Глава 18

— Варь, что-то случилось? — Улыбнулся он, открывая мне дверцу автомобиля.

— С чего ты взял? — Попыталась улыбнуться в ответ.

Обошел машину, сел на водительское сидение и внимательно посмотрел в мои глаза.

— Кажется, ты напряжена.

— Нет, — схватилась за ремень безопасности и принялась дергать двумя руками одновременно. Хитрый механизм будто специально сопротивлялся. — Со-вер-шен-но не нап-ря-же-на. — Отпустила и потянула снова. — Что за черт?

— Вообще, — произнес Артем, наклоняясь ко мне и аккуратно вытягивая ленту ремня, — это дурная черта в твоем характере.

— Какая еще? — Шумно выдыхая, наклонилась на спинку сидения, позволив ему самому защелкнуть замок ремня в пазу.

— Ну, — он пристегнул меня, отвернулся и завел машину, — я же вижу, что ты психанула. И не хочешь сознаваться, почему.

Конечно. Как можно сознаться, что приревновала тебя к твоей соседке? Я ведь не Кристина, для которой такая ситуация — очередной вызов, возможность посоревноваться. А мне стоит только представить, как ты ее… А она… И мозги сразу взрываются! Хочется привязать тебя к себе автомобильным тросом на десять морских узлов и не отпускать, а вместо этого приходится играть безразличие.

— Просто думаю о работе. — Сказала вместо этого.

— И на меня злишься. — Направляя «мазду» на оживленную улицу, усмехнулся Артем.

— Не на тебя. — Вздохнула, отыскивая в сумке телефон. — На себя.

— Не злись на Варю, — жалобно протянул он, — Варя — хорошая.

Улыбка предательски захватила мое лицо и не отступала, пока я не позволила себе рассмеяться.

— Хочешь, ударюсь головой об руль, чтобы тебе полегчало? — Спросил Артем, склоняя голову вниз на самом перекрестке.

— Давай, — хохотнула, обеспокоенно глядя на дорогу.

Его лоб тут же коснулся плотной кожаной обивки и отпружинил обратно.

— Да, мне определенно стало легче. — Вытерла слезы, окончательно расслабившись. — Вот же дурень, а… Все, не паясничай!

Гринев улыбался абсолютно довольный собой, а мне казалось, что хоть на минутку, но все невзгоды вдруг отступили.

* * *

— Пришли результаты по крови Стручкова с медосмотра. — Олег повесил трубку и, нахмурившись, посмотрел на меня.

— Говори.

— Сравнили с остатками материала, оставшегося под ногтями девушки. Группа крови совпала. Это все.

— Нам этого недостаточно. — Потерла подушечками пальцев виски. — Оснований для задержания нет.

— Будем продолжать наблюдать. — Развел руками опер.

— А если он затаится? — Артем оторвался от изучения отчета по наружке. — Можно и месяц, и два его пасти, а толку?

— Как вариант, — уставилась в окно, — можно попробовать подослать к нему Нику, чтобы выманить на контакт.

— Идея, — пожал плечами Олег.

— Тогда ты езжай на станцию, присоединяйся к Руслану и ребятам, а мы с Артемом привезем ее прямо туда.

— Хорошо.

— Да, — обернулась к оперу. — Ты не знаешь, что там по Синицыну? Помнишь, женщина приходила? Ее сожитель пропал.

— Сегодня получу данные биллинга его телефона. — Олег взял ключи от машины и направился к выходу. — А что?

— Просто в голову вдруг пришло. — Проводила его взглядом. — Теперь слышу, что человек пропал, и все внутри екает.

— Не переживай, — бросил прежде, чем скрыться за дверью, — сразу доложу.

В эту секунду на пороге появился Егор.

— Привет. — Хмуро кивнул Артему и посмотрел на меня. Улыбнулся. — Можно тебя на пару минут?

— Угу, — обернулась: — Я быстро, и сразу поедем, хорошо?

— Жду, — прищурился Гринев, наваливаясь бедром на край стола.

Не знаю, что это означало, но глянул он на Лунева как-то не по-доброму.

Вышла в коридор.

— Ну, как дела? — Смутилась, хлопая себя руками по бокам.

Взгляд зеленых глаз Егора неловко блуждал по стенам.

