Глава 10

Новый день начался, а тревоги остались вчерашними. Гвендолин чувствовала себя заводной куклой: всё, что она делала, производилось механически, а душа её в том не участвовала – лишь беспокойно металась пташкой где-то под кучевыми облаками, не находя себе места. К тому же выдался выходной, и не требовалось заниматься с учениками. Возможно, тогда Гвен хоть немного бы отвлеклась. А так пришлось помогать Талуле с уборкой и стиркой, но занятыми оставались только руки, а не голова. Покончив с делами по дому, Гвендолин пила чай у себя в комнате, перелистывая страницы уже не раз перечитанной книги, которую ей подарили в пансионе за успехи в учёбе. Как она гордилась собой тогда! Как была наивна, веря, что в мире нет ничего невозможного для неё! Теперь на смену восторженным мечтам пришла неуверенность. Но у Гвен ещё оставалась надежда, что история Арчибальда заинтересует издателя. Это стало бы прекрасной компенсацией за пережитые волнения. – Госпожа Гвенда! – Талула влетела в комнату без стука, бледная и испуганная, словно увидела призрака. – К вам гость! – выпалила она, прижимая ладонь к вздымающейся под серым саржевым платьем груди. Гвен ожидала альда Линтона и тут же поспешила вниз, даже не подумав, что служанка вряд ли переполошилась бы так из-за приезда сквайра. А стоило бы. – Это вы? – прошептала она ошарашенно, увидев визитёра. Эмрис Торнбран огляделся, словно для того, чтобы убедиться, что в классной комнате никого больше нет, и развёл руками: – Это я. А вы желали бы видеть на моём месте кого-то другого? Гвен почувствовала, как румянец заливает её щеки, но ей достало сил не отвести глаз. – Что вам угодно? – спросила она сдержанно. – Скажем, мне угодно извиниться, – бросил он безразлично. Такой тон никак не сочетался с просьбой о прощении. – Вчера я повёл себя грубо. Не ожидал, что вы окажетесь столь трепетным созданием, но прочитав вашу рукопись, понял, как был не прав. Шутить над вами – всё равно, что смеяться над ребёнком. – Вы читали рукопись? – Гвен побледнела так же стремительно, как только что краснела. – Но как же… – Кто-то оставил её в библиотеке. Я заглянул лишь в самое начало. Читать дальше, признаюсь, не смог. Устал смеяться. Сказанное прозвучало так обидно, что девушке пришлось закусить губу, чтобы сдержать слёзы или не наговорить магу ответных дерзостей. Вместо этого Гвен с достоинством кивнула и проговорила ровным голосом: – Я принимаю ваши извинения, альд Торнбран. И не смею вас больше задерживать. – Жаль. Я как раз собирался задержаться. Хотел поговорить с вами о вещи, украденной из моего замка. – О вещи? – Гвен захлопала ресницами, на которых всё-таки блеснули слёзы. – Значит, он… она ваша? – Не уверен. В замке Торнбран довольно предметов, о происхождении которых я имею весьма смутное представление. Но то, что попавшая к вам вещица украдена именно оттуда, сомнению не подлежит. Давешние разбойники подтверждают. Выслушали бы меня вчера, уже знали бы. Так что, желаете, чтобы я обратился в Службу Правопорядка, и вы продолжили общение уже с их представителями, или разрешим вопрос без лишнего шума? Больше всего Гвендолин хотелось выставить неприятного господина за двери и никогда больше с ним не встречаться. Но, если Эмрис Торнбран говорил правду, и шар украден у него, маг вернётся с людьми из Службы Правопорядка. В лучшем случае это чревато сплетнями, которые расползутся по деревне, а в худшем – разоблачением её обмана. Ни того, ни другого нельзя было допустить. Да и разве Гвен не хотела вернуть магическую вещь владельцу? Пусть забирает и уходит! – Подождите минуту, – попросила она. – Сейчас я его принесу. Сходить в свою комнату много времени не отняло, но, возвращаясь к гостю, Гвендолин отчего-то замедлила шаг. Шарик привычно согревал руки, и мысль, что его придётся отдать, заставляла девушку с сожалением хмуриться. Но разве у неё был выбор? Войдя в комнату, где её ожидал альд Торнбран, Гвен подала ему недавнюю находку. Маг протянул руку, но, не успев коснуться шара, резко её отдёрнул. – Положите на стол, – приказал он. Девушка нехотя подчинилась. Почудилось, что шарик не желал покидать её ладонь, сделавшись вдруг тяжёлым, так что Гвендолин пришлось сжать пальцы, чтобы ненароком его не выронить. Но в итоге он всё-таки скатился медленно на столешницу. – Занятно, – пробормотал