ГЛАВА 20

Тайраш

Огромный черный дракон постепенно снизил высоту и сел просто на заднем дворе дома Хэймар.

Свет магических фонарей пробегал по черной чешуе, и создавалось ощущение, что она мерцает. Казалось, могущественней существа нет в целом свете.

И Аргрим себя чувствовал именно так. Близость новорожденной драконицы делала и его сильнее. Может просто потому, что в него вернулась вера, и перспектива вечного одиночества уже не была столь однозначной. А может, энергетический обмен с Лайрелин и на него действовал положительно.

Аргрим все чаще разговаривал с Тайрашем. Не так односложно и не так рвано, как ране.

«Я знаю, о ком писал Бейрин!» — обронил дракон, по дороге с участка поздним вечером. — «Дженарра — провидица из клана пустынных драконов. Она стара, как сам континент и могла бы о многом рассказать».

«С чего ты это взял?!» — спросил мысленно Тайраш, раздумывая, как бы так смотаться теперь в клан пустынных драконов, чтобы за это время Шейлин никуда не вляпалась.

Тайраш волновался о ней и Лайрелин. Не потому, что ему, в случае чего, Повелитель оторвет голову и крылья. И даже не потому, что Лайрелин — очень важна для всей Империи. А потому… Раш и не мог сказать наверняка, в чем причина. Просто он не хотел ее оставлять одну. Ни он, ни Аргрим не знали покоя, если Шейли была далеко. А доверить ее охрану он мог одному единственному в этом мире дракону. И кажется, к нему и придется обратиться.

«Я всегда знал!» — спустя время ответил Айргрим на вопрос Раша, ловя крылом воздушный поток и закладывая вираж. — «Не понимаю откуда, но знал!»

Кажется, это и самого дракона удивляло не меньше, чем Тайраша.

«Так почему ты не говорил ничего?» — обескуражено спросил лиэр Хэймар.

«Потому что… память плохая! Не всегда помню!» — ответил Аргрим. И Тайраша обдало волной раздражения, растерянности и, впоследствии, уныния.

Потому он решил больше ничего пока не спрашивать. Кажется, с Аргримом тоже происходило что-то неладное.

И вот дракон стоял на заднем дворе особняка Тайраша и прислушивался к тишине, что царила в доме.

Даже здесь Аргрим слышал неровное дыхание Шейлин, биение ее сердца. Чувствовал ее запах. Ему не нужно было находиться близко к ней, чтобы сказать — ее сон неспокоен, ее сны потревожены чем-то нехорошим.

И от этого беспокойно становилось и самому дракону.

Внезапно, словно алая вспышка затопила сознание. Перед внутренним взором замелькали яркими обрывками картинки.

Золотая драконица, взмахнув крыльями, поднимается в небо. Он чувствует жар, что исходит от нее. Чувствует, как бешено колотится ее сердце от счастья. И тут же картина меняется. Где-то внизу бушует пламя, поглощая мир, превращая его в черно-серую пустошь. И в сознание врывается ее крик, полный боли и отчаяния…

Над Кардайнаром пронесся драконий рев, потревожив даже ночной драконий патруль.

И в тот же миг в небо взлетел сноп искр. И на месте дракона стоял взволнованный, даже испуганный Тайраш.

Он слышал. Он точно слышал ее крик.

И не мешкая ни мгновения, Раш сорвался с места и побежал в дом через черный ход. Разбудил, кажется, дремавшую на лавке прямо на кухне Амери, взлетел по лестнице и сразу же вломился в комнату к Шейлин.

Она дрожала, сидя на кровати, глядя в пустоту и всхлипывая. Раш запоздало подумал, что сейчас Шейлин снова закатит скандал, из-за его появления так поздно и без разрешения в ее комнате. Но Шейли лишь перевела на него взгляд и громко всхлипнула, словно хватала ртом воздух.

Аргрим, не проронив ни слова, словно вынуждал Тайраша приблизиться к кровати супруги. И Раш быстро, пока она не одумалась, сократил расстояние, присел на край кровати и обнял супругу, прижав к груди и погладив по спине, чувствуя жар ее тела сквозь тонкую шелковую ночную сорочку.

Шейли ткнулась лбом в плечо супруга, и только теперь он понял — она плакала. Раш ненавидел женские слезы. Они выбивали у него почву из-под ног с самого детства, когда, прячась в библиотеке или своих комнатах, тихо, почти беззвучно рыдала мать, в след улетевшему на очередное очень долгое задание отцу. А Раш… Раш просто ничем не мог ей помочь.

И слезы жены снова вынуждали его почувствовать себя таким же беспомощным.

Ее руки обвили его, цепляясь за форменную рубашку, словно жена боялась его отпускать, или просто страшилась снова остаться в одиночестве и темноте своей комнаты.

— Лайрелин… — всхлипнула супруга, на большее не хватило ее самообладания.

— Все хорошо! — прошептал Тайраш, погладив жену по волосам, спине, успокаивая. Наверное, получалось скверно, но лучше он не умел. — Она в безопасности. И ты… тоже. Я не дам вас в обиду.

Он почти физически чувствовал, как она начала успокаиваться. Как становилось ровнее дыхание. Исчезала эта судорога в сжимающих его рубашку пальцах.

— Побудь… со мной, — хрипло и совсем тихо попросила она.

— Конечно! — отозвался Тайраш, укладывая жену и наспех сбросив сапоги, лег поверх одеяла рядом. — Я останусь здесь, пока ты не уснешь.

Тайраш прислушивался к ее дыханию, сердцебиению. И все же вздрогнул, когда она прижалась к нему и устроила голову на его плече — доверчиво и так… уютно и правильно.

Где-то в груди что-то дрогнуло. Сейчас она была так близко, так соблазнительна и… желанна? Маленькая пигалица, которая выросла в весьма привлекательную девушку.

Раш тряхнул головой и выругался! Откуда у него вообще такие мысли?! Или это так на него повлиял страх за супругу?

К темному все! Это временное помутнение. И к утру все пройдет!