Глава 33. Миалтэр Бойрэни (третий)

С силой ударивший по ушам и, при этом, как ни странно, еле слышный шорох открываемой двери… И я, практически не дыша, замираю на месте, наконец увидев Вея. Сердца бьются вразнобой, как сумасшедшие… Красивый… МОЙ! Одет, как знатный виориец, в свободные одежды бежевого цвета, немного бледный, с темными кругами под уставшими измученными глазами. Которыми тот с тщательно скрываемым опасением наблюдал за мной, замерев в дверном проеме и совершенно не торопясь войти внутрь. Стоящий за его спиной сопровождающий чуть слышно кашлянул, тем самым привлекая внимание калвирейца и тот, нервно вздрогнув, неохотно, но все же прошел в гостевую комнату. Дверь за его спиной снова закрылась и мы остались одни. Вдвоем. Он и я…

Изо всех сил заставляю себя стоять на месте. В этот раз хочу, чтобы Вейтар сам сделал ко мне первый шаг. Возможно и глупость, но для меня это было очень важно. Слишком много раз я уже был первым и ни к чему хорошему это не привело. Там, в их мрачном пропыленном бункере, именно я впервые заметил этого синеглазого строптивца. Это я немедленно объявил его своей собственностью и утащил на корабль, где взял в постель силой и в ответ получил от него яркую, всепоглощающую ненависть. Заслуженную, бесспорно. И теперь, когда у меня появился шанс на то, чтобы начать все с начала, я хочу, чтобы первый шаг сделал именно он. Ко мне, по собственной воле.

Но он не спешит… Еле сдерживаюсь от того, чтобы не подскочить к нему самому, сжать в руках, прижать к себе со всей силы. Но нельзя, не время… Не сейчас. Вейтар настороженно продолжает меня рассматривать. Пристальный интерес в глазах, в которых не было и следа той ненависти ко мне, которую я видел в них постоянно раньше. Узнавания в них не было тоже. Но он отчаянно пытался вспомнить. Меня. Его глаза обежали меня всего буквально за несколько секунд. Лицо, все тело сверху до низу. Опять лицо, мои глаза, губы… На последних он задержался взглядом несколько дольше, чем на всем остальном, сосредоточенно нахмурив брови и даже слегка порозовев щеками. Подобное внимание мне польстило, и я еле сдержался от того, чтобы самодовольно не ухмыльнуться. Ведь судя по немного расслабившемуся парню, увиденное ему понравилось. И уже только из-за этого идея отца с полным стиранием памяти моего будущего фаворита уже не казалась настолько абсурдной и дикой, как до этого момента. Ведь сейчас, когда в нем не осталось ко мне ни капли ненависти, вполне возможно, что он начнет меня… Хм… Хотя бы нормально относиться начнет, что было уже немаловажно. Для начала мне хватит и этого. А потом я сделаю все для того, чтобы добиться от него большего. Намного большего… И если не… Любви, то хотя бы как можно более сильной привязанности ко мне.

А Вей, гордо вздернув подбородок вверх и сжав губы в тонкую линию, сделал несколько шагов в мою сторону, и уставился в упор своими нереально синими глазищами.

— Вы Миалтэр Бойрени, Младший Правитель Империи, — замерев всего лишь в паре шагов от меня, и с некоторым недовольством отметив взглядом нашу разницу в росте, которая была совсем не в его пользу, скорее подтвердил, чем спросил Вейтар. — И вы мой…

Слово «любовник» он никак не мог из себя выдавить. Стушевался, неохотно отвел глаза в сторону, еще сильнее сжал губы. Я спокойно ему улыбнулся, но заставил себя промолчать. Хотя очень сильно хотелось громко и с выражением подтвердить его статус моего практически официального фаворита, чтобы сразу же дать понять, кому именно он принадлежит, и у него даже желания не возникло опровергнуть или воспротивиться этому факту. Но молчу, не хочу на него давить.

