Глава 10 · Враг или близкий человек

Я взвизгиваю от ужаса, но испуг тут же переходит в ярость.

– С ума сошел?!

– Тише, – шепчет Игорь. – Всех соседей на уши поднимешь.

– Ты зачем меня за руки хватаешь?!

– Думала, наручники наденут?

Скорее, боялась встретиться с убийцей. Сказать это – значит признать, что он сильнее. Лучше промолчу. Мне надо верить в себя, чтобы победить.

– Не волнуйся, кроме кота, нас никто не ждет. Пойдем, – обнимает меня за плечи Игорь, – я вас обоих накормлю.

Пока Игорь жарит сосиски, а кот трется о его ноги, я в очередной раз просматриваю записную книжку в телефоне Артура. Все сходится. Ни одно имя из списка владельцев красных «мазд» не забито в телефон. Номер начальника, значащегося в списке как Григорий Борисович Шавлюк, Артур записал под именем «шеф».

– Посмотри, – протягиваю я трубку Игорю.

– Хочешь позвонить?

– Хорошо бы договориться о встрече…

– По какому поводу? – переворачивает колбасу на сковороде он. – Предложишь обсудить убийство падчерицы?

– Не я.

Игорь отрывает взгляд от сковороды. На его лице появляется недоверчивое выражение. Кажется, он начал догадываться, о чем я собираюсь его попросить.

– А кто?

– Может быть, ты с ним поговоришь?

– Нет, давай лучше ты, – снова сосредотачивает все внимание на колбасе Игорь. – Женское обаяние, и все такое.

– На него скорее подействует мужское обаяние…

На этот раз он распрямляет плечи и всем телом поворачивается ко мне.

– Хочешь сказать, я должен прикидываться голубым?!

– Не должен, – качаю я головой, плечи Игоря расслабляются. – Но мог бы, ради меня.

– Ты хоть представляешь, о чем меня просишь?! – подбоченивается он. – Это же… мерзко!

– Что мерзкого в разговоре двух людей? – хлопаю я ресницами.

– Ничего, если это мужчина и женщина.

– Какая глупость.

– И правда! Подумаешь, закадрить мужика. Ерунда! А о моем психическом здоровье ты подумала?

– Подумала.

– Тебе все равно, – скрещивает он на груди руки и отворачивается к окну.

– Вот и нет, – просовываю руку ему под мышку и грудью прижимаюсь к локтю. – Я залечу все твои раны. Обещаю, я буду очень заботливая и нежная со своим любимым пациентом.

– Снова предлагаешь поиграть в медсестричку? – деланно равнодушным голосом спрашивает Игорь, но блеск в его глазах выдает интерес.

Я киваю и кладу голову Игорю на плечо так, чтобы мое дыхание касалось его шеи. Никогда раньше мне не приходилось прибегать к таким приемам. Что там, я даже не знала об их существовании. Последние два года я мечтала оказаться на месте мужчины, чтобы обладать его силой, а теперь почувствовала преимущества женственности. Секс из проявления слабости превратился в потенциальную власть. Эта метаморфоза вселила одновременно уверенность и чувство вины.

– Надеюсь, ты понимаешь, что это неравноценный обмен?

Его голос звучит мягче, чем того требует смысл слов. Я пытаюсь собраться с мыслями и ответить, но навязчивый запах гари мешает мне сосредоточиться.

– Чем это пахнет?

– Пахнет? – отвлекается от грез Игорь. – Черт!

Пока он отковыривает пригоревшую колбасу, мы с котом тремся об него с двух сторон и с надеждой заглядываем ему в глаза.

– Сначала поедим, – говорит Игорь и, пока я не начала прыгать от радости, добавляет, – а потом все обсудим.

Я тут же подключаюсь к готовке: мою овощи, нарезаю салаты, высыпаю коту полпакета сухого корма и выдавливаю два пакетика «Вискаса». Втроем, как настоящая семья, мы принимаемся за еду. Несмотря на голод, я почти не чувствую вкуса еды и, не жуя, заглатываю содержимое тарелки. Игорь же отрезает крошечные кусочки и хорошенько прожевывает каждый из них, как будто тщательно обдумывает детали предстоящего разговора. Наконец я не выдерживаю.

– Поговори с шефом, пожалуйста! Ты же знаешь, как это важно.

Я замолкаю, а Игорь, сосредоточенно жуя, крутит в воздухе вилкой. Я принимаю этот жест за поощрение.

