Глава 37. Как бы я не брыкалась, от жениха не убежать

Территория «?»

ЛайЛиоНетти Эолзер де К’ярг Сальярис

Я металась в бреду от боли на чём-то мягком. Не знаю, что это было, но была рада, что лежу не на каменных плитах той пещеры, в которых убивали Дриад и Ведьм. Тело ломало, выкручивало, обдавало то жаром, то нестерпимым холодом, заставляя кричать, скулить и сворачиваться в комочек. А всё из-за Анарэль, который я ухитрилась разорвать подчистую. И он же сейчас, восстанавливаясь, наказывал меня за такую бездумную выкачку магии. Это когда-то уже случалось. В прошлый раз я выкачала себя до предела и несколько дней провалялась в отрубе, пока брат занимал трон. Тогда я на целых полгода лишилась магии, а после обуздывала Стихии вновь. И сейчас всё повторялось – я в постели под присмотром кричу от боли и не могу отозваться на просьбы родных. Не могу открыть даже глаза.

В кратких затишьях я слышала родные голоса, что доносилась совсем рядом.

– Чем я могу помочь?

– Ничем…

– Даже мы не в силах помочь.

– А переброс энергии?

– Анарэль разорван в клочья, это бесполезно – магия не задержится в её теле.

– Её резерв магии огромен и будет восстанавливаться долго, создавая новые карманы для накопления.

– Тебе лучше вернуться на родину. Не стоит ждать её пробуждения так скоро.

– Неужели ничего нельзя сделать? Летти… – горячая ладонь Тая легла на лоб, но вместо привычного облегчения тело вновь обдало жаром, заставляя выгнуться и в бреду кричать только одно – «мама, мамочка».

А может и это было частью галлюцинаций, частью моего бреда?

Голоса братьев, разговоры целителей, что отчитывались им о моём состоянии.

Голос Тайрена, такой хриплый, усталый, что просит вернуться к нему.

Голос, что успокоил всего парой слов: «Я здесь, родная. Я рядом. Мама рядом».

И знакомая ладонь… Её ладонь, что легла на мой лоб и заморозила всю боль, что нескончаемо терзала меня не давая открыть глаза, не давая отдыха.

Прохладные руки, что обняли меня и прижали к себе, гладя по голове.

Песенка, что мама пела в детстве о двух влюблённых из разных королевств.

И если это был бред, то самый желанный из всех…

Дневной свет заставил зажмурить и открыть глаза. Но то, что я увидела, не укладывалось в голове. Я лежала в своей постели, обвивая стан матери руками и ногами, носом уткнувшись в её грудь, пока та мерно гладила меня по голове, а второй удерживала книгу и пробегалась по строчкам глазами.

– Я всё ещё брежу? – тихо-тихо спросила я и почувствовала, как прохладная ладонь замерла в моих волосах.

– Если пожелаешь, то «да»… – спокойно отозвалась Софора де К`ярг.

Мама замерла и, кажется, вся напряглась, ожидая моего ответа. А я… я почувствовала, как глаза обожгло слезами. Эмоции, которыми поделилась Динара Ричи совсем недавно, нахлынули, заставив почувствовать вину.

«Я столько лет пряталась от неё. День рождения Дикрея стал последним днём, когда она видела меня рядом. Десять лет я наблюдала за ней издали, не позволяя себе подойти. Десять лет повторяла в голове те обидные слова, что были сказаны при отце. А оказалось, так она пыталась защитить нас. Она любила всех нас, но любит ли сейчас? После всего что мы сделали, почему рядом?»

Уткнувшись в её грудь, я отозвалась:

– Тогда это самый желанный бред…

– Лио… – позвала меня мама.

– Прости меня. Прости за всё.

– Мне не за что тебя прощать. Ты моя дочь. Я ни в чём тебя не виню.

– Мама, – прошептала и постаралась вжаться в Софору ещё сильней.

– Мама, Ворона проснулась? – раздалось сбоку, заставив меня замереть и прикрыть глаза.

– Нет, милый. Лио опять говорит во сне. Но не беспокойся – ей уже лучше, – соврала мать правильно понимая, что я пока не готова к встрече с братом.

«Ненавижу, когда меня видят слабой и беспомощной, как сейчас.»

В комнате повисло молчание, чутьём я догадывалась, что мой Воробей, как Водный маг начал чувствовать ложь в словах других, но он ещё не мог точно сказать, как называются эти колебания.

