3

Лиза отменила репетиторов. Она написала им, что не успеет доехать до дома из-за непредвиденных обстоятельств. Этим обстоятельством была Надин. Разговор с ней сегодня казался Лизе важнее пропущенных занятий. Девушка даже решила не заглядывать в книжный, хотя подписчики наверняка ждали ее видео из магазина.

Любовь Лизы к чтению привела к тому, что она стала книжным блогером. Открыла специальный аккаунт в Сети и делилась с подписчиками мнением о прочитанных книгах, показывала покупки, записывала видео из магазинов и под настроение – делилась эмоциями о просмотренных фильмах, рассказывала о трабблах в учебе и выкладывала забавные сториз. Например, сегодня загрузила «березу в крапинку».

Постепенно получилось так, что у Лизы образовалось две жизни. Одна – реальная, со школой, одноклассниками и аккаунтом, в котором были фотографии с подругами, кафешками и прочими штучками. Там Лиза была подписана на одноклассников, ставила лайки под их постами и фотками, писала комментарии и изредка обновляла свою страничку. Второй же аккаунт – блогерский, имел совсем другой круг подписчиков. Там не было атрибутов ее богатой жизни. Только фото книг, только видео улиц, парков, домов и книжных полок. Никто не мог сказать, кто эта девочка – дочка крутого банкира или владельца небольшой пекарни. Да, одета хорошо. Но однотонные джемпера и джинсы продаются во многих магазинах. Зато для своих подписчиков она стала просто Лизой – девушкой, которая любит читать. И они ценили ее не за папины успехи, а потому что им с ней было интересно. Так, с некоторыми девочками завязалась настоящая сетевая дружба, и в ход пошли посылки с сувенирами, обмен открытками и поздравления на Новый год и дни рождения. Наверное, что-то подобное имел в виду папа, когда говорил об искренней и неискренней дружбе и что Лиза должна научиться такие вещи различать. Лизе очень нравилась ее сетевая жизнь. В ней можно было оставаться самой собой, говорить о том, что ей было по-настоящему интересно, находить единомышленников, участвовать в читательских марафонах и не переживать о том, как будут над ней смеяться, когда узнают, что на праздники к Максу Лизу не отпустил папа.

Она даже Милане не рассказывала про свой книжный блог. Просто потому, что подруга, конечно, была классной девчонкой, но ужасной болтушкой и патологически не умела хранить секреты. А Лизе очень не хотелось, чтобы кто-нибудь в классе знал об этой стороне ее жизни. И обсуждал. Нет. Это было только ее пространство.

Правда, однажды в порыве откровенности Лиза рассказала об этом личном пространстве Надин, как-то так получилось, случайно. Это все из-за того, что они начали рассуждать о книжках и делиться мнением о Пушкине и школьной программе по литературе. Короче, Лиза потеряла бдительность. Однако потом о своем промахе не пожалела. Надин читала рецензии Лизы, но не оставляла комментариев под постами, не отсвечивала, зато, если возникало такое желание, писала на вацап. И тогда завязывался разговор-обсуждение. Лизе было интересно. С мамой такого представить было невозможно. С мамой все сводилось к стандартному «Все нормально? – Все нормально. А у тебя? – У меня тоже».

Лизе казалось, что мама ее давно отпустила во взрослую жизнь и усиленно занималась своей. Впрочем, наверное, это не худший вариант. Во всяком случае, раздельное проживание избавляло от ссор и обид. Что же касается родительской любви – для этого у нее был папа. А если речь шла о правильном выборе одежды или книгах – появилась Надин.

Именно к ней в кофейню и спешила после школы Лиза, нетерпеливо поглядывая на часы. Она ехала в машине с водителем, который каждый день возил ее в школу и по окончании занятий – из школы. Вернее, не ехала, а стояла в пробке. Лиза вздохнула. Ладно, можно почитать комментарии к последнему посту и ответить на них. А еще посидеть с телефона в графическом редакторе и сделать парочку артов к недавно прочитанной истории про старшеклассников и первую любовь. Героев этой книжки Лиза отлично понимала. Если понравившийся парень садится с тобой за одну парту, то ты по-любому не решишь уравнение. Зато можешь списать. Ян вот так сел на прошлой неделе… и решил ей задание со звездочкой. Лиза потом дома это задание разобрала и, кажется, даже поняла, и уже надеялась, что Ян будет ее математическим соседом и дальше, но на следующий урок Яна оккупировал Макс. Ну ничего, зато у них еще имелся вальс!

– Приехали, – сказал Дмитрий Иванович, паркуя машину перед кофейней.

Занятая своими мыслями и созданием арта, Лиза и не заметила, как они миновали пробку и добрались до места.

Надин была уже внутри, сидела за своим любимым столиком в углу и ждала Лизу.

– Я немного опоздала, попали в пробку.