– Тебе необязательно представляться голубым. Достаточно только намекнуть на интерес.

От моих слов у Игоря кусок застревает в горле, он начинает кашлять. Я заботливо похлопываю его по спине и жду. Наконец он откашливается и спрашивает:

– Как ты, говоришь, его зовут?

– Шефа? – на радостях не сразу понимаю, о чем речь. – Шавлюк Григорий Борисович. Гриша, – протягиваю Игорю мобильный.

– Не так быстро, – отстраняет он трубку. – Для начала надо найти информационный повод для звонка.

– Что найти?

– Повод. Пойдем ко мне на работу. Пробью по своим источникам, – Игорь встает из-за стола и выходит в прихожую. – Хм… Гриша…

Я покрепче сжимаю мобильный телефон Артура и вприпрыжку бегу следом. Как приятно добиваться своего! Полдела сделано. Осталось выманить шефа и подобрать Игорю правильный костюм. К сожалению, до мотосервиса придется идти пешком. Лишние полчаса потерянного времени. На окольных тропках меньше шансов встретить знакомых или попасться на глаза полиции, но и тут нет стопроцентной гарантии. Интересно, у Игоря на работе еще остались бесхозные мотоциклы?

На этот раз вместо улыбки на лице Батона появляется хмурая гримаса. Остальные «рабы» тоже не проявляют особой радости при нашем появлении.

– Она еще жива, – увидев меня, замечает мужик в шапке.

Я безрезультатно пытаюсь вспомнить, как его зовут. Суровые испытания вытеснили из головы все имена.

– И вам добрый день, – говорю, переступая порог. – Почему должно быть иначе?

– Из-за вас Игорь потерял свой мотоцикл. Думаете, этого мало?

И не только свой, думаю я, но вместо ответа хлопаю ресницами.

– Поверьте, это шок. Скоро он отойдет и все вам припомнит.

– Мстя его будет сурова, – кивает Батон.

– А мы ему поможем, – проходит мимо качок.

– Добро победит зло, – раздается за стеной голос коротышки, высокий, как будто тот вдохнул гелия. – Поставит его на колени и зверски убьет.

Похоже, друзьям не удалось отговорить Игоря помогать мне, поэтому они решили надавить на меня. Интересно, чем я им так не угодила? Скорее всего, именно благодаря опеке друзей Игорь до сих пор один. Конечно, из-за меня он подвергается опасности, но они-то об этом не знают. А может, уже весь город в курсе, кто я такая? Что, если они считают меня убийцей? Кошмар! Вполне возможно, в словах, которые я приняла за шутку, на самом деле была угроза. Зря стараются. В последнее время меня так часто пытались убить, что угрозы я уж точно как-нибудь переживу.

– Мужики! – обрывает разговоры Игорь. – Займитесь делом.

– А сам? – выглядывает коротышка. – Давно делом занимался?

– За меня не переживай, я наверстаю.

– Я за себя переживаю, – он снова исчезает за дверью.

Игорь берет меня за руку и ведет к своему столу.

– А я за Петькин мотоцикл переживаю, – вставляет свои пять копеек Батон. – Смотрю, вы пешком пришли.

– Не Петькин, а дяди Пети, – поправляет его мужик в шапке. – Как пешком? Почему?!

– Пешие прогулки полезны для здоровья.

Игорь пододвигает для меня второй стул и включает компьютер. В комнате становится так тихо, что слышен скрип кулера и каждый шаг коротышки.

– Игорь? – то ли спрашивает, то ли умоляет он. – Скажи, что у Петькиного мотоцикла бензин кончился и тебе денег жалко заправить, а?

– Наверно, кончился, – берется за мышку Игорь.

– Что значит «наверно»?

– Я не проверял.

– Фух, – вытирает пот со лба коротышка.

– Зачем ему в лесу бензин? – пожимает плечами Игорь.

Коротышка с минуту заглатывает слова вместе с воздухом. В комнату подтягиваются остальные члены инквизиции.

– В лесопосадке, – пытаюсь смягчить удар я.

– Да хоть на Луне, – перечеркивает все мои старания Игорь. – Он сто пудов в розыске.

Коротышка на ощупь добирается до ближайшего стула. Кажется, ничто не способно поразить его сильнее, пока Игорь не добавляет:

– В этот раз надо взять байк поскромнее. На вид, конечно. Внутри должен быть зверь, на случай погони.