— Я ждал нашей встречи, — сообщил мне Вейтар немного нервным тоном и подошел на еще один короткий шаг ближе. Начало мне понравилось, но вот продолжение… — Может быть хотя бы Вы сможете ответить на все интересующие меня вопросы?

Что ж… Ожидать того, что Вейтар, забыв о всех моих прошлых выходках с разбегу бросится в мои объятия, было бы глупо.

Поскольку мы все еще стояли, я жестом предложил калвирейцу расположиться в одном из кресел, стоящих рядом со столиком, сервированным под парящий в чашах ароматный тоф. Парень, замерев на мгновенье, все же согласно мне кивнул и устроился в одном из них. Я же занял противоположное.

— Я слушаю тебя, можешь задавать свои вопросы, — получилось несколько официально, но я опять с трудом сдерживался, чтобы не схватить его и изо всех сил прижать к себе. До безумного сильно хотелось ощутить его рядом, его тепло, кожу, дыхание… Но я не мог себе позволить испортить мой единственный шанс на более нормальные отношения для нас обоих.

— Как мне недавно рассказали, — уверенно начал Вейтар, бросив еще один мимолетный, слегка смущенный взгляд на мои губы, — мы с вами находились в весьма близких отношениях…

— Мы и до сих пор в них находимся, — несколько нервным тоном перебил я парня, от чего он только лишь досадливо поморщился, и как-то не очень уверенно кивнул мне головой, неохотно, но все же соглашаясь с этой поправкой.

— Но тогда почему Вы ни разу не встретились со мной после аварии, когда я уже пришел в себя? — с некоторым вызовом в голосе поинтересовался у меня Вей и, одарив быстрым настороженным взглядом, добавил, — и в связи с чем вы распорядились запереть меня в этих апартаментах?

— На посещения ввели запрет лекари. Я только сегодня смог добиться от них разрешение на встречу с тобой. А двери… это тоже было сделано для твоей же безопасности. Слишком многие хотели бы убрать тебя из моего окружения… любыми возможными для этого способами, — с некоторым напряжением в голосе отвечаю я Вейтару на весьма неудобные для меня вопросы, варианты ответов на которые мне были заранее сброшены на коммуникатор кем-то из отцовских секретарей. И пристально слежу за тем, как его лицо совсем ненадолго помрачнело и он отвел свой пытливый до этого взгляд немного в сторону. Молчит. Обдумывает. Недовольно хмурит брови и, судя по-всему, тщательно анализирует только что полученную мной информацию. Военные навыки, очевидно, остались с ним на уровне инстинктов.

— Никакой аварии на самом деле не было? Я правильно вас понимаю? — задумчиво интересуется он, опять подняв на меня глаза и сжав губы в тонкую линию. Злится, сомневается в правдивости моих слов, но старается этого не показать. Мне это совершенно не нравится… Его недоверие бьет по нервам и я понимаю, что до отчаяния хочу, чтобы он верил мне во всем. Это было важно. Я должен убедить его, что пребывание в столице опасно для его жизни. Чтобы у него не возникло дополнительных вопросов позже… Когда я увезу его в одно из своих загородных имений, что и собирался сделать в самое ближайшее время. С одобрения отца, который сам предложил мне это решение одной из проблем. А именно проблему многочисленных свидетелей того, кем именно является на самом деле Вей. Уже слишком много имперцев знает о том, что сидящий напротив меня парень — военный трофей, совершенно не добровольный наложник, практически раб, которого я даже не пожалел выставить на бои. Всех молчать не заставишь…

А самого Вейтара полностью изолировать в столице от всех приближенных не получится при всем моем желании и просто неограниченных ресурсах отца. Не могу же я и в самом деле постоянно держать его взаперти. Ведь это вызовет у него очередные вопросы и явное недовольство подобным для себя положением. Поэтому нужно сделать все для того, чтобы он согласился уехать в мое имение без споров и пререканий. И вот там я смогу приучить его к мысли о том, что мы и в самом деле любовники. И не потому, что у него не будет другого выхода, кроме как покорностью спасти жизни своих соплеменников. А потому, что он сам будет хотеть… Меня и нашей с ним близости, полностью добровольной и желанной с его стороны. Все силы приложу к тому, чтобы добиться от него взаимности.

