Глава 4

Саша

Что-то в этой девочке есть. Она навивает мне воспоминания о Лине. Она на неё похожа чем-то. Глаза, они очень похожи. Но это не может быть она. Моя девочка никогда бы не смогла учиться здесь. Она слишком бойкая и дерзкая, чтобы подчиниться такому приказу. Она никогда не откажется от своей свободы. Да и она не вернётся сюда. Сейчас она уже расцвела во всю и явно идёт в обнимку с каким-нибудь парнем, и, я уверен, даже не вспоминает обо мне. Не будь я таким придурком, полетел бы следующим рейсом. Но позвонил отец, и сказал, что мама в больнице. А дальше все за вертелось. Без неё не было смысла идти к своей мечте. Я решил остаться, выполнить волю родителей, а потом уже можно и в летное, если во мне снова кто-то распалит эту мечту…

Я неосознанно начал покручивать на руке ее подарок и смотреть за этим созданием. На душе стало паршиво, а в голову полезли воспоминания.

– – – – – – – – – – – – – – -

Мы гуляем в парке с совенком. Дурачимся и едим сладкую вату. Мы были просто счастливы. Нет, мы не были прям такими идеальными, просто в тот день у нас не было особых поводов для ссор.

– Саша, а покажи что-нибудь крутое? Ты говорил вы там колесо какое-то прикольное учились делать, – она встала передо мной, и она шла спиной, а я следил, чтобы чудо не споткнулось.

– Ну, Лин, это скучно, – начал отнекиваться я.

– Ну, Горыныч, ну миленький мой, ну хороший. Я хочу блеснуть в школе, – она сделал свои фирменные глазки, и я не смог отказать.

– Ну хорошо, но больше потакать не буду, а то за звездишься, забудешь про меня, – я быстро отошел от нее и сделал кольцо без рук и встал в ласточку.

– Как круто, – она подскочила ко мне и крепко обняла – Глупыш, я тебя никогда не забуду. Да и куда денешься от меня? Ведь найду плохого такого и обижусь! – и показала мне язык, за что получила по носику.

– Как и я тебя, – мы обняли друг друга, словно мы пара.

– А теперь я, – она отошла от меня и начала вытворять чудеса. Я даже сказать ей не успел, что это не безопасно, ведь она не умеет. Она подпрыгнула и встала на носочки и в ласточку. Доля секунды и она начинает терять равновесие.

– Ты чего, так нельзя?! Надо на всю ступню, – я быстро оказался рядом и не дал ей упасть, пыхтя словно паровоз – а то таскай тебя потом на руках всю жизнь.

– Ах так? Пусти меня на землю! – она демонстративно скорчила обиженную моську, а я лишь сел на лавочку и щелкнул ее по носу.

– – – – – – – – – – – – – – -

Именно в тот день, что-то щелкнуло во мне, и я просто стал больше чем другом, точнее она стала для меня больше чем друг. Но я так боялся ей все сказать. А через год она улетела…

– Эй, Гор, о чем задумался? Новенькая приглянулась? – хитро посмотрел Стас.

– Тебе какое дело? Если и так, что тогда? – кидаю ему.

– Да ничего, просто ты ни с кем серьезно ни мутишь, даже беспокоит все это, – развел он руками.

– Саш, он прав. Пора выкинуть вот это, – он показал на фенечку – Да и все, что с ней связано. Сука, ты молодой пацан, за тобой столько девок охотится, а ты чуда ждешь.

– Блять, Жень, не перегибай, окей? Пока я тебе не врезал за эти слова, – говорю ему.

Веселина

День проходил тихо. Все оставалось по-прежнему. Он не узнал меня, а я не стала рассказывать. Валя весь вечер пыталась выпытать, что случилось, но на это лишь отнекивалась. Я не могла прогуливать занятий, и поэтому пятница и суббота оказались новым испытанием. Приходилось сдерживать все свои привычки, отказывалась от бега, потому что все это прекрасно знал он. Внутри, уже тысячу раз пыталась заставить себя подойти к нему и поздороваться, но та сцена так и крутилась в голове, и тот факт, что он до сих пор здесь говорил о том, что его держит тут та самая блондинка, лицо которой отпечаталось в памяти. Умей я рисовать, то изобразила бы его в подробностях. Но мне кажется его лицо было слишком грустным, а в глазах нет того блеска, который был рядом со мной.