– Игорюха, – говорит мужик в шапке. – На свою жизнь тебе наплевать, это мы уже поняли. Ты хотя бы о деле подумай. Сколько лет пахал как проклятый, а теперь ради какой-то… – встречается взглядом с Игорем и мгновенно находит подходящее слово, – соседки все спустишь?

– Ничего я не спущу.

– Как же! Петькин мотоцикл уже спустил. Он нам за него бошки поотрывает! Всю оставшуюся жизнь на таблетки работать будем.

– Не будем. Я такой же пригоню, заново перекрасим, он и не заметит.

– А бабло? – вскакивает со стула коротышка. – Мне на что семью кормить прикажешь?

– Причем здесь твоя семья? Я сам за все заплачу.

– Дядь Игорь, – говорит Батон, – а что я мамке скажу, если ты расшибешься? Почему я тебя не остановил?

– Я тебя что, в няньки нанимал?! А ну марш работать! Все пошли отсюда! Придумали мне морали читать. Сам разберусь!

Друзья Игоря разбегаются по рабочим местам. Сердце подсказывает, что они правы. Я приношу Игорю слишком много неприятностей: из-за меня он потерял деньги, поставил под удар свою репутацию, лишился единственной страсти в жизни – любимого мотоцикла. Нас в любой момент могут поймать, меня посадят, а его обвинят в укрывательстве преступницы. Страшно представить, какое за это могут назначить наказание. Но еще страшнее риск, которому я подвергла нас во время погони. Чудо, что мы вообще остались живы, не говоря уже о том, что оба до сих пор на свободе.

В душе мне хочется встать и уйти. Оставить Игоря в покое и самой встретиться лицом к лицу со своими проблемами. Совсем недавно я бы так и поступила. Но в экстремальной ситуации, когда люди теряют самообладание, я впервые в жизни начала думать. Как будто один из ударов по голове пришелся на кнопку, включающую мозг. Теперь я понимаю, что уйти – значит сдаться. Наконец я взяла ответственность за жизнь в собственные руки и не собираюсь перекладывать ее на плечи Игоря. Хорошенько все обдумав, я поняла, что не справлюсь без его помощи. Раньше я бы, не размышляя, пожертвовала собой, а потом винила бы в своих неприятностях кого угодно, кроме себя. Теперь я знаю, что моя судьба зависит в первую очередь от моих решений. Поэтому не только останусь, но и промолчу.

Пока я борюсь с голосом совести, Игорь открывает браузер и вводит в поисковую строку имя шефа.

– Шавлюк Григорий Борисович… Посмотрим, что про тебя можно узнать.

– Интернет? Это и есть твой «источник»?

– Интернет – еще та помойка, но я умею доставать из нее полезную информацию.

Воображение тут же рисует мне картину: Игорь копается в мусорном баке в поисках Шавлюка. Трясу головой, чтобы вернуться к действительности, но здесь меня ждет не менее странная картина. Байкер и интернет в моем понимании – вещи несовместимые. Игорь каждый день расширяет мое представление о мире.

– Так что мы ищем? – пытаюсь вникнуть в происходящее на мониторе.

– Да что угодно. Не суть. Главное, найти зацепку. Любой повод для звонка. Вот, пожалуйста, его страничка «Вконтакте».

– Посмотрим, в каких группах он состоит. Ага, то, что надо!

– Ты нашел группу детоубийц?

– Почти, клуб любителей «мазда». Наш Шавлюк в нем активно общается. Даже тему открыл, для новичков. Пишет: «Если нужна помощь, обращайтесь». Так мы и сделаем. Дай-ка мобильник.

Игорь переписывает номер из списка контактов Артура в свой телефон и жмет кнопку вызова. С полминуты я вслушаюсь в тишину. Наконец раздается громкий женский голос: «Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети».

– Приехали.

В голосе Игоря я улавливаю нотки облегчения. Это заставляет меня думать быстрее, пока он совсем не отказался встречаться с шефом.

– А может, отправим ему сообщение «Вконтакте»?

Игорь отвечает мне взглядом ребенка, которому рассказали, что Деда Мороза не существует. Он нажимает на ссылку «Отправить Григорию сообщение» и отъезжает на кресле вбок.

– Пиши.

Думает, напугал. Писать – это единственное, что я умею делать лучше других. Итак, тема: «Здравствуйте, уважаемый Григорий Борисович». Нет, «уважаемый» не подойдет, лучше «дорогой». Отчество лишнее, хватит одного имени. Получается: «Здравствуйте, дорогой Григорий».

