Глава 18

Юлия

Из серого тумана я выбиралась медленно и мучительно тяжко. Болело все тело, словно меня методично избивали, ломая каждую кость бейсбольной битой. Во рту было так сухо и мерзко, словно коты нагадили. Не помню когда бы я так болела с перепою. Неужели мы с Ленаром вчера настолько уж злоупотребили? Глаза открываться не хотели. Руки ужасно затекли и я хотела их опустить, но не смогла это сделать. Они похоже были привязаны. Глаза открылись мгновенно и я рванулась еще раз, только для того что бы понять что руки действительно привязаны к спинке кровати. Какого хрена? Взбрыкнув ногами сразу поняла две вещи. Они не привязаны и у меня жутко болит и жжет внизу живота и между ног. Так словно меня таранил телеграфный столб.

Сцепив зубы я какое то время ждала когда схлынет боль и жжение. И при этот сделала еще одно открытие. Это не моя спальня и не спальня Ленара. Это вообще было меньше всего похоже на нормальную комнату. Скорее уж на какой-то каменный мешок, так как насколько я могла видеть вертя головой окон тут не наблюдалось. Сердце пустилось в бешеную скачку, усиливая болезненную пульсацию в голове. Последнее что я помню это то как мы подъехали к дому Ленара. А еще я злилась. Очень-очень сильно. И еще дико болела голова.

Послышался скрежещущий звук и в поле моего зрения появился довольно улыбающийся Вудворд. Я не смогла сдержать мучительного стона. Только не это! Как это вообще может быть?

Черный змей был обнажен по пояс и скалился в довольной улыбке, лапая мое голое тело глазами. Его кожа цвета кофе влажно поблескивала в скудном освещении, обтягивая его бугристые мускулы. Пожалуй если бы не это мерзкое выражение на лице и не знание что он на самом деле чудовище в человеческом теле можно было бы его назвать красивым мужчиной.

— Вижу моя новая игрушка проснулась? — цинично ухмыльнулся он. — Как самочувствие, маленький суккуб?

— Просто отвратительно. Меня что автобус переехал? Причем не один раз.

Старалась говорить спокойно, пряча свою панику.

— Нет что ты, детка. Это просто я немного увлекся пользуясь тобой. — и ублюдок мерзко облизнулся. — Не смог удержаться, слишком уж ты меня заводишь.

Черный змей впился в меня взглядом явно ожидая истерики и предвкушая её. Я прямо читала в его глазах желание насладиться моей болью и унижением. Только хрен тебе!

— А ты смотрю просто извращенец широкого профиля. Мало того что педофил и садист, так еще и некрофилией не брезгуешь. Не в западло было мертвое тело трахать?

— Ну почему же мертвое детка? Ты так мило стонала и скрипела зубами от боли. Мне очень понравилось. И думаю дальше будет только лучше.

Лежать совершенно голой, привязанной к долбанной кровати, совершенно беспомощной, открытой перед здоровым возбужденным мужиком не придавало мне уверенности в себе и своем радужном будущем, но и начать плакать и смиренно спрашивать о своей дальнейшей судьбе мне тоже было поперек горла.

— А ты смотрю оптимист. Думаешь это долго продлиться? Ленар будет меня искать и найдет. Он упертый.

— Не будет. Он мне тебя сам продал. — сказав это урод явно опять замер в ожидании моей реакции.

— Смешно! Только хрен тебе! Ленар этого бы никогда не сделал! Думаешь если впихнул мне в голову те веселые картинки, то я поверю всему что ты мне скажешь?

— А что не поверишь? Я могу и еще подкинуть.

— Не старайся. Больше не сработает. Я теперь готова.

— Это ты так думаешь. Ты теперь моя игрушка. Я могу сделать с тобой все что захочу. И я думаю что кое что я хочу прямо сейчас. Там внизу я немного увлекся и тебе понадобится некоторое время, что бы восстановиться. Но твоим ртом я воспользуюсь прямо сейчас.

И ублюдок стал расстегивать свои кожаные штаны. Его член уже стоял и это было настоящее чудовище. Теперь понятно почему у меня все так болит. Это же просто немыслимо что бы такое могло поместиться в моем теле.