Вот и долгожданное воскресенье. Проснулись у меня дома, так как родители забрали нас вместе с Валей. Они не были против. Но на самом деле, особо уговаривать и не пришлось. Быстро по завтракав, утащила подругу в город на прогулку, которую ждала с того момента, как спустилась с трапа самолета. Как бы больно не было в этом в городе в последний день, тот ужасный день, не могу забыть все хорошее, что было с ним связано. А маленькая сестренка настолько утомилась в академии, что не могла оторваться от родительского тепла и ласки.

– Есь, я устала. Ты как вечный двигатель с шилом в одном месте. Сегодня жуткий холод, мы с тобой в куртках, но я ее снять хочу, мне от такого актива жарко, – взмолилась Валя. – Может уже пойдем обратно, а? Я очень устала.

– Блин, ну давай еще немного. Тут еще столько интересного. Здесь до девяти вечера мероприятия, ну же. Неужели тебе не хочется отдохнуть от серости академии и погрузиться в веселье? – пытаюсь ее раззадорить.

Мы гуляли в парке, и недалеко была дорога. В своих разговорах даже не заметили, как у обочины припарковался матовый внедорожник. Услышав сигнал машины, начали осматриваться рефлекторно по сторонам, и увидели, как ребята из академии открыли двери салона и позвали нас.

– Девчат, подбросить? – начали они.

– Да, я с вами. Вы же в академию? – это были друзья Саши.

– Да, в нее родимую, – сказал один из них. Валя пошла к машине, ну и я вслед за ней, чтобы проводить. Подойдя к машине, Валя села на заднее сиденье.

– Есь, уверена, что будешь еще гулять? Когда еще на такой машине тебя подвезут? – я немного усмехнулась, и в зеркало заметила ухмылку Саши, который перевел взгляд на нас через зеркало. И тут мы встретились глазами, я поспешила посмотреть на подругу.

– Меня и папина машина устраивает. Тем более повторюсь, тут фестиваль сегодня, и до девяти вечера тут точно будет весело. Академия меня бесит, я хочу отдыха.

– С девяти утра тут лазим, не надоело еще? – печально говорит она.

– Нет, тут раз в год бывают народные танцы с современными в вперемешку, я не хочу пропустить эту команду, – и тут я снова перевела взгляд на Сашу, потому что заметила, как он поправляет зеркало. В глаза бросилась фенечка, которая просит починки. Похоже он часто ее носит. Странный он, любит одну, носит подарки от другой.

– Боже, Саша, да она как ты, когда с той гулял, – парень, что сидел на заднем сидении хотел, что-то еще сказать, но тут встрял Саша.

– Я тебя уже не раз просил. Мне перейти со словесной формы на физическую? – он даже рыкнул на него немного от злости.

– Бля, прости. Ну, я хотел сказать, когда ты с, – он замялся, – вечно имя ее забываю.

– Ну вот и проехали.

– Да с Линой он гулял, – Вступил другой, а во мне все опустилось. Он рассказывал друзьям обо мне? Как мы гуляли, и они до сих пор это помнят?

– Так, парни, оставили тему, – как всегда, он злиться, и на висках мило выступают вены, – А ты, либо залазь в машину, либо отваливай. Я не собираюсь тут время столько тратить, еще дела есть.

– Хера ты на ней срываешься? – почти хором на мою защиту встали ребята.

– Не ваше… – начал он, но я вступила в мини перепалку.

– Все нормально. Не ссорьтесь. Валюш, пока. Пока ребят. А ты, Горыныч, хренов, хоть бы немного приветливее был, может быть и люди по тянулись, – я резко закрыла дверь, потому что поняла, что сболтнула лишнее, ведь я всегда так говорила ему. Я поспешила уйти, но спастись мне не удалось, он быстро вышел из машины и схватив меня за локоть, развернул к себе.

– Откуда ты знаешь? Откуда? – он приподнял меня за плечи, а я не могла и слова сказать, страх сковал все мои мысли.

– Саша, отпусти ее, ты напугал девочку, – парни оттащили его от меня.

– Пусть она мне ответит тогда. Только она меня так называла, откуда ей знать? – он тыкнул в меня – С кем ты спелась? Я никому не позволю лезть в мою личную жизнь, поняла? Не смей больше меня так называть, – он орал как бешеный.

– Да ты фенечку отверни сначала, придурок. Я же не знала, что это запрет. Чем на меня орать ни за что и обвинять в чем-то, лучше бы вещь в хорошем состоянии держал, она у тебя через пару месяцев порвется к чертям, – ответила ему в том же тоне и гордо развернувшись, пошла в парк.