альд Торнбран, одарив Гвен подозрительным взглядом. – Что именно? – полюбопытствовала она. – Всё. – Он усмехнулся, как в тот раз, когда просил у неё поцелуй за информацию. – Хотите маленький фокус? Гвендолин замотала головой, но маг её ответа не дожидался. Ткнул в каменный шарик пальцем, и тот откатился на несколько дюймов и потемнел, а золотистые прожилки налились красным, словно кровью. Гвен поражённо охнула и отступила от стола. – С вами, полагаю, он так не своевольничает? – спросил Эмрис Торнбран. Он выглядел недовольным и озадаченным. – Можете взять его? Впрочем, о чём я? Он пробыл у вас несколько дней, вы наверняка не раз держали его в руках. Понимаете, что это значит? – Нет. – Действительно, где уж вам, – отмахнулся маг. – Шар – магический артефакт. Подобные вещи наделены характером и сами выбирают себе хозяев. Этот выбрал вас. – Но почему? – Понятия не имею. Но собираюсь выяснить. Мне, знаете ли, неприятна сама мысль, что артефакт – артефакт, замечу, принадлежащий мне, – выбрал какую-то… учительницу! Гвендолин оскорблённо вздёрнула подбородок. Учить детей – достойное занятие, и она – не «какая-то». Но магу, увлечённо разглядывавшему потемневший почти до чёрного шар, её чувства были безразличны. Обида вскипала в душе, и Гвен бессознательно потянулась к единственному в последние дни источнику спокойствия. Шар под её рукой снова налился яркой синевой и потеплел – казалось, будь он котом, то замурчал бы. – Сами видите, – прокомментировал Торнбран. – Чем-то вы ему приглянулись. Правда, ума не приложу, чем. – Будь я на его месте, тоже бы к вам в руки не пошла! – буркнула девушка и взяла шарик в ладони, точно желая защитить от своего нежданного визитёра. – Ой ли? Я, к вашему сведению, умею быть ласковым. И вчера у вас был шанс убедиться. Гвендолин не успела ответить на очередное дерзкое заявление, когда скрипнула дверь, и появился Карлион Линтон собственной персоной. Он, очевидно, никак не ожидал увидеть у Гвен гостя, ещё и такого. На лице сквайра на миг промелькнуло смешанное с удивлением раздражение, но мужчина тут же взял себя в руки. – Что вы тут забыли? – спросил он, отвесив магу небрежный поклон. – Да вот, решил взглянуть на украденную из моего замка вещицу, которая волей случая оказалась не в тех руках. – Из вашего замка? – Именно. А вы тут с какой целью? Неужели соскучились? – Эмрис Торнбран недвусмысленно усмехнулся. – Я приехал, чтобы вернуть Гвен рукопись. – И… вас ничего не просили мне передать? – выдохнула она, с надеждой глядя на альда Линтона. – Мой друг сказал, что история неплоха, – ободряюще улыбнулся тот. – Но над ней нужно ещё поработать. И, конечно же, завершить. Тогда он непременно прочтёт её полностью и вынесет окончательное решение. Я со своей стороны готов поспособствовать тому, чтобы оно было положительным. – О, благодарю вас! – Какая банальная сцена! – фыркнул маг, бросив взгляд на рукопись, которую сквайр положил на стол. – Простушка и её покровитель! Вас в пансионе не учили, какова цена бесплатного сыра? – Вы явились сюда обсуждать цены на сыр? – не смолчала Гвендолин. Её злость на Торнбрана сейчас была сильнее страха перед ним. – Цель своего визита я обозначил сразу, – невозмутимо отозвался маг, кивнув на шар, который Гвен так и не выпустила из рук. – Это… хм… то, о чём мы говорили вчера? – Карлион Линтон только сейчас заметил артефакт. – Я помню о своем предложении найти консультанта. Собственно, поэтому и приехал так поздно. Мой хороший знакомый – уважаемый маг. Он дожидается в экипаже, и если вы не против… – Я против, – вмешался Эмрис Торнбран. – Или вы не поняли, о какой украденной у меня вещи идёт речь? Так с какой стати собираетесь показывать постороннему магу моё имущество? И что это вообще за маг? – Господин Гринфальд, – после небольшой заминки ответил альд Линтон. – Неужели? – уточнил Торнбран недоверчиво. – Вам удалось вытащить старика из его берлоги? Гвен подумала, что господин Гринфальд действительно очень уважаемый маг, если даже этот наглец перестал пренебрежительно усмехаться, услышав имя консультанта. – А знаете, – растянул он, – я передумал. Пригласим его. Интересно услышать стороннее мнение. «Потому что собственного мнения у вас, альд Тонрбран, нет!» – мысленно позлорадствовала Гвен, вспоминая, каким озадаченным стало лицо мага, когда