Глава 54

Райнхарт Райнхарт отбросил Карла, как ненужную вещь. Бастард упал навзничь, но резво поднялся. Остатки шлема слетели при падении и остались лежать на земле. – Зачем, Карл? Ты так мало получал? Ты купался в золоте, всеобщей любви, отец благоволил тебе, – принц глубоко и медленно дышал, стараясь держать под контролем скопившуюся тьму. – Всего этого тебе было мало? Ты захотел власти? Захотел вечной ответственности? Карл сплюнул кровь. – О чем ты? Какой ответственности? Наш отец вел праздную жизнь, сидя на троне. Ему было дозволено все. В ответ Райнхарт рассмеялся. – Какой же ты дурак, Карл. Корона – это не награда, это вечная обуза. Ты даже не представляешь, сколько кроется работы за праздной жизнью. Отцу надо было тебя пороть почаще и заставлять работать. – Как тебя, да? Долго ты по ночам в подушку плакал? – Рыдал до рассвета, – подыграл Райнхарт. – Прямо как ты, когда очередная подружка твоей матушки отказывалась греть тебе постель. – Мне никто не отказывал, – обозлился Карл. Он поднял руку в сторону и к нему прилетело копье. Мысленно управлять оружием, как Райнхарт, бастард не умел. Он мог лишь возвращать его к себе. Райнхарта забавляло поведение Карла, хоть ничего нового не открылось. Незаконнорожденный брат был хорошо в развлечениях. Двор любил его. Он мог всю жизнь купаться в любви придворных, не знать ни печали, ни горести. Радоваться каждому дню и проводить его, как заблагорассудиться. Но нет, ему было мало. Карл замахнулся на чужое и все потерял. Взмах копья, и Райнхарт схватился за древко, чуть ниже наконечника. Его пальцы накрыли светящиеся руны. Густая, едкая тьма сочилась через перчатку. Вскоре древко стало чернеть. – Ах ты… – бастард попытался освободить оружие, но тщетно. Его попытки выглядели жалко – Райнхарт ни разу не шелохнулся. – А ты думал, что за столько лет я не научился контролировать тьму внутри себя? И на что ты рассчитывал, Карл, непонятно, – принц взялся второй рукой за древко. – Я живу с тьмой в душе с рождения. Я и есть тьма. Треск! Копье переломилось. Волна светлой магии пронеслась по арене, как теплый ветерок. Воздух приятно сотрясался. Райнхарт отбросил верхнюю половину оружие и посмотрел на брата. Демонические силы стали утихать… – Я все еще могу драться, – Карл отбросил остаток копья и замахнулся кулаком. – Не сомневаюсь, – Райнхарт перехватил удар и врезал бастарду по лицу наотмашь. Карл крутанулся на месте, отер рот и вновь замахнулся на принца. Последовала серия ударов и перехватов. Райнхарт блокировал каждый выпад. Он чувствовал настоящий прилив сил. Не ту агрессивную энергию, что наполняла его под действием проклятия. Не гнев, похоть или жадность, что разрывали его, а мощь собственной жизненной энергии. Проклятие больше не властвовало над Райнхартом. Никаких шепотов, безумных желаний и разрывающий разум влияния демонов. Все кончено. Копье было носителем последней печати. Другую буквально минуту назад уничтожил Тиарант. Каролина К Райнхарту возвращался человеческий облик. Ровный цвет кожи, пухлые губы, золотистые глаза… Мой принц. Карл замахивался, пытался ударить, но у него ничего не получалось. С каждым ударом движения бастарда становились все более размашистыми, неточными. Он валился на землю, поднимался и снова получал отпор. Сильвия по-прежнему пыталась вырваться и побежать к горе-возлюбленному, но я связала ее лунными нитями. По-другому удержать кузину я не могла. Не дать сестре вмешаться в поединок было единственным, чем я могла помочь. «Я сломаю копье, и воздействие магии закончится. Все придут в себя», – пронеслось у меня в голове перед тем, как Райнхарт сломал оружие Карла. Видимо, он почувствовал печать темной магии и сонное заклятие, когда взялся за древко. Стало быстро светлеть. Лунный свет ярко заливал арену. Огни зажглись в фонарях. С трибун стали доноситься голоса. Придворные приходили в себя. Судя по отдельным фразам, что я смогла различить, гости турнира пытались разобраться в происходящем. Кто-то был напуган, кто-то уже строил теории, но большая часть зрителей смотрела на арену. Наконец Карл оступился и осел на землю. Сил подняться у него уже не было. – Что ты мне сделаешь? – прокричал он во все горло. – Убьешь? – Ты сам подписал себе смертный приговор, когда связался с демонами, – спокойно ответил Райнхарт. – Ты сам себя убил, Карл. Тьма, понимаешь, она такая… Дикая, непокорная и себе на уме. Тьма всегда возьмет свое. – Нет, – Карл попытался подняться на ноги, но не смог. Его тело стало ватным, непослушным. Кожа и волосы потеряли былой лоск. Он резко постарел лет на двадцать. – Карл, – выкрикнула Сильвия. И не только она. С другой стороны арены к бастарду бежала герцогиня Саварская. Ее было не узнать. Старуха с редкими седыми волосами на черепе, пергаментной кожей и впалыми глазницами. Мать присела возле сына и что-то прошептала ему. – Развяжи меня, – потребовала Сильвия. – Я пойду к нему. – У тебя нездоровая одержимость герцогом, – промямлила я, не отводя глаз от Саварских. Вокруг них по земле разлилась густая чернота, образовав темный круг. Вырисовались линии, символы сложной магической печати слабо загорелись алым. Мгновение, и оба ушли под землю, не успев издать и звука. Не осталось ни следа от матери и сына. Демоны забрали их живьем в свой мир.