– Возвращайся к занятию, дорогой. Иначе старший брат будет ругаться, – ласково так заставила заниматься сына королева Софора.

– Хорошо… – устало вздохнул Дикрей. – Скорей бы Ворона проснулась. С ней заниматься интересней, – пробурчал младший, принимаясь за учёбу.

Со стороны послышался звук льющейся воды, комнату обдало холодом и что-то подозрительно знакомо зашуршало в том же направлении. Осторожно повернув голову, я наткнулась глазами на фигуру младшего братика и замерла. Воробей занимался за круглым столом, прямо у раскрытых стеклянных дверей, что вели на круглый балкон, с которого я часто любовалась закатом. Шум моря и его запах наполнял спальню, как и крик чаек. На столе стоял мой Шипострел, что грыз созданный кусок льда, а на коленях Рея улеглись три змеёныша огнекрыла. Детёныши ластились к его руке, играли пищали, а их мать лежала на плечах юного принца и следила, чтобы отпрыски не искусали и не отравили человечка.

– Обалдеть! – тихо изумилась я.

– И не говори. Кажется, в нём пробудилась древний дар управлять животными, – также тихо отозвалась Софора.

– Когда?

– Пару дней назад, когда твой Покоритель привёл нас сюда и захватил твоих любимцев, что начали громить, втихаря обворовывать и держать в страхе его Академию.

– Вот они..! – начала я, но тут осеклась. – Пару дней назад! Сколько я провалялась?

– Десять дней, родная.

– Как много… – со стоном уткнулась я в мамину грудь, подсчитывая, сколько всего умудрилась пропустить.

– Ммм. То есть на фразу: «твой Покоритель», возражений нет? Даже огрызаться не будешь?

Щёки покраснели, а надо мной переливчато засмеялась мать.

– Ты неправильно поняла, он…

– Твой… – перебила меня Софора. – Сидел у твоей кровати ночи напролёт, но не мог коснуться – тебя становилось плохо. Он вытряхнул весь дух их королевских целителей, пытаясь найти способ утихомирить твою боль. С братьями трижды чуть не подрался, желая забрать тебя в АйнКрад, чтобы тебя осмотрели Покорители. А когда ему отказали, притащил тех рогатыхстарцев сюда силком, заставляя осмотреть. Только сегодня ночью заставили уйти домой. И только благодаря его отцу, что вышвырнул сына в портал, потому как тот стал похож за эти дни на ходячее умертвие – бледное, худое и огнеопасное.

– Зерхо был здесь?

– Не то слово, детка! – тихо усмехнулась Софора и глянула в сторону.

Проследив её взгляд, я узрела обугленную стену, закопчённый чёрный потолок, в углу отсутствовало моё любимое кресло и коврик, что я заказывала на торговой площади у Северянки.

– Кажется, кто-то получит по рогам! – бросила я угрозу в никуда.

Мама резко развернула и прижала к себе, приказав закрыть глаза. И я бы ослушалась, но это же мать. В тот момент, как я прикрыла глаза, в комнату вошёл старший брат. БЕЗ стука!

– Лай не приходила в себя?

– Динар! – грозно отозвалась мать, вместо приветствия. – Вышел и зашёл ещё раз! Как следует. Не забывай – Лай не только твоя сестра, но и девушка. Она может переодеваться, быть не одна. Или хочешь, чтобы она и к тебе так в спальню залетала? Какой пример подашь, такой выхлоп и получишь!

До слуха долетел его шумный вдох, но брат не смел перечить той, что подарила ему жизнь. Уж как воспитали, увы. С детства Ба вбивала в нас уважение только к одному человеку. К матери. Все остальные подлежались критики.

– Прошу прошения, леди Софора.

Двери скрипнула и через мгновение послышался стук.

– Входите, – позволительно отозвалась мать.

– Солнечного дня, леди де К`ярг. Позвольте узнать, как самочувствие моей сестры. Нет ли ухудшений?

– Солнечный, мой Правитель, – отозвалась мать по правилам этикета и ответила на все его вопросы. Врала правда, но как Водный маг, умело скрывала свою ложь. Даже я, лёжа рядом с закрытыми глазами, не смогла придраться к ровным словам, к спокойно бьющемуся сердцу. Единственное, что напрягало – в их разговоре чувствовалось некая напряжённость и "расстояние". Они придерживались этикета и обращались друг к другу подчёркнуто вежливо.

