Глава 1

— Мари, ты уверена, что тебе действительно нужна эта поездка на Палюс? — спросила императрица Алтея.

Она появилась в моих покоях как раз в разгар сборов, когда я стояла перед зеркалом и рассматривала свою новую фигуру, обтянутую дорожным кожаным костюмом. В голосе Теи пряталась хитринка, а я изо всех сил прятала свой восторг: отражение заставляло меня саму себе завидовать.

Костюм был из тех, что шьют для экспедиций: плотная кожа, высокие сапоги, скрытые карманы на бёдрах и под рёбрами. На мне прежней он бы висел мешком, а на этом теле сидел как влитой и подчёркивал все его достоинства. Я повернулась боком, потом другим, потом чуть прогнула спину — и поймала себя на том, что улыбаюсь отражению, как дурочка. Хорошо, что Тея застала меня именно сейчас, а не пятью минутами раньше, когда я строила зеркалу глазки.

— Ты же знаешь, мне надо разобраться в своих чувствах, — проворчала я, поворачиваясь к своей самой близкой подруге, хозяйке и практически родной душе.

Мы с Теей пережили столько всего, что стали друг другу ближе любых сестёр. Перенос из будущего, академия, заговоры, война с Паучихой — и это только краткий список. Потому нет ничего удивительного в том, что императрица запросто заходит ко мне поболтать, а не вызывает на аудиенцию. И я за закрытыми дверями зову её просто по имени.

Хотя Тея в последние недели изменилась — держалась прямее, говорила весомее и даже в домашнем платье выглядела так, словно за её спиной незримо стоял весь двор. Корона ей шла. Впрочем, ехидство тоже.

— Месяц прошёл, а ты всё не разобралась? — Тея изящно изогнула бровь.

На самом деле после обмена телами прошел не месяц, а двадцать пять дней. И если я своим новым телом была довольна безмерно, то с Великим герцогом Тристаном Вольным и его новым обличием всё обстояло не так просто.

В язвительного красавца герцога я влюбилась с первого взгляда и страдала от невозможности быть с ним. После возвращения из будущего мы с Теей оказались на пять лет раньше… Для неё это было её же девятнадцатилетнее тело. А вот мне не повезло. Я оказалась тринадцатилетней. Это был сущий ужас! Ведь и взрослой собой я была откровенно недовольна — плоская, блеклая, волосы совершенно прямые… А у подростка кожа далека от идеала, нос кажется слишком длинным, ноги кривые и чрезмерно худые. В общем, сплошное страдание!

К счастью, случай и одна из Последних надежд подарили мне тело юной красавицы подходящего возраста! Золотистая кожа, густые рыжеватые волосы с мягкой волной, фигура, от которой я сама теряла дар речи. Впервые в жизни мне не хотелось отводить глаза от зеркала — наоборот, приходилось себя от него оттаскивать.

Я была бы готова вступить в бой за Тристана с его бесчисленными поклонницами… если бы его не перекинуло в тело нашего друга Леона — умного, надёжного, но совсем не Великого Герцога с заглавных букв. Леон из тех парней, мимо которых проходишь, не задерживая взгляда. Невысокий, худощавый, с вечно серьёзным лицом и привычкой щуриться при взгляде на собеседника, будто решал в уме сложное уравнение. Прекрасный человек. Но когда я смотрела на него и пыталась увидеть Тристана, всё путалось.

— Я не знаю, Тея, честно! — воскликнула я, всплеснув руками и складывая брови домиком. — Меня всё ещё разрывает между его телом и личностью. Времени было катастрофически мало: то подготовка к свадьбе, то они оба ушли с головой в расшифровку записей из ларца, то собирали артефакт связи… Вот я и решила: поеду с Леоном и Тристаном. Может, на корабле, когда мы останемся в замкнутом пространстве, я наконец определюсь.