– Писала бы сразу «Гриша», – говорит Игорь, но когда я тянусь к мышке, хватает меня за руку. – Стой, я пошутил!

Так и быть. Переходим к сообщению. «Я собираюсь купить машину марки „мазда“. Нашел группу, посвященную автомобилям этой фирмы, и среди участников заметил земляка. Вы любезно предлагаете новичкам помощь. Я хотел бы встретиться и обсудить особенности автомобилей „Мазда 3“. Жду ответа. Игорь».

– Жду ответа, как соловей лета. Кто так пишет?

– Ага, – раздается голос у меня за спиной. – Неправильно написано.

Сзади уже собрался почти весь рабочий коллектив. Старшие не взяли с собой в разведку только Батона.

– Вот и я говорю, – кивает Игорь.

– Надо больше секса! – говорит коротышка.

Игорь закрывает лицо ладонью.

– Григория меняем на Гришу. Вместо «встретиться» надо «назначить свидание». Не забудь добавить «симпатичного» к слову «земляка». Подпись: «Ваш Игорь».

– Другое дело! – кивает мужик в шапочке.

– От таких предложений не отказываются, – еле сдерживает смех качок.

Игорь бьется лбом о стол. Пока он не задел клавиатуру, я жму кнопку отправить.

– Осталось только дождаться, когда ваш голубок зайдет на сайт.

– Я бы на твоем месте сменил аватарку, – говорит качок. – У тебя есть фотки на байке?

– Руки прочь от аватарки! – поднимает голову Игорь, стараясь спасти остатки достоинства.

– Вас по телеку показывают, – забегает в комнату Батон. – В местных новостях.

– Почему так мелко? – поднимает брови коротышка. – Неужели вы не заслужили криминальной хроники по федеральным каналам?

– Еще немного, и их в международный розыск объявят, как Бен Ладена.

– Петькин байк нашли в лесопосадке. А еще, говорят, задержали подозреваемого в укрывательстве особо опасной преступницы.

– Петька даже не заметит, говоришь? – спрашивает коротышка у Игоря и толкает меня в бок. – Исправь подпись на «С любовью, Игорек» и отправь заново.

– Чем быстрее мы выведем Шавлюка на чистую воду, тем раньше отпустят вашего Петю.

– А можно как-нибудь вернуть письмо? – говорит Батон, отступая на шаг назад. – Я не хочу, чтобы его выпускали…

– Проверь входящие, – тычет пальцем в монитор мужчина в шапочке. – Петька нам каждую минуту в изоляторе припомнит.

– Пойду узнаю, может, за него залог внести надо, – разворачивается коротышка.

– Не торопись, – кладет руку ему на плечо качок. – Менты сами придут и все тебе расскажут.

– Вашу мать! – подскакивает Игорь. – Батон, садись на мое место! Обновляй страницу. Как придет ответ, крикни, – поворачивается к остальным. – Айда выбирать байк!

От мысли, что с минуты на минуту в мотосервис могут нагрянуть полицейские, меня охватывает озноб. Я поднимаюсь с нагретого места – надо проконтролировать, чтобы на этот раз Игорь выбрал обычный мотоцикл.

– Может, вот это? – приподнимает чехол коротышка.

– Это?! – округляет глаза Игорь. – Откуда у нас такой металлолом?

– Ты сам говорил не выбрасывать, – пожимает плечами мужик в шапке.

– Я ж не говорил, что на этом можно ездить.

– Тогда возьми тот, что не забрали в прошлом месяце.

– У нас есть нормальный байк на ходу?

– Тебе еще и на ходу подавай?! Ты к ним когда в последний раз притрагивался? Помнишь вообще, как их ремонтировать? Или только взрывать и бросать можешь?

– Игорюха, – говорит мужик в шапочке, – может, тебе с мотоциклами пора завязывать?

– Родька, а ты прав! Дай мне свою машину на пару дней.

– Издеваешься?!

– Будь другом! Я верну.

– А я сяду вместо Петьки?

– Не сядешь, я аккуратно. На мотоцикле Дину после новостей каждый узнает, а в машине…

Игорь не успевает договорить, его перебивает истошный крик Батона.

– Сюда!

Игорь хватает меня под руки и, оглядевшись по сторонам, заталкивает в шкаф. Сквозь стеклянные дверцы я наблюдаю, как вся толпа бежит на крик Батона.

