Глава 13. Просьба.

Стержень – Михаил Зубов

Долгие годы в роли главы палачей не оставили мужчину без своего отпечатка как на его теле, так и на душе и сердце. Ему пришлось многое пережить. Бороться за свою семью, друзей и тех, кто служил под его крылом. Ему угрожали, пытались навредить, выслужиться перед ним, а затем предать – все это было частью его работы, и Михаил прекрасно это понимал, но это не значит, что это его не утомляло.

Чем старше он становился, тем лучше он стал понимать желание своего старого друга уйти на покой подальше от всей этой суеты. В такие моменты Стержень искренне завидовал решимости Зверя начать все с чистого лица там, где суета прежней жизни не станет его бременем, тянущим его прошлое вслед за ним.

Груз и ответственность были столь тяжелой ношей на его плечах, что это частично повлияло и на его отношения с детьми. Они были уже взрослыми, но все чаще мужчина понимал, что они слишком сильно от него отдалились. Они и так были не так уж близки во время их взросления, потому что он был всегда занят, но после смерти его жены – Агнешки, и те крохи пошли на спад.

Михаил понимал причину нежелания его детей быть втянутыми в этот непростой мир и хотел все исправить. Он хотел уделять им больше времени, проводить совместно праздники, выходные и просто разговаривать по душам, но его работа занимала слишком много сил и времени. Да и их связь делала их отличной мишенью в глазах тех, кто хотел ему навредить. Мужчине, конечно, удавалось все решить и предотвратить их смерть, но он сам понимал, что чем ближе он их к себе подпустит, тем опаснее для них.

Идея уйти на покой, перестать быть палачом и попробовать наладить отношения с теми, кого он все еще считал семьей, с каждым днем звучала все заманчивей. Была лишь одна проблема. У него отсутствовал приемник как таковой, а бросить все он не мог. Не позволяла гордость и данное другу слово бороться за то, что для других является пустяком. Если он уйдет, не найдя подходящего приемника, все, что они так оберегали и меняли, будет впустую. Погибнут многие, и все вернутся к тому, с чего они начали.

Из всех кандидатов, что у него были - сын не пожелал иметь никакого дела с этим бизнесом, дочь была слишком любвеобильна в вопросе мужчин, а все ученики то и дело ждали лишь момента, чтобы заполучить власть над тем, что они со Зверем построили вместе.

Если бы они были как остальные палачи, то из-за того, что Константин в свое время защитил свою жену-отверженную, а Стержень ему в этом помог, они решили не браться больше за дела, связанные с убийством таких, как Эмма. Так, шансы у тех, кому зверь во время обряда не достался, становились выше.

Одно дело убивать по заказу завистника, другое дело лишать жизни почти ребенка, чья вина была лишь в том, что у Матушки на их счет был другой план. Последнее даже среди таких, как он, считалось низким, и далеко не каждый брался за такой заказ, ну а их гильдия и вовсе отказалась это делать на отрез.

Это ударило многих по карманам, так как являлось одним из самых основных и прибыльных дел, и мужчина не раз слышал, что как только он покинет свой пост, все им достигнутое будет разрушено, так как многие желают все вернуть к прежним установкам. Ни одному из тех, кто был бы достаточно силен, чтобы возглавить их гильдию и пойти против него, не было либо веры, либо навыков для такого рода руководства.

За эти годы мужчина уже дважды пытался воспитать приемников, но каждый раз он в них разочаровывался, ставя в ситуации, в которых они ради своей выгоды предавали их цели.

Досаднее всего было то, что даже Роман, его верный секретарь, смог найти себе замену и сейчас вовсю обучал парня, чтобы передать бразды правления и выйти на заслуженную пенсию.

Звонок от друга пришелся в тот момент, когда меланхолия частично засела у него в голове и он даже задумался рассмотреть кандидатов из других стай. Годы шли, и выбор все же сделать было нужно. Оставлять все на последний момент было слишком безответственно и опасно.

Стержень ответил моментально, зная, что друг по пустяку не позвонит. Если бы он действительно соскучился, то просто бы приехал, как он делал это не раз.

- Давно не слышал тебя, Зверь. Думал, что ты и вовсе обо мне забыл. – произнес он с ухмылкой на лице, при этом откидываясь на спинку кресла, в которое он ели помещался из-за своих габаритов.

Даже в своем пожилом возрасте он все еще отличался достойным телом бойца, готового защитить тех, кто ему дорог, и усмирить молодняк, решивший вступить на путь палача, убийцы и охотника. Его габариты были куда больше стандартов. Бурый медведь, как звериная сущность, так же проявил себя и в человеческой форме.

Высокий, массивный мужчина с короткой стрижкой и далеко посаженными глазами, сломанным в нескольких местах носом и широкой улыбкой, за которой всегда крылось куда больше, чем он хотел показать. Покойная жена всегда говорила, что влюбилась в него как раз из-за его улыбки и харизмы, спрятанной за ней.

- Обижаешь. Как я мог забыть того, кто мне верой и правдой служил так долго? Мы друзья, и пусть я не звоню тебе часто, но это только потому, что ты весь в работе. – подначил его Зверь.