По недавно приобретённой привычке я прикусила пухлую нижнюю губу — теперь мне это нравилось. Как и многое в этом теле: длинные пальцы, мягкие мочки ушей, ямочки на щеках при улыбке. Мелочи, от которых бывшая тринадцатилетняя дурнушка внутри меня тихонько повизгивала от счастья.

— А если это просто не твой мужчина? — невинно спросила Алтея.

Я на неё подозрительно сощурилась.

— Насколько я помню, ты своего первого мужа возненавидела уже после свадьбы? Я ничего не путаю?

Императрица только рассмеялась. Не церемонно, не сдержанно — а по-настоящему, запрокинув голову. На мгновение она снова стала той самой Теей, с которой мы шёпотом строили планы спасения мира в апартаментах академического общежития.

— Ладно, ладно! Ты права. Иногда судьбу надо разглядеть поближе. Просто мне тебя будет не хватать, — сказала она с такой теплотой, что у меня сердце сжалось.

Я отвела взгляд, чтобы не раскиснуть. За окном дворцовые садовники подрезали кусты, и мерное щёлканье их ножниц звучало умиротворяюще, словно никакого Палюса с его вечными сумерками и древними тайнами не существовало.

— Мы быстро! До Палюса и обратно! Всего-то дел: добраться до реактора, связаться с небесными кузнецами, открыть для них портал… Дождёмся новую Последнюю надежду, поменяем Леона и Тристана местами и сразу домой, — горячо заверила я Алтею.

Сказала — и сама поверила. Три задачи, один маршрут, знакомая команда. Что могло пойти не так?

Даже подумать в тот момент не могла, что не так пойдёт примерно всё.

— Очень на это надеюсь, — вздохнула Тея. Она подошла ко мне, взяла за руки и, заглянув в глаза, добавила тихо: — Что-то меня настораживает.

— Записка с координатами портала? — мгновенно догадалась я.

Тея кивнула. Дело в том, что странная записка появилась среди бумаг совершенно неожиданно. Мы разбирали эти документы десятки раз — каждый свиток, каждый клочок, каждую помятую страницу. Леон и Апрель сортировали их по датам, Тристан — по содержанию, я — по степени сохранности. И никакой записки не было. А потом она вдруг взяла и нашлась. Запись на ней артефакт-переводчик Апреля — ещё одного нашего друга, тихого гения с золотыми руками — определил как координаты портала и подробную инструкцию, каким образом его открыть. Слишком удачно. Слишком вовремя.

— Не было там этой записки! Её подкинул кто-то. Я уверена! — Тея сжала мои пальцы чуть крепче.

— Да это всем ясно, — я мягко высвободила руки и накрыла её ладони своими, — но проверить нужно. Не волнуйся, Тея. Мы будем осторожными. Для начала свяжемся с небесными кузнецами через артефакт и только потом станем открывать портал. Никаких авантюр вслепую.

Я произнесла это уверенно, хотя внутри шевельнулся знакомый холодок предчувствия. От записки веяло опасностью, ловушкой, но других зацепок у нас не было, а Леон и Тристан застряли в чужих телах — и с каждым днём это давило всё сильнее. Не только на них. На меня тоже. И вообще…

— Прости, — Тея отвела взгляд к окну. — Не знаю, что за настроение на меня накатило. Привыкла, что ты всегда рядом.

— Тея, теперь рядом с тобой Карсиан, — с улыбкой напомнила я. — Я тебе и без надобности.

Моей дорогой подруге на этот раз с мужем очень повезло. Карсиан оказался именно таким, каким и должен быть мужчина: надёжным, сильным, преданным и при этом способным рассмешить Тею в самый неподходящий момент. Не то что в том будущем, из которого нам удалось сбежать. Там от её брака остались только шрамы на душе и брачная печать, которую пришлось снимать чуть ли не с боем.

— Это да, — согласилась Тея, но тут же добавила: — Однако иногда всё равно хочется поболтать о своём, о женском. И в академии мне будет без тебя сложнее.