— Нормально. — Он подошел ближе. Теперь мне приходилось немного приподнимать голову, чтобы смотреть ему в лицо. — Закончил со своим душегубом, можешь меня поздравить.

— Герой, — похлопала его по плечу и замерла, чувствуя, как к щекам приливает краска. — Поздравляю…

— Ты совсем не отдыхаешь… — Его рука мягко легла на мое предплечье. — Глаза красные.

Это больше не походило на разговор друзей. Ну, совсем никак. Шумный коридор, рядом открытая дверь в кабинет, в котором сидел Артем. Егор не постеснялся даже взглядов коллег, проходящих мимо и кивающих в знак приветствия. Мне становилось труднее дышать, но не было сил пошевелиться. Руку его сбросить тоже не хотелось, даже наоборот. Хотелось сделать шаг вперед, ему навстречу, и посмотреть, что будет. Понравится мне или нет.

— Забегалась… — Прикусила щеку изнутри, боясь отвести от него взгляд. — Сам же знаешь…

Егор облизнул губы и тяжело вздохнул, словно пытаясь подобрать слова.

— Хотел отпраздновать с тобой… — Прочистил горло. — Разумеется, когда ты тоже будешь свободна.

От чего? От кого? Разумеется, он имел ввиду дело, которое я веду. Не Артема же. И что этот Грин лезет мне в голову в такой неподходящий момент?

— Конечно отпразднуем. — Улыбнулась, чувствуя приятное покалывание в животе. — Коньяк в сейфе еще остался?

— Я хотел не в кабинете… Думал, пригласить тебя куда-нибудь. — Его пальцы на моем предплечье слегка сжались, передавая тепло и едва ощутимо поглаживая кожу через ткань блузки.

Тревога. Тревога! Сбой всех систем!

Испугалась, что если откашляюсь, то напугаю его своей реакцией, но при попытке сглотнуть, чуть не подавилась.

— Я за… — Еле выдавила, растерянно хлопая ресницами. — Я согласна.

— Тогда удачи, буду ждать новостей. — Опустил руку и завел ее за голову.

— Ага. — Не двинулась с места.

— Если нужна помощь, зови.

Улыбнулась, поняв, что Егор тоже жутко смущен. Мы словно вдруг поняли друг друга, лишь обменявшись взглядами. Но не готовы были расстаться вот так, пока в воздухе между нами витала какая-то недосказанность.

— Обязательно, — кивнула, не в силах сделать шаг назад.

Забыла, о чем мы, вообще, вели разговор.

— Варь? — Спросил он, когда мой взгляд опустился вниз.

— Ты хотел сказать «Комар»? — Усмехнулась, глядя, как широкая улыбка расплывается по его лицу.

— Нет. — Покачал головой. — Не Комар. — Наклонился к самому уху. — Варя.

Мне вновь стало не по себе.

— Что? — Подняла глаза.

— Я позвоню тебе, ладно?

Его лицо снова оказалось напротив моего лица. Ужасно неловкий момент. В другом месте, при других обстоятельствах такая ситуация неизбежно закончилась бы поцелуем, но здесь это было невозможным.

Прекрасный мужчина. В котором все было идеально. Его глаза, его тело, взгляд, которым он на меня смотрел. Ни одна женщина бы не устояла. И мне тоже хотелось попробовать, узнать, каково это — быть с ним. Но одно «но» было слишком очевидным — я не чувствовала внутри пожирающего пламени от его касаний. Сумасшедшего, болезненного, почти нестерпимого желания. Огня, безумия, исступления… Когда ты чувствуешь себя глиной в мужских руках, плавишься, борешься, но поддаешься, просишь еще и еще… Так, как это бывало со мной в руках Артема…

— Конечно, — произнесла, тяжело дыша, — звони.

Егор улыбнулся, кивнул, потоптался на месте.

— Ну, пока. — И добавил. — Пока, Варя.

— Пока.

Проводила его взглядом, чтобы отдышаться и не входить в кабинет с пылающим румянцем и глупой улыбкой на лице. Обернулась и наткнулась на хмурого Артема. Ноги на ширине плеч, руки уперты в косяки по обе стороны двери, брови сведены на переносице.

Смерил меня тяжелым взглядом, отошел назад, пропуская в кабинет, и стоило мне только войти, захлопнул дверь, резким движением перехватил и привалил к ней спиной.