– Письмо пришло! – доносится до меня его голос.

Никто не догадывается освободить меня, поэтому приходится самой выбираться из шкафа.

– Рад знакомству, Игорь, – читает Батон. – С удовольствием с тобой встречусь. Как насчет «Замка снежной королевы»? Сегодня в девять, пойдет?

– Он не изменяет привычкам, – Игоря передергивает.

– Вам пора рвать когти, – говорит коротышка.

– Осталось только решить, на чем.

Взгляды всех присутствующих сходятся на мужчине в шапочке. Он оглядывается, как будто ищет путь к отступлению, но в конце концов сдается и протягивает Игорю ключи.

– Но если за мной придут…

– Придут, Родик, – похлопывает его по спине качок, – за всеми нами вот-вот придут.

– Мужики, вы знаете, что делать, – машет на прощание Игорь и, схватив меня за руку, тащит к выходу. – Быстрее, пока Родька не передумал.

Мы садимся в машину. Игорь заводит двигатель и резко трогается с места, чтобы Родик, бегущий с воплями за машиной, не успел ухватиться за бампер. В машине Игорь смотрится гораздо лучше, чем в автобусе, но все равно не так гармонично, как на мотоцикле. Он прирожденный байкер, любящий свободу и свежий воздух. Надеюсь, мне удастся доказать вину Шавлюка, иначе Игорь может надолго лишиться этих благ. Насколько я помню прочтенный когда-то уголовный кодекс, его могут обвинить даже в соучастии в преступлении, если объявят, что он заранее обещал мне убежище. Хватит! Ничего они не докажут, потому что никакого преступления я не совершала, а Игорь не укрывает преступника.

Машина подъезжает к дому. Игорь заранее замедляет ход.

– Смотри-ка, там кто-то есть.

– Не вижу, – наклоняюсь к лобовому стеклу.

– Только что прыгнул за гараж.

– Ты уверен?

– Сейчас проверим.

– Давай развернемся и уедем отсюда, – на всякий случай вжимаюсь в кресло.

– Не пойдет, – качает он головой. – Это мой дом. Только здесь мы в безопасности.

– Можно остановиться в гостинице.

– Проще сразу зарезервировать нары.

– А если это полицейский? У нас хотя бы будет шанс уехать из города.

– Дина, у тебя здесь нет ни дома, ни семьи, но ты все равно осталась, чтобы бороться за свою жизнь. Я тоже убегать не собираюсь. Я здесь родился, провел лучшие и худшие дни. Мой дом – это и есть моя жизнь. Отказываться от нее из-за какой-то тени за гаражом глупо.

Игорь распахивает дверь и выходит из машины. Мне ничего не остается, кроме как последовать за ним. Подойдя ближе, я замечаю странное ответвление от тени гаража. С каждым шагом оно все больше напоминает человеческую фигуру. Так и есть, за гаражом кто-то прячется. Если это полицейский – все пропало. А вдруг там Олег? Сердце колотится так быстро, что становится трудно дышать. Кто бы это ни был, вряд ли он пришел с добрыми намерениями. Кажется, Игорь об этом не думает. Он широким, уверенным шагом идет прямо к гаражу. Я семеню сзади. В голову лезут мысли о том, кто поможет, если нас обоих арестуют. Надо было оставаться в машине. Нет, лучше бежать – как можно дальше от этой улицы.

Игорь разбегается, запрыгивает за угол гаража. Оттуда доносятся шорохи и женский крик. Голос кажется не просто знакомым, а родным.

– Ира! – бегу на помощь подруге. – Игорь, отпусти ее!

Широко распахнутые глаза Иры остекленели от навернувшихся слез. Прижатая к стене, она громко выдыхает и садится на землю. Игорь замирает в позе ястреба, подлетающего к жертве. Я осторожно кладу руку ему на плечо. После двух лет жизни с мужем, готовым за любое неверное движение дать наотмашь, я побаиваюсь подходить близко к разъяренному мужчине. От моего прикосновения Игорь опускает руки, но все его тело по-прежнему остается напряженным.

– Это моя лучшая подруга, Ира. Я тебе о ней рассказывала, помнишь?

– Как же, – он разворачивается и идет в дом. – Чего застыли? Проходите. Лучше времени не нашла…

Я помогаю Ире встать и, обняв ее, веду в дом.

– Не бойся, он хороший. Просто перенервничал.