Я невольно опустила глаза. Академия. Тея продолжала посещать занятия, несмотря на новый статус. Разумеется, не все лекции — в основном она занималась во дворце, — но следить за настроениями студентов, держать руку на пульсе и направлять их мысли в правильную сторону императрица считала своим долгом. А я пусть и ненадолго, но бросала её одну разбираться со студентами, интригами и сложными реформами.

— Ой, прости, я опять! Больше не буду! — поспешила сдать назад императрица, заметив мой виноватый взгляд. Она тряхнула головой, и голос зазвенел совсем другим тоном: — Я вообще пришла не за тем, чтобы на жизнь жаловаться! Муж отправил меня за тобой. Хочет тебе кое-что показать.

Я состроила удивлённое лицо и невольно покосилась на отражение в зеркале. Новая мимика всё ещё меня завораживала: брови приподнялись ровно так, чтобы не сильно морщился лоб, а глаза расширились до идеального размера, а не выкатились из орбит. В прежнем теле моё удивлённое лицо больше напоминало выражение обалдевшей лягушки.

— Я быстро переоденусь и буду готова, — пообещала я и устремилась в гардеробную.

Император Карсиан считал, что я его единокровная сестра по матери. Никаких прямых доказательств у него не было — императрица-мать погибла раньше, чем мы успели провести полный анализ крови. Но, если честно, я была склонна с ним согласиться: с его величеством я испытывала необъяснимое единение и связь, словно между нами натянута невидимая нить, которая иногда звенела в самые неожиданные моменты. Однако я понятия не имела, что именно он собирался мне показать.

В гардеробной быстро скинула новенький красивый костюм, надела зелёное бархатное платье с золотистым шитьём, аккуратные туфельки и пригладила волосы. Зеркало одобрительно подмигнуло.

А если бы я знала, кто ещё меня ждёт, — осталась бы в коже!

Алтея привела меня в белую гостиную — уютную и небольшую, одну из множества дворцовых гостиных разных цветов.

На диване перед чередой установленных на подставки портретов уже сидели Карсиан и Тристан. Последний — в теле худощавого юнца с немного великоватым для этого лица носом и слишком острыми скулами, но с типичным для Великого герцога Вольного ехидным выражением лица. Тристан умудрялся выглядеть надменно в любой оболочке. Талант, не иначе.

— Ну наконец-то! — обрадовался он, взглянув на меня насмешливо. — Иди, выбирай себе жениха, Мариэлла… Княжна Марина… Мари, в общем. Надеюсь, тебе кто-то из них приглянется, и ты наконец займёшься тем, чем и положено заниматься хорошеньким девушкам.

Я вспыхнула. Тристан имел в виду, что мне не хватает женственности. Его намёки на то, что я размахиваю кинжалом лучше, чем танцую, изрядно меня злили. Особенно потому, что он прав. Но сейчас к привычной злости добавилось недоумение.

Какие ещё женихи?

Подошла к портретам поближе.

От разнообразия мужских незнакомых лиц разного возраста и масти я растерялась ещё больше. Кандидатов было не меньше двадцати — молодые, зрелые, суровые, добродушные, в мундирах и без. Раскрыла рот, подбирая слова возмущения, но тут Карсиан рассмеялся:

— Тристан шутит, Мари. Просто Алтея как-то рассказывала, что в будущем ты знала всех выдающихся повстанцев в лицо. Я собрал изображения тех, кто не любит техномагов и мог оказаться среди моих соратников. Посмотри, пожалуйста, может, кого-то узнаешь. Это очень упростит мне задачу с новыми назначениями.

Я тихонько выдохнула. И как только могла поверить в то, что Карсиан решил выдать меня замуж? А главное — что Алтея это допустит? Вечно становлюсь какой-то безмозглой дурочкой, когда Тристан надо мной подтрунивает. А делает он это постоянно.

Я повернула голову к Великому герцогу и растянула губы в милой улыбке. Самой сладкой, на какую было способно моё новое лицо.