Замерла, слушая его частое дыхание и глядя, как высоко вздымается грудь под светлой рубашкой с закатанными до локтей рукавами. Окунулась в его запах, поняла, что теряю почву под ногами, превратилась в мягкий послушный пластилин. Ждала.

— Конечно, звони. — Спародировал Артем мою интонацию, нависая надо мной и придавливая грудью к дверному полотну.

— Тебя задело? — Приподняла лицо и встретилась с ним взглядом.

Черные глаза метали молнии, дыхание обжигало.

— Да. — Сказал без смущения.

Почувствовала, как его ладонь уже путешествует по моей руке, поднимаясь все выше прямо к тому месту, где только что лежали пальцы Егора.

— Интересно, этот Лунев про меня по городу вынюхивает для себя или для тебя?

— А это важно? — Ощутила, как в горле рождается холодок, опускаясь все ниже и ниже. Наверное, именно это странное ощущение называется «перехватило дух».

— Нет. — Сознался Артем, касаясь горячей ладонью моей шеи. — Но мне не хочется, чтобы он тебе звонил.

Зашлась нервным смехом, прикрывая веки, потому что его пальцы уже поднимались от моей шеи к губам, сжимали, терзали, оставляли ожоги.

— Разве мы друг другу что-то обещали? — Прошептала.

Пальцы замерли, губы произнесли мне прямо в лицо:

— Жалею, что нет.

— Брось. — Улыбнулась. — К тебе домой приходит твоя соседка, я тоже общаюсь, с кем хочу. С чего ты решил, что мы…

Он рассмеялся, упираясь лбом в мой лоб:

— Теперь все ясно.

И что он ржет? Возмущенная подобным поведением, попыталась оттолкнуть Артема.

— Что тебе ясно?

Но вместо ответа его губы требовательно припали к моим. Сладкие, с кофейной горчинкой и нежным привкусом сливок. Новая волна дрожи пронеслась по телу, словно цунами, и накрыла с головой, забирая все сомнения и переживания. «Вот, это оно», — только и стучала навязчивым молотком в голове шальная мысль. Это не речка со спокойным теплым течением, это бушующий океан чувств, в который хочется нырнуть с головой, боясь погибнуть и желая этого больше всего на свете.

Закрыла глаза, позволяя распространяющемуся с огромной скоростью пламени захватывать все новые и новые территории на моем теле, отдаваясь ощущениям и понимая, что мне все это, черт возьми, нравится… Очень нравится… Ладони Артема путались в моих волосах, поцелуй становился все жарче, мое сопротивление все слабее. Пальцы, упирающиеся в его грудь, уже не выстраивали преграду, а скользили вниз, чувствуя упругие, перекатывающиеся под кожей, мышцы, твердый пресс, стонущий от напряжения.

Застонала, забыв, где нахожусь, и отчаянно желая продолжения, когда он вдруг отстранился, тяжело дыша. Посмотрел на меня затуманенным от страсти взглядом и тихо произнес:

— А теперь работать. — Глянул на наручные часы. — Нужно ехать за Никой.

Навалилась на стену, ощущая, как горят губы, как сердце рвется из груди. Опустила взгляд в пол и запустила руки в свои взлохмаченные волосы.

Выдохнула:

— Не делай больше так…

Артем замер, нависая надо мной:

— Не могу обещать. — Притянул меня к себе, крепко обхватил за талию, прижал к себе и потерся щекой о мой висок.

— Что происходит? — Спросила, вновь окунаясь в бархатный терпкий запах мужчины и задыхаясь. — Кто ты? Что ты хочешь от меня, Грин?

— Не знаю. — И это прозвучало очень честно. Так искренне, что даже больно стало. — Но такое ощущение, что хочу от тебя всего и сразу. Даже страшно как-то… Прости…

— Конкретнее можно? — Усмехнулась, поднимая голову и заглядывая в бездонную пропасть черных глаз.

Мое сердце билось рвано и дергано, словно рыба на крючке.

— Конкретнее? — Складки на его лбу разгладились, губы тронула легкая улыбка. — Конкретнее, мне хочется взорвать твой телефон, чтобы на него не звонил этот тип. И хочется придушить его самого, когда он начинает с тобой разговаривать. Примерно понятно?

Вздохнула.

— Еще бы знать, что это значит на самом деле.

