Глава 46. Миалтэр Бойрэни (Третий)

Уже очень позднее утро, но я даже не собираюсь вылезать из постели. НЕ ХОЧУ! И мне все равно, что панель настенного коммуникатора безостановочно высвечивает непрекращающиеся вызовы от желающих немедленно со мной пообщаться. Наплевать на все и на всех… точнее, на всех, кроме одного. Того самого, который сейчас совершенно спокойно сопит в мое плечо и спит, вымотанный до предела за абсолютно бессонную, жаркую и безумно страстную ночь, в которую Вей отдавался мне сам, по собственной воле, самозабвенно, без остатка. Нашу общую ночь, разделенную только лишь на двоих. И это было… просто невероятно. Осторожно прикасаюсь самыми кончиками пальцев к взъерошенным, спутанным, черным как космос волосам крепко спящего рядом с собой парня. Еще влажные… Едва сдерживаю себя от того, чтобы не зарыться в них пальцами полностью, притянуть к себе. Крепко поцеловать в слегка приоткрытые, итак опухшие за ночь губы. При моей непосредственной помощи опухшие. Я очень старался… Хочу еще. Целовать. Прижать к себе так, чтобы как единое целое. Чтобы его единственное сердце билось только лишь для меня. Чтобы он думал только лишь обо мне… Он мой. Только лишь мой. Никому не отдам, не позволю, чтобы ему причинили хоть малейший вред. И сам… Все сделаю для того, чтобы он принял меня окончательно. Поверил в то, что и на самом деле был моим любовником по собственной воле и своему желанию. И не будет больше никакого принуждения с моей стороны, никакого шантажа… насилия. Боюсь даже думать о том, что он может вспомнить хоть что-то из того, что между нами стояло раньше, до того, как ему стерли память. Хочу, чтобы все было как сейчас… Как ночь, как это утро. Недовольно кошусь на настенный коммуникатор… Вызовы идут беспрерывно. Беззвучные, но мигание разноцветных огоньков на экране все равно вызывает невероятно сильное раздражение и желание запустить по комму чем-нибудь очень тяжелым. Белый цвет-отец. Желтые, зеленые, синие-его многочисленные секретари… Красный— мой друг Доартэр, с которым я уже очень давно не общался. Стыдно, но именно сейчас я не хочу говорить даже с ним. Черный! Теперь еще и Фиорти. Вот же сволочь! С этой виорийской гадиной мне сейчас хочется общаться меньше всего. Но вот именно этого имперца у меня вряд ли получится игнорировать. Почти не дыша, аккуратно отодвигаюсь от недовольно вдохнувшего Вея и чуть ли не ползком скольжу к краю постели. Боюсь разбудить. Подхватываю с пола небрежно сброшенный туда вчерашним вечером наручный комм и бросив еще один сожалеющий взгляд на продолжающего спокойно спать парня, торопливо выхожу из спальни в свой рабочий кабинет.

— Младщий Правитель, вы очень крепко и непозволительно долго спите. — Сухим, недовольным тоном сообщил мне безопасник, едва я только дал разрешение на соединение. — И я, как мне кажется, даже понимаю по какой именно причине…

