного человека. — Уверена, с вашим умом и опытом не составит труда…

Через десять минут пререканий, ценных указаний и прочей пены предварительный план мероприятия (Создатель, какой идиотизм!) был утвержден, а собрание завершено на весьма оптимистической ноте. Магистры начали расходиться.

— А вы, дорогой коллега, не торопитесь. — Она положила руку на плечо магистру. Тот вздрогнул. — Обсудим подробности, не утомляя наших занятых коллег.

— Конечно, магистра…

— Без имен, прошу вас. Итак, отработка в морге завтра, предварительный план у нас есть.

— Э… уже завтра? — без энтузиазма отозвался «избранный». — Но план довольно сырой… и финансы, где я возьму…

— Засуньте этот план Курту в задницу. — Она подмигнула магистру, отчего тот вздрогнул еще раз. — И не слушайте идиотов. Я знаю, что и как нужно сделать. Вы готовы?

— Э… разумеется, во славу нашего общего дела…

— И ради гранта лично для вас.

— А… я же не ради… — энтузиазма в «избранном» резко прибавилось.

— Конечно-конечно, коллега. Итак, слушайте внимательно и запоминайте. Повторять не стану…

Кабинет главы Кроненштутц, в то же время

Полковник Бастельеро

— Людвиг! — На стол шлепнулась газета. — Если это попадет королю, утро мы встретим на границе Пустоши в качестве мусорщиков! — Герман Энн нервно дернулся. — Что себе позволяют твои студенты?

— Адекватная реакция темного мага на оскорбление. Хотя вызов на дуэль был бы уместнее, — хладнокровно ответил полковник Бастельеро, мечтая вернуться в прошлое и придушить Черного Карлика до того как он вздумал размножаться. — Напомнить, кто именно заставил меня принять должность профессора?

— А это? Это что такое? — палец генерала Энна ткнул в довольное лицо будущей королевы всея Астурия, княжны Волковой-Мортале, самым возмутительным образом обнимающейся с одним из карликовых выродков перед статуей Мориса Золотого.

— Это — недоработка ваших людей, генерал. Именно они должны держать газетчиков подальше от княжны. Я — дознаватель, а не охранник!

— Твоя забота, чтобы газетчикам было нечего снимать, Бастельеро. А ведь такая была приличная и добродетельная девушка! Манеры, репутация, образование… — укоризненно покачал головой Энн. — Наверняка она под ментальным влиянием этих двух негодяев. Уверен, ей самой бы и в голову не пришло вести себя настолько возмутительно. Наша будущая королева…

— Нет там никакого ментального влияния, — вздохнул Людвиг, с ужасом и восхищением вспоминая поведение этих троих на последнем занятии.

Даже Ланс Веннер, лучший его сотрудник, дипломированный психолог и менталист, и тот не способен удержать этот потоп и ураган в рамках пристойности и благоразумия. Хуже того, сам Ланс меняется не в лучшую сторону, поддаваясь на их провокации.

— Есть! — нахмурился Энн. — Наверняка ты просто недостаточно хорошо искал.

— Ну извини, я вообще-то некромант, а она — не труп. Пока еще.

— Именно что пока еще. Ты нашел того, кто уронил люстру? Выяснил, что за заговор в АМН? Я так и знал, что мы выловили не всех мессеров. Эта зараза расползается как холера.

— Да какой там заговор, Герман! Кучка старых пней мечтает спихнуть Курта, который не желает финансировать их завиральные проекты и недостаточно уважает их седины. На его месте я бы выгнал их без выходного пособия, а лаборатории отдал кому-нибудь с неразжиженными мозгами.

— То есть это, — Энн похлопал ладонью по газете, — не связано с покушениями?

— Маловероятно. Ты же знаешь редактора «Трибуна», он собрал стаю беспринципных шакалов, и те приносят ему все, что только может потянуть на скандал. Так что это лишь совпадение. Которым старые пни вполне могут воспользоваться, если только сумеют договориться.

