Глава 18. Метки и статусы

Зима близилась к середине. Обследование и лечение волчиц шло своим ходом – к концу. Вернее даже, обследовать я уже успела всех, сейчас оставалось только лечение.

Вообще, как оказалось, не понести во время течки – та еще задача. Организм большинства оборотниц в этот момент бросал на подготовку к будущей беременности все силы, и, если не предохраняться специальными зельями, через семь с половиной месяцев будет малыш (обычно мальчик, рождение девочки – редкое и радостное событие). Но, разумеется, были и исключения. Не так много, семь самок всего, однако и этого достаточно для беспокойства.

В прошлом у всех оказались либо тяжелые роды, либо какая-то плохо залеченная болезнь. Истинного бесплодия, слава Белой Госпоже, не было ни у кого, так что я работала с жизненными нитями, постепенно их выправляя. Правда, очень беспокоилась за Тарайю – после длительного отравления она даже с моей помощью восстанавливалась медленно и сложно, но что-то делать со способностью выносить ребенка можно будет позже, когда молодая волчица сама полностью выздоровеет. Харлит – коварная гадость.

– Ала, а расскажи мне про метки, пожалуйста?

Ну вот да, как-то до сих пор мы этого вопроса не касались. Я давно хотела узнать подробнее, но то одно, то другое… Забывала постоянно, в общем. Волчица подобралась и подалась ко мне ближе:

– Хочешь пометить своих? И правильно, детка. Ты не ошиблась, самцы тебе действительно достались хорошие, таких – глупо не привязать к себе всеми силами.

Я даже глаза округлила.

– Что, это привязывает сильнее, чем брак?

Вообще, в традициях оборотней мне помогали разбираться все: и сама Айлата, и ее сестра, и даже Кидо пару раз полезное говорил. Но вопрос меток пока не поднимался, только общие какие-то вещи. Ала хмыкнула и покачала головой.

– Лея, брак можно разорвать. Мужа выгнать, сделать старшего младшим, а вот помеченный самец останется с тобой навсегда. Без него просто будет плохо – тебе, а он без своей Старшей и вовсе может не выжить. Хотя может и выжить, конечно, но безрадостная это будет жизнь. Так что перед тем, как пометить самца, самка подумает гораздо серьезней, чем перед тем, как взять его в мужья. Чего я и тебе советую. Но в остальном… Метка делает секс более ярким, связывает на всех уровнях, ну и по статусу приравнивается к супружеству.

Сильно думать над этим я не собиралась – мои мальчики и так настолько уже пробрались в сердце, что казалось, наша связь просто не может быть еще теснее. Я бы, наверное, и в мужья взяла – не всех, Ло только, как самого сильного, – но Айлата насчет этого предупредила особо. Нельзя. След, запах рабского ритуала и предшествующего проклятья на моей троице остался навсегда, так что брать в мужья такого самца неполезно для статуса. Для будущего. Мне было бы наплевать на это, если бы не дорога к северным волкам и надежда отыскать там родичей.

А вот метку если поставить, это как раз скажет, насколько парни важны для меня. И полностью перечеркнет негативное прошлое. Еще и поэтому я хотела поставить метки – видела, как порой морщили носы и отводили взгляды другие самцы. И близко сойтись, сдружиться у троицы так ни с кем и не вышло. Для меня они ничем посторонним не пахли, но словам Айлаты я не имела причин не верить.

– Понятно. А насчет навсегда… Я не собираюсь от моих самцов отказываться, так что и сомнений нет. Раз уж мужем никого из них взять нельзя.

Сказала, и тут же прикусила язык: вопрос с сыном Главы в наших разговорах больше не поднимался, но я честно присматривалась к мужчине и пока так еще и не решила ничего. Брать мужа «просто потому что» не хотелось, а узнать его поближе все никак не получалось – днем время уходило на волчиц, вечера же я посвящала либо беседам с Алой и другими знакомыми самками, либо своим парням. И даже если где-то Кидо участвовал в разговорах, те были не о личном. Ну как в таких условиях решения принимать? И, словно оправдывая мои опасения, Ала нарочито равнодушно поинтересовалась:

– Их – нельзя. А насчет того, кого можно, так ничего не надумала?

Тяжкий вздох вырвался сам собой.

– Ала, ну не могу я ничего надумать, потому что у нас с ним даже пообщаться толком не получается, узнать друг друга. Я уж не говорю о сексе! Вдруг он мне не подойдет? У меня, знаешь ли, вкусы и потребности специфичные.