Уже практически замораживающий голос и цепкий, изучающий взгляд, которым Фиорти уставился на мои губы, заставили нервно поежиться и даже, как ни странно, смущенно отвести глаза в сторону. Вот больше чем уверен, что мои губы сейчас не менее припухшие, чем у Вея. А так наглядно демонстрировать именно ЭТОМУ виорийцу, чем я занимался именно ЭТОЙ ночью, мне отчего-то казалось совершенно неправильным. Ведь сегодняшнюю ночь я должен был провести как раз с Фиорти, который теперь смотрел на меня каким-то застывшим, пустым взглядом. И, судя по сжавшимся в одну тонкую линию губам и как-то странно посеревшей коже лица, безопасник был в дикой ярости. Только вот интересно на кого? На меня? Из-за чего? Его разозлило, что я провел эту ночь с тем, кого я… люблю? А я люблю. Прекрасно понял это сегодняшним утром за те несколько очень долгих часов, когда непрерывно таращился на спящего рядом с собой калверийца. Измотанного, едва ощутимо дышащего в мое плечо и такого… просто невероятно родного. МОЕГО! Или же, скорее всего, Фиорти злится на себя? Из-за того, что отпустил меня вчера вечером. Смог отпустить. И теперь, как я понимаю, отчаянно сожалеет об этом? О том, что эту ночь я провел не в его постели, не с ним. И это не он постарался на тем, чтобы мои губы теперь довольно болезненно саднили из-за того, что кто-то неугомонный, видимо задался очень нехорошей целью сгрызть их полностью и без остатка. Едва сдерживаюсь от того, что бы не заулыбаться как ненормальный, при ярком, возбуждающем воспоминании о том, как Вей сам, без принуждения, по собственной воле и… желанию отдавался мне всю ночь. Был нежным, страстным, податливым… Таким… Ловлю на себе просто убийственный взгляд безопасника и тут же четко понимаю, что если бы этот мужчина сейчас был бы в одной со мной комнате, то мне бы дали по морде. Моей морде. Видимо, чересчур довольной, раз Фиорти, ТАК яростно на меня уставился. Глубокий, тяжелый вздох, на мгновение крепко зажмуренные глаза, и отображающийся в комме мужчина, как-то чересчур отстранено мне заявляет: — Младший Правитель, спешу вас обрадовать, уже очень долгое время спешу… Несколько часов уже как хочу сообщить вам о том, что Совет принял окончательное решение относительно вашего… наложника.

— И?! — рычу нетерпеливо, буквально впившись взглядом в какое-то неестественно окаменевшее лицо виорийця, требуя у того немедленного продолжения.

— Они после долгих споров все-таки решили оставить вам этого проблемного раба, так как просчитали, что если у вас отобрать настолько понравившуюся игрушку, то ваши дальнейшие действия и поступки будут абсолютно непредсказуемы. А это не нужно никому. Ни Совету, ни Империи…

— …ни ВАМ! — с вызовом сообщил я неотрывно следящему за мной мужчине, который только лишь недовольно скривил губы на мое резкое заявление.

— Да, Младший Правитель, Вы абсолютно правы. И мне тоже не нужен обезумевший от злости, совершенно неуправляемый, избалованный, наглый мальчишка, за безопасность которого я несу полную ответственность перед Империей.

— Да как вы смеете со мной так?!

— Смею… — Ехидная, но при этом какая-то вымученная ухмылка, и виориец смотрит мне прямо в глаза. — Ведь совсем недавно этот самый мальчишка, сам предлагал мне свою шикарную задницу для вполне определенной цели…

— … и теперь вы жалеете о том, что отказались от этого невероятно щедрого предложения с моей стороны? Между прочим, вынужденного предложения…

— Жалею. — Неохотно ответил мне безопасник и все-таки отвел глаза в сторону. — И видимо буду жалеть об этом всю жизнь.

— Конечно вы будете сожалеть. — Ядовито процедил я сквозь зубы, отчетливо вспоминая вчерашний вечер. Свое унижение, беспомощность. Страх. Ненависть к этому безродному выскочке, который довольно легко смог загнать меня в угол и наглядно показать то, что я не настолько значимая персона, какой я считал себя всю свою жизнь. — подмять под себя будущего Правителя Империи вряд ли удастся еще какому-нибудь безродному виорийцу с чересчур грандиозными амбициями… Кому-нибудь наподобие вас. Выползшему из самых низов, и пролезшему почти что на самую вершину власти… Но это «почти» вас не устроило? Показалось забавным трахнуть будущего Правителя Империи, прекрасно осознавая тот факт, что самому вам Правителем никогда не стать? Почему же вы все-таки остановились и упустили этот превосходный шанс показать собственное превосходство надо мной? Над одним из двух самых высокородных виорийцев Империи?

— Дурак. — Совершенно спокойно выслушав мои ответные злые оскорбления, сообщил безопасник и как-то странно мне улыбнулся. Необычно, нежно, с легкой тоскливой грустью. — Миалтэр, ты всего лишь глупый испуганный мальчишка, который наконец-то понял, что он на самом деле никакой не центр вселенной. И я дурак. Дурак, потому что полюбил такого, как ты… И дело даже не в твоем высоком положении, которое на самом деле оказалось не так уж и высоко… Я — дурак, потому что слишком долго и слишком тщательно готовился к тому, чтобы заполучить тебя… Приручить, завоевать, заставить… Все равно как. Лишь бы ты был моим. Такой, как есть. Взрывной, наглый, совершенно неуправляемый, эгоистичный… Красивый и до сумасшествия желанный… И в итоге я опоздал. Этот мальчишка, которого ты силой затащил в свою постель… Он стал для тебя тем, кем мечтал стать я сам. Только вот, смешно… Я приложил столько усилий для того, чтобы тебя добиться… А получил тебя тот, кому это было совершенно не нужно.

