5

– Надо же, какая пугливая, – сказала Надин, когда Шевцов вернулся в комнату.

– Ты же сказала, что потеряла ключи, – произнес он холодно.

– А потом нашла, – она мило улыбнулась, устроившись на диване и закинув ногу на ногу.

– Раз нашла, придется вернуть.

– Какой ты суровый.

Раньше, когда Надин вела себя так игриво, Шевцов не мог долго сердиться. Но это было давно. И это была любовь. Потом, когда любовь исчезла, игривость испарилась вместе с ней. После развода Надин даже вернула себе девичью фамилию. А когда позже отношения наладились – два историка всегда где-нибудь пересекутся, – они стали напоминать точечное сотрудничество.

На замечание бывшей жены Шевцов ничего не ответил – отвернулся.

Полина ушла – резко и внезапно. Ей надо дать время успокоиться, и тогда он все объяснит. Она поверит, она умная женщина.

– Я все испортила, да? – голос Надин стал серьезным. – Ну, прости.

Шевцов снова не ответил.

– У тебя с ней серьезно?

– Зачем ты пришла?

– Вообще, я принесла тебе подарок. Письма.

– Письма? – он повернулся и непонимающе посмотрел на бывшую жену.

– Да, письма. Я недавно купила буфет, и там оказались старые бумаги. Моя сотрудница их обнаружила и сказала, что они тебя очень заинтересовали. – Он продолжал непонимающе смотреть, пришлось продолжить: – Ариадна, рыжая девушка, помнишь такую?

– Ариадна? Помню, конечно… Так это ты хозяйка?

– Ну наконец-то, с возрастом ты стал медленно соображать, Шевцов.

Дело не в возрасте. Ушла Полина. Она весь вечер была сама не своя, хотела о чем-то поговорить, о чем-то очень для нее важном, и ушла расстроенная. Честно говоря, Олегу сейчас было совсем не до писем.

– Ты принесла письма? – спросил он.

– Да, – Надин улыбнулась и тряхнула темными волосами. – Я решила быть причастной к разгадке тайны. Тем более что это почти мое время.

Надин специализировалась на рубеже XIX–XX веков – период Первой мировой и Серебряного века.

– Ты знаешь, я сейчас как раз хочу открыть кафе в духе старой Вены.

«У нее получится, – подумал Шевцов. – Атмосферу создаст какую надо. Не зря кандидатскую защищала».

– Почему ты мне не позвонила заранее? – спросил он. – Не договорилась о встрече? Ты не подумала, что у меня может быть своя жизнь?

Голос его звучал резко, и Олег не хотел сглаживать интонацию.

– Решила сделать сюрприз, извини. Я настолько привыкла, что ты проводишь вечера с курсовыми и рефератами, что…

Он сосредоточенно разглядывал фарфоровую статуэтку, которую Полина подарила на Новый год.

– Слушай, – Надин подошла со спины и положила ладонь на его плечо. – Я правда не сообразила. Я думала, мы посидим вдвоем, поболтаем, я сделаю тебе деловое предложение. Кто же знал, что все будет так…

– Какое деловое предложение?

– Родить ребенка.

– Что? – Шевцову показалось, что он ослышался.

Он резко повернулся и посмотрел на Надин. Это шутка? Но лицо бывшей жены было абсолютно серьезное.

– Повтори.

– Давай родим ребенка.

Нет, кто-то из них двоих точно повредился умом.

– Ты как себе это представляешь?

– Тебе описать процесс? – она не сдержала смешок.

– Не надо, я знаю в общих чертах.

Шевцов снял очки и провел ладонью по глазам. Час от часу не легче.

– Понимаешь, я недавно поняла, что у меня уже возраст, – начала объяснять Надин.

Она отошла к шкафам и стала водить ладонью по корешкам книг.

– У тебя есть интересные пополнения, – погладила темно-вишневый переплет собрания писем французских философов. – Еще года три-четыре, и забеременеть станет проблематично. В общем, я созрела для ребенка.

– Но почему я? – Шевцов почти пришел в себя и снова надел очки. – Ты можешь родить от своего покровителя. Он денежный, еще и дивиденды с него получишь.

– Дивиденды я уже получила, – усмехнулась Надин, вынув с полки книгу в желтом переплете. – Он дал денег на кофейню. Так сказать, прощальный подарок. Мы расстались.

Надин задумчиво полистала книгу, потом поставила ее на место и повернулась к Шевцову.

– Я свободна, Олег. К тому же он не хотел больше детей. Один от предыдущей и трое от нынешней жены более чем достаточно. Так мне было сказано.

Она говорила все это как о само собой разумеющемся. Надин всегда смотрела на вещи четко и просто. Но подобной циничности он раньше за ней не замечал. Сказалась жизнь среди другого общества.

– А у тебя хорошая генетика, ты умный, интересен внешне. Ребенок должен получиться красивым. Воспитаю я его сама, средств достаточно, мешать общению не буду. Подумай.

Олег молчал.

– Неужели тебе не хочется ребенка – твоего продолжения? – не сдавалась Надин.

– Уходи, – глухо ответил Шевцов.

– Я не тороплю. Время еще есть. Телефон знаешь.

Провожать он ее не стал. Дождался, пока хлопнет дверь, и только тогда вышел в коридор, чтобы закрыть замок.

На тумбочке около вешалки лежали ключи от квартиры и конверт с найденными бумагами.