Глава 29. Важные изменения.

Мия

Мия покинула столь теплые и комфортные объятья незнакомца, о котором мало того, что она ничего не знала, так ко всему прочему она не понимала, помимо она не почувствовала его сразу и не стала вырываться, ведь она спокойно могла это сделать. Угроза ножом была лишь видимостью, ведь если бы она действительно хотела бы его убить, то она сделала бы это еще до того, как хоть одно слово слетело бы с его губ. Это было странно и нетипично для нее, но ощущение пережитого соприкосновения между ними не желало ее покидать. Кожа в тех местах, где он ее удерживал как будто гудела.

Мия даже предположила, что это наваждение, ведь у нее никогда до этого не было такой реакции на мужчину, а тем более незнакомого. Единственное оправдание себе, которое она смогла придумать, было тем, что она так отреагировала на «достойного самца» после боя. Адреналин, гормоны и все такое. Оправдание звучало жалко даже для нее самой, но пока она решила придерживаться этой версии.

Однако на этом вопросы у нее не закончились.

Кто он такой? Что за «магию» он на ней применил? Как получилось так, что пока они стояли у всех перед глазами, их никто не видел? Почему он вообще оказался в этом месте и в это время, да тем более на зеркале во время обряда, а главное почему его прикосновения так сильно взбудоражили ее тело?

Вопросы струились бесконечным потоком, и остановить их было просто невозможно, а поэтому Мия приняла решение пока заглушить их тем, что сейчас было куда важнее – ей нужно было законно принять титул главы палачей этого города и огласить первые изменения. Все остальное она решит, как покончить с главным, и вот тогда она потребует ответы от всех, кто тут присутствовал.

Уверенность в том, что мужчина не уйдет и дождется момента, когда она вновь обратится к нему, была столь велика, что Мия не побоялась встать к нему спиной, хотя до конца сказать, где именно он стоял сейчас, она не могла. Лишь интуиция подсказывала, где он может быть, но и только. Его как будто и вовсе там не было, и если бы не то, что он был с ней рядом пару секунд до этого, Мия и вовсе посчитала, что ей все это привиделось.

Он был для нее не видим. Пока не видим, но она обязательно собиралась «одолжить» этот дар и узнать о нем куда больше.

Интуиция по отношению к нему была столь неоднозначной. Она разрывалась на части, она была в недоумении. Покой и спокойствие с одной стороны, и жгучая жажда, и даже одержимость узнать о нем больше с другой стороны, что ей даже стало страшно. Сейчас же она прямо навевала некую негу, так и говорят, что рядом с этим мужчиной она может чувствовать себя в безопасности, и в то же время ей прямо нестерпимо хотелось разобраться со всем побыстрее, чтобы узнать, как же этот мужчина выглядит и что в нем такого особенного. Они были знакомы пару секунды, но Мия уже поняла, что этими секундами дело не ограничиться.

Странно и непривычно, учитывая, что защиту от Оскара, Стержня и Зверя она до этого испытывала куда больше, да и в их силе и потенциале она знала, в отличие от незнакомца. Что касается Мирона, то там все было не понятно, ведь на данный момент их связывали деловые отношения, но в последнее время Мия начала замечать, что он все больше начал к ней присматриваться как к молодой женщине.

Он не делал ничего, чтобы выдать свои намерения или хоть как-то показать, что он заинтересован в большем, но атмосфера между ними за последние пару месяцев изменилась. Украдкие взгляды и редкие неловкости, а также моменты, когда Мия замечала, что он смотрит на нее куда дольше, чем должен или отворачивается, когда она замечает его за наблюдением.

Она только телом была юна, и поэтому симпатию и интерес мужчины могла отличить от обычного наблюдения. Да и если честно, то, учитывая то, что она не вела себя капризно, высокомерно и нагло, как делали типичные девушки ее возраста в этом мире, а вела себя разумно и адекватно, как та, у кого за плечами много лет опыта, это было почти неизбежно с их стороны. Она даже предполагала, что все это время мужчину сдерживал лишь ее возраст, и после сегодняшнего дня он что-то да предпримет.

Сама же Мия никогда не давала ему повода, чтобы он мог считать, что у них может что-то быть или хоть как-то намекать на что-то большее, но, видимо, то, что в ее теле жила вполне зрелая женщина с сильными моральными принципами, оказалось достаточным, чтобы привлечь его внимание.

Все ее домыслы так же наглядно оправдали себя в момент ее боя. Даже наблюдая за противником краем глаза, Мия прекрасно видела переживания в глазах Мирона, крепко сжатые кулаки и плотно стиснутые зубы. Он переживал о каждой ее ране, но держал себя в руках, а стоило ей поймать последний нож в грудь, он и вовсе попытался вначале рвануть к ней, но потом как будто передумал и быстро и ловко повалил напавшую на нее женщину на землю. Ее временное исчезновение также не было упущенным, но стоило ей вновь появиться, и мужские плечи слегка расслабились. Его удивление продлилось лишь миг, а затем он быстро обвел пространство вокруг нее и как будто поздоровался с тем, кто стоял за ее спиной.

