1

Двадцатиминутный перерыв между тренировками подходил к концу. Женька в буфете доедала булочку, ругая себя за мучное и давая честное слово, что отработает на катке. А вообще, со своей любовью к майонезным салатам и выпечке пора заканчивать.

Каждый раз, когда Женя покупала в буфете булочку, она обещала себе, что это последняя. И каждый раз обещание не сдерживала. Беда прямо с этим буфетом.

Телефон зазвонил, когда от булочки остались одни крошки, а Женя допивала чай.

На дисплее высветился незнакомый номер. Она пару секунд раздумывала, принять звонок или нет, и все же решила ответить.

– Я слушаю.

– Женя?

– Да. – Голос на том конце показался смутно знакомым.

– Здравствуй, это Лев Циммерман.

О-фи-геть.

Хорошо, что в тот момент Женя сидела, потому что сначала все как-то резко поплыло перед глазами, а потом накрыло сильное волнение. Неожиданный звонок.

– Ты можешь говорить?

– Да.

Сердце стучало так, что пульс отдавался в висках, и Женя боялась не услышать слова, не понять их.

– Я сейчас приступаю к постановке нового спектакля «Три мушкетера». Хочу пригласить тебя на одну из ролей. На ГУМ-катке ты мне понравилась.

Ладони моментально стали мокрыми. Ее приглашают в ледовый балет. Лучший ледовый балет в стране. Сам Лев Циммерман.

– В массовку? – спросила она непослушными губами.

Только не в массовку, только не в массовку, только не в массовку…

– Не на главные роли, конечно. Жень, ты же понимаешь, что там будут олимпийские чемпионы.

– Да, конечно, понимаю.

– Но и не в массовку. Естественно, участие в общих сценах предусмотрено, но у тебя будут сольные выходы.

Шумный выдох скрыть не удалось. Не массовка. И сольный номер. В ушах все так же стучало, и перед глазами снова поплыло. Женя закрыла глаза.

– Когда? – только и спросила она.

– Смотри, какая ситуация. Репетировать придется в Сочи, там же будет и премьера на майские праздники. В марте уже надо приступать.

В Сочи? Если бы речь шла о Москве, то никаких вопросов не возникло бы. Женя сумела бы совместить работу с тренировками, а потом как-нибудь договориться с Людмилой Борисовной насчет дней выступлений. Но Сочи?..

Женя начала спускаться с небес на землю.

– Я могу подумать? – спросила она. – Мне надо решить, что делать с работой.

– Конечно, – ответил Лев Циммерман. – Только не затягивай с этим, ладно? Мне необходимо сформировать труппу.

– Да, я понимаю.

Разговор закончился, а Женя продолжала сидеть. «Три мушкетера», сольный номер. Да, шоу – это не спорт, но это – снова кататься, снова выступать, снова чувствовать волнение, выходя на лед.

Самой выходить, а не стоять у бортика.

Это шанс.