Двадцать восьмая глава

*Оля*

Это было одно из самых моих отвратительных пробуждений в жизни. Голова болела, в горле пересохло, а по телу бегали противные мурашки онемения. Издав хриплый страдальческий стон, я попыталась перевернуться на бок, но не смогла этого сделать. Открыть глаза с первого раза тоже не получалось. Паника подкатила к горлу противным комком, лишая меня возможности дышать.

«Спокойно, Оля! Нужно делать одно действие за раз!», – мысленно велела я себе.

Сделав глубокий судорожный вдох, я про себя посчитала до трех и выдохнула. Снова вдох… и выдох. Бьющееся в приступе паники сердце, начало замедляться. Дышать становилось легче. Вторым пунктом в моем мысленном списке было проверить подвижность конечностей. Я пошевелила пальцами рук, заведенных за голову, а потом попробовала повращать кистями. Вот тут то и было обнаружено первое препятствие в виде металлических оков. Кожу неприятно саднило в тех местах, где железо уже успело оставить свои отметины.

Та же проблема была и с ногами. Мои ступни плотно обхватывали тяжелые кандалы, или что-то очень на них похожее. Приложив неимоверные усилия и разлепив веки, я с огромным трудом приподняла голову, разглядывая средневековый аналог наручников. Да… ситуация складывалась совсем не радостная. Особенно тревожило отсутствие одежды. Я лежала на каком-то огромном каменном столе в одном нижнем белье.

Сотни свечей освещали куполообразную пещеру, стены которой были испещрены какими-то замысловатыми символами и иероглифами. Даже не той поверхности, где лежала я, было что-то изображено. Я чувствовала кожей неровные борозды рисунка, сделанного неизвестной рукой. Все это напоминало о парах по ритуальной некромантии. Ох, мамочки…

Борясь с подступающей головной болью, я попыталась восстановить последние воспоминания… Я точно помню, что был последний учебный день. Я как всегда последней закончила пробежку. Дальше тоже все было по расписанию: пары, отработка в столовой и снова пары. Спор с гномом Гроном по поводу бального платья и… занятия с Энмором, на которых разразился скандал. Я ушла… пошла к себе в комнату… но не дошла. Почему? Я точно помню коридор общежития и дверь моей комнаты. Кажется, кто-то подошел со спины… И все, на этом воспоминания заканчиваются.

Я содрогнулась. Кому, а главное, зачем нужно было меня похищать? Неужели, это декан решил меня так проучить? Хотя он побрезговал бы оставлять меня в таком виде. В конце концов, мне далеко было до форм лиры Янгрит, да и та эльфийка на острове, скорее всего, выглядела, как топ модель. Я поморщилась. О чем я только думаю!

Выкинув из головы посторонние мысли, я попыталась освободиться, но все мои попытки закончились неудачей. Я даже пыталась призвать свою темную магию, но она так и продолжила спать, бессовестная. Страх медленно возвращался, а вместе с ним появилось и желание плакать…

Когда по моим щекам уже заструились слезы, я расслышала эхо чужих шагов, громким шелестом разлетавшихся по пещере. Не знаю, кем они были: эльфами, драконами, оборотнями… Их лица прятались за плотными масками, а головы были покрыты капюшонами плащей. На указательном пальце правой руки каждый из них носил кольцо с изображение звезды, в центре которой сиял черный камень. Они были последователями какой-то собственной веры, или культа. Во всяком случае, со стороны это выглядело именно так.

– Что происходит? – мой голос дрожал от страха. – Кто вы такие?

Я не верила в то, что смогу уговорить их отпустить меня, но и не попытаться я тоже не могла. Поняв, что мои вопросы так и останутся без ответов, я заговорила снова.

– Вы меня с кем-то перепутали, – я жалостливо всхлипнула. – Вам даже не у кого просить за меня выкуп.

– Не волнуйся, дитя, – мужской голос, приглушенный маской, звучал властно. – Нам не нужны ни камни, ни сокровища.

– Тогда зачем все это? – я одновременно и боялась и хотела услышать ответ.

– Ради великой цели, конечно же, – усмехнулся все тот же мужчина. – Благодаря тебе, мы восстановим справедливость.