И это меня настораживало.

«Надо бы с ними поговорить! Рассказать о событиях десятилетней давности.»

Динар, поклонившись Софоре, отошёл к Дикрею и, склонившись над ним, стал смотреть, как тот выполняет его задания. Воробей бойко отвечал на его вопросы, показывал какой-то магический элемент и с улыбкой слушал похвалу, непросто короля, а старшего брата. В голосе Рея была слышна радость и мне казалось, он счастлив узнать, что у него не только старшая сестра есть, но и два брата.

Когда же Динар ушёл, я спросила мать:

– Дин занимается с Реем сам?

– Конечно. Он и раньше приходил к нам до того, как ты поставила барьер. Правда, не ко мне, а к нему, – качнула мама головой в сторону сына. – Рид тоже появлялся изредка. Учил Рея из лука стрелять и подарил артефакт связи с ним.

– Получается, они тоже присматривали за вами?

– Да. Все вы появлялись время от времени. Мы никогда надолго не оставались одни. И мне почему-то кажется, что вы ждали одного – что в Рее пробудится не одна Стихия. Что он станет Полиморфом как вы.

– Да. Ждала, – созналась я. – Но вместо Стихии в нём проснулся дар алхимика, – печально вздохнула, осознавая его возможности и алчность соседних королевств, что могут захотеть получить себе столь редкого мага.

На голову снова легла мамина ладонь.

– Все мои дети особенные и удивительные, – начала она, неправильно истолковав мой печальный вздох. – И я вас очень люблю и всегда буду любить. А теперь пощади маму, утоли её любопытство – расскажи, что тебя связывает с Тайреном Зерхо и как вы познакомились?

– Мам… – протянула я. – Это долгая история.

– Так я и не тороплюсь, – искренне улыбнулась мне Софора и, отложив книгу, подпёрла щёку кулаком. И я сдалась.

«Ладно, маме можно всё рассказать. Может, хоть она посоветует, что мне делать с несносным Покорителем? А то бабушкино: "кидай на плечо и тащи во дворец", мне не подходит! Скорее это он меня утащит на плече в свой снежный АйнКрад с его то габаритами и отсутствием инстинкта самосохранения.»

Как бы ни хотелось, но долго играть роль трупа у меня не вышло. На следующий же день Ричард застал нас с Софорой в постели мирно беседующих и поволок к целителям. Именно поволок. На плече. По пути отчитав, что ему о моём пробуждении не доложили, заставив лишние сутки нервничать. А Огненным магом нервотрёпка противопоказана! Правда, бухтел он на мать, но это сути дела не меняет – я же его бухтение слушала.

Несколько часов меня осматривали доставучие старцы, вынося приговор, который я и так знала – «Анарэль разорван и ждать его восстановления придётся долго», а после передали в руки служанкам, что привели меня в божеский вид. И в этот раз они не вылетели в окно только потому, что магии во мне не было. Совсем. Да и сил тоже.

Несколько дней я привыкала к жизни без магии и занималась делами Академии и дворца. А накопилась столько, что я до позднего вечера просиживала в своём кабинете. Правда, сознаюсь, я не с утра до вечера сидела за отчётами из-за Дикрея. Брат часто забегал и крал меня, уводя в сад или на террасу заставляя поесть и поиграть с ним. Ему вообще не нравилось, что я так много работала после случившегося. Хотя не могу сказать, что я с Реем отдыхала. Во время перерывов брат расспрашивал о магии, о плетениях и заклинаниях. А я покорно объясняла ему всё, рисовала щиты, пентаграммы, рассказывала структуру создания заклинания. А Рей впитывал мои слова, как губка и тут же принимался тренироваться, что радовало как мать, так и старших братьев.

За эти пару спокойных дней меня успели навестить все, кроме Зерхо.

Отряд «ведьм» пришёл проведать, как только целители разболтали по дворцу, что грозный Цербер пришёл в себя. В тот вечер я впервые стала свидетелем, как у карателей отвисает челюсть, пропадает дар речи, от воспоминаний, что мы творили вместе и какие темы поднимали у костра, и как смешно округляются их глаза от признания Рида и Динара, кто я на самом деле. Что ж это было забавно.