Он знал, что у нее за спиной кто-то есть! Мия не сомневалась, но раз он не стал ничего говорить по этому поводу, это лишь добавило уверенности в том, что мужчина позади не несет для нее угрозы.

- Внимание! – громко огласила Мия, привлекая к себе как можно больше посторонних взглядов.

Ее голос эхом разнесся по округе, заставляя всех оторваться от того, что они делали.

Она собиралась закончить все это и, посмотрев на Мирона, как бы мысленно попросила его огласить результаты сегодняшнего боя. Тот понял ее намек моментально, в очередной раз показывая, что напарники из них получились очень даже достойные.

- Поединки на звание главы завершены. Три безоговорочных победы. Что касается ее. – тут он рукой указал на все сопротивляющуюся женщину, которую к этому моменту удерживали несколько двуликих. – За нарушение обряда она будет наказана самой Матушкой. Наказание вступит в силу в сию же минуту. – произнес он, и Селена, которая до этого вырывалась, резко застыла в панике.

Мия надеялась, что у нее будет шанс переговорить с Селеной и узнать, кто ее послал, но раз Мирон сказал, что приговор будет приведен в исполнение сейчас, значит, так решила Матушка и ей не стоит настаивать на своем. Девушка даже предполагала, что Природа решила наглядно продемонстрировать свою силу, чтобы напомнить всем, что с ней не стоит шутить и испытывать на прочность ее угрозы.

Все застыли, так как проявление Матушки так открыто было редким зрелищем, о котором судачили потом годами, а то и десятилетиями.

Ветки, которые до этого поддерживали пьедестал, пустили побеги, да так быстро, что некоторым пришлось отскочить, чтобы их не задело. Они направлялись точно к своей цели, и им не составило много труда обвиться лианами вокруг ног, талии и рук женщины. Та даже предпринять ничего не успела, а она явно была бойцом. Те, кто удерживал ее до этого, сами сделали пару шагов назад, чтобы не попасть под удар.

- Твари! Вы об этом пожалеете! – все, что успела она выкрикнуть до того, как одна из веток не зажала ей горло достаточно плотно, что послышался легкий хруст, но жертва не погибла, однако лишилась возможности говорить.

Стоило веткам захватить свою добычу, они начали паразитировать на ней, прорастая сквозь кожу и органы, причиняя много боли. Крик, а точнее хрипы, на которые она все еще была способна, отчаяния и агонии было не спутать ни с чем, но никто и не подумал ей помочь, ведь она сама обрекла себя на это, когда решила пойти против Матушки, да и во время обряда. Дождись она своей очереди и убей Мию на зеркале, и никто бы и слова не сказал.

Пару долгих минут стояла мертвая тишина, где лишь крик жертвы оглашал округу, напоминая всем, что Матушка не столь безоружна и всепрощающая, как им могло показаться. Пусть она и любит своих детей, это не значило, что она не может их наказать. Она, как истинная Природа, защищает свои границы, которые сейчас нарушены. Иногда наказание откладывалось, давая людям и двуликим исправиться, как это происходило до этого, а бывало, что ей приходилось прибегать к крайностям, из-за чего, собственно, Мия сейчас и распиналась перед этим миром, чтобы не дать всему пропасть напрасно. В таких же случаях, как с Селеной, Природа пользовалась возможностью напомнить о своей мощи, силе и возможности наказать любого, что было грозным напоминанием и угрозой в самом прямом ее проявлении.

Когда тело женщины и вовсе осталось лишь силуэтом, полностью покрывшимся листьями и молодыми побегами, ветви, забрав свою добычу, вернулись на свое место, оставляя после себя лишь тяжелое послевкусие, которое так и хотелось запить крепким вином и забыться.

- Не стоит играть с Матушкой Природой. Она далеко не всегда прощает наши грехи, чему вы сами стали свидетелями. – произнес Мирон и продолжил оглашение.

Двуликие все еще переваривали произошедшее. Были те, кого слегка трясло от страха, ведь они видели такое впервые, были и те, кто одобрительно кивал или переговаривался со своими товарищами, но не было ни одного, кого бы эта ситуация не коснулась. Сейчас был наглядный пример того, что Матушка не вымысел и не добрая «девушка всепрощения», и ее сила — это не пустой звук.

- Результат очевиден. Отныне ты, Мия, являешься законной главой этого клана, и в твоей власти распоряжаться им так, чтобы это принесло пользу Матушке. – огласил он во всеуслышанье результат. Я как действующий член Триумвирата был этому свидетелем, и никто не может это оспорить.