— Я думаю, ты их недооцениваешь. Оба покушения почти удались, и мы не нашли ни одной толковой зацепки.

— Хоть они и старые пни, но все же магистры, — пожал плечами Людвиг. — Уронить Барготову люстру мог бы каждый первый академик, сделать это, не оставив следов — каждый второй. Думаю, нам пора подключить к этому делу менталистов посерьезнее Веннера…

— Нет! Даже не заикайся об этом! — Энн обхватил виски ладонями. — Их величество категорически запретил включать в это расследование кого-то еще. Академия слишком важна, чтобы рисковать ее репутацией. Мы и прошлогодний-то заговор еле замяли.

— Ты всегда можешь пойти по простому пути, Герман. Убить подозреваемого, выдать мне его труп — и он расскажет все без утайки, — светло улыбнулся Людвиг.

— Похоже, общение с отродьями Черного Карлика плохо влияет и на тебя, полковник.

— Само собой! — Людвиг улыбнулся еще шире. — Когда я вынужден жить на работе и вижу любимую жену раз в неделю — я зверею. Так что, пожалуй, еще немного в таком режиме, и я сам уроню какую-нибудь люстру. Возможно, прямо на ближайшем ученом совете.

— Лучше урони ее на Д`Амарьяка.

— Которого из них? Это официальное разрешение, надеюсь?

— На старшего! — разозлился Энн. — И покажи княжне эту проклятую газету! Ей должно быть стыдно так себя вести! Ее репутация — наше национальное достояние, а она не успела стать королевой, и уже устраивает вот это!..

— Так может ей не стоит становиться нашей королевой, Герман? Как будто в Руссии нет больше ни одной невесты для его величества! Тем более Ольга Волкова не сможет родить ему детей, так что весь смысл брака теряется.

— Так. Бастельеро. Хоть ты и кузен короля, но обсуждать его выбор невесты — не в твоей компетенции. Так что изволь-ка…

— О тираже газетенки я уже позаботился, а ее редактор уже ждет в моем «гостевом» кабинете. Поговорю с ним через часик, когда дозреет.

Энн выдохнул и покачал головой.

— Вряд ли этого достаточно, чтобы сохранить репутацию княжны.

— Разумеется, нет. — Людвиг, до того расхаживавший по кабинету начальника, рухнул в кресло и со вкусом потянулся. — Сдается мне, ей глубоко плевать на репутацию. Иначе бы она не сбегала через окно. Кстати, если эта информация появится в газетах…

— Надеюсь, не появится… Погоди. Ты сказал про детей. Но ведь Волковы рожают девочек, с чего ты взял, что эта не родит вовсе? У нее нет никаких медицинских противопоказаний, она идеально здорова.

— Ее мать тоже была идеально здорова, и ее бабка, и все вплоть до Матильды. Однако с Ольгой все несколько сложнее. Она ищет способ снять родовое проклятие, и что-то мне подсказывает, что они с Д`Амарьяками заключили союз именно по этому поводу.

— А мне что-то подсказывает, что ты сам знаешь о проклятии Волковой намного больше меня и его величества.

— Возможно. В дневниках моих предков довольно много того, чего нет нигде больше. А Дитрих Бастельеро был другом княгини Волковой и одним из основателей АМН, так что… — Он предостерегающе поднял руку. — Нет, это не касается безопасности Астурии. Сугубо частная информация…

— О невесте его величества. Людвиг, ты должен…

— Нет. Пока Ольга не вышла за Гельмута, я ничего не должен. Разве что порекомендовать ему выбрать другую невесту.

— Почему ты не сказал этого пару месяцев назад?

— Потому что пару месяцев назад Волкова не сбегала через окно, не поступала в АМН и не общалась с Д`Амарьяками, как с лучшими друзьями. Я ответил на твой вопрос?

— Не ответил.

— Ну извини. Пока это все, что я могу сказать. Кроме того, что нам стоит посмотреть на покушения под другим углом. — Людвиг развернул ту же газету и ткнул в другую статью. — Уверен, такое ты уже видел.