Лайла отправилась в заслуженный отпуск, пока я в замке, а вот Деборе покой только будет сниться. С братьями мы поручили нашей Дриаде целую миссию по возвращении её народа. Ей предстояла отыскать все "здоровые" Идрасили и поместить в них семена. Но Грин была этому только рада.

И вот когда моя жизнь наконец нормализовалась, Динар подложил свинью, словами: «пора переговорить со Стронгами и решить вопрос мирного договора». Чесслово, будь во мне хоть крупица магии, я бы разнесла дворец и укатала блондина в кафель, но увы. И что взбесило окончательно, к уговорам присоединился Ричард и Софора.

– Встреться официально с женихом и расставь все точки, – говорила они, использую идентичные аргументы.

«То ли сговорились за моей спиной, то ли реально мыслят одинаково, как мать и сын».

И я, чёрт бы побрал мою чокнутую семейку, согласилась.

«Как бы я ни брыкалась, от жениха не убежать!»– думала я, заходя в портал следующим днём.

По ту сторону нас встретили высокие светлые стены знакомого кабинета, привычная уже прохлада и Дибериус Стронг. Один. Правитель Севера поприветствовал братьев, что удерживали меня за руки, чтоб не сбежала, и, поздоровавшись со мной, осмотрел с ног до головы.

А я что? Я ничего.

Своим внешним видом просто давала призрачный намёк Покорителю – свой выбор я уже сделала. Под тёмным плащом на мне было тёмно-вишнёвое платье в пол с расшитым чёрным жемчугом лифом, что подчёркивало цвет иссини-чёрных волос. Иллюзию я вернула, да-да. Что могу сказать, облик карателя мне идёт больше, чем роль нежной принцессы блондинки. Правда, вернула я прежний облик не родной магией, а артефактом, что теперь висел на шее в виде кулона. Рядом с подарком Тайрена и множеством других для защиты.

– Прошу вас, ЛайЛиоНетти, пройти со мной, – подал мне руку Дибериус, скалясь во все тридцать два зуба. Братья, отпустив меня, сделали шаг назад, сдёрнув с плеч плащ и вызывав тревогу внутри.

– С вами? А как же..? Я думала, что официальное знакомство пройдёт под надзором Рида и Дина.

– Мы решили, что будет лучше оставить вас с женихом ненадолго вдвоём, – отозвался Дибериус. – Ваши родные не против, – заглянул мне в глаза Стронг, возвышаясь надо мной, как скала.

– Ну что ж, раз не против… – тихо проговорила я, цепляясь рукой за предложенный локоть, – …ведите.

Следуя по коридорам, рука об руку со Стронгом я провела ладонью по бедру, чтобы почувствовать прицепленный к ноге клинок, что скрывался под юбкой. Но это только чтобы успокоит нервы и маленькую внутреннюю карательницу.

«Успокойся, Нетти! Тебе ничего не грозит! Подумаешь, решила отказать жениху?! Впервой разве?! Не съест же его отец меня за отказ!»

– Абсолютно с вами согласен. Вам нечего бояться рядом со мной, – высказал мои мысли Правитель Севера, медленно ведя меня куда-то.

– Тогда почему мне кажется, что вы что-то затеяли? – проходя мимо охранника, негромко поинтересовалась я. Хотя это бесполезно – у Покорителей отменный слух.

– Потому что вы правы, – проговорил Стронг, и я упёрлась каблуками в пол, заставляя нас остановиться. – Клянусь честью, что не причиню вам вреда! – тут же произнёс Дибериус, видя, как я, расцепив наши руки, стала сжимать кулаки.

– Тогда для чего всё это? Вы же знаете – я не желаю династического брака! Я не умею любить и не смогу подарить вашему сыну ни любви, ни семьи, ни наследников. Зачем всё это? – гневно всплеснула руками, под чёрным взором Покорителя.

Стронг был спокоен и почему-то печален. Его глаза смотрели на меня своей чернотой, они не вспыхивали алым, что говорило бы о злости.

«Ну почему он так спокоен? Почему желает сыну такую спутницу, как я? Почему готов обречь единственного отпрыска на мучения со мной? Да какой родитель не желает счастья своему ребёнку? Да за все мои слова меня из дворца вышвырнуть нужно, а он…»

– Потому что я верю в то, что именно вы сможете подарить ему любовь. Потому что верю в древнее пророчество. Вы же его слышали? «Лишь когда на престол взойдут рука об руку коронованный Двуликий и золотоволосый Правитель стена, разделяющая два королевства, падёт. Лишь тогда вернётся мир и равновесие. Снега придут в южное королевство, а Север познает силу солнца!».