— Ты не совсем прав… Авария была на самом деле, — опять вру я Вейтару, но утешаю себя тем, что это делается только лишь для его блага. — Но после детальной проверки, охрана доложила мне о том, что скорее всего она была спровоцирована специально. И вполне возможно, что твой катер был поврежден преднамеренно. Чудо, что ты вообще остался жив. Но больше я так рисковать тобой не собираюсь. Поэтому, как только лекари дадут разрешение на твою транспортировку, я переправлю тебя в безопасное место, с усиленной и основательно проверенной охраной. Там ты будешь в гораздо большей безопасности, чем во дворце.

— То есть меня опять запрут, только на этот раз в более надежном месте?

Этот вопрос прозвучал с какой-то чересчур тоскливой иронией. И глаза Вея, такие холодные, безразличные, что я даже начинаю немного скучать по той ненависти, которая в них бушевала раньше. Таким как сейчас он мне был незнаком и это немного сбивало с толку. Но я все равно продолжил его убеждать принять мое предложение об отъезде из столицы добровольно, не желая давать понять ему, что права на отказ у него как раз и не имеется.

— Вей, там у тебя будет гораздо больше свободы, чем здесь. В имении множество садов, рядом настоящий лес… красивые озера.

— А если я захочу вернуться домой, на свою родную планету?

Простой вроде бы вопрос, но когда до меня доходит, что именно он имеет в виду…

— Думаю, что там я буду в гораздо большей безопасности, чем здесь, рядом с вами…

— НЕТ! — зарычал я, сам не ожидая от себя подобной вспышки ярости. Одновременно с чем оттолкнув в сторону небольшой столик отделяющий меня от Вея.

Тофа, уже практически остывший, заливает одежду Вея и льется на пол… Плевать! Хватаю ошарашенно уставившегося на меня мальчишку за плечи и практически выдергиваю его с кресла. Сильно, до боли вжимаю в себя совершенно не сопротивляющееся тело и зло рычу ему куда-то в макушку. — Не отпуссшшу… Мой! Даже думать не сссмей сбежать!

— Но… — пробует мне что-то возразить пытающийся выкрутиться из моих рук калвиреец. Затыкаю его губы своими. Не хочу, что бы он продолжал нести всю эту чушь. Целую. Зло, жестко… И он даже не сопротивляется… Вначале, а потом, удваивает попытки оттолкнуть, освободиться.

— Отпустите меня! — шипит он раздраженно и даже немного испуганно. Не хочу его слушать. Хочу совсем другого, его хочу… Сейчас, здесь. Чтобы окончательно дать ему понять, кому именно он принадлежит. И чтобы даже не пытался задумываться о том, чтобы уйти. — Не трогайте меня!!

Последнее он уже кричит и этим приводит меня в чувства, не полностью, но достаточно для того, чтобы понять, что Вейтар находится уже чуть ли не на грани истерики, а я на грани очередного его изнасилования. Отталкиваю его от себя и на всякий случай еще и сам отступаю на несколько шагов назад. Ну я и идио-о-от! Смотрю чуть ли не в отчаянии на тяжело дышащего парня, который тоже пятился от меня в сторону входа, не отрывая своего напряженного и какого-то затравленного взгляда от моего лица. Итак, я опять повторяю свои же прежние ошибки… Просто замечательно! Нужно что-то срочно придумать, чтобы хоть как-то все это исправить…

Успокаивающе выставляю ладони вперед и примирительно улыбаюсь Вею, делая один небольшой шаг на встречу к нему… Он отступает еще на два шага назад и с силой сжимает пальцы в кулаки, видимо готовясь оказать мне сопротивление, если я сделаю еще одну попытку на него наброситься.

