Глава 33. Маша

– Вань, не знаю, сможем мы приехать или нет, как у Кая с работой будет.

Крепче прижимаю телефон к уху, продолжаю строгать овощи, на плите аппетитно дымиться рагу.

Ставлю айфон на подставку, включаю на громкую.

– Вано, отвали, ты нам трахаться мешаешь! – орёт на всю кухню Снежинский, шагая к холодильнику.

Из трубки слышится гогот. Неугомонный Ростов зазывает всех друзей в выходные на дачу.

– Не перестаю вам удивляться ребятки, не первый месяц живёте вместе, а всё как кролики, завидно даже. – вздыхает трубка.

– Не слушай ты его, просто голодный Айс лютый Айс, мы только из боулинга вернулись, ещё не ужинали. – смеюсь в ответ.

– И чем ты его сегодня балуешь, богиня кулинарии?

– Овощное рагу и курица гриль.

– Звучит вкусно. Маша, отложи мне хоть бёдрышко, пока Снежинский всё не сожрал! – голос Ивана становится смешно просящим.

– Иди на хрен, нам самим мало. Всё давай, завтра наберу. – Кай скидывает звонок.

Обнимает сзади, покусывает за ушко.

У меня мурашки табунами разбегаются от его прикосновений.

– Я голодный, во всех смыслах. Пять дней без сладкого, знаешь ли. Сегодня можно уже?

Кай смешит меня весь день, пошлит и требует, чтоб его срочно пожалели.

Каждые мои месячные он переживает как маленькую драму.

Как этот извращуга не пытался склонить меня к интиму в «эти» дни, но я непреклонна. Тем более он лукавит и страдает театрально, совсем без ласки я его не оставляю. Но ему вечно мало.

И после минета, он ходит за мной хвостом и стонет что хочет «по-взрослому».

Толкаюсь попой Каю в пах. Будет тебе сегодня по-взрослому.

После ужина иду в душ. Сушу волосы, которые заметно отрасли.

Мысленно составляю список, что ещё нужно купить. Мы же переехали, в однокомнатную квартиру, что полагалась мне от государства.

Новый дом, неплохой район. Не центр, конечно, но мне нравится. Зелени много, озеро, уточки. Быстро сделали ремонт, выбрали мебель, обжились.

Но я до сих пор докупаю всякие мелочи.

Статуэтки, рамочки, коврики, новый светильник, модное кресло.

Экспериментирую, подсматривая интерьеры в крутом интернет-издании.

Кай, смеётся надо мной, но денег не жалеет.

Я даже кулинарные курсы закончила, трижды. И теперь очень неплохо готовлю.

Взвизгиваю от неожиданности, когда мокрый после душа Кай сгребает меня со спины и кидает на кровать. Да, наконец-то мы спим на кровати! Она просто огромная, с очень удобным матрасом.

– Ага, попалась! Сейчас буду тебя любить – зловеще рычит Кай, целует куда придётся и стягивает с меня пижамные шорты.

– Ты хоть бы вытерся! – пытаюсь вывернуться, с кудрей Кая капает вода и попадает мне на лицо и шею.

– Не было времени, моюсь я значит, мылюсь, а потом бац член стоит и тааак секса захотелось! И всё дальше провал! Ничего не помню! И вот я здесь!

Весь готовый, твой, люби меня скорее!

 Ржём в голосину на пару.

Снежинский ложится в позу звезды. Голый, мокрый и член колом! То ещё зрелище. Идиот, блин. Люблю, не могу.

– Люблю тебя. – целую его в подбородок, забираюсь сверху. Покачиваюсь. Снежинский стонет и бьётся затылком в подушку.

–Ты, ж моя волшебница!

––

Кай спит на животе, расслабленный и отлюбленный, довольный.

Как ребёнок, подложив ладошку под щёку. Дитятко с трёхдневной щетиной и большим членом. Невесомо целую в плечо. Поправляю одеяло, тоже ложусь на живот, его немного тянет после наших игр, но это приятная боль.

Просыпаюсь потому, что озябла. Кай с опять не закрыл окно и стащил с меня простыню. Укрываюсь, но сон больше не идёт.