— Только сунься ко мне и я откушу тебе его на хрен! — спокойно сказала я, чувствуя как внутри расцветает дикая паника.

Я ведь знаю что при желании у него достаточно сил что бы заставить меня. Ради выживания я и раньше шла на многое, переступала через себя. Но отвращение от мысли что этот ублюдок опять будет где-нибудь внутри моего тела просто выворачивало меня наизнанку.

— Не думаю что ты это сделаешь. Ведь ты не хочешь, чтобы я приказал привезти сюда твою младшую сестренку и позволил играть с ней любому желающему? Да Юличка я уже знаю о тебе абсолютно всё. — нагло усмехнулся он.

— Хрен ты достанешь её из универа! — я понимаю что откровенно блефую, потому что внутри все просто начинает трястись мелкой дрожью при мысли о том что Лиза может из-за меня оказаться в подобном месте.

Хотя не правда! Не из за меня! Из за извращенных причуд этого ублюдка. Я готова задохнуться от ненависти, но ничего ему не покажу. Моя ярость и отчаянье для него ведь будут только острой приправой к тому что он и так собирается получить. Ну нет! Придется тебе обойтись безвкусным суррогатом урод.

— Ты не представляешь что можно получить за деньги. Жаль что никто у тебя в универе не знал что бы детка суккуб. Иначе я бы давно уже просто купил тебя у Катарины и не пришлось бы вытаскивать у инкубов.

— Как ты узнал вообще?

— О том что ты суккуб? Это не я. Это Феликс. Он умеет распознавать всех нелюдей. Дар у него такой. А я то все голову ломал что меня так переклинило на тебе стоило только увидеть. Всегда хотел себе рабыню-суккуба. Но обычно до вас не доберешься. А тут ты сама пришла. Твой мужик для чего бы вы сюда не приходили просто преподнес мне тебя на блюдечке.

Вудворд лег на постель рядом со мной и стал водить рукой по коже от шеи до низа живота. Мне с большим трудом удавалось сдерживать дрожь отвращения. Его дыхание изменилось и запах похоти просто лишал воздуха, давя на грудь. Глаза скользили за рукой жадно и бесстыдно.

— Ты даже на ощупь ощущаешься по другому. — прохрипел он. — Думаю мне очень долго не надоест забавляться с тобой. Трахать тебя даже бесчувственную это нечто потрясающее.

И он резко скрутил мой сосок. Мое тело дернулось от боли и я не смогла сдержать выдох от резкой боли. Судя по остроте боли он делал это и раньше, пока я была в отключке. Вудворд зарычал и впился в мой сосок губами, а потом сильно прикусил его. В это раз я смогла не дернуться, и сжав зубы сдержала стон, но предательская слеза покатилась из правого глаза.

Ублюдок поднял глаза жадно впитывая мою реакцию.

— Я заставлю тебя подчиняться. Буду ломать день за днем. Сделаю своей рабыней. По настоящему. Я ведь не играю в это детка, так как те лохи что приходят в подобные клубы в поисках чего погорячее в выходные, а потом возвращаются в обычную жизнь. Эти идиоты просто притворяются. А у меня все по настоящему. Твоя жизнь больше не твоя. Твое тело больше не твое. Даже твои мысли очень скоро будут не твоими. Я заставлю тебя не просто подчиняться мне. Ты будешь обожать и боготворить меня. Ты будешь мечтать удовлетворить меня любым способом какого я пожелаю. Каждую секунду своего времени ты будешь думать о том как бы угодить мне. Ты будешь обожать каждую каплю боли что я буду тебе причинять и молить меня сделать еще больше.

— Обломайся, долбанный извращенец! Хрен у тебя что получиться! — я вспомнила о договоре. — Думаю что тебя ждет большой облом и твоя игрушка очень быстро придет в негодность.

— Ты о том договоре что связывает тебя с инкубом? — мерзко ухмыльнулся Вудворд.

Я отвернула голову не желая говорить. Похоже нет ничего что бы он не разнюхал обо мне. И я даже знаю кто ему с удовольствием слил все обо мне.