— Вейтар, прости, я напугал тебя… — виновато склоняю голову вниз, но тут же резко вздергиваю ее вверх и торопливо и даже как-то горячечно пытаюсь оправдать свой глупый поступок. — Пойми, я уже один раз чуть было не потерял тебя. Эта авария… Да я чуть с ума не сошел, когда мне доложили о том, что возможно, тебя не получиться спасти. А теперь ты сам хочешь уйти от меня, — отчаянно вру и чувствую себя при этом просто паршиво. Но понимаю, что по другому никак оправдать эту свою безумную выходку перед Веем у меня не получится. Смотрю в его глаза, и с некоторым облегчением вижу то, что страх, который плескался в них до этого, немного рассеялся и сменился некоторым пониманием и даже сочувствием… КО МНЕ! От этого я вообще почувствовал себя чуть ли не последней сволочью.

— Я… просто это все было совершенно неожиданно.

Парень тоже остановился, осторожно провел пальцами по заметно припухшим губам и недовольно поморщился. По всей его напряженной позе было видно, что он все еще боится возможного повторения моего неожиданного безумства.

— Вы тоже меня поймите… Я вас не помню… СОВСЕМ не помню. НАС не помню, наши отношения. Поэтому и не уверен в том, что ВСЁ между НАМИ будет так же, как и раньше… До аварии.

Да я буду только счастлив, если между нами будет все абсолютно по-другому! Но вот это свое мнение я благоразумно решил оставить при себе, только лишь понимающе улыбнувшись замершему напротив меня парню. Растерянному, с растрепавшимися волосами и порозовевшими щеками… Такому, что так и хотелось снова прижать его к себе изо всех сил и не отпускать уже никогда.

И теперь самым важным для меня было снова не сорваться, успокоиться самому, успокоить его и убедить захотеть остаться со мной по собственному желанию. Только вот как это сделать? Память ему стерли, но характер у Вея, судя по всему, остался прежним. Упрямый и принципиальный мальчишка, которому абсолютно безразличны мой титул и высокое положение… Точно так же как открывающиеся перед ним блестящие возможности и перспективы.

— Я не собираюсь тебя торопить, давить на тебя. Дам время вспомнить обо всем…

— …а если я не смогу ничего вспомнить? — нерешительно перебил меня калвиреец, и этим вопросом поставил меня в тупик. Ведь я как раз очень сильно надеялся на то, что он не вспомнит. Ни о чем и никогда. Главный лекарь из тех, что наблюдали Вея после операции, мне поклялся, что именно так все и будет. Правда потом оговорился, что небольшой шанс на возвращение памяти все-таки имеется. Всего лишь несколько сотых процента на то, что случится какая-нибудь совершенно непредвиденная ситуация…

Сильнейший стресс, даже незначительная травма головы — всего этого советовалось избегать любыми способами, так как повторное стирание памяти будет абсолютно нежелательно. Правда лишь в том случае, если я не захочу в итоге получить в свое распоряжение полностью инертное тело, лишенное хоть каких-либо признаков разума. Этого я не хотел. Ни в коем случае.

— Ничего страшного, если и не вспомнишь, — с полной уверенностью в голосе успокоил я Вея и подойдя к нему уже практически вплотную, осторожно взял за руку. Парень не стал ее вырывать, хотя желание это сделать вполне отчетливо читалось на его лице. Но он сдержался, и я посчитал это хорошим для себя знаком, поэтому и решил позволить себе немного большее. Легко целую в запястье сразу же напрягшуюся в моих пальцах ладонь и тут же отпускаю ее на свободу.

— Мы просто начнем с тобой все заново. Уедем в мой загородный дворец, где нам никто не будет мешать. Тебе там обязательно понравится…

— У меня есть еще какой-нибудь выбор, кроме как ехать с вами? — задав мне этот крайне неприятный вопрос, калвиреец уставился на меня в ожидании, всем своим видом давая понять то, что отвертеться от ответа у меня не выйдет.

— Нет, — очень неохотно шиплю я чуть ли не сквозь зубы, уже в тысячный раз проклиная про себя невероятно упрямый характер своего пленника. — Ты едешь со мной, и это даже не обсуждается.