Глава 9

— Господин, я прибыл к вам с новостями, — поклонился мужчина с невероятной внешностью — такой красоте могла позавидовать любая девушка.

Мужчина был невысок и строен. Длинные чёрные волосы, в которых плясали блики от огня, шёлковым покрывалом стелились по гибкой спине. Точёные черты лица, высокие скулы, пухлые чётко очерченные губы, миндалевидные чёрные глаза — он мог легко сойти и за девушку. Но мало кто знал, что этот юноша был беспощадным убийцей и садистом.

Он как ядовитый цветок — манил своей красотой и изысканными манерами, но в нужный час убивал своим ядом, заставляя несчастную жертву, корчится в ужасных муках.

— Говори, — раздался очень тихий ответ, похожий на шёпот злого и колючего ветра.

— Алишер Багир Ли Гор женился, мой Господин. Его женой стала Сара Ширин Ли Холл, — мелодичным голосом доложил убийца.

Мужчина, чей голос напоминал зловещий шёпот стоял у камина и смотрел, как огонь пожирал поленья.

Его высокая худая фигура была облачена в чёрную накидку, укрывающую лицо от любопытных глаз.

Мужчина обернулся к докладчику.

— Нази-и-и-р, — протянул он имя наёмного убийцы. — Это самая лучшая новость за последние шесть лет. Будем надеяться, что в этот раз у него родиться сын. Ты пока свободен Назир. Придёшь, когда понадобишься мне вновь.

Назир поклонился своему Господину и на мгновение задержал взгляд на его руке, что протянула ему увесистый мешочек с золотом.

Рука была ссохшаяся. Практически голый скелет, обтянутый кожей, покрытой трупными пятнами и вздувшимися венами. Острые жёлтые ногти уродовали руку ещё больше.

Назир забрал награду и снова поклонившись, с превеликой радостью покинул затерянный в горах дом своего заказчика.

— Что ж, Алише-е-эр… Скоро, очень скоро я снова стану молодым и сильным некромантом. Кровь твоего сына поможет мне в этом. И тогда, я уничтожу твой род раз и навсегда! Твоему отцу не удалось меня победить, не удастся и тебе!

Мужчина запрокинул голову и захохотал. Смех был каркающим с металлическими нотками. Безудержный дикий смех….

Его смех диким звоном отлетал от глухих каменных стен, эхом разбиваясь об их сырую мрачность.

Башня его дома возвышалась над бездной дрожащего тумана, молящего о пощаде глухими призывами. Возможно, свет мог бы рассеять эту мрачность. Но вокруг был только вечный туман.

Нотки смеха отлетали от неровностей башни и устремлялись вниз, к безудержным ноткам страха, чтобы слиться с ними в неземную жестокость, подобную бурной стихии.

Капюшон с лица безумца упал на плечи, обнажив голый череп, провалы глаз, в которых так и светилась лютая ненависть. Старческий рот искривился в злобной усмешке.

Он так долго ждал, подождёт ещё. Осталось немного.