– Вы верите в чушь, которой больше тысячи лет? Ба рассказывал про него, но я не верю в…

– А я верю! – перебил меня Дибериус. – Потому как сам, будучи однажды на охоте, наткнулся на зимнего духа Аргарис. Тот дух напоминал огромного оленя. На его голове были ледяные рога, а глаза горели голубыми огнями. Мои попутчики покидали оружие и склонились перед ним, заставляя и меня встать на колени. Мы видели, как дух подошёл к разделяющему барьеру, оглядел его и, развернувшись, пошёл обратно в наши леса, вызывая новые сильные порывы ветра и снегопады.

ЛайЛиоНетти, я знаю, вы мне не поверите, но АйнКрад в большой беде. С каждым годом снега становиться всё больше, зимы суровей. Мы уже давно выращиваем овощи в теплицах, но население растёт – мы уже через пару лет не сможем прокормить наших детей. Лето, что приходит к нам столь мимолётно, что снега не таят и мы уже много лет не видели зелёной травы. Мои дети не видели.

Древние были правы – нужно выполнить пророчество, снять барьер и позволить духам Зимы и Лета ходить по миру. Мой дед ТайРиан Стронг был неправ – он должен был отдать сестру – Дейми за вашего деда. Сальяри՛ или её мать Селения должны были выполнить пророчество. Ваша бабушка Эллея или её сестра близнец – Миррея. Да хоть кто-нибудь! Но все они выбрали любовь вместо долга. И теперь моему королевству грозит опасность. Если и мы не выполним пророчество, то АйнКрад утонем в снегу через пару десятков лет! – убил меня этими словами Правитель Севера.

«Королевство утонет в снегах…»– пронеслись в голове его слова.

«Целое королевство. Семья Зерхо, Лурруса, КовЭ́ра, Пайсона… всё будет погребено под вековыми снегами. Готова ли я сделать выбор? Что же для меня важней – долг или желание? Ведь и в Сальярии всё не так радужно, как кажется со стороны. Земля устала от посадок, ей нужен отдых. Вернись к нам зимы, нам не пришлось бы искусственно обогащать почву.»

– Я не хотел давить на вас, ЛайЛиоНетти. Простите меня… – вторгся в мои мысли Дибериус. – Но и поделиться я был обязан. Вы должны знать о настоящем ходе вещей. Прошу подумайте и сделайте выбор. Он только за вами… – смотря мне прямо в глаза, проговорил Правитель Севера и открыл передо мной дверь, у которой мы стояли. – Мой сын зайдёт к вам узнать ответ. Прошу, подумайте, ЛайЛиоНетти. Вы можете спасти много жизней… – спокойно, не уговаривая, произнёс Дибериус и прикрыл за мной дверь, оставив одну.

«Твою же мать… допрыгалась. Точнее – допрыгались!»– забилось в голове.

Пройдясь по комнате к окну, я уставилась на заснеженный пейзаж. Вокруг был снег. Один сплошной снег. Даже сейчас за окошком завывала вьюга в марте-то месяце.

«Чёрт! Как бы я ни хотела, но я не могу игнорировать слова Стронга. Кажется, больше у меня нет выбора…»

Руками я обняла себя и постаралась успокоиться.

«Не плакать, только не плакать!»– уговаривала себя, стараясь размеренно дышать.

За спиной скрипнула дверь и в комнату словно вор проник стражник, заставляя оторвать взор от окна.

«Нет, не стражник – Покоритель!»– вспомнила я белое облачение матерых воинов, что участвовали в засаде на Драконара.

Прикрыв дверь, незнакомец обернулся ко мне и замер, заставляя напрячься и вспомнить, что я не у себя дома, что без сил и магии. Но залётный незнакомец поднял голову быстрее, чем я придумала, как и чем защититься. Даже с маской на лице я признала его. Чёрные глаза прожигали, а вишнёвые волосы торчали из-под капюшона.

Слёзы побежали по щекам.

– Ты? – вырвалось тихое из меня.

«Боги, кто угодно только не он! Только не сейчас!».