«Давай, скажи, давай. Скажи, что хочешь быть со мной, и все станет намного проще. Потому что я тоже хочу быть с тобой»

— Это значит, что хрен он что получит, а не тебя. — Взял со стула мою сумку, всунул мне в руки и подтолкнул к двери. — Нам уже пора. Поехали, мой капитан.

* * *

Ника настояла на розовых кедах. Теперь, в мятом джинсовом сарафане, простенькой белой футболочке и с рюкзачком она выглядела совершеннейшим подростком.

— Не жуй так жвачку, челюсть вывихнешь, — сказал Артем, просовывая руку, чтобы закрепить микрофон на ее бюстгальтере.

— Ау, — вскрикнула девушка, уставившись на него, — давай ладом. — Спустила лямку, задрала футболку. Пояснила: — Чтобы не наощупь. Так удобнее?

Лицо Гринева оставалось непроницаемым.

— Пожалуй. — Прикрепил микрофон и проверил, не отпадет ли.

— Ты не бойся, я не стесняюсь. — Повернулась и подмигнула операм, тут же сделавшим вид, что они заинтересованы чем-то происходящим у них под ногами.

— Хорошо будет слышно? — Уточнила я. — Как думаешь?

Артем кивнул и помог Нике опустить футболку.

— Народ, можно отмереть, — хихикнула девушка в сторону мужчин, — свои буфера я уже спрятала.

Олег прокашлялся, вынул из пачки сигарету и вышел из микроавтобуса, хлопнув дверью.

— Ты невыносима, — усмехнулась я.

— Я ему понравилась, — поправляя платье, заявила подруга. — Ну, давайте, показывайте мне своего маньяка.

Мы разложили перед ней несколько фотографий Стручкова. Девушка принялась внимательно изучать их. Брюнет, с крупными ушами, глубоко посаженными темными глазами, густой полосой черных усов над пухлыми губами. Из отличительных черт — крупная родинка на левой щеке. Не урод, не красавец. Немного колючий, холодный взгляд. Но в целом — вполне обычный. Такие, как он, встречаются на улицах каждый день.

— Мужик как мужик. Вроде. — Она взяла в руки одну из карточек. — Но вот это область вокруг рта, — провела пальцем, — так напряжена. Это может говорить о непримиримости и беспощадности.

— Это ты по фото видишь? — Спросил Артем.

— Угу. — С праздным видом она отложила карточку на место. — Я вчера специально углубилась в изучение психологии преступников. — Повернулась ко мне. — Оказывается, среднестатистический маньяк — гетеросексуальный мужчина двадцати-тридцати лет, занятый на малозаметной работе, неплохо контролирующий себя и выбирающий жертв по определенному, идеальному для него образу, который может включать в себя пол, возраст, внешность. Часто такие убийцы растут в неполноценных семьях, подвергаются унижениям и насилию, мучают и убивают животных. Они чувствуют себя изгоями, иногда даже пытаются совершить самоубийство. — Поправила рюкзак за спиной. — Кто он, наш маньячок? Маменькин сынок? Просто замкнутый задрот или настоящий расчетливый охотник за людьми?

— Ника. — Я тяжело вздохнула. — Отнесись к своей миссии серьезно, хорошо? Он не маньячок, он — настоящий зверь. Нужно постоянно помнить об этом и быть настороже.

— Ну, ты выяснила, он — точно наш клиент?

Кивнула.

— Похоже на то.

— А те девушки… — Она жестом изобразила перерезанное горло. — Они все были похожи на меня?

— Да. — Мы переглянулись с Артемом.

— Понятно. — Ника о чем-то задумалась. — Кто же была та девушка, которая так свела его с ума? Одноклассница, сестра, подруга? Что ж его заело-то на таких, как мы… — Пожала плечами. — Ну, ладно, поймаем и выясним. Просто думала, что зная это, буду представлять, как лучше себя с ним вести. Все, пошла.

Мы с ней обнялись.

— Слышать ты нас не будешь, поэтому действуй, как договорились. — Посмотрела в ее лицо с тревогой. — Мы здесь, рядом. Олег с Русланом будут постоянно оставаться возле тебя. Улица оцеплена, повсюду наши люди. Просто будь собой.

— Ой, Варь, — она отмахнулась, снова включив режим «беззаботность», — ты только не драматизируй только, ага? Все будет хорошо. Мне же пока нужно просто сделать все, чтобы он назначил мне свидание?

— Да.