Ещё рано на часах восемь утра. Суббота. На кухне варю кофе и делаю пару бутербродов с шоколадной пастой. Листаю соцсети, батарея садится. Моя зарядка сломалась, и я всё никак не куплю новую. Поэтому пока у нас с Каем одна на двоих.

Иду в комнату, моя брутальная любовь дрыхнет.

Его телефон на зарядке.

Отключаю айфон. Экран оживает, висит непрочитанное сообщение с незнакомого номера, с фотографией. Отправлено ночью.

Документ какой-то. Меня кроет страхом и воспоминаниями, просто дежавю. Сердце стучит как ненормальное, бросает то в жар, то в холод. Во рту пересыхает. Толкаю Кая в плечо, что-то сонно мычит и переворачивается набок. Нет уж, просыпайся.

– Кай, просыпайся, ну. Открой глаза, я тебе говорю. Да, Кай! – наваливаюсь на него, трясу изо всех сил.

– Ну, что? Рано ещё, я спать хочу! – хрипит недовольно.

– У тебя на телефоне, сообщение с неизвестного номера. С фоткой, документ вроде. Я увидела, когда брала зарядное. Посмотри, что там. – мой голос дрожит, и я ничего не могу с этим поделать.

Для нас незнакомые номера не к добру.

– Маш, ты совсем, что ли? Ты меня, поэтому разбудила? У меня новых поставщиков знаешь сколько? Не все номера записал ещё.

Кай садится, фыркает, трясёт головой, озирается в поисках одежды.

– Ага, поставщики тебе сообщения в два тридцать шесть ночи присылают? – смотрю в упор.

– Да откуда я знаю. Ну, что там?

Снежинский разблокирует телефон, в сообщении только фотка.

Пялимся с ним. Чьё-то свидетельство о рождении.

– Что за хуйня? И чё это? – тупит.

– Это свидетельство о рождении, не видишь, что ли? Кто его тебе прислал? Зачем? – не могу скрыть обвинения в  голосе.

Ну, потому что мне вот таких сообщений ночью не присылают.

– Да откуда я знаю? – психует Кай.

Выхватываю телефон, увеличиваю.

Сафонов Стаснислав, двадцать седьмое мая две тысячи двадцать первого года.

Родился два месяца назад.

Пробегаюсь глазами по родителям.

В графе отец прочерк. В графе мать: Сафонова Екатерина.

Мне кажется, мои глаза сейчас вылезут из орбит, когда я перечитываю имя ребёнка.

Сафонов Станислав Каевич.

– Сафонов Станислав Каевич. – читаю вслух.

Если бы взглядом можно было убивать, Кай умер бы прямо сейчас на месте.

В эту самую минуту. Потому что он опять? И с Катей получается изменял? И непросто изменял, а ребёнка ей сделал?!

Швыряю в говнюка телефон. Бестолково мечусь по комнате. Господи, за что опять? Вся эта грязь и боль на мою голову? И на моё бедное сердце?

– Ну, ты и урод, Снежинский! Ты опять, да? Снова изменил?! Ты же обещал, что никогда больше! Ты в коленях у меня валялся, в любви клялся!

Меня трясёт на адреналине, в трусах и майке мне неуютно. Хочется одеться. Подскочив к шкафу, перерываю вещи.

Не могу ничего найти! Не вижу ничего из-за слёз, реву в голос. Что я за дура такая? Как можно было ему поверить?

– Маша, это чего сейчас было? Ты головой не билась? Когда я тебе изменил то? Я каждую ночь тебя трахаю, каждую свободную минуту рядом с тобой. А если не с тобой, то в зале! Мы на телефоне двадцать четыре на семь! Да, что я сделал? Какой-то дебил прислал картинку, а я виноват? – орёт Кай.

– А ты посмотри внимательно! Это не картинка, а фотография! Свидетельство о рождении! Ребёнка зовут: Сафонов Станислав Каевич! Или у тебя много Каев в окружении? А мать ребёнка Сафонова Екатерина, это тебе тоже ни о чём не говорит? – я взвизгиваю и кидаю в этого упыря трусами.

Уворачивается. Выглядит шокированным.