– Динка, нам бы поговорить с глазу на глаз. Может, здесь останемся?

– Здесь нас могут заметить, а меня ищут, ты знаешь. Давай лучше пойдем в дом, там много комнат, есть, где уединиться.

– А вдруг он услышит?

– Если так боишься, закроемся в ванной и включим воду. Пошли!

– Динка, – упирается Ира, – я тебе такое расскажу, сама из этого дома пулей вылетишь!

– Расскажи и посмотрим, а пока пошли в дом, а то соседи в полицию позвонят.

Ира неохотно переступает порог, с опаской озираясь по сторонам. Игорь, заметив из кухни ее испуганный взгляд, машет зажатым в руке ножом. Я подталкиваю подругу к двери ванной.

– У нас женский разговор, – улыбаюсь Игорю и закрываю дверь. – Есть новости? Нашли убийцу?

– Включи воду!

Я поднимаю ручку и поворачиваю кран, чтобы брызги летели в другую сторону.

– Да. Нет, – отвечает на вопросы по порядку Ира. – Я тут такое о твоем блондинчике услышала! Ты его хорошо знаешь?

– Достаточно, – оглядываюсь на дверь.

– Достаточно для чего?

Не знаю, как на это ответить.

– Понятно, – хмыкает Ира. – Так вот, оказывается, твой красавчик терся возле вашего с Олегом участка, когда убили Катьку.

В желудке начинает неприятно ныть, к горлу подступает тошнота. Я пытаюсь понять, как такое могло случиться, но в голову лезут только самые страшные догадки. Вместе с ними приходит единственно возможная спасительная мысль.

– Ну и что?

– Как что?! – громче, чем собиралась, говорит Ира и съеживается от звука собственного голоса.

– Он живет по соседству. Почему ты решила, что он ходил именно возле нашего участка? Может, он гулял вокруг своего дома.

– Наверное, я неправильно выразилась. Он ходил возле вашей калитки и, поговаривают, даже заходил внутрь.

– Поговаривают? Ира, ты пришла сюда, чтобы передать мне сплетни? Откуда у тебя вообще такая информация?

– Сегодня ко мне в ларек приходили два постоянных клиента. Твои соседи, кстати. Пока они выгребали из карманов мелочь на бутылку, обсуждали «ужасы нашего городка». Так вот, один рассказал, что видел, как блондинчик в этот день выходил из вашей калитки. Был он в доме или не был – я не знаю, но на твоем месте отсюда бы ушла.

– Не верю, – качаю головой я. – Почему тогда сосед не пошел в полицию?

– Вот я об этом и спросила. Оказывается, красавчик местным алкашам деньги на водку дает. Они загнутся, если его посадят.

Я вспоминаю пьяного соседа в сарае Игоря, лоб покрывается испариной, а боль в желудке сгибает меня пополам.

– Дин, что с тобой? – голос Иры смягчается. – Успокойся, может, он по-соседски за солью забегал. Но все равно, на всякий случай будь осторожна.

– За два года ни разу не забегал, а тут ему вдруг соль понадобилась, – меняемся мы с Ирой ролями. – Может, выйти и спросить, зачем он приходил?

– С ума сошла?! Вдруг это он Катьку завалил!

– Да не стал бы он. Знаешь, какой Игорь добрый…

– Помнится, ты то же самое и про Олега говорила.

– Помнится, это ты уламывала меня начать встречаться с Олегом, – говорю я и тут же осекаюсь.

Ира – самый родной мне человек. Если она пришла, то только с самыми лучшими намерениями, а я лезу к ней с дурацкими упреками. Но на кону мое будущее. Несмотря ни на что, я должна настоять на своем.

– Извини, но я не собираюсь никуда бежать. Мне нужно во всем разобраться, и Игорь готов пойти на многое, чтобы мне помочь, – говорю я и открываю нараспашку дверь.

Ира без слов разворачивается и выходит. Мне хочется окликнуть ее, попросить прощения, но вместо этого я только провожаю подругу взглядом и вздыхаю с облегчением, когда за ней захлопывается входная дверь. На этот раз Ира не права. Я смогу доказать свою невиновность, и Игорь мне в этом поможет.

– Вы закончили? – он заглядывает в ванную комнату. – Хочу принять душ.