— Ну, и ладушки. Адью!

Она выпорхнула на залитый жарким солнцем тротуар и не спеша двинулась в сторону палаток с фруктами. Шла, пиная, как и полагается подростку, всякий мусор, разглядывая витрины лотков местных торгашей и нарочито лениво зевая.

Я заняла свое место во главе наблюдательного пункта. Совершенно отрешившись от того, что рядом в полутьме салона со мной сидит столь желанный мужчина, собранно и внимательно следила за происходящим и каждые пять минут требовала от всех действующих лиц полного отчета.

Около часа ничего не происходило. Совсем. Ника кружила по станции, то и дело попадаясь ему на глаза, но Стручков не обращал на нее никакого внимания и совершенно не спешил подходить. Дважды он проходил и мимо нас. Один раз с напарником, второй раз один — долго стоял с сигаретой, зажатой меж зубов, и смотрел на снующих туда-сюда людей с большими сумками. Вполне профессионально.

Я знала, что он не мог видеть нас, но все равно задерживала дыхание, отодвигаясь от тонированного стекла. Только бы не заподозрил, только бы не почуял засаду. Все-таки чутье зверя помноженное на чутье правоохранителя могло навести его на определенные мысли: белый микроавтобус с черными стеклами, припаркованный хоть и в положенном месте, но стоящий уже довольно долгое время. Подозрительно.

— Как он тебе? — Тихо спросил Артем, накрывая мою ставшую совсем ледяной ладонь своей.

— А? — Вздрогнула, вглядываясь в силуэт в форме за окном. — Не знаю.

Что я могла сказать о нем по одному внешнему виду? Обыкновенный. Такой, какими были непримечательный Чикатило или незаметный Муханкин. Или наглый и бесстрашный Ион Продан, умудрившийся в свое время засветиться прямо на пленке у оперативников, прямо на месте преступления в момент опроса свидетеля. На которых никто и подумать тогда не мог. Все они были безжалостным диким зверьем в обличье простого человека.

— Виноград сладкий? — Донесся из динамика голос Ники. — Фу, какая кислятина. И не стыдно вам врать?

Я улыбнулась. Девчонка опять кружила возле палаток.

— Разве они не должны ходить, не знаю, парами? — Артем сжал мою руку.

— Должны. — Кивнула, глядя на висящую на форме Стручкова рацию. Обратилась к своим: — Ребята, где сейчас его напарник?

В динамике раздался смех Руслана.

— Отлучился в сортир, — подсказал серьезным голосом Олег.

— Ясно. — Дала себе несколько секунд на раздумье. — Вы сейчас рядом?

— В пятнадцати метрах от вас.

— Дайте сигнал Нике, пусть подойдет к нему под каким-нибудь предлогом.

— Так точно, — тихо ответил Руслан.

— Ты уверена? — Гринев отпустил мою руку.

Посмотрела в спину Стручкова, тот уже докуривал сигарету возле урны.

— Сейчас он вернется, и снова надолго останется не один. Нужно действовать.

— Согласен.

Через пару секунд в поле зрения появилась Ника. Она шла по площади, накрывая голову ладошками. Зря мы не побеспокоились о головном уборе для нее в такую жару. Вместо того, чтобы подойти к Стручкову, девушка направилась к ларьку.

— Что она делает? — Спросила, сжимая руки в кулаки.

Артем привстал, вглядываясь в окно. Ника подошла к окошечку ларька. Я отвернулась, пытаясь отыскать глазами фигуру лейтенанта. Нашла не сразу — теперь он стоял в десяти метрах от подсадной утки и, кажется, заинтересованно разглядывал ее ноги.

— Пачку сигарет, — донеслось из динамика.

— Тебе сколько лет? — Спросила недовольная продавщица.

— Ты чо, тетя? Совсем попутала? — Уже совсем не детским баском отозвалась Ника. — У меня дома трое по лавкам, муж на стакане вторую неделю, если я ща не покурю, башка взорвется. Тебе чо, докУмент показать?

— Какие? — Недовольным голосом крякнула та в ответ из окошечка ларька.

— Эти, — девушка ткнула в стекло витрины и затем назвала нужную марку.

— Внимание. — Сообщила я в микрофон. — Объект направляется к ней.