– Что? – выдохнула, чуть слышно. – О какой справедливости вы говорите? Причем здесь я?

Больше мужчина ничего мне не ответил. Повинуясь взмаху его руки, ко мне шагнули пятеро других последователей, держа в руках тонкие кисти и какие-то баночки. Я вздрогнула, когда каждый их них принялся выводить на моем теле замысловатый орнамент, образующий один общий рисунок.

– Пожалуйста… – мольба в голосе была противной и жалкой, но я ничего не могла с собой поделать. – Пожалуйста, отпустите… – слезы снова заструились по щекам.

– Не плачь, милая, – тон мужчины был теплым и ласковым. – Ждать осталось совсем недолго, – он ласково погладил меня по голове. – Скоро все закончится.

Рисовавшие на моем теле служители расступились в разные стороны. Отложив кисти и краски, они взяли в руки свечи, и принялась ходить по кругу, разбавляя тишину монотонным пением. Их голоса слились в единый звук, заставляющий эхо вибрировать под сводчатым потомком. От страха я зажмурилась, не в силах выносить неизвестности.

Голоса стихли. Я все ждала и ждала… но ничего не происходило. Осторожно приоткрыв веки, я поняла, что в пещере стало больше народа. Все последователи стояли вокруг каменной плиты, на которой я лежала, и молча взирали на того, кто вынимал из ножен богато украшенный кинжал. Тяжело дыша, я смотрела, как блики от свечей играют на драгоценных камнях, инкрустированный в золотую рукоять.

– Вот и настал тот час! – торжественно возвестил голос за маской. – Сильное темное сердце вернет нашего хозяина к жизни и возблагодарит он детей своих за веру и преданность.

Пещера снова наполнилась монотонным гудением голосов. Острое лезвие кинжала блеснуло надо мной, грозя в любую минуту рухнуть вниз, чтобы отнять мою жизнь.

Удивительно, но в этот момент в голове не было ни единой мысли. Я лишь отстраненно отметила про себя, что к хоровому пению добавились какие-то посторонние крики. Кинжал ринулся вниз, и я широко распахнула глаза… а потом волна боли полностью поглотила меня, заставляя выгнуться дугой. Не в силах выносить ее, я закричала, срывая голос и давясь слезами.

В одно мгновение мне казалось, что я горю в огне, а в другое, что огонь находится внутри меня и больше не осталось ничего, кроме невыносимой иссушающей боли.

– Тише… – слабый отголосок отдаленно знакомого голоса пытался пробиться ко мне. – Потерпи немного, скоро все пройдет… – шептал кто-то. – Я помогу…

Я задыхалась, цепляясь за чьи-то плечи, когда мое собственное тело подводило меня. Мир полностью поблек, превратившись в одно сплошное черное марево. Новая волна боли была слабее предыдущей, но и ее выносить было до невозможного трудно. И только крепкие руки, прижимавшие меня к широкой груди, помогли мне остаться в сознании. Я судорожно вдохнула, чувствуя аромат кедра и свежести.

– Лир… иан… – хриплый всхлип вырвался их пересохших губ, а пальцу еще крепче сжали ткань рубашки.

– Я здесь… – раздалось у самого моего уха.

– Только не уходи…

– Не уйду!

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я снова начала различать цвета и звуки. Боль резко отступила, и если бы некромант не держал меня так крепко, я бы рухнула, не в силах выносить земное притяжение. На меня разом навалились страх и отчаяние, до этого заглушаемые болью, и я расплакалась. Громко и навзрыд, вздрагивая всем телом.

Лириан Энмор по-прежнему держал меня в своих объятиях. Его рука осторожно гладила меня по спине до тех пор, пока рыдания не начали стихать. Еще какое-то время я продолжала сидеть, уткнувшись лицом в мужскую шею. Его рубашка под моей щекой была мокрой от слез, но некромант стоически переносил и это, позволяя мне справиться с тяжестью реальности.

– Оля! – визгливое карканье Ренара разбило тишину. – Оля, ты где!

Ворон влетел в пещеру размытым пятном. Его перья топорщились в разные стороны, а на клюве поблескивало кровавое пятно. Увидев меня, он резко спикировал вниз, встревоженно блестя глазами.

– Где болит? – прокаркал он.