— Ты ведь очень дорога этому инкубу. Поэтому думаю он уже мчится в универ, чтобы расторгнуть договор. Он ведь понимает что если этого не сделать то это может прикончить тебя. Так что думаю мы будем вместе еще очень-очень долго.

— Ты же сам говорил что он продал меня. С хрена же ему так беспокоиться?

Лицо черного змея исказила ехидная улыбочка.

— Что ты меня типа поймала? Ну-ну.

— Можешь трепаться сколько угодно. Но думаю что очень скоро Ленар найдет меня. И тогда тебе конец, черный змей.

— Черный змей? Даже забавно. А теперь послушай меня. Сегодня последний день когда твоя болтовня обойдется для тебя без последствий. С завтрашнего дня за каждое слово сказанное без моего разрешения ты будешь наказана. В этом я весьма изобретателен. И никто тебя не спасет. Даже не надейся. Ты сама убежала из дома инкуба, ранила охранника. Убила братца главы. Ты теперь беглая преступница.

У меня все обмерло внутри. Я убила Лиама? Но как это вообще могло случиться?

— Вранье! Я не могла его убить! — я знаю что видела в своем видении.

— Ну пока то он жив. Но скоро мы используем его и тогда он будет мертвее не бывает. А если твой инкуб и сможет привести полицию в мой клуб, то они ничего не найдут. Даже если будут среди них одаренные. Предъявить мне нечего. Вы были у меня в клубе. Ты подбила мою сабу зачем то показать тебе технический подвал, где на данный момент нет ничего кроме старого оборудования и всякого хлама. Вас поймали и вежливо выпроводили из клуба. Вы с инкубом сели в машину и уехали. На этом все. У меня есть запись и свидетели. А места где я держу тебя и остальных никто не найдет. Его просто нет! — и страшно довольный собой Вудворд расхохотался.

— Они поймут что ты никакой не стихийник. Ты долбанный менталист! И тогда тебе конец!

— Как трагично! Мне стоит испугаться? Только придется тебя разочаровать. У меня есть способности стихийника. Очень слабенькие. А остальное я умею очень хорошо прятать. В этом мы с тобой очень похожи не так ли маленькая ведьмочка с темным даром, с милым суккубом внутри? Что, разве ты смогла уже узнать, как я умру?

Я обмерла. Нет я не видела его смерти, хотя во они его гребаные руки на моей коже. Что это значит?

Вудворд расхохотался.

— Разве ты не знала что менталисты могут на время блокировать способности других одаренных если сумеют подобраться достаточно близко. Что расстроилась? — он явно был собой доволен.

— Разве только тем что не могу прямо сейчас узнать как ты сдохнешь. В остальном думаю ты даже сделал мне подарок. Если мне и терпеть то что ты собираешься меня поиметь, то все же не так противно делать это с живым, хоть и мерзким, а не видеть перед собой труп. Так что спасибо тебе, ублюдок!

Пощечина обожгла мою левую щеку, отбрасывая голову и отзываясь звоном в и так больной голове.

— Есть много способов сделать тебя молчаливой и покорной. И судя по тому что вижу и тому что о тебе сказала наставница мы испытаем их все. А теперь хватит болтать. Я сюда не за этим пришел. Я хочу трахнуть тебя и даже дам тебе выбирать или ублажить меня ртом или я опять оттрахаю тебя и теперь ты будешь в сознании и почувствуешь каждое движение. И сдерживать я себя не собираюсь. Так что ходить без боли ты сможешь не скоро.

— Я не буду подчиняться тебе! Так что придется тебе опять довольствоваться бесчувственным телом. А я так и быть постараюсь не блевать все время процесса. — я начала привычно отстраняться, уходя вглубь себя в ожидании физической боли. Это всегда срабатывало раньше, должно сработать и сейчас.

— Не переживай я расшевелю тебя. — прорычал урод наваливаясь на меня.

Неожиданно послышался шум и дребезжащий звук открываемой двери.

— Ну надо же а я и не поверил Феликсу что ты решил спрятать от нас что-то интересное. — Вудворд скатился с меня.