Я киваю и иду на кухню. Беру один из приготовленных Игорем чизбургеров. Второй раз за день еда кажется безвкусной. На вокзале, чудом избежав смерти, я поклялась себе наслаждаться каждым мгновением жизни, радоваться любому ее проявлению. Я больше никому не позволю портить мне аппетит. Пусть люди говорят все, что им хочется. У меня есть собственная голова на плечах, а значит, я способна без чужой помощи разобраться, кто враг, а кто близкий мне человек.

Игорь выходит из ванной, а я прячусь за дверью, чтобы не видеть его обнаженный торс и обтянутые полотенцем бедра. От одной мысли об этом внизу живота теплеет. Если в таком виде он окажется рядом, в бар мы сегодня не попадем. В одном Ира права: нельзя идти на поводу у чувств. Сейчас надо думать о расследовании. Быстро принимаю душ. Разгоряченное тело отражается в зеркале. Невольно замираю, изучая его: небольшие, упругие, с торчащими розовыми сосками груди, плоский живот, длинные стройные ноги и аккуратный, покрытый светлым пушком треугольник между ними. Взгляд, мельком брошенный в чужое зеркало, дает возможность оценить себя со стороны. Тело в отражении выглядит до головокружения соблазнительным. Растрепанные влажные волосы спадают на лицо, придавая мне вид коварной соблазнительницы, но стоит притронуться к ним расческой, иллюзия сразу же исчезнет.

Челка – вот что мне нужно. Я всегда мечтала остричь свисающие вокруг лица пряди, но Ира говорила, что челка мне не пойдет. Сегодня наши взгляды разошлись. Я не совершу преступления, если проигнорирую еще и этот ее совет. Беру с полки ножницы и, не раздумывая, отрезаю лишнее. В руке остается шелковистая прядь. Я без сожаления высыпаю волосы в ведро. Взбиваю кончиками пальцев челку и, натянув платье, выхожу из ванной.

Игорь уже ждет в прихожей. Его взгляд загорается, он разводит руки, приглашая меня в объятия. Я не могу отказать себе в минуте самого большого наслаждения и прижимаюсь к его груди.

– Соломинка, ты красавица, – шепчет он и целует меня в губы.

Я зажмуриваюсь от удовольствия, но как только набираюсь сил, отстраняю Игоря, оглядывая с головы до ног.

– Ты тоже хорош, но такой наряд нам не подойдет.

– Почему не подойдет? Джинсы новые, второй раз надеваю, рубашка фирменная. Фейс-контроль точно пройду.

– Джинсы на тебе висят, а из-под рубашки не видно ни сантиметра кожи. Нам нужно что-то более… – пытаюсь подобрать подходящее слово, – сексуальное.

– Сексуальное?! – таращит на меня глаза Игорь. – Я что, по-твоему, должен совратить мужика?

– Я тебе покажу совратить! – в шутку грожу пальчиком. – Только привлечь внимание.

Тащу Игоря за рукав в спальню.

– Ты передумала? Мы остаемся?

– Раздевайся!

– Хочешь поиграть?

– Нет, собираюсь тебя переодеть.

– Что значит «нет»?! Не забывай, ты должна мне медсестричку!

Отыскиваю в шкафу самые узкие брюки и, пока Игорь их натягивает, достаю тонкую летнюю футболку.

– Я же в этом замерзну! – ноет он по пути в прихожую.

– Надень кожаную байкерскую куртку. Она выглядит очень соблазнительно.

– Ни за что! – надувает губы Игорь.

Я готовлюсь к скандалу, но он добавляет:

– Ты не умеешь себя контролировать. Вдруг я ее надену, а ты на меня накинешься и изнасилуешь?

– Обещаю, я буду сдерживаться изо всех сил.

Вкладываю куртку Игорю в руки и выталкиваю его за дверь. Он собирается снять машину с сигнализации, но я трогаю его за плечо. Мы замираем и прислушиваемся. Из-за забора доносится голос свекрови:

– Останься дома, у тебя был тяжелый день. Похоронить ребенка – не шутка.

– Если бы ты не отговорила меня разводиться, мне бы не пришлось ее…

– Тише! Зайди в дом.

Дверь захлопывается. Мы переглядываемся и садимся в машину. Игорь закидывает куртку на заднее сиденье и трогается с места. Не понимаю, почему свекровь упустила шанс от меня избавиться? В очередной раз побоялась скандала? Зачем тогда ходила к адвокату и оформляла заявление на развод, если все равно собиралась отговорить Олега со мной расставаться? Черт с ней, сейчас есть дела поважнее.