Они что-то еще говорили, потом уехали. Хорошо, что они не пошли следом, иначе бы я не выдержала. Прогулка стала более грустной после этого. Наплевав на фестиваль, в семь вечера я набрела на наше место, и села на камень. Мне так хотелось тут оказаться именно в эту минуту. Снова, в первый раз в этом парке после стольких лет, и снова я пришла на это место грустной. Вот только причина грусти другая. Все так давило на меня. В голове витала эта ссора, все наши прошлые ссоры. Я не выдержала и начала плакать.

– Ты прости, я не хотел, – он сел рядом. – Удивлен тебя тут увидеть. Здесь никто не сидит, – спустя несколько секундную паузу говорит он. – Почти никто.

– Я так понимаю этот почти, ты? – плачущим голосом спрашиваю его.

– Ну, можно и так сказать, – он потирал свои руки, и говорил это с таким тоном, словно это одновременно и самые прекрасные воспоминания, и в тоже самое время, самые ужасные в его жизни. – Я здесь познакомился с одной девушкой, очень удивительной, и как дебил, упустил. Она сидела в тот день здесь, и плакала, из-за ссоры с родителями. Они только переехали в этот город. А потом ее отец должен был уехать, и они вместе с ним. Причем она в тот день сорвалась ко мне, а я тут был не один. Придурок, – он усмехнулся, а я еле сдерживала себя, чтобы не убить его, потому что от каждого его слова, на душе появляюсь новые трещины. – Хотел с сестрой познакомить, а она подумала, что я тут с другой. Надо было ей рассказать про Полинку, а я, – он тогда был с сестрой? Какая я дура. – Я любил ее, да и сейчас люблю, но не успел, признаться. На тебе сорвался, потому что ты мне ее напомнила. Такие же глаза совенка. У нее было такое имя, Весилина, – он так сладко его протянул, что оно в миг понравилось и мне. – Я ее Линой называл, а она меня Горынычем. И так только мы называли друг друга, – что же ты творишь, Горыныч, я сейчас с ума сойду. Какая я дура.

– Саша, я хотела тебе сказать, – еле сдерживая слезы, но тут в парке появилась Клава.

– Ой, ребята, вы чего тут? – она так злобно сверкнула на меня глазами, что я поняла, что я перешла ей дорогу, и теперь надо ждать беды.

– Болтаем, – вырвавшись из назойливой хватки, Саша отошел от нее и ответил.

– Саша, а пошли гулять? – промурлыкала она.

– Я пойду, спасибо за компанию. Пока, – я попрощалась, и ушла от них. Я слышала, как он хотел пойти за мной, но она его за держала, а я испарилась в толпе.

Саша

Как же эта идиотка не вовремя. Я еле оторвался от неё, но девчонка исчезла среди других. Твою мать! Я не понял даже почему ей все рассказал. Боже, как же она похожа на моего совенка. Но это неправильно, быть с одной только потому, что она напоминает другую. Надо держаться от неё по дальше.

–Саш, ты куда так рванул? – снова эта идиотка, что ей нужно вообще? – Может прогуляемся? – она так игриво посмотрела и прикусила нижнюю губу, что противно стало.

– Слушай, мне не интересно с тобой гулять, мне не интересна ты. Тупые куклы Барби меня не интересуют. Кошелёк я и сам могу опустошить неплохо. Ещё раз ты ко мне подойдешь, я придумаю как тебя опустить. Поняла? – я смотрел очень жёстко и грубо, а голос был пропитан сталью.

– А кто тебе нравится? Скажи только… – начала лепетать она.

– Ты слышишь себя? У тебя вообще чувства собственного достоинства нет? Или тебе так нужны мои деньги? – в моём голосе было столько презрения, что я надеялся на её отступление, но нет, она продолжала стоять передо мной и гнуть свою линию.

– Мы хорошая пара. Оба красивые, состоятельные. Что тебе не нравится? – она оказала это таким тоном, как будто это у меня неправильные взгляды на жизнь.

–Слушай, я даже имя твоё знать не хочу, и рад, что не знаю. Тебе бы курсы жизненных ценностей пройти. Чао, – я развернулся и пошёл к парковке.

– Стой! – она хватает меня за руку. – Тебе новенькая понравилась? – в ее голосе было столько ненависти и жестокости, что мне стало страшно за Есю, кажется. – Отвечай!