— Могу я узнать что вы тут делаете? — рявкнул он и я увидела Феликса и еще троих незнакомых мужиков стоящих рядом с кроватью.

Они были из тех самых «хищников» которых я видела тогда у бара.

— Мы? — поднял бровь один из них — Желаем взглянуть на нечто особенное! Ты ведь сам почему то не захотел нас поставить в известность что заполучил суккуба.

Говоривший был высоким и широкоплечим черноволосым мужчиной с загорелым лицом. Его можно было назвать довольно привлекательным если бы не печать безмерной жестокости на лице.

— О вот и дружки — извращенцы подвалили- усмехнулась я — под наглыми изучающими взглядами. — У вас тут смотрю теплая компашка.

— Это моя рабыня. — огрызнулся Вудворд вставая и застегивая штаны.

— Я же сказал тебе что-тоже на неё претендую. Но ты решил скрыть что заполучил её. Ты нарушаешь правила. — раздраженно заявил Феликс.

— И что? Ты опоздал в любом случае. Я уже поимел её и она моя! — презрительно усмехнулся Вудворд.

— У тебя не было права трогать её!

— Тише друзья мои. Не станем же мы ссориться из за какой то рабыни? Хоть и такой редкой и ценной. Хотя должен признать теперь когда я её вижу поближе то тоже желаю получить её в пользование.

— Она моя! — рявкнул Вудворд и сжал кулаки.

— Не твоя! Ты знаешь правила. Если возникает спор между Хозяевами, то рабыня становиться добычей. Она будет дичью на охоте и достанется тому кто сумеет её первым заполучить. А пока никто не вправе её трогать.

— Но Марк уже поимел её. — пожаловался Феликс.

Ну ты еще расплачься! Надо же, игрушку слегка подпортили!

— В таком случае он будет стартовать позже и у него будет меньше шансов. Да ладно Феликс это же просто игрушка, хоть и редкая. Стоит ли так злиться? — насмешливо спросил один из вновь прибывших.

— Эй уроды а ничего что я не собираюсь участвовать в ваших дебильных игрищах? Хрен вам а не рабыню! — понимаю что просто воздух сотрясаю, но это помогает мне сохранить хоть какие то остатки здравомыслия и гордости в таком чудовищном положении.

Похоже сбывался мой самый худший кошмар. Больше всего на свете я хотела бы быть свободной. От универа и магической Гильдии. От наставников и их насилия. Даже от своей собственной сущности, которая много лет делала меня рабой животного голода. И вот теперь когда я уже почти поверила в то что это возможно, я оказываюсь лежащей тут, обнаженной, униженной, с истерзанным телом, и толпа мужиков стоя надо мной решают мою судьбу будто я неодушевленный предмет. И никакая злость тут не поможет.

Черноволосый и двое остальных приблизились и стали осматривать меня оценивая словно я какое то животное.

— А она дерзкая. И не боится. — констатировал черноволосый, встретившись со мной взглядом, но продолжая смотреть как на нечто неодушевленное. — Будет приятно её ломать.

— Она тебе не достанется, Хан! — зарычал Вудворд.

— А это мы еще посмотрим Марк. — огонек нездорового азарта от которого по коже бегут ледяные мурашки зажегся в его глазах.

— Зачем она такому как ты? Ты же угробишь её как и других через месяц-другой. А когда мы еще сумеем заполучить суккуба? Возьми любую другую, не её! — убеждал его Вудворд и в его голосе уже не было прежней самоуверенности.

— Да не нервничай ты так, Марк. — продолжал глумиться Хан- Неужто она так хороша что попробовав ты не готов даже честно играть по правилам?

Вудворд стоявший ко мне спиной промолчал. А Хан удивленно поднял брови.

— Даже так? — и он снова впился в меня пристальным взглядом, словно пытаясь разложить на составляющие. — Очень интересно. Но правила есть правила. Суккуб прямо сейчас должен быть перемещен к остальной дичи и никто не может трогать её до того момента как сможет настигнуть на охоте. Так что тут все теперь будет зависеть от везения и мастерства.