Айлата фыркнула:

– Это какие? Власть и боль? – Я невоспитанно открыла рот – ну потому что никак не ожидала! Оставалось лишь кивнуть. – Вот удивила, можно подумать. Да у каждой второй волчицы так! Другое дело, если переживаешь, понравится ли тебе с ним. Оправдает ли ожидания.

Какая-то беседа у нас получается… Смущающе откровенная. Не привыкла я на такие темы разговаривать, хотя заметила, что оборотницы вообще мало чего стесняются.

– Можно и так сказать.

– Так проверь, детка, нашла проблему.

Что? Кажется, сегодня вечер потрясений и откровений.

– В каком смысле?!

В ответ мне пожали плечами и хитро улыбнулись.

– В прямом. Оставайся ночевать у нас, а Кидо составит тебе компанию. Можете просто поговорить, если он все же тебя не заинтересует как любовник, а можешь и взять его в постель, развлечься. Заодно и поймешь, подходит ли.

Я открыла было рот… и закрыла. А что я теряю, в самом деле? Как иначе пойму, стоит ли вообще дальше думать в отношении самца как о будущем муже, или просто дожить до весны и уйти навстречу судьбе? Вдруг и в самом деле он меня не впечатлит? Ло сегодня на охоте, Аро и Оле можно предупредить, чтоб не ждали… Я наконец кивнула поглядывающей на меня с усмешкой волчице.

– Уговорила! Но пусть кто-нибудь сбегает до моих и предупредит, чтоб не волновались.

– Конечно, детка. Подожди немного, я распоряжусь.

Когда Ала вышла, я покачала головой. Она ж могла просто кого-нибудь позвать и озадачить поручением, но нет. Видимо, пошла сына наставлять. Да уж, секса с благословения матери любовника у меня еще не было. Но, думаю, все правильно: чем оттягивать и держать ее в неизвестности, лучше прояснить все (для себя, в первую очередь), раз выдалась возможность. Да и хорошие отношения с Главой стаи лучше не портить. И речь не о возможном отказе, а о состоянии неопределенности, которое точно мало кто любит.

Вернулась Айлата быстро, довольно улыбаясь, и мы неспешно продолжили обсуждать другие вопросы – у меня их всегда было много, и ответами со мной щедро делились. Оглянуться не успела, как прошел ужин и наступила ночь.

Попрощавшись с гостеприимной хозяйкой, отправилась в ту же комнату, в которой уже ночевала, и, закрыв за собой двери, замерла, рассматривая стоящего на коленях, обнаженного по пояс мужчину. Не скажу, что на вид он чем-то лучше или хуже моих мальчиков… Крупный, мощный, красивый. Послушный. Вот только пахнет от него страхом. Ну вот, а Ала говорила, что у каждой второй волчицы вкусы с моими схожи. Чего тогда Кидо боится? Или…

– Не нужно меня бояться, Кидо. Я не беру в постель насильно – слишком хорошо знаю, насколько приятно, если любовник сам хочет близости. Так что можешь идти – скажу твоей матери, что передумала.

Если Айлата пригрозила сыну, чтобы вел себя хорошо и ублажал меня – не надо такого. Не хочу. Однако, едва услышав мои слова, Кидо вскинул голову, позволив увидеть отчаяние на лице.

– Нет! Пожалуйста, госпожа… Я не вас боюсь, а как раз того, что не сумею понравиться. – Мужчина повесил голову. – Вы такая… Красивая, необычная, мягкая. Любой свободный самец будет рад вашему вниманию, а у меня только и достоинств, что мать – Глава стаи.

О, так у нас тут неуверенность? И слова-то какие подобрал. Я тихо рассмеялась и подошла ближе, захватывая пальцами подбородок мужчины и задирая ему голову.

– За комплименты спасибо, но вот насчет мягкости… Ты не совсем прав, Кидо. Айлата предложила мне тебя в мужья, знаешь? – Глаза волка расширились, он сглотнул и слегка дернул подбородком, чтоб не вырваться из хватки моих пальцев. Неплохо. – Что ж, убеди меня, что достоин внимания. Что сможешь удовлетворить как любовник. Для начала. А там посмотрим. Раздевайся.

Да, идея Айлаты не лишена смысла – сейчас, наедине, я рассматривала крепкое тело, лицо, видела восхищение в янтарных глазах и… пока мне все нравилось.

Глаза Кидо вспыхнули предвкушением, и мужчина потянулся к завязкам на штанах, быстро их распуская – словно боялся, что я передумаю. Да, наедине с собой, в мыслях, мне все еще сложно было называть оборотней самцами, так и не смогла привыкнуть. Думаю, чтобы делать это с легкостью, надо было родиться волчицей, а не как я…

Впрочем, кому какое дело? Да и не о том думаю, когда вот прямо сейчас в моем полном распоряжении такое шикарное тело. К своим мальчикам за эти месяцы я уже привыкла, а тут – что-то новое, пока непознанное, но очень притягательное уже на уровне ощущений.