– Ренар! – тон некроманта был непререкаем. – Дай ей сначала прийти в себя.

– Дак она ж вррроде в себе, – ворон склонил голову на бок и снова посмотрел на меня. – Оля, ты в себе?

Я заторможено кивнула, а потом медленно подняла взгляд вверх, встречаясь глазами с Энмором. До моего утомленного болью и страхом сознания начало постепенно доходить… Я едва не умерла от руки какого-то помешенного маньяка, но Лириан меня спас. Непонятно как, но спас… А теперь я сидела на его коленях в одном нижнем белье… Я перевела взгляд вниз. Мне на плечи был накинул черный мужской пиджак. Поправочка… я сидела на коленях некроманта почти в одном нижнем белье, все еще крепко вцепившись в его рубашку.

Снова встретившись глазами с Энмором, я медленно разжала пальцы и запахнула полы пиджака, стараясь прикрыть как можно больше оголенных участков тела. Некромант моментально уловил смену в моем настроении и осторожно ссадил меня с кален на каменную поверхность.

– Ренар, – он посмотрел на ворона, – Скажи остальным, что можно зайти, но не забудь предупредить их о ловушках, я не все успел деактивировать.

– Хоррошо, – фамильяр взмахнул крыльями, собираясь взлетать. – И Оля, я ррад, что с тобой все хорррошо!

Он стремительно поднялся в воздух и тут же скрылся в темном коридоре, а я с опаской огляделась по сторонам. Все свечи были потушены, а свет теперь исходил от нескольких пульсаров, зависших под потолком. На них я и предпочла сосредоточить свое внимание, боясь встречаться взглядом с некромантом.

– Это разработка факультета артефакторики, – сказал он, как будто прочитав мои мысли.

Я дерганно улыбнулась, чувствуя острую потребность съязвить или пошутить. Именно так мой мозг пытался справиться со стрессом. Я попыталась сдержаться, но сама не поняла, как сказала:

– Теперь, после того, как вы увидели меня в таком виде, вам, как честному мужчине, придется на мне жениться, – нервно хохотнула, пытаясь натянуть пиджак на колени. – Надеюсь, вас не связывают никакие обязательства, а то неудобно получится.

Склонившийся над одним из тел декан резко выпрямился, услышав мое заявление. Он бросил на меня затравленный взгляд и нервно качнул головой, делая шаг назад. Я громко засмеялась, заметив, как у него дернулся глаз.

– Простите, – я не могла перестать смеяться. – Это была шутка! Не бойтесь, я не собираюсь за вас замуж.

– Я и не боюсь, – не моргнув и глазом соврал декан, хотя от меня не укрылся его вздох облегчения. – Вы замерзли? – Энмор нахмурился, глядя на мои руки, которые начали дрожать.

– Нет, – я мотнула головой, сживая пальцами пиджак и стараясь унять дрожь. – Это адреналиновый откат, не обращайте внимания.

– Мы скоро уйдем отсюда, – пообещал Энмор.

Где-то близко прозвучали встревоженные голоса и быстрые шаги, и в пещеру вошли профессор Вольф и лира Янгрит, за которыми летел Ренар.

– Хвала богам, – всплеснула руками демоница. – Ты жива!

Я ответила ей робкой улыбкой и тут же перевела взгляд на некроманта и оборотня, которые молча принялись снимать маски с тех, кто лежал на земле. Ч не могла понять живы ли они, или мертвы и просто разглядывала лица тех, по чьей вине сама чуть не погибла.

– Не может быть! – не верящее восклицание профессора Вольфа заставило меня спрыгнуть на холодный пол.

Я осторожно приблизилась к мужчинам, чтобы посмотреть, что их так удивило.

– Оз?! – потрясенно выдохнула я, глядя на парня, с которым почти каждый день завтракала за одним столом.

Он совершенно точно был жив, но дышал с трудом. Я была так потрясена, что мне и в голову не пришло помочь ему, да и заслуживал ли он моей помощи.

– Нужно отвести девочку обратно в академию, – за моей спиной раздался голос Иврины Янгрит. – Мы справимся сами…

Не тратя время на лишние разговоры, Лириан Энмор подхватил меня на руки и направился к выходу из пещеры.