Он приблизился ко мне и наклонился к самому лицу. Холодный волчий взгляд встретился с моими глазами. Из золотисто — карих глаз на меня смотрело истинное чудовище. Такое с которым не сравниться никаким даже самым опасным и съехавшим с катушек нелюдям.

— Если ты все же достанешься мне надеюсь сумеешь прожить дольше других. Ты и правда очень интересна. Очень на это надеюсь. — говорил он так словно попасть к нему это была какая то охрененная честь, прямо счастливый случай.

— А я искренне желаю каждому из вас скорейшей и мучительной смерти. А поверь мне постараюсь сделать все что в моих силах для этого.

— Больше ничего уже не зависит от тебя и твоих желаний суккуб. Чем быстрее поймешь это, тем быстрее смиришься. Хотя сопротивление это очень забавно.

И он отстранился.

После этого все мужчины покинули мою камеру оставив меня наконец трястись от унижения и страха перед тем что меня ожидает впереди. Оставшись одна я могла позволить себе почувствовать отчаянье и истерически дергать веревки удерживающие мои онемевшие руки. Не потому что надеялась освободиться, а потому что я была просто человеком которому страшно, и острая боль от растирающих веревок хоть немного отрезвляла меня не давая впасть в окончательную панику и забиться в истерике.

Но предаваться своему отчаянью долго не вышло. Очень скоро в комнату вошли два тех самых буйволообразных охранника и девушка. Меня отвязали от кровати и предложили встать. С первой же попытки я вынуждена была скрутиться на краю кровати от острой боли внизу живота. Сукин сын! Что б ты сдох!

И девушка и охранники смотрели на меня совершенно безразлично, так словно видят подобное ежедневно. Хотя скорее всего так оно и есть. Наконец мне удалось подняться и последовать ковыляя и морщась за девушкой. За спиной пыхтели два бугая. Пол под ногами был бетонным и холодным, неровным и больно впивался в босые ноги. Коридор по которому шли — узким и темным и вонял сыростью и плесенью. Но вскоре освещение стало ярче и мы вышли в длинное помещение. По обоим стенам его располагались камеры. Точнее даже клетки. Размером где то два на два метра. Впереди была толстая решетка. Пол и стены покрыта кафелем. У стены узкая койка. В углу маленькая душевая кабина и унитаз. В нескольких из них я заметила «постояльцев». Кто то спал свернувшись на узкой постели. Кто то метался из угла в угол. Один совсем молоденький парень стоял вплотную к решетке и внимательно наблюдал за мной и моими конвоирами. Желтые глаза и светлые волосы, вертикальные зрачки и чутко принюхивающийся нос. Оборотень.

Не дав толком ничего рассмотреть меня втолкнули в пустую клетку и захлопнули и заперли дверь.

— Душ ты обязана принимать минимум дважды в день — холодным голосом сообщила девушка. — Твое тело должно быть всегда абсолютно чистым и готовым к использованию. На постели одежда. Пока можешь носить её, если Хозяева не прикажут по другому. Кормить будут когда сочтут нужным. Шуметь запрещено. Разговаривать с другими рабами и обслугой запрещено.

— И что же со мной будет дальше? — спросила я.

— Разговаривать запрещено! — прошипела мне девица с ненавистью глядя в лицо.

— А что разрешено? — скопировала я её злобное шипение.

— Ничего! Ты рабыня и тебе ничего не разрешено. Только угождать Хозяевам!

И она развернулась и ушла вместе с молчавшими гориллами. Когда шаги затихли я услышала голос.

— Эй новенькая как ты там? — похоже спрашивал тот самый оборотень.

— Жива похоже. — неохотно ответила я.

— Ты странно пахнешь. Кто ты?

Я промолчала.

— Эй?! Ты меня слышишь? — не отставал парень.

— Заткнись ты ради бога, Сашок! Из за тебя нас опять лишат пищи! — раздался раздраженный голос девушки.

— Сама заткнись сука! — огрызнулся парень. — Готова задницу подставить этим ублюдкам за тарелку дерьмовой жрачки?

— Это кого еще в задницу трахать будут как придет твоя очередь! — не менее злобно ответила девица.

— Захлопни пасть! Забыла с кем говоришь, долбанная сука? — заорал парень.