Он реагировал немного иначе, чем моя троица: от парней я всегда чувствовала некоторую настороженность, напряженность, особенно когда не просто проявляла инициативу, а полностью перехватывала, связывала их или причиняла легкую боль.

Кидо же подчинялся с удовольствием. Приказала раздеться? Обнажившись, выпрямился, завел руки за спину – спокойно, без стеснения или тревоги. Толкнула его, обнаженного, на кровать? Безропотно раскинулся на спине, ни в малейшей степени не напрягаясь, наоборот – сам потянулся, выгнулся, закинул руки над головой, ноги слегка развел, показывая себя во всей красе. А показать было что! Красивое тело. И в полном моем распоряжении.

Устроилась меж разведенных бедер на коленях, все еще одетая (оказывается, это так интересно ощущается!), взглядом изучая мужчину. И он просто от одного этого взгляда задышал чаще. Такой чувствительный? Ну и это восхищение, по-прежнему светившееся в глазах, очень льстило, не скрою.

На пробу провела трансформированными ногтями по груди, едва не задев сосок, и вниз – любовник вздрогнул, шумно вздохнул и на выдохе глухо застонал. Но глухой стон быстро перешел в короткий вскрик, когда ногти второй руки (обычные, не измененные) проехались по напряженному члену – осторожно, но наверняка довольно чувствительно. Я внимательно следила в этот момент за лицом Кидо и видела, как он прикусил губы, сдерживая звуки. Но ни следа неприятия не заметила, как и привкус страха из запаха исчез совершенно, оставив лишь все нарастающее желание и удовольствие. Какой вкусный… Как мои мальчики, но чуть иначе.

Повторяюсь, да, но я честно не ожидала, что он окажется таким. И что мне понравится. Ведь, казалось бы, трех имеющихся любовников вполне достаточно, причем настолько, что пришлось устанавливать их очередность, но… В том и дело, что – но. Я перебралась выше, устраиваясь у Кидо на животе.

– Повернись вдоль кровати, по центру.

Он лишь на мгновение застыл, непонимающе моргнув, а потом выдохнул и напряг пресс, передвигая меня вместе с собой. Умница какой! Улыбнувшись, скользнула ладонями по бокам, ощущая приятную дрожь мышц под пальцами, перешла на руки, так и оставшиеся закинутыми над головой, дотянулась до запястий, нависая над облизнувшим губы волком, и… через пальцы пустила в чужое тело импульс, обездвиживший эти самые руки.

Глаза Кидо расширились, в них плеснуло паникой, но почти сразу – смирением. Своих мальчиков я обычно связывала. Не простой веревкой, а вываренной в укрепляющем зелье (так-то, что стоит здоровому оборотню разорвать обычную?). Увы, сегодня с собой у меня ничего подобного не было, зато соответствующее настроение – очень даже да.

Я оперлась рукой в кровать рядом с его головой, обвела указательным пальцем нос и губы…

– Не бойся, скоро все верну, но сейчас я хочу твоей беспомощности. Скажи, Кидо, что ты готов принять от меня?

Вопрос не праздный, и ответ очень важен для меня. Он снова облизал губы и выдохнул:

– Все, госпожа. Я приму все, что вы захотите…

– Ой ли, милый? Искушаешь… Я же проверю. Но мы ведь здесь для удовольствия, да? Так что давай договоримся так: если станет неприятно, не понравится, ты немедленно мне об этом скажешь, хорошо? Потому что, если почувствую это сама, а ты промолчишь… Поверь, я не оценю.

Кидо сглотнул, но в глазах, запахе – разрасталось еще большее восхищение. А это приятно, очень.

– Да, госпожа, я понял.

Я немного посомневалась, но… Да ну, к оркам!

– Здесь и сейчас зови меня по имени. Лея.

Ну в самом деле, бред же, «госпожакать» в постели.

– Леееяаа… – протянул любовник, на губах которого расползлась шалая улыбка.

Ну вот, другое дело! И я поцеловала эти улыбающиеся губы, дрогнувшие под моим прикосновением, но почти сразу с жадностью ответившие. И мне понравилась эта жажда.