Кровь в венах застыла, превратившись в густой сироп. Сердце заклокотало где-то под горлом. Шаг, еще два, три…

Когда Ника обернулась, мужчина в форме стоял уже перед ней. Выше на голову, достаточно крепкий, он сложил руки за спиной и внимательно ее рассматривал.

— Кхм, — мне показалось, что я даже услышала, как Ника сглотнула.

Девушка спрятала пачку сигарет за спину, невинно улыбнулась и, обойдя Стручкова слева, пошла прочь. Когда она резко остановилась, словно ее вдруг осенило, он уже провожал ее взглядом.

— Простите, — Ника преодолела расстояние до него в два широких шага. — Эм… Не найдется зажигалки?

Даже со своей наблюдательной позиции я заметила, как мужчина в ответ ухмыльнулся. Медленно полез в карман и выудил пластмассовый брусочек, щелкнул и поднес к ее губам.

— Спасибо. — Кивнула.

— Мама не заругает? — Спросил он вкрадчиво.

От его голоса у меня по спине побежали мурашки.

— Ну, — игриво пропела Ника, — ты же ей не расскажешь?

— Нет. — Холодно и твердо.

Она звонко рассмеялась.

— Да я и не боюсь, она у меня в Омске осталась. — Затянулась и немного закашлялась. — Я к подруге приехала, только эта овца не пришла меня встретить. Телефон сел, хожу теперь, как дебилка, не знаю, куда податься. Уже вроде и насчет жилья с местными договорилась, но теперь не знаю, как такси вызвать.

— Из Омска, говоришь?

— Да, — Ника стряхнула пепел. — Та еще дыра. Может, хоть здесь веселее. Да и люди, смотрю, добрые. Вот хотя бы ты.

— Ну…

Протянула руку.

— Я — Вероника, а ты?

В динамике послышалось ворчание Олега.

— Антон. — Ответил Стручков.

— Очень приятно. — Они пожали руки. Ника прикрыла ладонью глаза от солнца. — Скажи-ка мне, Антон, куда у вас здесь можно податься вечерком? Пива попить, погулять, посмотреть достопримечательности?

— Ты первый раз здесь? — После недолгого молчания спросил лейтенант.

— Ага. И ни черта не знаю. — Ника затянулась и выпустила дым в сторону. — Ты не хочешь стать моим гидом на один вечер?

— Я? — Мужчина опасливо посмотрел по сторонам.

— Да. — Она улыбнулась. — Или жена не пустит?

— У меня… ее нет.

Девушка выбросила сигарету в урну.

— Тогда… потусим вечером?

— Да. Давай. — Уже веселее отозвался Стручков. — Сможешь прийти сюда к девяти?

— К девяти? — Ника будто что-то прикинула в уме. — Приду. Если не заблужусь.

Еще один взгляд влево, вправо.

— Где ты нашла жилье?

— Мне сказали, что есть комната на базе отдыха «Русь»…

— Ну, туда ты и пешком дойдешь. Быстрее и дешевле, чем на такси. Показать тебе дорогу?

— Было бы здорово.

— Где твой чемодан?

Она не растерялась:

— А зачем он мне? Купальник, наушники, паспорт, кофта — все свое ношу с собой, — потрясла рюкзаком за плечами.

Он взмахнул рукой:

— Пойдешь по Мира, потом свернешь вверх на Солнечную, там и увидишь.

— Спасибо! — Ника нервно сжала лямки рюкзака. — Как приятно приехать и сразу встретить хорошего человека!

— Угу. — Просто кивнул, не отрывая взгляда от ее лица.

— Ну, до вечера…

— Угу.

Он не стал провожать ее взглядом. Торопливо направился к главному входу в здание. Обернулся лишь единожды, чтобы удостовериться, что хрупкий девичий силуэт удаляется прочь вниз по улице. Поравнялся с напарником, обменялся парой фраз, и они вместе двинулись к платформам.

— Нужно встретить Нику ниже по дороге. — Попросила ребят.

— Всегда удивляло, как злодеи, которые трудно сходятся с окружающими, могут легко уболтать женщину пойти с ними куда-то. — Артем сложил руки на груди.

— Я, наоборот, переживала, что она взяла всю инициативу на себя. Все-таки он сам каким-то образом заманивал девочек, а такой напор мог и вспугнуть его.

— Главное, что Стручков согласился на встречу.

— У нас надежда только на это. Никаких улик. Если все сорвется, маньяк останется на свободе.