— Ты здесь никто как и все остальные! — не сдалась девушка. — От тебя одни неприятности заносчивый щенок.

— Я тебя на части порву когда доберусь!

— Да заткнитесь оба! Задолбало вашу грызню слушать! — голос еще одного парня. — С прибытием в наш ад, новенькая. Тебе понравиться в нашем зверинце.

— Зачем мы здесь? — спросила без особой надежды на ответ.

— А вот это вопрос что интересует нас всех! — ответил еще один насмешливый девичий голос. — Нас как то в это не посвящают. Держат тут, кормят, заставляют мыться и ни хрена не говорят. Иногда приходят какие то мужики и бабы и смотрят на нас как в зверинце. Может ты нам скажешь?

— Вряд ли. Не знаю зачем вы здесь, а мне вроде предстоит стать какой то чертовой дичью на охоте. Не знаю что это может значить.

— Дичью? На нас что будут охотиться и убьют? — в еще одном женском голосе звучали слёзы.

— Ой только ныть опять не начинай, Сарита! Надоели твои причитания. По мне так лучше уже пусть завалят чем и дальше сидеть тут и слушать все эти звуки. — это опять подал голос оборотень. — Эй новенькая тебя где поймали?

— Где надо тебе знать не надо — как будто я сама знаю.

— Ну и пошла ты! — огрызнулся оборотень.

— Отвали от неё! — голос другого парня. — Не видишь что ли что ей и так досталось.

— Ну да судя по запаху и кавалерийской походочке тебя хорошо поимели прежде чем сюда привести. — добрый парень.

— Придурок самовлюбленный — это опять та самая девушка что затыкала оборотня в самом начале. — Посмотрю на твою походочку когда тебя самого поимеют!

— Пошла ты гребаная дура! Я сын альфы и лучше сдохну сражаясь чем позволю поиметь себя какому-нибудь ублюдку!

— Ой а они тебя спрашивать будут!

— Да прекратите вы все- устало сказала я. — Тупо цапаться находясь в таком положении.

Все затихли, а я поковыляла к душу. Как хотелось смыть с себя всю грязь чужих прикосновений, желательно вместе с памятью.

Когда я выбралась из душа и подошла к кровати то нашла там что-то вроде серой туники до середины бедра. Насколько помню мой раздражительный сосед оборотень тоже был одет в нечто подобное.

— Эй, новенькая? — раздался опять его негромкий голос.

— Чего тебе?

— Ты это…Извини меня. Я не хотел о тебе гадости говорить. Я просто раздражительный очень. Не обижайся я не такой мудак каким могу иногда казаться.

— Ага, он гораздо хуже. — подала голос его оппонентка.

— Эй да заткнись ты, Соня!

— Не ты меня обидел. Так что не парься. Я спать хочу. — ответила я оборотню.

— Ладно спи. У нас еще уйма времени поговорить.

Я забралась на жесткую койку и свернувшись в позу эмбриона натянула на себя тонкое одеяло. Заснула как только затихла пульсирующая боль внизу живота. И проснулась спустя какое то время опять от боли. Только теперь все было по другому. Эта боль тупая и тянущая рождалась где то в диафрагме и медленно расползалась вверх к легким и вниз к кишечнику. Было похоже что мне в солнечное сплетение воткнули жесткий штырь с крюком на конце и медленно проворачивают его внутри, перемалывая все внутренности и одновременно пытаясь тащить куда то. Ну вот теперь я наконец знаю как работает магия договора. Я вытянулась на постели и сжала зубы. Боль нарастала медленно, так словно эта самая магия знала что-торопиться ей некуда, давая время одуматься и вернуться. Только пойти я никуда не могла.

Холодный пот выступил на моем лице. Ну вот скоро я и узнаю правдивы ли те истории в которых говорилось что магия договора способна свести с ума или даже убить в течении суток. Когда сутки истекали действие этой магии заканчивалось и по идее если продержаться то становишься свободным. Более того. Того кто единожды пересилил магию договора больше никогда нельзя ею сковать. Опять же по идее. Только я не знаю ни одного живого существа которому удалось бы пережить эти самые сутки и остаться в своем уме. Твою мать как же больно!

