4

Он не прилетел. Не позвонил. Не написал.

Не поздравил с премьерой.

Уже были откатаны первые спектакли. В день премьеры – один, в последующие – по два (дневной и вечерний). Уже улетели обратно в Москву Ариадна и Марк. Они хорошо посидели тогда в уютном ресторанчике на берегу, отметили событие. Женя много смеялась, рассказывала о разных забавных случаях на тренировках, расспрашивала ребят о том, как сейчас в Москве. Делала все, чтобы не спрашивали про Дана. Чтобы не врать им про его занятость.

Потом они пошли к морю и фотографировали закаты, а потом Женька пошла спать, сославшись на то, что завтра снова выступать.

Звонили родители с сестрой, поздравляли ее и сокрушались, что не смогли прилететь.

– Но мы видели отрывки видео в Сети! – говорила мама. – Ты такая у нас молодец!

А он молчал.

Лежа в кровати, Женя сжала рукой свой четырехлистник и почувствовала, как по щекам побежали слезы.

Неужели это все?

Держала работа. Два спектакля в день. Лед и полные трибуны. Каждый раз, выходя на поклоны, она чувствовала, что живет. Что вот ради этого сюда и приехала – за своими зрителями. В Сети среди любителей фигурного катания спектакль обсуждался вовсю. И многие были восхищены их с Сеней парой, жалели, что они расстались. Жалел и Сеня. Лиза периодически появлялась и стерегла свое сокровище. Циммерман ходил довольный – его расчет удался.

А Женя спасалась утренними пробежками, очередной аудио-книгой, двумя спектаклями в день и разговорами с Вавой.

Они нашли подходящую песню. Вава сказала, что выступление Жени в Питере с продюсером согласовано, пластиковый лед будет. Надо только придумать, что можно изобразить на такой маленькой площадке.

– Я придумаю, – пообещала Женя.

А песня была словно про нее.