Молчу. Неотрывно смотрю на изображение Фиорти, злость на которого после его последних слов исчезла почти что моментально. Мне отчего-то стало не по себе. Как-то… стыдно? Очень непривычное для меня чувство, до тошноты тянущее где-то внутри, там, где сердца, которые сейчас почему-то бьются в каком-то непонятном, пугающе бешеном ритме. Безопасник молчит тоже. Неохотно отворачивает лицо в сторону и усталым, тусклым голосом мне сообщает: — Совет принял решение оставить вашего мальчишку при Вас, но только на определенных условиях… Вы не станете объявлять его своим официальным фаворитом. Он останется жить в этом имении в качестве обычного наложника без права посещения любых официальных мероприятий, тем более в вашем сопровождении. О нем должны все забыть. И о вашем им чересчур сильном увлечении тоже. И еще одно… Самое основное требование Совета. В ближайшее время вы должны будете избрать для себя официального фаворита или фаворитку и представить избранного своему отцу и приближенным. Официально.

— Я не собираюсь этого делать!т— возмущенно рычу, в полной мере осознав последнее заявление Фиорти, но перехватив холодный, предупреждающий взгляд мгновенно напрягшегося безопасника, тут же предусмотрительно сбавляю тон. — Предложение о избрании фаворита для меня неприемлемо.

— Это не предложение, это требование Совета, которое даже не обсуждается и которое вы должны будете выполнить, если все еще хотите оставить своего раба при себе.

— Кандидатуру ис-сс-сбранника, для меня тоже, как я понимаю, уже утвердили? — шиплю возмущенно, с подозрением уставившись на Фиорти в ожидании его ответа.

— Миалтэр, я же обещал вам, что не буду вас принуждать… Ни к чему. Так что решение о том, кто станет вашим официальным фаворитом, остается только лишь за вами. И еще… Вам не придется в обязательном порядке делить с этим имперцем постель. Главное, чтобы об этом обстоятельстве не было известно никому, кроме вас двоих.

— И где я по-вашему найду такого идиота, который будет держать язык за зубами, добившись настолько высокого звания? Неужели вы верите в то, что ошалев от счастья, тот, кого я выберу не постарается пробраться в мою постель и тем самым не урвать для себя как можно больше выгоды от этой, вынужденной для меня связи?

— Этим … «идиотом» могу стать я. Если вы только этого захотите. — не очень-то и радостно процедил виориец и требовательно уставился на меня в ожидании ответа. А я молчал. Я просто слова не смог из себя выдавить, растерявшись от этого, совершенно наглого предложения.

Ошалело рассматриваю абсолютно невозмутимо следящего за мной выскочку и суматошно пытаюсь понять: это он надо мной так грубо издевается? Или же вполне серьезен?

— Фиорти, если говорить открыто, то вы будете самым последним имперцем из тех, чью кандидатуру я буду рассматривать в качестве своего возможного будущего фаворита.

— Почему же?

— Потому что в том, что именно вы совершенно точно попытаетесь затащить меня в постель, я даже не сомневаюсь. Мне это не нужно. И я вообще не понимаю, зачем ЭТО нужно именно ВАМ, если я вчера прямо сказал о том, что у вас нет не единого шанса на то, что я лягу под вас по собственной воле? Или вы нашли еще какой-нибудь способ принудить меня… … — больше никакого принуждения. — хмуро перебил меня безопасник и торопливо добавил — Я понял, что был не прав, пытаясь добиться вас подобным образом. И сейчас я просто пытаюсь помочь и предлагаю самый простой способ решить возникшую проблему с требованием Совета…

— … того самого Совета, в состав которого вы входите сами и на результаты решений которого у вас очень неплохо получается влиять. — Заявляю я грубо и в упор смотрю на недовольно скривившегося мужчину.