Не выдержав я позволила стону прорваться наружу.

— Эй новенькая с тобой все в порядке? — раздался голос оборотня.

Я не могла ему ответить потому что если бы расцепила зубы то заорала бы во все горло. Но стоны уже рвались из меня раз за разом. Раздался громкий стук железом об железо.

— Эй вы суки гребаные новенькой плохо!!! — раздался вопль оборотня. — Вы что ублюдки сраные просто так дадите ей сдохнуть?!!!

— Саш, прекрати! Никому до нас нет дела! — проворчал другой парень.

Но парень не слушал его и продолжал колотить по решетке и вопить. Шум производимый им не добавлял мне приятных ощущений, но к тому времени боль была такой сильной что было уже наплевать.

— О ты посмотри явились! — язвительный голос оборотня просочился в мой мозг. — Что пришли получить кайф от её мучений, долбанные извращенцы?!

— Этот щенок слишком болтлив. Может он не пригоден для наших целей и лучше его просто прикончить? — безразличный голос Хана проник через пелену боли.

— Да пусть остается. Он такой смазливый что это компенсирует его дерзкий язык. А когда попадет к своему хозяину его быстро научат применять язык по прямому назначению. Или отрежут. — презрительно рассмеялся Вудворд. — Таким хорошеньким мальчикам как он часто прощают некоторую капризность если они достаточно услужливы в остальном.

— Пошли вы, ушлепки долбанутые! Я вам на хрен глотки перегрызу когда отсюда выберусь! — взбесился оборотень.

Но похоже он уже больше не интересовал магов.

— Мы можем что-нибудь сделать? — раздался голос Хана у самой моей решетки.

— Нет. Если инкуб не поторопиться то она обречена. — это был Вудворд и в его голосе прямо искреннее беспокойство.

— Ну тогда будем надеяться что инкуб достаточно сильно к ней привязан и сообразителен. Будет жаль потерять такую редкую рабыню.

Новый рывок тянет наружу мои внутренности. Я уже пожалуй готова ползти к решетке и биться об неё, умоляя меня выпустить.

— Ты всё еще надеешься что она достанется тебе? — раздраженный вопрос Вудворда.

— Почему нет? Я лучший. И ты это знаешь. — в голосе Хана усмешка.

— А если я попрошу тебя не охотиться на неё?

— В чем дело, дружище? Неужели маленький суккуб так зацепила тебя что ты готов снизойти до просьб?

— Как будто тебя нет. Думаешь я не знаю что ты наблюдаешь за ней в комнаты охраны. Просто я в отличии от тебя не стесняюсь признаться что хочу чего то так сильно.

— Ну еще бы ты ведь уже снял пробу а Марк?

— Если честно лучше бы этого не делал. Теперь я просто не могу представить что буду делать если она не достанется мне. Не хочу никого кроме неё.

— Так что мне нужно быть готовым к удару в спину? — презрительно хохотнул Хан.

— Нет, если отступишься. — глухо ответил Вудворд.

— Ты это всерьез Марк? Из за рабыни? — ответа не было. — Ну что же это хотя бы честно. Тогда тем более стоит за неё побороться. Не помню что бы мне так было интересно.

— Да зачем тебе это? Возьми любую другую. Если ты отступишься то я отдам тебе клуб и отойду вообще от дел. — даже сквозь боль рвущую моё тело слышу в голосе Вудворда настоящую одержимость.

— Даже так? И что? Купишь домик в горах без соседей и будешь там днями напролет играть с маленьким суккубом? Тебе быстро надоест! — хоть Хан и пытается говорить насмешливо, но голос его напряженный.

— Нет. Я уже не мальчишка. Я знаю чего хочу. Я сломаю её, разрушу до основания и слеплю под себя. И это будет самое моё совершенное творение. Отступись Хан.

— Нет!

— Но почему? Ты ведь просто убьешь её как и остальных. — в ярость плескалась в голосе черного змея.

— Нет если она окажется достаточно сильной что бы противостоять мне. Может я тоже стремлюсь к совершенству и хочу поменять свою жизнь. Вдруг именно из неё и получиться то что я столько лет пытаюсь создать из других.