- Вот и славно, тогда, перед тем, как мы продолжим эту ночь и сможем насладиться забегом под луной, я хочу, чтобы вы понимали, что изменения начнутся прямо сейчас и они затронут нас всех. – произнесла Мия, взглядом проходясь по всем присутствующим. – Ваше право брать задания и выполнять их никто не отменяет, так же как и достойную оплату за их исполнение, но существенным изменением станет то, что отныне наш клан не только игнорирует все заказы на отверженных, но и берет их под полную защиту, и я не имею в виду после трех лет проверки, а со дня их совершеннолетия. Раз нам нужно пошатнуть отношения между двумя расами, то нам нужно убедиться, что тех, кто встанет между этими двумя расами, останется в живых как можно больше. Они наш фундамент и опора, несмотря на все предубеждения о том, что они слабы и не достойны внимания Матушки. Это далеко не так. Они те, кто все это время были способны на равных принимать обе расы со всеми их преимуществами и недостатками. К тому же вы сами были теми, кто лишал жизни тех, кто был слабее вас, даже не дав им шанса доказать, что они чего-то стоят. Я была одной из них, и я стала для вас ярчайшим примером того, что отверженные не так просты и ничтожны, как вам все это время пытались навязать. Отныне каждый обряд, каждое полнолуние будет днем, когда наши палачи будут присутствовать во всех деревнях, поселках, городах и просто местах, где расположены зеркала, чтобы предложить отверженным помощь и шанс выжить. Мы дадим им право выбрать. Мы дадим отвержденным возможность не бояться своего обряда. Вам за это заплатят само собой. – Последняя фраза была уточнена намеренно, ведь Мия никогда не забывала, с кем она сейчас разговаривает.

Именно эта фраза вызвала особый ажиотаж среди толпы в виде одобрительных возгласов, ведь до этого они слушали ее не перебивая.

- Это не только укрепит наши позиции, но также позволит обзавестись союзниками в лице тех родственников, которые до этого выполняли то, что было навязано им общественным мнением, ведь нигде не сказано, что отверженных нужно убивать. Нигде не написано, что семья должна отрекаться от своего дитя только потому, что он другой. Нигде не указано, что мы с вами, обладая силой и властью, имеем право решать, жить кому-то или умирать только по своей воле, которой Матушка не дала добро. Это был не ее закон и наставления, ведь будь это так, то она и вовсе не стала бы посылать в этот мир меня – судью, чтобы дать нам возможность все изменить. – громко и с огнем в глазах, она покоряла публику.

Сейчас она чувствовала себя как в зале суда, когда от того, что она скажет, зависит, примет ли судья правильное решение. Сейчас решались те вещи, о которых многие боялись говорить за закрытыми дверями, но Мия не боялась этого. Она годами шла к этому дню, и те, кто мог пошатнуть общественное мнение, давно были на ее стороне. Она успела продумать многое, и сегодняшний день прошел именно так, как она того и ожидала. Конечно, за некоторыми исключениями, которые она просто не могла предсказать.

- Мы положим начало переменам, и от вас зависит, как быстро они наступят. Присоединитесь ко мне и Матушке в спасении этого мира, пока все не зашло слишком далеко. Станьте теми, кто станет фундаментом нового начала! – не останавливалась она, при этом выглядя как воительница во время жгучего и смертоносного боя.

Ее внешний вид, ее уверенность, поза и даже огонь в глазах не могли остаться незамеченными, и те, в ком горел до этого хоть маленький огонь желания все изменить, лишь распылялись вместе с ней. Они стояли под покровом ночи, освещенной луной, и громко поддерживали то, что так крепко засело у всех в сердце.

- Мы заслуживаем лучшей жизни, так давайте же построим ее! – выкрикнула она, стараясь перекричать толпу.

Рука с зажатым ножом в ней была высоко поднята вверх, и пусть это было не нарочно, но это стало символом того, что они станут бороться любыми доступными им методами, чтобы добиться своего.

- Сейчас же посвятите эту ночь себе и своим ипостасям. Завтра нас ждет новый день и много работы, поэтому отдохните и повеселитесь от душа. Среди нас есть те, кто впервые обрел зверя, и эта луна достойна того, чтобы осветить их первый забег. Веселитесь, отдыхайте и знайте, что отныне все изменится!

Это стало спусковым крючком, который заставил всех прийти в движение. Кто-то обернулся во вторую ипостась и отправился на забег или охоту, кто-то решил вернуться к еде и выпивке, были и те, кто решил потанцевать, но большинство из двуликих начали обсуждать то, что произошло только что. Им было что обсудить, и Мия и сама планировала этим заняться, но совсем с другой компанией.

Когда ее речь завершилась и внимание всех присутствующих было обращено на другие вещи, она же почти на грани слышимости произнесла фразу, так и не повернувшись назад, чтобы попытаться рассмотреть обладателя, которому она предназначалась.

- Следуй за мной. Я покажу, где мы сможем поговорить.

Мия не забыла про своего «гостя» и то, что он все это время находился позади. Не получив никакого ответа, она лишь предположила, что ее услышали, а поэтому пошла к краю зеркала, где ее уже дожидались Мирон и Оскар.

Мирон хотел ей помочь спуститься с пьедестала, но она намеренно сделала вид, как будто не заметила и ловко спрыгнула сама.

- За мной. Нам есть что обсудить. – сказала она, несмотря ни на кого, и первой направилась в сторону главного здания палачей, куда уже устремился Стрежень.

У нее были вопросы, и долго ждать ответа на них терпения у нее не было.