— Никакой жених не заставит меня отказаться от путешествия на Палюс. Я просто обязана лично проследить за тем, чтобы Леон вернул себе свою изумительную внешность. Боюсь, что твои огромные габариты будут отвлекать его от науки, и империя не досчитается множества изобретений, — протянула я ехидно.

Алтея хихикнула и посмотрела на меня, как матушка смотрит на умильного карапуза — с нежностью и лёгким сочувствием одновременно. Я тут же пожалела, что не промолчала! Зачем я про Леона ляпнула? Он прекрасно занимается своей наукой, и ему плевать, что теперь по нему вздыхает половина академии — девицы, которые раньше не замечали тихого изобретателя, внезапно обнаружили, что в теле Великого герцога он смотрится куда интереснее. Леон от этого внимания только щурился и краснел. А я сама себя выдаю!

Резко повернулась к портретам и принялась их демонстративно внимательно рассматривать. Лучший способ скрыть смущение — изобразить деловитость.

Долго вглядывалась в лица и прохаживалась туда-сюда. Проблема в том, что многие бойцы армии сопротивления Карсиана из будущего сильно изменились. Заполучили шрамы, заматерели, поседели из-за магического истощения и элементарно постарели. Такими — измождёнными и яростными — я видела героев на плакатах «Их разыскивают», которые технари развешивали по всей столице. А здесь на меня смотрели благополучные, сытые, ещё не тронутые войной мужчины. Словно другие люди.

— Может, назвать тебе их имена? — спросил Карсиан.

Я мотнула головой.

— Нет, никто в твоей армии настоящими именами не пользовался. Они мне ничего не скажут, — ответила я, остановившись у одного из портретов.

Молодой светловолосый мужчина лет тридцати пяти стоял, гордо выпятив грудь и едва заметно улыбаясь. На одной из пухлых румяных щёк красовалась ямочка — она-то меня и привлекла. Я чуть склонила голову, прищурилась. Если представить этого мужчину лысым, без улыбки и без щёк — с осунувшимся лицом и загорелой кожей…

— Он случайно не водник? — повернувшись, спросила у Карсиана.

— Маркиз Виктор Капелин, маг воды с приличным уровнем резерва, закончил столичную академию лучшим на курсе, сейчас занимается в Северно-сиятельном округе строительством мощного водного артефакта, способного производить энергию. Знаком?

Я неуверенно кивнула.

— Кажется, это майор Айсберг. Он прославился тем, что потопил стейтонскую армаду, которая шла к нашим берегам на помощь терпящим поражение за поражением технарям. В будущем его портрет висел на каждом втором столбе — технари за его голову назначили награду, равную годовому бюджету провинции.

Карсиан переглянулся с Тристаном. Тот еле заметно кивнул — оценил.

— Спасибо, Мари. Больше никого не узнаёшь?

Я развела руками. С удовольствием бы помогла, но нет. Остальные лица мне знакомы не были.

— Прости.

— Ты и так очень помогаешь. И вообще… — Карсиан помедлил, и я заранее напряглась, потому что узнала эту его интонацию. — Может, останешься? И на Палюс не поплывёшь?

Я мысленно взвыла. Сговорились⁈

Но неожиданно на помощь пришла Алтея:

— Карс, пусть Мари делает то, что считает нужным. Нам ли с тобой не знать, что её ведёт сама судьба?

— Да, ты права, Тея, — тут же согласился с женой Карсиан и посмотрел на неё полными обожания глазами.

Вот так. Мгновенно. Только что был весь такой деловой император и заботливый старший брат — а тут вдруг растаял, стоило жене сказать пару слов. И как после того, как побудешь рядом с этой парочкой, не пожелать себе такой же любви?

— Если вы не против, я пойду к себе. Хочу лечь пораньше, а то нам завтра рано в порт выезжать, — сказала я, глядя исключительно на императора и императрицу. На Тристана смотреть не хотелось — он наверняка ухмылялся.

Они не стали меня задерживать, и я ушла. Но едва сделала пару шагов по коридору в сторону своих комнат, Тристан догнал меня.