— Только не ты! Тебе просто нравиться сам процесс.

— Тоже самое могу сказать и о тебе.

— Ну значит придется выяснять всё на охоте.

Тут меня в очередной раз дернуло, буквально сбрасывая с койки на четвереньки и я уже не могла сдержаться и завыла в голос. Металлическая струна натянула мои кишки до предела. И вдруг лопнула оставив меня в такой оглушающей тишине что я повалилась на пол желая тут же отключиться.

— Ну что же мы не ошиблись в том что инкуб очень к ней привязан. Малышка суккуб умеет привязывать к себе мужчин, не так ли друг мой Марк?

После этого я уже ничего не слышала и не видела.

Очнулась я на прежнем месте — лежащей на холодном кафельном полу в мокрой от холодного пота тунике. Было реально холодно и стоило очнуться и зубы стали выстукивать чечетку. Радовало то что ничего не болело. Все же я не человек и регенерация у меня соответственно лучше. Хоть какая то польза в жизни. Поднимаясь я тихо выругалась сквозь зубы.

— Эй новенькая ты ожила? — тут же откликнулся неугомонный сосед.

— Похоже на то. — голос словно старая скрипучая калитка.

— Эти ушлепки кажись реально испугались за тебя? Особенно этот здоровый ниггер. Ты какая то особенная?

— Ага. Счастливица. — я на четвереньках как была поползла в сторону душа.

— А тут пока ты была в отключке еще двух новеньких привезли. Одна ничего так, вроде целая девка, из лесного народца. А вторая вся измордованная, как будто по ней каток прошелся, лежит, плачет и бормочет чего то.

Как будто мне прямо сейчас все это интересно.

— Ты меня слушаешь? — боже вот же ж неугомонный оборотень.

Какая у него вторая ипостась, долбанная сорока?

— Угу.

— Ты так орала, волосы на загривке дыбом вставали. Что с тобой было то? — точно сорока, трещит не затыкаясь, да еще и любопытный до невозможности.

— Это магия договора. — больше ничего объяснять не собираюсь.

— Ни хрена себе! Сильная штука.

Он еще пытался задавать вопросы, но я забралась в душ и не стала его слушать.

После душа и пары часов бессонного лежания уткнувшись взглядом в потолок, я все же решила пообщаться. Болтливый оборотень, вяло переругиваясь со своей видимо постоянной такой же неугомонной оппоненткой Соней сообщили мне что лично они находятся здесь больше месяца. Последнее что оба помнят — это то как в изрядном подпитии покидали секс-вечеринку в клубе, решив продолжить в другом месте. Оба были оборотнями из одной стаи.

— Как клуб назывался? — решила уточнить я, хотя уже знала какой ответ получу.

— Да «Манифа»! Мне вамп один приглашения всунул. Сказал новый клуб, реально оттянуться можно. Ну я и пригласил Соньку, давно хотел её на секс раскрутить. Думал, насмотрится в таком месте и сама на меня запрыгнет. А там не клуб а полный отстой. Шоу — никакое, я в обычных клубах реально отвязнее в сто раз видел. И еще эти одаренные, мать их, по залу ходят и всех рассматривают. Ну и предложил Соньке свалить оттуда.

— А ты не слишком молод что бы на такие вечеринки ходить? — спросила я. — Как тебя охрана пропустила?

— Не твоё дело! — огрызнулся оборотень. — Я сын альфы, а не сопливый щенок! Я по таким вечеринкам давно уже хожу!

— Ой только не заливай! А то все в стае не знают что ты до сих пор девственник! — встряла Соня.-

— А ты прям профессионалка уже! — рявкнул Сашок.

— Да поопытней некоторых! — обиженно отозвалась девушка.

— Да брехня! Не было у тебя никого я точно знаю!

Эти двое просто невыносимы. Явно что не ровно дышат в сторону друг друга, но вместо того что бы признаться грызутся бесконечно.

— Если честно я тоже удивилась что нас впустили. — уже спокойней сказала Соня- Но там почти все были наши ровесники. И понятное дело что никто родителей посвящать в то где оказались не собирался.