сбежавший от него шарик пригрелся в её руках. Строит из себя всесильного чародея, запугивает, а сам, небось, только на дешёвые фокусы способен! От таких рассуждений Гвен взбодрилась, но едва альд Линтон вышел, чтобы позвать своего консультанта, Эмрис Торнбран обернулся к ней, и тело снова парализовало страхом. – Я не силён в том, что касается артефактов, – проговорил маг, – но это не значит, что не силён ни в чём. У Гвен похолодело внутри: неужели он читает мысли? Маг насмешливо фыркнул: – Ваши мысли написаны у вас на лице. Хотел добавить ещё что-то, но, на счастье Гвендолин, вернулся альд Линтон в компании опиравшегося на трость сгорбленного старика. Видимо, как и все пожилые люди, господин Гринфальд мёрз даже в тёплую погоду и потому так плотно укутался в тёплый плащ с капюшоном. Наружу торчал только длинный сморщенный нос, на котором блестели очки с толстыми стёклами. Войдя в класс, старик тут же, не тратя время на приветствия и представления, направился к Гвен и, сгорбившись ещё сильнее, уставился на шарик в её руках. – Прекрасно, просто прекрасно, – услышала она сиплый шёпот. – Странно, но прекрасно, да… Но всё же странно… – Мне тоже так кажется, – подал голос Эмрис Торнбран. – Да? – господин Гринфальд обернулся к нему, словно лишь сейчас заметил, что в комнате ещё кто-то есть. Потом развернул свой нос к Гвен. – Не принесёте мне воды, дорогуша? – Воды? – Да-да, воды. В горле пересохло. А шарик оставьте пока, оставьте. Вот сюда положите, – он указал на стол, как и Торнбран, не рискнув взять артефакт в руки. А ещё оба мага отчего-то считали Гвен глупой простушкой. Эмрис Торнбран – когда насмехался над ней, а господин Гринфальд – когда решил, будто она не догадается, что вода – лишь предлог, чтобы выставить её из комнаты, где, возможно, будет решаться её судьба. Гвендолин вышла в коридор, дошла до лестницы, громко стуча каблучками, а затем тихо вернулась обратно. Конечно, подслушивать нехорошо, но разве можно позволить, чтобы кто-то решал за неё её же участь? – …сложно сказать, для чего он предназначен, – доносился через дверь голос старика. – Никогда не видел подобного. Но мощь его сложно не почувствовать, да. Что до привязки, то она пока не сформировалась. Всё зыбко… – Значит, можно просто забрать артефакт? – спросил Торнбран, как почудилось Гвен, с облегчением. – Ни в коем случае! – запротестовал господин Гринфальд. – Я же сказал, связь неустойчива… Но сильна! Неизвестно, как артефакт отреагирует на разлуку с владельцем. – Владелец вообще-то я, – угрюмо напомнил Эмрис Торнбран. – Но не для шарика, не для шарика… В лучшем случае он от вас сбежит… потеряется… А если сожжёт ваш замок и убьёт вас? – Но Гвенда… – начал альд Линтон. – И Гвенда тоже, – прервал его старый маг. – Что с ней будет? «Что?» – испугалась Гвендолин. Неужели ласковый шарик способен убить и её? – Она может не пережить разлуку с артефактом, – сказал господин Гринфальд. – А тот в свою очередь это почувствует и начнёт мстить тому, кто их разлучил… Или вообще всем вокруг… Так что на данном этапе забрать артефакт можно только с девушкой… – Я согласен! – рассмеялся Торнбран. Гвен со злостью сжала кулаки и прикусила губу. – И думать не смейте! – осадил наглеца Карлион Линтон. – Нужно дождаться, когда привязка стабилизируется, – невозмутимым учительским тоном произнёс старый маг. – Только тогда её получится безболезненно разорвать, хоть и потребуется время… Решив, что услышала всё, что нужно, Гвен на цыпочках прокралась к лестнице. Поднялась на кухню, налила воды в стакан и с ним вернулась в классную комнату. – Спасибо, дорогуша, – поблагодарил старик, отпив всего глоток. – Всего доброго. – Я тоже прощаюсь, – огорошил Эмрис Торнбран. – До завтра. Ваш благодетель объяснит причину, по которой вам придётся потерпеть мои визиты какое-то время. – Альд Торнбран! – возмутился Карлион Линтон. – И речи не было… – А теперь есть, – заявил маг. – Я не намерен оставлять свою вещь без присмотра. Но если вы против того, чтобы я навещал госпожу Грин в её доме, могу предложить другой выход. Заявлю о краже шара и буду навещать вашу подопечную уже в тюрьме, пока Служба Правопорядка определит степень её причастия к преступлению С этими словами он, не прощаясь, вышел за дверь, оставив альда Линтона объяснять Гвен то, что она и так уже знала.