- А не хочешь ли ты вспомнить, по чьей вине я весь в работе? Достала уже она, просто не могу. С каждым годом молодняк все наглее и наглее. Они считают, что раз они называют себя палачами, то все должны им кланяться в ноги и деньги мешками должны оседать в их карманах. – произнес он наболевшее, прекрасно понимая, что друг его поймет.

- Ха… Стареешь. – первое, что произнес Зверь. – Вспомни, какими мы были в юности. Мы тоже рвались в бой и пытались проявить себя. Ты просто не помнишь, что мы с тобой творили. – подшучивая над другом, произнес голос с той стороны связи.

- У нас мозги уже тогда работали. – не согласился с ним Стержень, вспоминая парочку последних случаев, которые ему пришлось решать лично.

Усталый вздох можно было слышать даже через рацию, которая помогала им общаться, но не позволяла им увидеть друг друга.

- Ну ладно тебе. – все же решил перейти к теме их разговора мужчина. – Я, в общем-то, тебе по поводу этого и звоню. Думаю, что я нашел того, а точнее ту, кто позволит тебе сложить все полномочия и выйти на свою столь желанную пенсию. Ты о ней уже который год ноешь, вот мы с Эммой и решили тебе в этом помочь. – полушутя, полусерьезно сказал мужчина.

- Девушка? – переспросил Михаил, но не с пессимизмом, а с интересом.

Принижать навыки женского пола Михаил не привык, так как те могли удивить любого. Некоторые такие примеры были известны всем им, и его гильдия была не исключением. Другое дело, что они в этом были не заинтересованы. К тому же раз о ней с ним говорит сам Зверь, то она чего-то да стоит, и сразу отметать это предложение как нерациональное не стоит.

- Не просто девушка, а отверженная. – вновь удивил его Константин, заставляя все же усомниться в выборе друга. – Перед тем, как ты начнешь настаивать на том, что она не потянет или она не сможет влиться в коллектив, я скажу, что уже почти полгода сам ее обучаю всему. Тут дело не так просто, как кажется, уж поверь мне, и в деле замешана Матушка Природа. Все куда серьезнее, чем ты думаешь, и, поверь, этот вариант выгоден не только мне, тебе и палачам, но всем вокруг.

- Заинтересовал. – ответил Михаил, который ради такого дела даже взял в руки рацию и поднес ее ближе к себе, чтобы не упустить ни одной детали.

Следующие полчаса Зверь рассказывал все, что он узнал от Мии, начиная с ее перерождения и заканчивая самой миссией, которую ей поручила Матушка. Они были достаточно близки, чтобы понимать, что этот разговор не выйдет за пределы этой комнаты, и все, что тут будет сказано, не фантазия юнцов, а серьезные вещи, от которых зависят их жизни.

- Она молода, но очень способна. В ней есть огонь победителя и стойкость, которая напоминает тот стержень, который сейчас сидит как в тебе, так и во мне. Если дать ей шанс, она станет куда опасней и перспективней нас. Я в этом не сомневаюсь. За те полгода, что она находится у нас, она освоила столько же, сколько обычный ученик учил бы пять лет, а может и больше. Ее желание добиться результата... - тут он не договорил, но в его голосе послышались нотки восхищения, и Михаил их уловил. – Посмотри лично в ее глаза и ты поймешь, о чем я говорю. В них жажда справедливости, сила и непоколебимая уверенность. Она сможет потянуть все, что ляжет ей на плечи и даже больше, а главное то, что мы так пытались изменить, она готова сделать с возможностями, которые могут быть предоставлены нами. – произнес Константин. – Это важно, друг мой, и я прошу тебя прислушаться к моим словам. – добавил он, что сильно удивило Михаила, ведь его старый знакомый никогда ни о ком так не отзывался.

- По сути, ребенок с душой взрослого. – чуть тише подвел итог Стержень. – Ты хоть понимаешь, как тяжело ей будет и как сложно будет добиться уважения от остальных. Здесь не какой-то лагерь интересов. Палачи и убить могут. – сказал он, не понимая до конца, пытается ли он защитить ту, кого еще даже не видел, либо он просто сомневается в успехе, боясь поверить в услышанное.

- Понимаю твои сомнения, и еще полгода назад я сказал бы то же самое, но сейчас я звоню тебе лично. Подумай об этом. – произнес тот, и Михаил не мог не понять, что если бы его друг был бы не уверен в своих словах, он бы не просил.

- Ладно. Присылай. Посмотрим, что из этого получится. – сдался Стержень, лично желая убедиться во всем.

- Спасибо, друг. – тут же ответил Зверь. – Кстати, для большей надежности я отправлю Оскара ее сопровождать. Пусть побудет с ней до ее совершеннолетия. Так будет надежнее, да и Оскар сам изъявил такое желание. Видимо, ему понравилось ее желание изменить этот мир. Он захотел стать частью этих изменений, а я не стал его отговаривать.

- Хорошо. Жду. – сказал Стержень, не видя причин возражать по этому поводу.

- Через месяц будут у тебя. – сказал тот и после прощения отключился, оставив мужчину сидеть в тишине и ожидании чего-то куда более важного и захватывающего, чем он испытывал до этого.

Некое волнение и предвкушение бурлило у него в крови, а желание узнать, что это за девушка, настолько поглотило его, что он решил еще до приезда Мии нарыть на нее компромат. У него был тот, кто мог бы справиться с этим заданием, а значит, пора было позвонить Роману и дать ему новое задание.