— И я не уверен в том, что идея заставить меня обзавестись фаворитом не принадлежала именно вам.

— Это была не моя идея, но я считаю ее вполне разумной и полностью поддерживаю. Вы наделали слишком много глупостей в последнее время. К тому же ваши многочисленные ошибки стали известны чересчур многим. Империи нужна стабильность. А вы своими выходками эту стабильность постоянно расшатываете. Некоторые имперцы из Приближенных уже довольно сильно обеспокоены тем, что следующим Правителем станет настолько неуравновешенный Наследник и это обстоятельство должно хоть немного вас настораживать.

— Да плевать мне на обеспокоенность всех имперцев вместе взятых! Что они смогут мне сделать?! Я — их будущий Правитель и они не смогут в этом ничего изменить.

Смотрю на Фиорти зло, с вызовом напряженно ожидая его возражений, но их нет. Совсем. Вместо этого безопасник вдумчиво изучает мое лицо и при этом на его губах играет какая-то до подозрительного мечтательная улыбка. Меня это бесит! Настолько, что я не выдерживаю и чуть ли не рычу на совсем обнаглевшего виорийца:

— Что вы на меня ТАК смотрите? Не видели никогда?

— Я просто поражен вашей наивностью, Миалтэр. — все-таки решил ответить мне мужчина. — Я понимаю, что вы еще слишком юны, но я был лучшего мнения о вашей разумности. Вы думаете, что вам ничего не могут сделать? Тут, скорее всего, вы правы. Но вы опять забываете о своей главной слабости… Плененный вами мальчишка. При его помощи Совет сможет контролировать все ваши действия и поступки. По крайней мере, до тех самых пор, пока этот парень будет вам интересен. И я предлагаю себя в качестве вашего фаворита еще и для того, чтобы все заинтересованные лица посчитали, что ваш пленник вам уже не особенно нужен. Это отвлечет от него внимание Совета и Приближенных имперцев, которые были очень недовольны тем, что вы приблизили к себе настолько ничтожное существо.

— Не смей так говорить о Вее, он не ничтожество! Он…

… — да-да, верю. Он самый лучший, единственный во всей вселенной и такого больше никогда не будет. — с ехидной, снисходительной ухмылкой перебил меня виориец и уже более холодным тоном продолжил: — Только если вы будете рассказывать об этом всем подряд, то проблем у вас скоро будет гораздо больше, чем имеется уже сейчас.

— Миалтэр, я тебе не помешаю? — нервно вздрагиваю и резко разворачиваюсь лицом к двери, в проеме которой нерешительно замер слегка смущенно улыбнувшийся мне Вейтар. Практически голый Вейтар. Небрежно обернутое вокруг его бедер полупрозрачное, легкое покрывало было не в счет. Растрепанные волосы, припухшие губы, легкий румянец на щеках и все еще заспанные, с легкой поволокой глаза… Зрелище-просто убийственное. Для меня. И для Фиорти, который при виде неожиданно появившегося в моем кабинете полуобнаженного парня, все-таки не выдержал и сорвался. Всего лишь несколько приглушенных, злых слов весьма неприличного содержания, адресованные скорее всего лично мне, и экран коммуникатора тут же тухнет, давая понять, что безопасник решил временно прервать наше с ним общение, что меня ничуть не расстроило.

— Ты мне никогда не помешаешь. — Тут же выбросив из головы всех безопасников Империи вместе взятых, торопливо выскакиваю из-за стола и быстро иду к Вею. Всего лишь несколько широких шагов, и я уже вжимаю собой в стену кабинета совершенно не сопротивляющегося моим действиям парня. Целую его губы. Жадно. Яростно врываюсь в его рот языком. Сжимаю его лицо ладонями, не давая даже возможности отвернуться и разорвать этот сумасшедший поцелуй. А он даже не пытается вырваться. Отвечает мне, вжимается в мое тело сам. Уже полностью возбужденный, горячий и весь такой… Хочу! Сейчас. Здесь. Немедленно! — Миалт… — еле слышный стон в мои губы, ошалевшие синие глаза, тяжелое, прерывистое дыхание калверианца и я схожу с ума окончательно. Итак почти ничего не скрывающее покрывало летит на пол, хватаю уже полностью голого парня на руки и тащу его в спальню.