Глава 48

Каролина Карл вышел на арену под оглушающие аплодисменты. Любимчик двора, он красовался перед толпой в своих ультрамариновых доспехах, словно пришел на конкурс танцев. Позолоченные края поблескивали на вышедшем из-за серых облаков солнце, а начищенная поверхность кирасы давала блики. Я сразу же подумала, что так бастард с легкостью мог ослепить противника. В руках Карл держал копье. Длинное с заостренным наконечником и расписанной рунами древком. Он ловко крутил оружие перед собой, точно оно ничего не весило. Против бастарда вышел маг огня. Из оружия у него была огненная цепь, к краю которой приделана пылающая булава. На первый взгляд мне почудилось, что противники равны по силам. Но моя уверенность быстро улетучилась. Карл с какой-то животной свирепостью атаковал огневика. Тот пытался удержать бастарда на расстоянии, размахивая цепью и выплевывая струи огня, но тщетно. Бастард рвался вперед в агрессивном танце. Каждый взмах копья, каждый удар был быстр и… жесток. Я все время думала, что Карл в любой момент попросту убьет своего противника одним ударом. Снесет ему голову или проткнет насквозь. Так агрессивно он сражался. И Райнхарт хотел выступить против него? От этой мысли у меня по спине побежали мурашки. Поединок завершился быстро. Карл воткнул наконечник в район плеча. Рука огневика перестала двигаться. Он сдался. Я украдкой взглянула на моего принца. На его губах играла развеселая улыбка. – За десять лет мой названный брат не выучил ни одного нового приема, – он поднялся с места и протянул мне руку. – Пойдем, разомнем ноги. Я заторопилась, вспомнив, что Райнхарт обещал устроить встречу с дядей. Во время поединка к мужу подошел стражник из его личной гвардии и что-то шепнул. Видимо, все готово. Встречу организовали под одной из трибун, наложив магию непроницаемости. Никто не сможет ни подслушать наш разговор, ни воздействовать на нас магией. Это чуть-чуть успокаивало. Признаться, после поединка Карла мне стало не по себе. Я резко осознала, что он вызывал у меня страх. Мы оба целители, мы оба пользуемся лунными нитями. Вот только он сильнее меня. Мне ужасно не хотелось остаться с ним один на один, так как противопоставить ему мне было нечего. Дядя Оскар уже ждал нас внутри. Бледный, ссутулившийся, с проступившими от волнения капельками пота на лбу, несмотря на холод. – Каролина, – выдохнул он, бросившись на колени. Дядя был староват для такого, у меня сжалось сердце от его порыва. – Прости меня, – он схватился за подол моего платья. – Поднимись, – взмолилась я и наклонилась, чтобы помочь ему. – Нет, Каролина, я… – Предлагаю не тратить время в пустую, – резко произнес Райнхарт. Он стоял позади меня, скрестив руки на груди. – Переходите к делу. Властный тон моментально подействовал на дядю. Он поднялся, оперев руки о деревянный столбик, что поддерживал трибуну, и достал из внутреннего кармана записку. – Вот, это адрес, где герцогиня хранит свою печать, Ваше Высочество, – дрожащей рукой он с поклоном протянул листок Райнхарту. – Так ты правда все знал? Ты был с ними заодно все время? – мне стало холодно. Кожу закололо, как будто меня обваляли в стеклянной крошке. Предательство. Горький вкус предательства разлился во рту, как тогда в день моей свадьбы. Дядя посмотрел на меня. Его глаза заблестели. – Да, – выдавил он. – Я все знал, и я не отрицаю своей вины. Но я хочу помочь. Ради Агнесс и Мириам. Они ничего не знали и ни в чем не виноваты. – Это решит следствие, – отрезал Райнхарт, спрятав клочок бумаги под нарукавник. – Но я прошу, – жалобно протянул дядя. – Я прошу вас, Ваше Высочество. Внемлите мне. Девочки правда ни в чем не виноваты. Райнхарт промолчал. Он шагнул к выходу. Дядя совсем потерял для него интерес. – Каролина, выслушай меня, – он бросился ко мне, но замер на расстоянии вытянутой руки. На него смотрел мой принц, и я видела, как моему опекуну стало страшно. Я понимала, что вряд ли дядя скажет мне приятные вещи. Но все же он был моим родственником, и я должна была дать шанс ему высказаться. – Говори, что хотел, но у нас мало времени. Райнхарт и глазом не повел. Он уважал мои желания, но оставлять одну не стал. Да и не зачем. Мне нечего было скрывать от него. – Я много врал и скрывал от тебя. Я знал, что тебя проклянут. Знал и пошел на это. Я не отрицаю и не буду этого делать. Но я всегда пытался облегчить твою участь. Спасти тебя, если можно так сказать. Будь я законченным человеком, я бы не отдал тебе дневник матери. – Но ты ведь мог все предотвратить, – я скривилась. Повисла удушающая тишина. Судя по растерянному выражению лица, дядя Оскар тщательно подбирал слова, чтобы объясниться. Но вместо него это сделал Райнхарт. – Каро, он считал меня слабаком и немощным перед герцогиней с ее интригами. Он решил, что я проиграю. Поэтому не стал принимать мою сторону. Дядя сглотнул, и я поняла. Все сказанное моим принцем правда. – Но он ошибся, – Райнхарт повернулся к выходу. – Ваше Высочество, я… – дядя вновь упал на колени. – Идем, – звучало, как приказ, но у меня не было причин не подчиниться. Свежий воздух пьянил. Душное помещение под трибуной, тяжелый разговор, признание дяди… От всего этого кружилась голова. Наверно, я еще не до конца осознала насколько моя семья предала меня. – Что будем делать? – тихонько спросила, пока мы возвращались к королевской трибуне. – Рисковать.