– Ничего страшного. Голодная?

Надин, как всегда, была очень здорово одета. Ее темные, забранные наверх волосы небрежными локонами спускались вниз, придавая внешности особый шарм. В ушах кольца, на глазах стрелки, и вся она как будто не здешняя, а проездом из какого-нибудь Милана.

– Очень голодная, – призналась Лиза. – И готова на сэндвичи.

Кофейня не предполагала расширенное меню. Здесь был именно кофе – восемнадцать сортов. И десерты к нему, включая мороженое. Однако для тех, кто заглянул на перекус, в меню были введены сэндвичи.

Лиза заказала сэндвич с семгой и мягким сыром, большую чашку капучино и эклер. Надин попросила повторить американо.

Лиза очень любила эту кофейню. В ней сочетались уют и шик. Она даже сделала здесь несколько фотографий книг для своего блога – атмосферные натюрморты с чашкой кофе, мороженым и еще видом из окна, когда шел дождь. Последнее фото набрало огромное количество лайков. Книга на столике возле окна, по которому бегут капли, не оставила подписчиков равнодушными.

– Как дела в школе? – спросила Надин, пока они ждали заказ.

– Нормально. Репетируем вальс на последний звонок. Народ в чате говорит, что это никому не надо, а мне нравится.

– Наверное, им просто не повезло с партнерами, – решила Надин. – Вальс очень красивый танец.

Лиза вместо ответа пожала плечами и почувствовала, что начинает краснеть. Быть абсолютно невозмутимой не получилось, а Надин продолжила:

– Ты хотела о чем-то поговорить?

– Да. – Лиза сделала вдох, решаясь, а потом выпалила: – Я знаю, что ты едешь на праздники в Питер. Можно я поеду с тобой?

Официант принес заказ, но они к нему не притронулись.

Лиза с волнением ждала ответа. Надин молчала. Наконец она спросила:

– У тебя все в порядке?

– Да.

– Ты поссорилась с папой?

– Нет, я ни с кем не ссорилась. Я просто хочу поехать с тобой в Питер, но если это неудобно…

– Не в этом дело, – Надин все же взяла чашку с американо и сделала глоток. – Дело в том, что мы с твоим папой расстались, и я не знаю, как он отнесется к этой идее.

– Расстались? – такого поворота событий Лиза не ожидала и сидела, раскрыв рот. – Совсем?

– Наверное.

– Вы поссорились?

– Нет, – Надин улыбнулась, но улыбка вышла невеселой. – Мы не ссорились.

– Тогда что?

– Это сложно объяснить. Иногда так бывает, люди расстаются.

– Он перестал тебе нравиться? Ты ему перестала нравиться? – Лиза никак не могла понять, что произошло.

Ведь они совсем недавно очень даже неплохо сходили на премьеру. Если не считать начальной части мероприятия, конечно, со всеми этими фотографиями, журналистами. Зато потом все вместе ехали в машине, делились впечатлениями, по дороге заказали пиццу и было очень весело. Совсем как в фильмах про дружную семью. Надин, правда, на роль мамы не годилась, но с ней было классно. И ненапряжно.

– Твой папа не перестал мне нравиться, – тихо ответила Надин. – Просто… жизнь.

Как эти взрослые любят выражаться туманными фразами, бесит просто.

– Понятно, – произнесла Лиза и потянулась к сэндвичу.

Аппетит почти пропал. Но сэндвич был слишком вкусный, поэтому через пару укусов аппетит вернулся.

Надин классная. Красивая, стильная, умная, кофейня у нее чумовая. Куда смотрит папа? Что ему еще надо?

– Так почему ты хочешь со мной в Питер? – спросила Надин. – Для этого должна быть какая-то причина.

– Просто поездка в красивый город не катит?

– Не катит.

– Ладно, сдаюсь. Все дело в Максе. Он пригласил почти весь наш класс за город с ночевкой. Обещает крутую тусовку и шашлыки, но ты же знаешь папу…

И она под сэндвич и капучино поделилась своей проблемой, по ходу еще заметив, что отмазка в виде поездки к знаменитому Артуру Геннадьевичу имеется, но лучше уж посидеть дома, чем ехать туда и улыбаться его противной дочери.

– Почему противной? По-моему, она очень красивая.

– Красивая, – вздохнула, соглашаясь, Лиза. – Но это не делает ее менее противной.

После сэндвича дошла очередь до эклера, за которым Лиза заявила, что открытие выставки в сто раз интереснее папиного плана на выходные. Потом она показала Надин свой новый коллаж, тот, что сделала по дороге в кофейню, и поделилась проблемой с платьем для последнего звонка.

– С платьем хотя бы поможешь? – спросила, не до конца желая верить в расставание Надин с папой.

– Конечно, помогу. А с Питером знаешь что… поговори с папой. Если он согласен тебя со мной отпустить, я не против.