– Слушай сюда, – я резко схватил её за плечи, хотя стоило за горло, но людей много, – кто мне нравиться, вне зоны твоей досягаемости. А эта девочка, просто интересный собеседник. Так что мозги на починку отдай, пусть их перепрошьют. Ты мне кто? Никто! Не семей ко мне приближаться, больная, – я отмахнулся о неё и пошёл прочь из парка.

Весилина

Я вернулась в академию, и тут дала волю слезам. Валя где-то ходила, поэтому я не сдерживалась в эмоциях. Слезы градом катились из глаз. Это была его сестра! Я поступила как самая настоящая истеричка. Нет, подойти, выяснить по-человечески, я просто сбежала. Я не услышала, как пришла подруга и начала меня успокаивать. В ее объятьях я провела не меньше часа.

– Все, успокоилась? – когда я перестала активно всхлипывать на ее плече, произносит она.

– Угу, – промычала я.

– А теперь все по порядку. Что случилось?

– Валь, я не знаю с чего начать, это очень долгая история, – я начала вытирать слезы.

– С начала, с самого начала, у нас ночь впереди, – я промолчала несколько минут собираясь с мыслями. Трудно было решиться рассказать все это ей, тем более, что я сестру попросила никому говорить. Но я все же начала с самого начала. Больше полутора часов я рассказывала нашу историю, и когда закончила, начались уточняющие вопросы. –Так, стоп. Горов, наш Гор, это твой Горыныч? Есь, ты не перепутала? Он ведь тебя даже не узнал.

– Это он, – я достала телефон и показала ей наши фотки. Качество конечно, не самое лучшее, но все же – Просто я перекрасилась до отъезда тогда, и сейчас не со своим цветом. Да и сам он сегодня в парке мне все рассказал. Так было странно слушать о себе, и так больно.

– Да уж, ну и история. Как в фильмах или любовных романах.

– Валь, не сыпь мне соль на рану. Я сама все испортила. Что мне делать? – заскулила я.

– Подойти, поцеловать и рассказать. Он все поймет, если любит, – она была полна воодушевления. – Вы классно смотритесь вместе. А это его подарок? Тот самый? – она показала на подвеску.

– Да, это тот самый совенок, – я покрутила его в руках, и начала улыбаться. – Он говорил, что он, это я, – я начала посмеиваться.

– Есь, мое мнение, это подойти, обнять и поцеловать.

– Я этого не сделаю, ты с ума сошла?

Ее уговоры длились очень долго и в итоге, в третьем часу ночи мы легли спать, так ничего и не решив. Мы сходили с ума все эти дни. Каждую свободную минуту она пыталась уговорить меня все рассказать Саше, но я всячески отнекивалась. Вдруг он больше не захочет меня видеть за то, что я просто промолчала так долго. А с другой стороны, почему нас снова свела судьба, зачем она играет с нами, или нами?

Среда пришла слишком быстро, я просто не знала, как выдержу этот день, поэтому просто сказала Вале, что приболела. Она прикрыла меня на уроке. Как и ожидалось, Саша обо мне и не спрашивал. Теперь мне стало спокойнее, значит он и вправду меня забыл, раз даже доля сомнений не закралась в его сознание. Со «спокойной» душой я жила оставшийся день, до нашей встречи. В пятницу я решилась пойти на физкультуру. Все проходило тихо и мирно. Мы иногда пересекались взглядами, но все не переходило границ. Пока к нам не подошла их компания. Они весело общались с Валей, а я стояла и просто была частью этого мира, но которая остается в тени. Я ловила на себе долгие взгляды Саши, словно пытающиеся заглянуть мне в душу. Но день так и прошел тихо. Клава метала в нас молнии, от этого мне становилось жутко страшно.

Когда мы приехали академию, на моей постели была записка: «Если я еще раз увижу тебя рядом с Сашей, я тебя в тюрьму посажу. Не советую проверять мои слова, одна девочка уже рискнула так по бороться со мной. Ничем хорошим не кончилось. Ты никто! Поэтому не смей трогать Мое!».

Вот и началось веселье. Я же не сама ему на шею висну, это он ко мне подходит. Что я могу сделать? В комнату зашла Валя, и на ее вопрос о моем шоковом состоянии, я лишь протянула записку.

– Прорвемся. Не всегда все по ее желанию должно быть.

– Но ты же сама сказала, что… – она не дала мне договорить.

– Есь, если Саша тебя любит, а он явно любит, тогда он ее сам закопает, если с тобой хоть что-то случиться. Его отец круче ее отца. В порошок одним махом их семью сотрет.

Я лишь тяжело вздохнула, а она всячески меня поддерживала.