Куснув за губу, продолжила дальше изучать подвластное мне тело. Обнаружила, что соски у Кидо очень чувствительные – гораздо чувствительнее, чем у моих мальчиков; что щекотки он не боится (в отличие от Оле и Аро); что от укусов в живот не поджимает его и не шипит, как Ло, а стонет – с явным удовольствием. Зато от прикосновений к яичкам и тем более за ними – аж замирает, потом с шумом и даже намеком на скулеж выдыхая. Интересная реакция… А почему бы и не попробовать?

Зная прошлое Ло и Оле, я не стремилась расширять наши постельные игры – и без того хватало разнообразия, но раньше, с Суратом, я иногда любила это развлечение. Стыдное, но очень острое по ощущениям для мужчины, и тешившее мою жажду обладать властью над сильным телом, держать буквально на кончиках пальцев его наслаждение. Благо все нужное с собой.

Но у Кидо таких травмирующих воспоминаний нет, так что мне очень захотелось попробовать. В конце концов, буду внимательно следить за его поведением и запахом и если что – прекращу.

Поднявшись с кровати, медленно разделась, наслаждаясь жадным взглядом, скользящим по моему телу, но взгляд этот быстро стал удивленным и немного настороженным, когда я отошла к креслу у стены, где оставила свою сумку. Да, здесь мы находились в безопасности, но в работе целителя возможны разные ситуации, так что к Зайре я всегда ходила с запасом всякого нужного. А в дом Главы мне было проще идти сразу от знахарки, чем делать крюк, сначала заходя к себе. Так, где там у меня?.. Порывшись в сумке, я извлекла на свет пузатую склянку – с маслом. Нужный компонент не столько зелий, сколько мазей и притираний, он и сейчас мне очень даже поможет.

Вернувшись к Кидо, не увидела в его глазах пока понимания, но это ненадолго, думаю. Снова устроилась меж разведенных бедер, шлепками заставив любовника раскинуть ноги еще шире, и… положила руку на лобок, пустив очищающую волну. Полезное умение, особенно когда обширное ранение живота грозит воспалением, но и тут пригодилось неплохо.

Вот теперь он понял. Напрягся, закусив губу, но опять-таки – ни возмущения, ни сопротивления я не почувствовала. Значит, подобные игры ему знакомы. Отлично.

Успокаивающе огладила дрогнувшие бедра, откупорила склянку, щедро смазывая пальцы, и нырнула ими меж ягодиц. Кидо, до сих пор напряженно за мной наблюдающий, с тихим коротким стоном откинулся на подушки и закрыл глаза, а я почувствовала, как расслабляются мышцы под пальцами. О дааа…

Мучила я любовника долго. Изводила, подводя к грани и не пуская сорваться за нее – пережимала член с мошонкой, чувствуя резкую пульсацию; одновременно дразнила влажную головку языком, а чувствительный комочек – пальцами, вырывая из горла оборотня хриплый умоляющий вой. И лишь когда поняла, что вдоволь натешилась и сама уже хочу кончить, позволила это сделать Кидо.

Оргазм захлестнул его мгновенно, стоило начать ритмично тереть пальцами узелок внутри любовника и одновременно двигать сжатые в кольцо пальцы на члене, а в момент непосредственно оргазма я еще и нежную кожицу мошонки слегка прикусила, отчего Кидо натурально перетряхнуло всем телом и он взвыл.

Красиво. Но я тоже хотела разрядки, так что быстро передвинулась вдоль подрагивающего тела вверх и прижалась изнывающим лоном к горячим губам. Ммм… язык оборотня оказался не менее умелым, чем у моих мальчиков. И до разрядки довел меня за считаные минуты.

Чуть позже, вытянувшись вдоль крепко обнимающего меня любовника, я думала, что вечер вполне удался, а эксперимент признан удачным – однозначно, кандидатуру сына Айлаты на роль мужа стоит рассмотреть. Но вот ночевать вместе пока рано. Я ж не просто так ограничилась ручной стимуляцией, не хочу пока носить на себе чужой запах. А вот дальше – посмотрим.

Отойдя от взрыва удовольствия, слегка отодвинулась от тут же разжавшего руки мужчины и слегка хлопнула его по груди.

– Что ж, признаю, как любовник ты очень даже хорош.

– И… я могу рассчитывать, что вы благосклонно настроены видеть меня и в качестве мужа, Лея?

Я хмыкнула и потянулась.

– Я подумаю, Кидо. А пока иди к себе.

Не хочу давать ему повод расслабиться и успокоиться, слишком рано. Ну вот так вот, да. Пусть и дальше покажет, что в нем есть привлекательного и полезного. Да и время на более тесное знакомство (разговоры, а не то, что вы могли подумать!) выделить все же нужно.

Но пока мне его кандидатура нравилась. Определенно.