– Ебааать, ты, что думаешь это мой ребёнок?! Маш, ты чего? Я никогда не спал с твоей ненормальной сестрицей. Давно уже ни с кем, кроме тебя. Мы всё давно выяснили. Ты же простила. Я, по-твоему, дебил, который любит плясать на граблях? Понятия не имею, от кого эта Сафонова Екатерина родила. Да мне похуй вообще, если это твоя сестра, то я её не видел с того дня, как отшил ещё на практике. Если не она, то фиг знает вообще. Я охуел не меньше тебя! Либо это реально тупое совпадение с отчеством в смысле, либо фотошоп. У меня вариантов больше нет! – Кай разводит руками – Потому что я никогда не трахал твою сестру, тем более не делал ей детей.

Он говорит это так искренне, и выглядит настолько растерянным, что мне хочется поверить. Но я не могу! Таких совпадений не бывает. Отчество, имя матери, и прислали это сообщение именно ему. Всё это не случайно.

– Врёшь, снова врёшь, если ты с ней не спал, откуда у неё твой ребёнок?! Дураку понятно, что она тебе эту фотку не ради поздравлений прислала, а чтоб ты знал, что стал папашей! Какой же ты урод! Предатель! Ненавижу!!

– Да, блть не спал я с ней! Какой на хуй ребёнок?! – рычит взбешённый Снежинский.

– Твой! Станислав, имя вместе выбирали? – мне так больно, будто с меня кожу живьём сдирают.

– Сука! Я с ней не спал, ясно? Услышь меня уже!

Снежинский хватает телефон и кому-то набирает. Включает громкую, гудки. Номер живой.

 Мы сверлим друг друга свирепыми взглядами. Мне хочется убивать.

– Аллё. – отвечает сонный голос Кати.

Я ядовито киваю на ожившую трубку. Потому что я же говорила, что это она!

– Утро доброе, блть! – рычит Кай— Я так понимаю ты та, самая Катя Сафонова которая сестра Маши?

– Эм, да. Привет, Кай, – Катя звучит растерянно, будто не ожидала, что он ей позвонит. После того как она сбросила на нас эту бомбу.

– Так вот, Катя, скажи, какого хера ты шлёшь мне такие сообщения? Я что непонятно тебя послал в нашу последнюю встречу? Так, я могу повторить маршрут! По ночам спать надо, а не хуйнёй страдать! – Кай орёт так, что даже мне становится страшно, таким свирепым я его ещё не видела.

Машинально отступаю на пару шагов. Он закатывает глаза.

– Я решила, что ты должен знать, – прокашливается Катя – Ты же всё-таки отец. И вдруг ты захочешь его увидеть?

У нас с Каем одновременно отвисает челюсть. Чего?

– Ты совсем дурная? На хер мне твой ребёнок? – Кай нервно смеётся, в неверии качает головой.

– Его отца реально зовут Кай? Или это в мою честь? – стебётся.

– Реально зовут. И в твою честь, да. Отчество твоё – ты же отец.

– Сафонова, ты бессмертная, что ли? Что за шутки? Мы с тобой никогда не спали. Это не мой ребёнок! Давай, блть говори правду! – давит интонациями.

– Кай, это твой ребёнок. Правда. Я понимаю, что неправильно было вот так сообщать, но позвонить я не решилась. – с каждым новым словом голос Кати звучит пришибленнее.

– Я сейчас приеду, и разъебу на хер всё! Я знаю твой адрес, Катя. И ты охуеешь какой я злой! Заканчивай, этот бред. Я никогда с тобой не спал, ты не могла от меня родить! Но с чего-то вдруг решила, что можешь так тупо меня разводить? Ставить под удар мою семью? Говори правду!

Мы переглядываемся. Я начинаю грызть ноготь на большом пальце, потому что это всё абсурд какой-то. Сейчас я верю Каю. Но и Катя говорит спокойно и уверенно.

– Семью? Вы, что поженились с Машей? Я не знала. Это всё усложняет. А что тогда делать? – Катя чем-то шуршит, что-то падает – Кай, Маша рядом?

– Рядом! – рявкаем в унисон.

– Маша, эм, в общем, Кай говорит правду. У нас никогда не было секса. Но и я не вру, Стас – его ребёнок.