На третьей странице сообщалось о проповеди очередного единоверца, поносящего темных магов, которые суть отрыжка мироздания, противоестественные иномирские технологии и самих иномирян — порождение Хаоса и ложь во плоти, а также требующего поставить злобных и неразумных драконов на службу добродетельному, избранному Единым человечеству.

— Видел. Опять они собрали толпы идиотов, развесивших уши, — вздохнул Энн. — Вот где нужны менталисты. Нужно прекратить это движение как можно скорее. Как-то не хочется погружаться в новые века мракобесия.

— Обрати внимание на сожженный мобиль. С чего-то же они взяли, что мобили — это технология из другого мира. Здесь же, кстати, доктор Курт обвинен в сотрудничестве с иномирянами.

Энн длинно выругался.

Людвиг пожал плечами и продолжил:

— Вот это точно пахнет недобитыми мессерами. Их любимые идеи об использовании драконов.

— Кто ж не мечтает о дармовщине. Значит, ты считаешь, здесь есть связь?

— Уверен. Кто-то из мессеров остался в АМН. Кто-то, о ком не знал Курт. Недобитку прямой резон от него избавиться.

— Хм. Что ж, найди его. Или их.

— Скорее их, — поморщился Людвиг. — А ты бы вызвал на беседу этого проповедника. Мы, конечно, не лезем в идеологию и не идем поперек Храма, который одобряет эту чушь. Но сожженный мобиль развязывает нам руки.

— Пожалуй.

— Я бы и сам не отказался поболтать с проповедником, так что если он случайно сломает шею при побеге или там схватит инфаркт, зови меня, не стесняйся. И… знаешь что, Энн…

— Что?

— Расспросите его о богоугодных порталах. Что-то мне подсказывает, что там где ругают драконов, науку, иномирные технологи и темную магию, просто боятся конкуренции.

— Конкуренции в чем?

— Что общего между драконами и доктором Куртом, а, герр генерал?

— Хм… порталы.

— Именно.

— Единоверцы желают запретить порталы?

— Чужие порталы, Энн. А это значит, что они готовы предложить свои. Как монополисты.

— Ты совсем меня запутал, Бастельеро. Какие еще чужие порталы? Это какая-то чушь!

— Ну почему же. Есть порталы стихийные, они же естественные. На их основе разработаны внутриконтинентальные порталы, которыми мы пользуемся почти полтысячи лет. Есть порталы драконьи, межконтинентальные и межмировые. Они отличаются от стихийных, и мы не можем их воспроизвести до сих пор. То есть никто, кроме Курта, не может, и то его технология пока нестабильна и требует доработки…

— И сказочного финансирования. Так. И?..

— Что, если есть третий вариант? Межмировые порталы, отличных от стихийных и от драконьих. Новая сила. Конкуренты драконов.

— Ох, Создатель. Твоя фантазия, Бастельеро, не знает границ. Тебе бы романы писать. Бульварные.

— Напишу. Когда выйду в отставку. В мире Рины, кстати, пишут отличные романы. Я читал пару-тройку… десятков.

Людвиг мечтательно улыбнулся, вспомнив последний подарок любимой супруги. В твердой обложке. Как удачно, что бриттский и тамошний английский очень похожи, хотя реалии миров и отличаются. Но это делает их книги только интереснее. Вот к примеру про адвоката Перри Мейсона… хм. Надо будет дать начальству почитать. Очень поможет в работе.

— Так. Бастельеро. Я все понимаю, ты переутомился, о чушь-то не неси. Ты — некромант, а не пространственник. Твоя задача — не научный прорыв, а поимка заговорщиков в АМН. Прежде всего их руководителя и организатора. Без разжижения мозгов.

— О, это невероятно сужает круг подозреваемых, — усмехнулся Людвиг. — Найти умного, решительного лидера, который хочет спихнуть Курта. Да таких в АМН всего-то не более полутысячи! Раз плюнуть.

— Да хоть оплюйся, Люци. Но чтобы глава заговорщиков был в этом кабинете не позже, чем через неделю!